УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


Отдельный корпус Пограничной стражи

 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Яндекс.Метрика




Товпека А.В. Развитие системы связи и управления в пограничной страже Российской империи (1827–1917 гг.).

Диссертация ... кандидата исторических наук: 07.00.02 Санкт-Петербургском государственном университете.- СПб., 2014. -300 с.

 

Введение
Глава I. Организация связи и управления в пограничном ведомстве Российской империи в XIX - начале XX вв.
1.1. Служба по пограничному надзору и система управления и связи в пограничной страже России (30-90 гг. XIX в.)
1.2. Создание Отдельного корпуса пограничной стражи и реорганизация системы его управления в конце XIX - начале XX вв.
Глава II. Развитие связи в войсках Отдельного корпуса пограничной стражи императорской России (1893-1917 гг.).
2.1. Связь в войсках Отдельного корпуса пограничной стражи и особенности её применения в деле службы по пограничному надзору, а также в боевых условиях в ходе Русско-японской войны 1904-1905 гг.
2.2. Дальнейшее развитие пограничной связи в межвоенный период (1905-1914 гг.)
2.3 Применение различных средств связи в пограничных соединениях, частях и подразделениях в период Первой мировой войны (1914-1917 гг.)
Заключение
Список использованных источников и литературы
Приложения

 

Введение

 

История российского государства неразрывно связана с охраной и защитой его границ. В 2012 г., объявленном в Российской Федерации Годом российской истории1, российские стражи границы отметили две знаменательные исторические даты. Первая из них - 500-летие начала регулярного несения службы на границе. Безусловно, и ранее служба на пограничных рубежах развивалась и совершенствовалась вместе с развитием российской государственности, но всё же она носила исключительно временный характер. И только когда 16 мая 1512 г. Великим князем Московским Василием Ш был составлен Наказ угорским воеводам, фактически представлявший собой инструкцию воеводам по пресечению возможного вторжения вражеских орд в русские земли, службу на границе -4- стали нести непрерывно. Вторая дата в отечественной пограничной истории - 185-летие со дня учреждения 5 августа 1827 г. пограничной таможенной стражи. Именно с этого времени порубежники становятся специальной службой, и к единому стандарту приводятся их форма, вооружение и организационная структура. Таким образом, обеспечить неприкосновенность рубежей России на протяжении уже почти двух столетий призвана специальная пограничная структура.
Ввиду особого геополитического положения Российской Федерации, имеющей самую протяжённую государственную границу в мире, всегда в организационно-штатных пограничных структурах важное место отводилось связи. Связь была и в настоящее время остаётся неотъемлемой составной частью управления в пограничной службе.
В своём развитии связь в пограничном ведомстве прошла большой и сложный путь, неразрывно связанный с историей охраны рубежей Отечества, изменением форм и способов охраны границ, совершенствованием пограничного искусства.
Укреплялась российская держава, развивалась национальная государственность, совершенствовалась охрана границы, и по мере развития пограничного искусства неизменно возрастали роль и значение связи в системе управления пограничной структурой.
Развитие связи в пограничной страже Российской империи в конце XIX - начале XX вв., когда состоялся переход от «живых» и механических средств связи в управлении войсками, охраняющих границы, к внедрению электрических средств связи (телеграф, телефон), привело к значительному сокращению сроков передачи донесений, а следовательно, сокращению цикла управления.
Успехи в развитии средств связи, обусловившие научно-технический прогресс на рубеже XIX - XX вв., являются уникальным явлением. Более того, все основные принципы осуществления связи на расстоянии, получившие распространение во второй половине XIX - начале XX вв., сегодня не просто актуальны, но и по-прежнему имеют большое практическое значение, в том числе и в пограничной службе. Более того, основополагающие принципы управления, заложенные ещё в пограничной страже дореволюционной России и особенно в войсках Отдельного корпуса пограничной стражи -5- (далее - ОКПС), не утратили своего практического значения и в настоящее время, а их творческое и научное обобщение даёт импульс для проведения дальнейших исследований по истории пограничной связи России. С исторической точки зрения, всегда следует вспомнить о полезном, что когда-то доказало свою эффективность, добротно послужило стражам границы, и снова его возродить с учётом современных условий и требований ко всей системе управления и связи.
Актуальность темы диссертационного исследования обусловливается рядом положений:
- во-первых, сложная современная экономическая и военно-политическая обстановка на государственной границе Российской Федерации предполагает готовность Пограничной службы ФСБ России к решению различных оперативно-служебных задач, в том числе в боевой обстановке (в условиях чрезвычайного положения, объявленного в местности, где дислоцируются пограничные подразделения и части), в ходе выполнения которых происходит постоянное возрастание роли связи как неотъемлемой составной части управления пограничным ведомством;
- во-вторых, более глубокое изучение исторического опыта применения различных средств связи в пограничной страже (и особенно в войсках ОКПС) Российской империи позволяет выработать наиболее рациональные и эффективные формы и способы управления пограничными частями и подразделениями в современных условиях;
- в-третьих, необходимостью достоверного отражения в отечественной исторической науке места и роли применяемых в пограничной страже дореволюционной России средств связи и их значения в охране государственной границы, в том числе в условиях исследуемого автором периода;
- в-четвёртых, опыт применения различных средств связи и способов их поддержания чинами пограничной стражи весьма нагляден и познавателен для сотрудников пограничных органов при выполнении ими задач оперативно-служебной деятельности;
- в-пятых, в условиях возрастания духовной составляющей военной мощи государства особую значимость приобретает воспитание нынешнего поколения стражей -6- границы, молодёжи, жителей приграничья на славных боевых и героических, пограничных традициях нашего Отечества. Граница была и остаётся местом «первой пробы» прочности государства, его военной, экономической и других видов безопасности.
Объектом исследования является система связи и управления в пограничной страже дореволюционной России в 1827-1917 гг.
Предметом исследования является деятельность должностных лиц пограничного ведомства по внедрению и использованию различных средств связи и управления в интересах охраны и защиты государственной границы Российской империи в исследуемый период.
Хронологические рамки исследования официально охватывают временной отрезок с 1827 по 1917 гг. и показывают динамику развития различных средств связи в пограничной страже России, начиная с первой четверти XIX в., когда потребовались кардинальные меры по усилению охраны государственной границы, выразившиеся в создании в 1827 г. пограничной таможенной стражи «на твёрдых воинских началах». Дальнейшее совершенствование структуры российской пограничной стражи было обусловлено непрерывно расширяющимся кругом задач, которые старалось решать государство в пограничном пространстве, что привело к совершенно новым формам и методам управления пограничными подразделениями, частями, а затем и соединениями, внесло существенные изменения в их организационное устройство, расширило применение технических средств связи.
Таким образом, тема диссертационного исследования, в соответствии с её хронологическими рамками, излагается с первой четверти XIX в. В её истории условно можно выделить ряд периодов, которыми характеризуется степень научной разработанности темы.
Первый период охватывает исторический отрезок времени до октября 1917 г. С образованием в 1827 г. в России пограничной таможенной стражи (которая уже вскоре стала называться пограничной стражей), её организационно-штатной структуре был придан воинский уклад. Такая существенная реорганизация пограничной стражи сказалась и на самой системе управления её частями и подразделениями, в том числе и при -7- помощи имевшихся на тот момент тех или иных средств связи, например таких, как оптическая сигнализация. Наиболее полно развитие и применение отечественных оптических средств связи в военном деле в XIX в. нашло отражение в работе крупного военного историка второй половины XIX в. С.С. Рехневского2. В то же время в данном труде практически ничего не говорится о применении различных средств связи исследуемого периода в деле охраны границы Российского государства, хотя сами средства связи, применявшиеся в Вооружённых силах России, описаны достаточно подробно, что даёт весьма наглядное представление об их использовании и чинами пограничной стражи. Также работу С.С. Рехневского нельзя назвать историческим исследованием в строгом смысле этого слова, хотя содержащийся в ней ценный фактический материал и сохранил своё значение для раскрытия рассматриваемой темы.
Заметное место в историографии этого периода, помимо участия войск ОКПС в Русско-японской войне 1904-1905 гг. и Первой мировой войне 1914-1918 гг., занимает участие частей и подразделений пограничной стражи Российской империи в Восточной (Крымской) войне 1853-1856 гг. и Русско-турецкой войне 1877-1878 гг., что в дальнейшем оказало большое значение в становлении и развитии пограничного ведомства дореволюционной России и существенно повлияло на окончательное придание пограничной страже окончательного статуса военной (специальной) организации в октябре 1893 г. Но по причине узости источниковой базы, недостатка архивных документов, этот период характеризуется лишь эпизодическим и бессистемным освещением проблемы. Здесь можно отметить книгу А.Ф. Гейрота3, в которой упоминается о подразделениях пограничной стражи, принявших участие в начальном периоде Восточной войны, и кратко описываются примеры отражения нападений передовых отрядов турецких войск на пограничные посты России на границе с Турцией. При этом автор подразумевают, что данные пограничные посты служили одновременно и наблюдательными пунктами для своевременного оповещения русского военного командования о приближающемся неприятеле. Вызывает определённый интерес и книга -8- Н.Ф. Дубровина4, в которой эпизодически показано участие подразделений и частей пограничной стражи в охране и обороне приморских участков границы, оказавшихся в районе театра боевых действий (ТВД) в ходе Восточной войны 1853-1856 гг. Здесь же упоминается и о определённом вкладе стражей границы в дело развёртывания береговой наблюдательной сети на ТВД.
Больший фактический материал, освещающий исследуемую проблему, содержится в работах М.П. Чернушевича5 (впоследствии помощника командира ОКПС, генерал-лейтенанта), в которых предпринята попытка в обобщенном виде показать задачи и способы действий пограничной стражи как при выполнении служебных задач по пограничному надзору в мирное время, так и участии пограничников в войнах России XIX - начале XX вв. В вышеупомянутых работах (в общих чертах) показано и дальнейшее развитие пограничной связи. Вместе с тем более глубокого исследования М.П. Чернушевич провести так и не успел, так как наступил октябрь 1917 года.
В начале XX в. военно-историческая комиссия Главного штаба русской императорской армии подготовила работу, посвящённую Русско-турецкой войне 18771878 гг.6, в которой, наряду со многими другими вопросами, анализируются и вопросы управления и связи в период проведения мобилизации и начального периода войны. В данной работе также рассматриваются (хоть и весьма кратко) и вопросы перехода чинов пограничной стражи в оперативное подчинение армейских полевых частей, а также показываются те задачи по своевременному налаживанию и должному поддержанию летучей почты в действующей армии (в частности на Кавказском ТВД), выполнение которых было весьма характерным для конных пограничных подразделений, хорошо знавших местность, погодно-климатические условия и имевших постоянные контакты с местным населением.
Боевая деятельность чинов особого Заамурского округа ОКПС в Русско-японской войне 1904-1905 гг. нашла определенное отражение в труде Н.Л Юнакова7. Данный труд, -9- составленный автором, являвшимся профессором императорской Николаевской военной академии Генерального штаба в виде лекционных записок, отображает и деятельность подразделений пограничной стражи в составе крупных сводных отрядов русских войск в период Русско-японской войны. Немало в своих работах внимания генерал Юнаков уделил вопросам управления и связи в боевой обстановке в соединениях и частях русской армии, в которые были влиты после начала войны с Японией пешие и конные сотни пограничников-заамурцев.
Продолжил труд генерала Юнакова полковник Генерального штаба Д.К. Лебедев8, который в части третьей лекционных записок дал весьма подробную характеристику ходу боевых действий в районе русской крепости Порт-Артур, блокированной с суши и моря японскими войсками. Полковник Лебедев также уделил внимание вопросам управления и связи в частях русской армии, входивших в состав крепостного гарнизона. В обороне крепости Порт-Артур приняли самое деятельное участие чины Квантунского отдела Заамурского округа пограничной стражи под командованием подполковника П.Д. Бутусова.
В этом же периоде историографии исследуемой проблемы, по мнению диссертанта, были затронуты деятельность чинов пограничной стражи в условиях революционных событий 1905-1907 гг., а также дальнейшее развитие войск ОКПС, обеспечивавших безопасность границ Российской империи, а затем и принявших активное участие в боевых действиях на полях Первой мировой войны 1914-1918 гг. И здесь отличительной особенностью первого периода рассматриваемой темы явился тот факт, что именно в тот исторический отрезок времени было положено начало практике освещения служебно-боевой деятельности войск ОКПС в периодической печати. В первую очередь это касается таких журналов, как «Пограничник»9, «Страж»10 (издававшихся в типографии штаба ОКПС в г. Санкт-Петербурге), «Досуги заамурца»11 -10- (издававшегося при штабе Заамурского округа ОКПС в г. Харбине). В начале XX в. они явились, по сути, первыми официальными изданиями пограничного ведомства. Немало статей в этих журналах было посвящено как новинкам научно-технического прогресса в области средств связи, так и различным способам связи, а также рассматривались вопросы организационно-штатной структуры пограничного ведомства12.
Конечно, статьи эти в большинстве своём носили исключительно описательный характер, зачастую достаточно субъективный, тем не менее, они способствовали более глубокому пониманию избранной темы диссертационного исследования, заставляли прочувствовать, что называется, дух времени. Периодическая печать позволила автору увидеть живую историю, дала почву для анализа многих событий, связанных со служебно-боевой деятельностью пограничной стражи России.
Подводя итог историографического анализа проблемы в первый период до октября 1917 г., необходимо сделать следующие выводы.
Во-первых, изучение исторического прошлого пограничной политики государства и деятельности пограничной стражи Российской империи проводилось в дореволюционной России с учётом конкретной социально-политической и военно-политической ситуации. Эволюция развития пограничного ведомства, процесс устойчивой тенденции придания ему статуса составной части Вооружённых сил России были отражены как в специально военно-научной и исторической литературе, так и в средствах массовой информации того времени.
Во-вторых, период освещения служебно-боевой деятельности войск ОКПС, их дальнейшего становления и развития пришелся на время весьма поступательного движения научно-технического прогресса, оказавшего большое влияние и на развитие и применение новых средств связи, в том числе и в военном деле. Это существенно сказывалось на самом механизме управления в ОКПС, стимулировало проведение определённой научно-исследовательской работы в области совершенствования форм и -11- методов в службе по пограничному надзору с учётом применения различных средств связи.
В-третьих, участие пограничных соединений и частей в Первой мировой войне успело получить отражение лишь в периодической печати того времени. Февраль 1917 г., распад Российской империи и начавшаяся после октября 1917 г. кровопролитная Гражданская война явно не способствовали проведению соответствующей научно-исследовательской работы в области дальнейшего изучения, осмысления и закрепления опыта строительства пограничного ведомства и выработки государственной доктрины в пограничной политике.
Второй период истории изучения проблемы в данном диссертационном исследовании можно назвать, как советский (1917-1990 гг.). После окончания Гражданской войны в России (1917-1922 гг.) и установления советской власти в военно-научной, исторической литературе, начиная со второй половины 20-х - конца 30-х г. XX в. были написаны работы, в которых в основном отражалось участие пограничной стражи в Первой мировой войне. Наибольшую значимость среди них имеют книги Н.Н. Головина13 и А.М. Зайончковского14. В этих трудах авторы, опираясь на реальный фактический документальный материал, уделили внимание месту и роли пограничной стражи в планах военного командования перед Первой мировой войной. Ими был внесён определённый вклад в освещение отдельных моментов использования армейским командованием частей пограничной стражи в Первой мировой войне, их особое участие в задаче прикрытия западной границы в период проведения мобилизационных мероприятий в приграничных районах. При этом необходимо отметить, что труд Н.Н. Головина, бывшего генерала русской императорской армии, хоть и был написан в эмиграции, но получил определённую известность и среди военных историков в СССР. Как впоследствии и четырёхтомный исторический труд А.А. Керсновского15 (впервые напечатанный в Париже в конце 30-х гг. XX в.), достаточно подробно освещающий участие чинов -12- пограничной стражи в войнах второй половины XIX - начала XX вв. Определённое (хотя и весьма поверхностное) внимание во всех этих трудах уделялось и вопросам управления и связи в пограничной страже в период ведения боевых действий.
В целом же, исследуя историю изучения проблемы, автор пришёл к выводу, что начиная с конца 20-х и вплоть до начала 90-х г. XX в. отечественные историки внесли крайне малый вклад в исследования исторических этапов становления и развития пограничной стражи Российской империи, в том числе и вопросов управления и связи в частях и подразделениях границы дореволюционной России. Здесь можно отметить работу Л.В. Ветошникова16, в которой достаточно подробно были указаны пограничные соединения и части, принявшие участие в составе действующей армии в знаменитом Брусиловском прорыве. Позднее, на этапе Великой Отечественной войны, в 1944 гг. на страницах журнала «Пограничник»17 и лишь частично была затронута тема служебно-боевой деятельности пограничной стражи дореволюционной России, в том числе и войск ОКПС, причём вопросы управления и связи в частях пограничной стражи упоминались вскользь, поверхностно.
Среди изданий, появившихся после Великой Отечественной войны, заслуживает внимание работа Н.Н. Яковлева18, в которой автор показывает участие на полях сражений Первой мировой войны подразделений и частей пограничной стражи. В этих работах, в определённой мере, уделяется внимание и тем средствам и способам связи, которыми пользовались пограничники в ходе ведения боевых действий.
Одними из самых значимых работ по историографии проблемы являются изданное в 1953 г. в Военной Краснознамённой инженерной академии связи имени С.М Будённого ВС СССР (ныне Военная академия связи имени С.М Будённого МО РФ) учебное пособие - «История войск связи» (часть первая)19, а также изданная в 1983 г. (под общей редакцией маршала войск связи А.И. Белова) «История военной связи» (том первый)20. В этих трудах рассматривается развитие военной связи в русской армии от начала её зарождения до -13- октября 1917 г. В связи с тем, что с 80-х г. XIX в. в пограничной страже на основе армейских требований уставов и наставлений использовались «живые», технические, электрические и другие средства связи, применяемые в Военном ведомстве, то данные труды позволяют достаточно подробно проследить особенности развития различных средств связи, существовавших в тот период. Тем не менее, в них практически не раскрывается специфика, особенности использования пограничной связи в конце XIX -начале XX вв.
В целом же, как показал историографический обзор, для публикаций и научных работ, вышедших в советский период, характерен идеологизированный подход к освещению служебно-боевой деятельности не только пограничной стражи, но и вооружённых сил дореволюционной России в целом, который страдает определённой предвзятостью и однобокостью при оценке тех или иных исторических событий ратного прошлого нашей страны21.
90-е годы XX - начало XXI вв. явились следующим периодом в изучении пограничной стражи дореволюционной России. Этот период продолжается по настоящее время. Отличительной чертой этого периода является обращение исследователей к большому количеству ранее не изученных архивных документов и материалов, остававшихся долгие десятилетия невостребованными. Активному развитию этой работы послужило создание Федеральной пограничной службы Российской Федерации22. Всё это обеспечило появление ряда принципиально новых работ. Особая заслуга в этой области принадлежит доктору исторических наук, профессору Плеханову A.M. и кандидату исторических наук, профессору Ежукову Е.Л. Благодаря их глубочайшим исследованиям отечественная историческая наука стала располагать широкими знаниями об основных этапах становления пограничной службы России на всём её многовековом пути развития, а также достаточно цельной картиной организации службы в пограничном ведомстве императорской России. В научный оборот был введён огромный пласт ранее неизвестных -14- архивных документов и материалов. В этот период появились коллективные труды, самостоятельные монографии, диссертационные исследования и научные статьи по истории пограничной службы России. В их числе необходимо отметить работы (в том числе и диссертационные) A.M. Плеханова23, В.И. Харламова24, А.А. Плеханова25, Е.Л. Ежукова26, Ф.А. Мошкова27, В.В. Клементьева28, С.Г. Бандурина29, В.И. Боярского, В.А. Дмитриева, Н.Н. Кудинова30, В.В. Терещенко31, В.П. Минакова32, В.П. Скрыгина, Э.М. Филиппова33, Е.Н. Лещёва34 и других, которые позволили значительно расширить общее представление об истории охраны государственных рубежей России и обратить при этом повышенное внимание на развитие системы связи и управления в российской пограничной страже в XIX - начале XX вв. Они показали широкую нормативно-правовую базу, регламентировавшую организацию службы пограничной стражи Российской империи.
Но и эти исследователи лишь частично остановились на некоторых, наиболее общих вопросах применения чинами пограничной стражи тех или иных средств связи в деле охраны государственной границы либо в боевой обстановке на ТВД.
Параллельно в этот период выбранная автором тема исследования получила развитие в ряде журналов, таких как «Военно-исторический журнал»35, центральных -15- журналах ФСБ России «Вестник границы России»36 и «Пограничник»37, центральной газете ФСБ России «Граница России»38 и региональной газете ФСБ России «Пограничник Северо-Востока»39. Большую роль в освещении истории пограничной стражи России сыграли издания под рубрикой «На страже границ Отечества»40, подготовленные в конце 90-х г. XX в. авторским коллективом Научно-исследовательского исторического центра ФПС России. Здесь же важно отметить совместную работу АА Плеханова и AM Плеханова41, в которой уделено серьёзное внимание освещению становления и развития пограничной стражи Российской империи и особенно - войск ОКПС. Причём в 2012 г. вышло новое издание, в которое вошли новые исторические материалы, посвящённые героической летописи пограничной стражи России42. Весьма познавательна работа «Границе нужны профессионалы» (под общей редакцией генерал-лейтенанта Н.С. Лепешкина)43, в которой уделено и внимание общей системе подготовки кадров для пограничного ведомства дореволюционной России.
В свете изучения историографии проблемы особое внимание обращает на себя монография Г.И Лещенко44, изданная в Академии ФПС России в 1996 г. в качестве учебного пособия, в которой рассматривается довольно широкий круг вопросов, связанных с историей зарождения и развития связи и её использования в охране отечественной государственной границы на рубеже XV - начала XX вв.
И всё же, несмотря на всё вышесказанное, необходимо отметить, что обобщающей работы по развитию средств связи и управления в пограничной страже Российской -16- империи пока не появилось. Более того, данная тема ещё не изучена в рамках самостоятельного диссертационного исследования.
Таким образом, изучение историографии проблемы, выбранной автором для самостоятельного исследования, свидетельствует о наличии ряда работ, в которых в той или иной степени раскрываются лишь её отдельные стороны. Поэтому, по мнению автора, будет правомерен вывод о недостаточной изученности исторического опыта по развитию средств связи и управления в пограничной страже Российской империи. И особенно в войсках ОКПС дореволюционной России в конце XIX - начале XX вв., т.е. в тот период, когда связь стала играть наиболее существенную роль в вопросах обеспечения безопасности России в пограничном пространстве.
Требует дальнейшего научного анализа освещение значения и роли различных средств связи в служебно-боевой деятельности войск ОКПС.
Сегодня, когда большая часть государственных и ведомственных архивных фондов Российской Федерации открыта, их исследование даёт возможность объективно и всесторонне изучить и обобщить развитие системы связи и управления в пограничной страже Российской империи, по-новому их оценить и проанализировать.
Исходя из этого целью диссертационного исследования является расширение и углубление научных знаний о деятельности должностных лиц пограничного ведомства по внедрению и использованию различных средств связи и управления в интересах охраны и защиты государственной границы Российской империи в 1827-1917 гг. Реализация поставленной цели научного исследования достигается через решение следующих конкретных задач:
1. Выявить факторы, влиявшие на формы и методы использования средств связи и управления в пограничной страже дореволюционной России, и особенно в войсках ОКПС.
2. Проанализировать особенности применения связи в деле охраны государственной границы и особенно в ходе участия частей и подразделений Заамурского округа ОКПС в ходе Русско-японской войны 1904-1905 гг. -17-

3. Исследовать объективные факторы развития пограничной связи в межвоенный период в 1905-1914 гг.
4. Установить особенности применения различных средств связи в пограничных соединениях, частях и подразделениях в период Первой мировой войны в 1914-1918 гг.
Источниковая база диссертационного исследования, её характер и организованность обусловлены спецификой темы и задачами научной работы. Она представляет собой совокупность различных групп исторических источников, в которых содержатся сведения о служебной деятельности пограничного ведомства по охране государственной границы дореволюционной России как в мирное время, так и в период привлечения пограничных подразделений, частей и соединений для участия в боевых действиях в войнах исследуемого периода. Все источники можно разделить на несколько групп.
В первую группу - самую важную и многочисленную - вошли сведения из неопубликованных документов семи государственных архивов Российской Федерации: Государственного архива Псковской области (ГА ПО), Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), Национального архива Республики Карелия (НА РК), Российского государственного архива Военно-морского флота (РГА ВМФ), Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного исторического архива (РГИА) и Центрального государственного архива кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга (ЦГА КФФД СПб), а также архивов трёх государственных музеев: Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (архив ВИМАИВиВС), Центрального музея связи им. АС. Попова (архив ЦМС) и Центрального пограничного музея ФСБ России (архив ЦПМ). В диссертационном исследовании впервые вводится в научной оборот значительное число документальных материалов, изученных автором в 39 фондах. -18-
Основная часть архивных документов была выявлена в РГИА45 (г. Санкт-Петербург) и РГВИА46 (г. Москва). В фондах этих двух государственных архивов содержатся материалы по эволюции организационной структуры пограничного ведомства императорской России, там же имеются документы, характеризующие служебно-боевую деятельность пограничной стражи, имеется возможность изучения исторических аспектов становления и развития связи в пограничном ведомстве исследуемого периода. Например, один из фондов РГИА (1289) включает документы о развитии телефонных и телеграфных сообщений «для военных потребностей» на западной границе России в 90-х гг. XIX в. Содержащиеся в данном фонде документы представляют большой научный интерес, так как представляя материалы Особых совещаний под председательством начальника Главного штаба русской армии с участием представителей ОКПС, весьма наглядно характеризуют те меры государственного и военного руководства страны, которые были предприняты в деле укрепления обороноспособности российского государства, в том числе и его границ. Большую научную и историческую ценность имеют документы ГА РФ47 (г. Москва), которые ярко и наглядно раскрывают служебно-боевую деятельность особого Заамурского округа ОКПС, его участия в Русско-японской войне 1904-1905 гг., помогают проследить развитие тех средств связи, которые использовали пограничники-заамурцы на Дальневосточном (Маньчжурском) ТВД.
В диссертационном исследовании автором использованы документы, сохранившиеся в РГА ВМФ (г. Санкт-Петербург), в которых весьма наглядно показаны -19- средства связи, находившиеся на наблюдательных постах пограничной стражи, охранявших морские участки границы на побережье Балтийского и Чёрного морей, их тесное взаимодействие с наблюдательными постами Военного и Морского ведомств.
В ГА ПО49 (г. Псков) диссертантом изучены фонды, позволившие дать представление о деятельности государственных почтово-телеграфных учреждений Российской империи в начале XX в., которые сыграли немалую роль в деле налаживания связи в войсках ОКПС.
Весьма интересными являются документы фонда НА РК50 (г. Петрозаводск), в котором имеется служебная переписка (циркулярные письма) между начальником Архангельского таможенного округа и пограничным надзирателем Кемской дистанции в 1853-1856 гг. Материалы фонда дают весьма наглядное представление не только о служебной деятельности северо-западных стражей границы, но и характеризуют сам механизм оперативности поступления служебной информации в низовые подразделения пограничной стражи.
Фонды ЦГА КФФД СПб51 содержат более 80 уникальных фотографий, сделанных известным отечественным фотографом конца XIX - начала XX вв. КК Буллой, на которых запечатлены чины 1-й Санкт-Петербургской императора Александра Ш пограничной бригады в период с 1908 по 1914 гг. Эти фотографии дают наглядное подтверждение, что в ходе службы по пограничному надзору стражниками (пешие чины ОКПС) и объездчиками (конные чины ОКПС) на Северо-Западе России задействовались лодки, буера, лыжи, собаки, лёгкие конные упряжки, сани, которые с успехом использовались и в качестве «живых», подвижных средств связи.
Существенно дополнили исследование архивные материалы документальных фондов ЦПМ52, музейно-исторических архивов ВИМАИВиВС53 (г. Санкт-Петербург) и -20- ЦМС54 (г. Санкт-Петербург), в которых находятся многочисленные материалы о становлении и развитии связи в Вооружённых силах России в XIX - начале XX вв.
Вторая группа источников представляет собой комплекс опубликованных документов, которые используются для раскрытия исследуемой проблемы. Сюда включены законодательные и подзаконные документы высших государственных органов Российской империи55, инструкции56, приказы57, циркуляры58 и другие документы59 по пограничной страже (Министерству финансов), Военному60 и Морскому61 ведомствам. Важное место среди источников, использованных для раскрытия исследуемой проблемы, занимают специальные сборники документов, раскрывающие служебно-боевую деятельность пограничного ведомства императорской России, совершенствование их управленческой и организационно-штатной структуры в условиях военного времени62. Большую источниковую базу по истории исследуемой проблемы удалось обнаружить в экспозиции научно-исторического фонда Зала воинской Славы музея Военной академии -21- связи имени С.М Будённого Минобороны Российской Федерации63 (г. Санкт-Петербург), научной библиотеки Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи64, рукописных фондов Российской государственной библиотеки65 (г. Москва), Российской национальной библиотеки66 (г. Санкт-Петербург) и научно-справочной библиотеки Российского государственного исторического архива, в которой особый интерес вызывают исторические документы, хранящиеся в печатных записках под шифром 220967 и шифром 235368. Кроме того, автору большую помощь оказали, предоставив свои частные архивы, сотрудники Военной академии связи имени С.М. Будённого С.В. Матюшин69, С.Г. Дирявко70 и В.Е. Мураев71 (к большому сожалению, ныне покойный), а также сотрудники Академии ФСБ России А.М Плеханов и А.А. Плеханов72.
Третья группа источников включает в себя мемуары и воспоминания очевидцев и участников исторических событий рассматриваемого периода. Здесь определённый интерес вызывают воспоминания поручика И.К. Шахновского73, автор которых являлся офицером-пограничником, непосредственным участником Русско-японской войны 1904-1905 гг., а также и другого участника этой войны офицера-армейца В.Г. Болдарева74, оставившего для истории весьма интересные воспоминания в сборнике издания общества -22- ревнителей военных знаний. Интересны и воспоминания небезызвестного генерала А.И. Деникина75, который также одно время в звании капитана Генерального штаба служил в должности начальника штаба одной из бригад Заамурского округа ОКПС и принял участие в боевых действиях на Дальневосточном ТВД, а также Генерального штаба капитана В. Агапеева, прикомандированного в ходе русско-японской войны к штабу Заамурского округа ОКПС76. Именно капитан Агапеев возглавил конную команду пограничников-заамурцев, совершивших в ходе этой войны одну из самых глубоких разведывательных экспедиций в тыл противника. На полях Маньчжурии довелось быть и впоследствии известному российскому и советскому военному дипломату генералу А.А. Игнатьеву77, о чём он и написал в своих мемуарах. Свидетелем героической обороны Порт-Артура являлся и корреспондент газеты «Новый край» Е.К Ножин, который лично хорошо знал одного из подлинных героев порт-артурской обороны подполковника ОКПС П.Д. Бутусова. Также в своих воспоминаниях Ножин немало строк уделил организации обороны Порт-Артура, в том числе и средствам связи78. Безусловно, весьма большой интерес вызывают и воспоминания командующего Маньчжурской армией, а затем и главнокомандующего всеми сухопутными и морскими вооружёнными силами, действующими против Японии в 1904-1905 гг., генерал-адъютанта А.Н. Куропаткина, которые были опубликованы ещё в 1911 г. в Берлине79. Познавательными оказались воспоминания генерал-адъютанта А.А. Брусилова80, всемирно признанного полководца Первой мировой войны 1914-1918 гг., а также активного участника той войны, офицера русского Генштаба, впоследствии Маршала Советского Союза Б.М. Шапошникова81. Полезными для научной разработки темы оказались и воспоминания государственных деятелей дореволюционной России, в разное время являвшихся министрами финансов и одновременно шефами пограничной стражи, С.Ю. Витте82 и В.Н Коковцова83. -23-
Воспоминания жандармского генерал-майора А.И. Спиридовича, написанные им в эмиграции и впервые изданные в нашей стране только в начале 90-х гг. XX в., дают весьма наглядное представление о служебной деятельности чинов Отдельного корпуса жандармов, которые весьма тесно взаимодействовали с чинами ОКПС (ввиду выполнения последними ряда полицейских функций в приграничье)84.
Ценным источником для исследования явились воспоминания и мемуары ряда отечественных выдающихся исторических, государственных и военных деятелей. Среди них воспоминания активных участников Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. генерала от инфантерии Н.А. Епанчина и выдающегося русского живописца и литератора В.В. Верещагина86, а также мемуары известного советского военачальника, генерала армии А.В. Горбатова87, начавшего свою ратную службу в русской императорской армии простым солдатом в 1912 г. Эти материалы позволили автору извлечь множество фактологических сведений, которые при сопоставлении с введёнными в научный оборот другими данными в значительной мере способствовали воссозданию достаточно целостной картины исследуемых событий.
Значительный и разносторонний материал по теме исследования сосредоточен в периодической пограничной печати рассматриваемого периода, о чём уже было подробно изложено выше. В то же время вопросам управления войсками и организации связи (в том числе и в войсках ОКПС) как в мирное время, так и в боевых условиях уделялось большое внимание и в ряде других периодических изданиях дореволюционной России, таких как «Военный сборник»88, «Офицерская жизнь»89, «Разведчик»90, «Унтер-офицер»91, «Война и мир»92, «Военный мир»93, «Братская помощь»94и другие. -24-

Публикации, помещённые на журнальных страницах того времени, позволили автору лучше понять процесс выработки теоретических положений и реальной практики применения в пограничной страже средств связи, её роли в деле охраны государственной границы, мобилизационных и служебно-организационных планах руководства пограничного ведомства исследуемого периода. Важны для работы были и опубликованные в периодической печати примеры героизма и мужества пограничников, их морально-боевого состояния95. Впрочем, материалы периодической печати не только исследуемого периода, но и появившиеся уже в советской периодике, в таких журналах, как «Связь Красной армии»96 и «Военный связист»97, также давали определённое представление о становлении и развитии средств связи в отечественных силовых структурах, в том числе и в пограничной страже дореволюционной России.
Методологическую основу диссертационного исследования составил принцип историзма: изучение вопросов, составляющих предмет исследования, проводилось с учётом конкретно-исторической обстановки. При решении поставленных задач и в изложении диссертационного материала соблюдается хронологический подход.
Диалектический метод в освещении исторических процессов позволил обеспечить многомерный, комплексный анализ рассматриваемых событий, оценить их с учётом всей совокупности факторов в их взаимообусловленности и противоречивости. Принцип научной объективности позволяет всесторонне, с учётом всех факторов, рассмотреть многогранную деятельность пограничного ведомства России в период 1827-1917 гг. На основе изучения архивных документов удалось отследить процесс изменения взглядов на организацию управления и связи в пограничной страже, и особенно в войсках ОКПС в период проведения мероприятий мобилизационного характера и дальнейшего участия пограничных частей и соединений в Русско-японской (1904-1905 гг.) и Первой мировой (1914-1918 гг.) войнах. Интерпретируя в рамках диссертационного исследования различные факты и явления, в данной работе автор также использовал общенаучные -25- методы классификации и статистического анализа, сравнительно-исторический, историко-генетический, системно-структурный и другие общенаучные, специальные и междисциплинарные.
Научная новизна диссертации определяется тем, что в отечественной историографии впервые проведено комплексное всестороннее исследование ранее недостаточно изученной проблемы использования в пограничной страже Российской империи различных средств связи в XIX - начале XX вв. Дан определённый анализ состояния пограничного ведомства в исследуемый период, что являлось одним из решающим факторов в становлении и развитии средств связи в пограничном ведомстве исследуемого периода. Показаны положительные стороны и отрицательные моменты в служебно-боевой деятельности чинов пограничной стражи, на которые весьма сильно влияло наличие тех или иных средств связи в пограничной страже; наличие подготовленных специалистов связи в пограничной страже; степень практического использования и грамотной эксплуатации тех или иных средств связи пограничниками в XIX - начале XX вв. Выявлены, обобщены и систематизированы методы управления и способы практического применения средств связи в войсках ОКПС Российской империи на двадцатилетнем отрезке отечественной истории. В научный оборот введены новые, ранее не публиковавшиеся архивные документы и материалы. Сформулированы некоторые новые теоретические выводы и научно-практические рекомендации по дальнейшему изучению данной проблемы, использованию накопленного опыта в современных условиях оперативно-служебной и боевой деятельности органов Пограничной службы ФСБ России, его освещению при дальнейшей разработке трудов по военной и пограничной истории России, истории искусства охраны государственной границы, его изучению в военно-учебных заведениях Пограничной службы ФСБ России и иных силовых структурах Российской Федерации.
На защиту выносятся следующие положения:
— результаты комплексного анализа процесса развития средств связи и управления в пограничной страже Российской империи как сложного, многогранного социально-политического и военно-исторического явления;-26-
— итоги исследования исторически обусловленной эволюции форм управления пограничной стражей и способов практического применения средств связи в пограничных подразделениях, частях и соединениях в XIX — начале XX вв., а также выводы о причинах и характере возрастания технических средств связи в пограничном ведомстве исследуемого периода;
— авторские оценки и суждения по концептуальным и практическим вопросам исследуемой проблемы, в том числе по дискуссионным вопросам исторической науки и общественно-политической практики;
— теоретические выводы по результатам исследования, имеющие цель показать особую значимость различных средств связи в деле охраны государственной границы в современных условиях реорганизационных процессов, проходящих в пограничном ведомстве, а также научно-практические рекомендации, направленные на более глубокое изучение актуальных проблем истории охраны государственной границы России, разумное использование в современных условиях новых исторических знаний в интересах более эффективного применения сил и средств Пограничной службы ФСБ России для обеспечения безопасности государства.
Теоретическое и практическое значение диссертационного исследования заключается в том, что выявленные закономерности развития средств связи и управления в пограничной страже Российской империи, служебно-боевая деятельность чинов пограничной стражи в исследуемый период дают серьёзное основание для рассмотрения всех аспектов охраны государственной границы и деятельности Пограничной службы ФСБ России в настоящее время, позволяют сделать выводы о направлении дальнейших путей развития и совершенствования связи в пограничном ведомстве. Выводы исследования могут быть полезны как для учёных, изучающих проблемы отечественной и военной истории, так и для широкого круга читателей. Основные положения и материалы работы можно включить в учебные пособия военных и гражданских вузов для проведения с занятий с курсантами и студентами по отечественной и военной истории, некоторым специальным дисциплинам.-27-
Апробация работы. Основные научные результаты исследования нашли отражение в докладах и сообщениях автора на научно-практических конференциях, проходивших в Ленинградском государственном университете им. АС. Пушкина, пленарных и выездных заседаниях научно-исследовательского отдела (военной истории Северо-Западного региона РФ) научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооружённых Сил Российской Федерации, изложены в 21 статьях, из них четыре - в изданиях, рекомендованных перечнем ВАК, 11 -в материалах научных конференций и журналах, и шесть - в газетах.
Идеи и материалы диссертационного исследования также использованы автором при подготовке учебного пособия «Отдельный корпус пограничной стражи Российской империи в 1893-1917 гг.» для курсантов и слушателей Института ФСБ России (г. Санкт-Петербург) и монографии «Развитие системы связи и управления в пограничной страже Российской империи (1827-1917 гг.)».
Диссертация обсуждалась и одобрена на заседании научно-образовательного Центра исторических исследований и анализа Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина.

 

Примечания

 

1 Указ Президента РФ «О проведении в Российской Федерации Года российской истории» от 09.01. 2012 г. № 49.
2 Рехневский С.С. Телеграфы и применение их к военному делу. СПб., 1872.
3 Гейрот Л.Ф. Описание Восточной войны 1853-1856 гг. СПб., 1872.

4 Дубровин Н.Ф. История Крымской войны и оборона Севастополя. Т. 1. СПб., 1900.
5 Чернушевич М.П. Материалы к истории пограничной стражи. Вып. 1-5. Ч. 1, 2. СПб., 1900-1910.
6 Сборник материалов по Русско-турецкой войне 1877-78 гг. Кавказско-малоазиатский театр. Вып. 1. СПб., 1903.
7 Юнаков Н.Л. Записки по истории Русско-японской войны 1904-1905 гг. Ч.1, 2. СПб., 1914.

8 Лебедев Д.К. Записки по истории Русско-японской войны 1904-1905 гг. Ч. 3. СПб., 1913.
9 Подполковник Пётр Дмитриевич Бутусов // Пограничник. 1906. № 1; Ротмистр Владимир Августинович Виторский // Пограничник. 1906. № 1; Поручик Владимир Николаевич Кречетов. // Пограничник. 1906. № 7 и др.
10 Хроника пограничной жизни. Соединение австрийскими жандармами своего телефона с нашим телефоном // Страж. 1913. № 65.
11 Молодому заамурцу о присяге // Досуги заамурца. 1911. № 6.
12 Сигнализация // Пограничник. 1907. № 20; Чернушевич М. Краткая история-хроника пограничной стражи и выделение её в Отдельный корпус // Пограничник. 1907. № 24; Чернушевич М. Беспроволочное телеграфирование // Пограничник. 1914. № 102 и др.
13 Головин Н.Н. Из истории кампании 1914 года на русском фронте. Прага, 1926.
14 Зайончковский А.М. Подготовка России к империалистической войне. Очерки военной подготовки и первоначальных планов. М., 1926.
15 Керсновский А.А. История русской армии. В 4 Т. М., 1993-1994.
16 Ветошников Л.В. Брусиловский прорыв. Оперативно-стратегический очерк. М.,1940.
17 Дмитриев С. Пограничная служба в России в первой половине XIX века // Пограничник. 1944. № 7-8.
18 Яковлев Н.Н. 1 августа 1914 г. М., 1974.
19 История войск связи. Учебное пособие Ч. 1. Л., 1953.
20 История военной связи. Т. 1. М., 1983.
21 История войн и военного искусства. Учебник для слушателей офицеров высших военно-учебных заведений Советских вооружённых сил военной связи. М., 1970.
22 Указ Президента Российской Федерации «О Федеральной пограничной службе Российской Федерации» от 30.12. 1994 г. № 2245.
23 Плеханов А.М. Отдельный корпус пограничной стражи: Краткий исторический очерк. М., 1993.
24 Харламов В.И. Развитие военного образования офицеров регулярной армии и пограничной охраны России (1893-1917 гг.): исторический опыт: дис. ... канд. ист. наук. М., 1994.
25 Плеханов А.А. Комплектование и подготовка личного состава Отдельного корпуса пограничной стражи (1700-1917 гг.): дис. ... канд. ист. наук. М., 1999.
26 Ежуков Е.Л. Зарождение, становление и развитие пограничной охраны России. Ч. 1, 2. М., 1997.
27 Мошков Ф.А. Морская пограничная охрана России: от Петра I до наших дней: Краткий исторический очерк. М., 2003.
28 Клементьев В.В. Военное ведомство в охране границ Российской империи: дис. ... канд. ист. наук. М,. 2000.
29 Бандурин С.Г. История формирования руководящих кадров Пограничной службы России в XX веке (царская Россия, СССР, Российская Федерация): автореф. дис. . канд. ист. наук. М., 2009.
30 Боярский В.И., Дмитриев В.А., Кудинов Н.Н. Пограничный надзор на море: Историко-документальный очерк. М., 2006.
31 Терещенко В.В. На охране рубежей Отечества. М., 2008.
32 Минаков В.П. Пограничная стража России в войнах второй половины XIX - начала XX века: исторический опыт и уроки: дис. . канд. ист. наук. М., 2004.
33 Скрыгин В.П., Филиппов Э.М. История пограничной охраны и спецслужб России: Учебное пособие. СПб., 2011; Филиппов Э.М. Северо-Западный пограничный округ: история и современность. СПб., 1997.
34 Лещёв Е.Н. Обеспечение военной безопасности границы Российской империи в Средней Азии (18601917 гг.): исторический опыт: автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 2011.
35 Деревянко И.В. Ловить шпионов было некому // Военно-исторический журнал. 1993. № 12; Плеханов А.А. «Спасибо за молодецкую службу!» // Военно-исторический журнал. 2002. № 1 и др.
36 Боярский В .И. Основные этапы, противоречия и тенденции развития пограничной службы России (XIV-XX вв.) // Вестник границы России. 1996. № 5; Степанов Е.И. Заамурский пограничный округ ОКПС // Вестник границы России. 2003. № 3; Боевое обучение пограничных стражников России на границе с Афганистаном и на Памире (1896-1917) // Вестник границы России. 2007. № 6 и др.
37 Сидорук С. На дальневосточных рубежах // Пограничник. 2013. № 10.
38 Петров И.П. Школа российской погранстражи // Граница России. 2002. № 41 и др.
39 Слабука В. Особый Заамурский... // Пограничник Северо-Востока. - 2010. № 49.
40 На страже границ Отечества. История пограничной службы. Краткий очерк. М., 1998 и др.
41 Плеханов А.А., Плеханов A.M. Отдельный корпус пограничной стражи императорской России (18931917): Исторический очерк. М., 2003.
42 Плеханов А.А., Плеханов A.M. Отдельный корпус пограничной стражи на границе России (1893-1919): Научно-популярное издание. М., 2012.
43 Границе нужны профессионалы (История развития системы подготовки воинов-пограничников России). М., 2003.
44 Лещенко Г.И. История связи в пограничной страже России (XV - начало XX вв.). М., 1996.
45 В РГИА изучены фонды: 21 (Департамент таможенных сборов 1864-1918 гг.), 23 (Министерство торговли и промышленности (1905-1917)), 143 (канцелярия начальника Петербургского таможенного округа (1811-1912)), 560 (Общая канцелярия Министерства финансов (1811-1917)), 565 (Департамент государственного казначейства (1821-1917)), 1152 (Департамент государственной экономики Государственного совета), 1289 (Главное управление почт и телеграфов (1722-1917)) и 1341 (Первый департамент Сената).
46 В РГВИА изучены фонды: 400 (Главный штаб), 481 (Война 1853-1856 гг.(Коллекция)), 4888 (Отдельный корпус пограничной стражи), 4890 (Управление 3-го округа пограничной стражи), 4910 (Управление Сводной пограничной пехотной дивизией), 4950 (Боевые действия 6-го пограничного Заамурского пехотного полка).
47 В ГА РФ изучены фонды: 543 (Канцелярия рукописей Царскосельского дворца), 7071 (Штаб Заамурского округа Отдельного корпуса пограничной стражи).
48 В РГА ВМФ изучены фонды: 24 (Стеценко К.В., адмирал), 401 (Минный отдел), и 418 (Морской генеральный штаб. Петроград (1906-1918)), 440 (Минный офицерский класс и школа учебного отряда г. Кронштадт), 609 (Штаб командующего морскими силами Чёрного моря), 930 (Кронштадтский порт).
49 В ГА ПО изучены фонды: 262 (Псковское губернское жандармское управление), 313 (Почтовотелеграфные конторы и отделения Петербургского почтово-телеграфного округа 1887-1917 гг.).
50 В НА РК изучен фонд 589 (Надзиратель пограничной стражи Кемской дистанции (1854-1856 гг.)).
51 В ЦГА КФФД СПб изучены дореволюционные фотофонды К.К. Буллы, относящиеся к служебно-боевой деятельности чинов 1-й Санкт-Петербургской императора Александра III пограничной бригады в период с 1908 по 1914 гг.
52 В архиве ЦПМ изучены фонды: Д-419, Д-487, Д-493 и Д-585, которые относятся к дореволюционному периоду деятельности пограничной стражи России.
53 В архиве ВИМАИВиВС изучены фонды: 10р (Музей Военной академии связи (Архивные документы 1919-1961 гг.)), 13 (Подготовительная комиссия при Особом совещании по обороне государства. II. 5.), 49 (Музей Военной академии связи. V. 5.), 52 (Коллекция документов, поступивших из Отдела военной истории АИМ.'УГ.6.), 52р (Коллекция документов мемуарного характера).
54 В архиве ЦМС изучены архивные фонды: Телеграф (Телеграф), Телефон (Телефон), Коган (Телеграф), 14 (Телефон).
55 Полное собрание законов Российской империи. Т. 2. 3-е собр. СПб, 1886; Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемые при Правительствующем сенате. СПб., 1899 и др.
56 Инструкция службы чинов Отдельного корпуса пограничной стражи. СПб., 1912.
57 Приказ по 1-му округу ОКПС «Об инспекторском смотре Аренсбургской бриг.» от 21 июня 1900 г. № 31. СПб., 1900; Официальный отдел. Высочайшие приказы по Отдельному корпусу пограничной стражи // Вестник русской конницы. 1906. № 23; Высочайшие приказы Министерства финансов // Разведчик. 1893. № 160.
58 Сборник секретных циркуляров по ОКПС с 1894 по 1900 г. включительно. Секретно. СПб., 1901; Сборник циркуляров ОКПС за 1893 (с 2-го ноября) и 1894 год. СПб., 1895; Сборник циркуляров ОКПС за 1895 г. СПб., 1896; Сборник циркуляров ОКПС за 1897 год. СПб., 1898; Сборник циркуляров ОКПС за 1899 год. СПб., 1900; Сборник циркуляров ОКПС за 1903 г. СПб., 1904.
59 Смета доходов, расходов и специальных средств управления Отдельного корпуса пограничной стражи на 1896 г. СПб., 1895; Смета доходов, расходов и специальных средств управления Отдельного корпуса пограничной стражи на 1897 г. СПб., 1896; Третье мобилизационное расписание наблюдательных пунктов Балтийского моря, Рижского и Финского заливов, а также крейсеров Балтийского моря Отдельного корпуса пограничной стражи. Секретно. № 139. СПб., 1904; Наставление для мобилизации частей Отдельного корпуса пограничной стражи. Секретно. Проект. СПб., 1911.
60 Почтовое голубеводство. Инструкция для военно-голубиных станций. Издание Главного инженерного управления. СПб., 1901; Положение о полевой оптической сигнализации в пехоте, кавалерии и артиллерии. СПб., 1908 и др.
61 Правила по электротехнике для судов флота. СПб.,1901.
62 Наступление Юго-Западного фронта в мае-июне 1916 г. Сборник документов. М., 1940; Военноинженерный сборник. Материалы по истории войны 1914-1918 гг. Кн. 3. М., 1919.
63 Средства связи на войне. Начальника отделения прусского военного министерства полковника Шмидеке. СПб., 1911.
64 Техника службы связи в малых отрядах. Составили гв. штабс-капитан Андреев и гв. поручик Луполов. М., 1908.
65 Наставление конным разведчикам. В вопросах и ответах для нижних чинов. Под редакцией Г енерального штаба полковника Володченко. Харбин, 1908.
66 Рапорт полковника Крестовского директору Департамента таможенных сборов о результатах инспектирования в июне, июле, августе и сентябре 1888 года Карской и Бакинской бригад пограничной стражи. СПб., 1889 и др.
67 Представление в Государственную думу министра МВД статс-секретаря Столыпина «С проектом положения об устройстве и эксплуатации телефонных сообщений» от 31 мая 1911 г. № 32009. СПб., 1911 и др.
68 Всеподданнейший доклад по Военному министерству на 1912 г. Секретно. № 36. СПб., 1913.
69 Лесков А., Николич Е. Справочный календарь для нижних чинов пограничной стражи «На границе и дома» на 1911 год. СПб., 1910.
70 Габаев Г. Опыт краткой хроники-родословной русских инженерных войск. Пособие при исторических изысканиях и справках об инженерных войсках. СПб., 1907.
71 Список высшим чинам государственного, губернского и епархиального управлений. СПб., 1874.
72 Годовой отчёт по Отдельному корпусу пограничной стражи за 1913 г. СПб., 1914.
73 Шахновский И.К. Очерк деятельности Заамурского округа Отдельного корпуса пограничной стражи в период минувшей Русско-японской войны (1904-1905г.г.). СПб., 1906.
74 Болдырев В.Г. Японо-русская война 1904-05 гг. Бой на реке Шахэ (взятие Путиловской сопки). СПб., 1905.
75 Деникин А.И. Путь русского офицера. М., 2006.
76 Агапеев В. Разведка летучего отряда на протяжении 2000 вёрст. Раздел 1 // Военный сборник. 1908. № 8.
77 Игнатьев А.А. Пятьдесят лет в строю. М., 1988.
78 Ножин Е.К. Правда о Порт-Артуре. Ч.1. СПб., 1906.
79 Записки генерала Куропаткина о Русско-японской войне. Итоги войны. Берлин, 1911.
80 Брусилов А.А. Мои воспоминания. М. -Л. 1929.
81 Шапошников Б.М. Воспоминания. Военно-научные труды. М., 1974.
82 Витте С.Ю. Воспоминания. М., 1994.
83 Коковцов В.Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1911-1919. М., 1991.
84 Спиридович А.И. Записки жандарма. М., 1991.
85 Епанчин Н.А. На службе трёх императоров. Воспоминания. М., 1996.
86 Верещагин В.В. Очерки, наброски, воспоминания. СПб, 1883.
87 Горбатов А.В. Годы и войны. Записки командарма. 1941-1945. М., 2008.
88 Троцкий В. Заамурский округ пограничной стражи на охране железной дороги в кампанию 19041905 гг. Раздел 1 // Военный сборник. 1908. № № 8, 9 и 10.
89 О службе связи // Офицерская жизнь. 1914. № 1 и др.
90 Логофет Д.Н. Корреспонденция разведчика с театра военных действий (настроения последних дней), Эйдкунен (Вост. Пруссия) // Разведчик. 1914. № 1240 и др.
91 Заамурцы-пластуны 43-й сотни // Унтер-офицер. 1914. № 40; Подвиг пограничника // Унтер-офицер. 1914. № 76 и др.
92 Б-ский И. Ещё раз о сигнализации // Война и мир. 1907. № 1.
93 Махров П. Аэропланы в будущей войне // Военный мир. 1913. № 1.
94 Михеев С. Теория разведки // Братская помощь. 1907. № 7. С. 68.
95 Военные подвиги. Подвиг подпрапорщика 5-й роты Заамурского пограничного пехотного полка Даньшина // Унтер-офицер. 1916. № 159; Военные подвиги. Доблесть заамурцев // Унтер-офицер. 1916. № 165; Военные подвиги. Удалая работа дозора // Унтер-офицер. 1916. № 178 и др.
96 Плотников В. Простейшие средства связи // Связь Красной армии. 1942. № 2.
97 Брусницын Н. Радио в Вооружённых силах // Военный связист. 1954. № 5 (143).

 

Глава I. Организация связи и управления в пограничном ведомстве Российской империи в XIX - начале XX вв.
1.1. Служба по пограничному надзору и система управления и связи в пограничной страже России (30-90 гг. XIX в.)

 

Одержав победу над наполеоновской Францией в Отечественной войне 1812-1814 гг., Россия под влиянием союзников приняла в 1819 г. таможенный тариф, снявший все запреты на импорт и экспорт. Однако ни одна европейская держава не собиралась следовать принципу свободной торговли. Либеральная таможенная политика резко -28- ухудшила экономическое положение России: изделия отечественной промышленности, находившейся в зачаточном состоянии, не могли конкурировать с западноевропейскими аналогами. Для преодоления кризиса национального производства в 1822 г. был принят охранительный таможенный тариф, запретивший вывоз 21 и ввоз 300 видов товаров.
Введение протекционистского тарифа 1822 г., увеличившего пошлины на некоторые товары более чем в 2,5 раза, вызвало активный всплеск промыслово-коммерческой контрабанды на западных границах российского государства98. Потребовались кардинальные меры по усилению охраны границы, которые выразились в совершенствовании форм организации существовавшей на тот момент вольнонаёмной таможенной стражи.
5 (17) августа 1827 г. российский император Николай I «по представлению Министра Финансов Графа Канкрина повелевает устроить новую Таможенную Пограничную Стражу на твёрдых воинских началах, дав ей правильную военную организацию». Тогда же было принято «Положение об устройстве пограничной таможенной стражи», а затем «Инструкция Воинским Начальникам этой стражи (1827 года), а позднее равно таковая же надзирателям и их помощникам (1829 года)»99. По «Положению об устройстве пограничной таможенной стражи» руководство ею было сосредоточено в Департаменте внешней торговли (с 1864 г. - Департамент таможенных сборов) Министерства финансов100, где было организовано отделение пограничного надзора.
Пограничная таможенная стража организационно состояла из бригад, полубригад и рот с общим подчинением начальникам таможенных округов. Следует отметить, что роты включали отряды, состоявшие из конных объездчиков и пеших стражников, а иногда и так -29- называемые подвижные колонны101. Всего же в пограничной таможенной страже в 1827 г. по числу 13 таможенных округов имелось: бригад четыре (Виленская - пять рот, Гродненская - три роты, Волынская - четыре роты, Херсонская - три роты), полубригад семь, состоявших из двух рот каждая (Санкт-Петербургская, Эстляндская, Лифляндская, Курляндская, Одесская, Таврическая и Таганрогская) и отдельных две роты (Беломорская и Керчь-Еникольская). Вышеперечисленные подразделения и части насчитывали в общей сложности «офицеров: бригадных и полубригадных Командиров 11; командиров рот 31; надзирателей (чиновники) 119 и их помощников 156; нижних чинов: конных 2018 и пеших 1264. Протяжение по границе, занятое стражею, около 8800 вёрст [1 верста - 1,0668 км], по европейской границе» (см. приложение 1)102.
«Положение об устройстве пограничной таможенной стражи» 1827 г. легло в основу её устройства как военной организации. В то же время она не могла быть отнесена к регулярным войскам, так как её части и подразделения были рассредоточены вдоль границы на тысячи вёрст103. Проведённое исследование позволяет сделать вывод о том, что вопросы управления и связи между частями и подразделениями таможенной пограничной стражи в этот период стояли весьма остро и были более чем актуальны.
На первый план по оперативности передачи необходимой информации в первой половине XIX в. в России выдвинулся оптический телеграф (телеграфами называются приборы, служащие для быстрой передачи сведений на большие расстояния).
Телеграф - древнейший вид связи, возникший ещё на заре цивилизации. Вначале он был оптическим и акустическим, а с конца XIX в. стал электрическим104.
В древности для передачи сообщений при помощи звука применялись барабаны, а позже - рупоры и колокола. Оптический телеграф - это костры, факелы, семафоры. Один из старейших видов такого средства связи описывает древнегреческий полководец и учёный Полибий (201-120 гг. до н. э.). -30-
В Древнерусском государстве (Киевской Руси) в IX-XI вв. для сигнализации также применялись костры, при помощи которых «заставы богатырские» сообщали с границ Древней Руси, например, о нашествии неприятеля. Более того, в дальнейшем использование «огненного телеграфа» на Руси предусматривалось специальным документом - приговором Ивана IV (Грозного) 1571 г. «О станичной и сторожевой службе»105.
В 1794 г. во Франции, на линии Париж и Лиль (210 км) заработал первый семафорный (оптический) телеграф, построенный братьями К. и Н. Шаппами. Он представлял собой 22 станции (2 оконечные и 20 промежуточных)106. Передающееся семафорное устройство из подвижных реек устанавливалось на верху башни, и линия телеграфа Шаппа представляла собой цепочку таких башен, расположенных на расстоянии прямой видимости друг от друга. Сигналы сообщения передавались последовательно от башни к башне. Несмотря на то, что телеграф Шаппа никогда не мог действовать ночью, тем не менее, он практически использовался во Франции до 1855 г.107
В России первый семафорный телеграф был построен между Санкт-Петербургом и Шлиссельбургом (протяжённость - более 56 вёрст). Эта линия семафорной связи проработала до 1836 г., обеспечивая своевременную информацию судов по Ладожскому озеру108. Можно с уверенностью сказать, что эта линия оптической семафорной связи использовалась в интересах пограничной стражи, так как действовала на северо-западном участке государственной границы России, где в 1827 г. были образованы Санкт-Петербургский и Архангельский таможенные округа, а в них Санкт-Петербургская пограничная полубригада и Беломорская отдельная рота соответственно. Полубригада являлась тактической войсковой частью, входившей в состав пограничной стражи и предназначавшейся для охраны границы.109 В марте 1829 г. в Санкт-Петербургском таможенном округе была сформирована новая рота. Одну её часть направили на усиление таможенной цепи по сухопутной границе с Финляндией, а другую - для учреждения -31- постов по берегам Ладожского озера: «для отвращения тайного водворения товаров из Финляндии, через Ладожское озеро, учреждены таможенная застава у Шлиссельбурга и посты Пограничной Стражи по берегам этого озера... Увеличена численность С.-Петербургской бригады Пограничной Стражи...»110.
В 1834 г. оптический телеграф связал Санкт-Петербург с Кронштадтом (протяжённость - более 28 вёрст), а в 1835 г. - с Царским Селом (протяжённость - более 23 версты) и Гатчиной (протяжённость - около 49 вёрст). В 1838 г. по системе французского инженера Ж. Шато, представлявшей собой усовершенствованный вариант оптического телеграфа Шаппа, была построена самая длинная в мире линия оптической связи Санкт-Петербург - Псков - Динабург - Вильна - Варшава протяжённостью более 1 тыс. вёрст (в конце 1839 г. этот оптический телеграф вступил в действие). На этом пути было расположено 149 промежуточных станций-башен (ретрансляционных участков) высотою от 5 до 10 сажен (более 20 м), сигналы наблюдались в трубу111. Обслуживающий штат составлял 1 тыс. 908 человек. Сигнал от столицы до Варшавы проходил за 15 минут. Таким образом, депеша, имеющая 100 сигналов, могла быть получена за 35 минут112.
Исходя из вышеизложенного, становится понятно, что эта линия оптического телеграфа имела важное стратегическое значение не только в военном деле, но и в деле охраны границы, т.к. благодаря работе этой линии оптического телеграфа осуществлялось быстрое (оперативное) получение необходимой информации из важнейших приграничных районов на западной границе Российской империи в столицу (центр страны).
И всё же активно использовать линии оптического телеграфа в интересах пограничной стражи не всегда представлялось возможным. На это указывает «Дело об усилении С.-Петербургской бригады пограничной стражи» от 20 января 1839 г., в котором имеется докладная записка на имя императора Николая I министра финансов Российской империи Е.Ф. Канкрина113. В ней министром финансов «испрашивается Высочайшее -32- соизволение на усиление С.-Петербургской Бригады Пограничной Стражи», так как бригада «в нынешнем её составе оказывается недостаточною для охраны границы и в особенности станций от водворения контрабанды, недостаток этот наиболее чувствителен в зимнее время, когда Ладожское озеро и тонкие, болотистые места на границе с Финляндией, летом - непроходимые, замерзают и доставляют удобный путь для тайного ввоза контрабанды. Принимая эти обстоятельства в уважение, казалось бы полезными, в особенности для охранения станционного ввоза контрабанды, усилить С.-Петербургскую Бригаду прибавкою 100 человек нижних чинов при 3-х надзирателях и 3-х помощниках надзирателей».
Уже на следующий день император Николай I утвердил докладную записку министра финансов, начертав на ней одно слово - «Исполнить»114(см. приложение 2) .
Если обратить внимание на текст этой докладной записки Е.Ф. Канкрина, то можно сделать вывод, что нехватка личного состава сказывалась и на возможности оперативно и своевременно доставлять донесения чинами пограничной стражи о «водворении контрабанды». Тем более в весенне-летний период, когда «тонкие, болотистые места на границе с Финляндией» становились непроходимыми, «живая» связь (конная, пешая эстафета) между пограничными подразделениями вообще становилась затруднительна. Что же касается линий оптической связи, то они проходили в стороне и воспользоваться ими не было возможности.
Поэтому для более надёжной охраны границы от контрабандного промысла приходилось усиливать линию «пограничной черты» личным составом. Другого выхода просто не было. Пограничная стража, согласно инструкции «чинам Пограничной Стражи, Высочайше утверждённой 17 Июля 1829 года», размещалась вдоль границы по двум линиям - на самой границе 1-я линия и «в некотором от неё расстоянии 2-я - 5 вёрст в глубь страны»115.
Постепенно пограничная таможенная стража наряду с таможенными обязанностями стала решать карантинные и другие вопросы, связанные с охраной -33- границы. Исходя из выполняемых задач с 1832 г. таможенная пограничная стража стала именоваться пограничной стражей116.
Недостаточность линий оптического телеграфа постоянно сказывалась и на необходимости увеличения численности погранстражи для усиления берегового надзора на морских участках границы. Так, в 1837 г. был усилен береговой надзор по Азовскому морю, который осуществлялся личным составом Керчь-Еникольского и Таганрогского таможенных округов в количестве 64 стражников, распределённых между 16 постами. Тогда же в январе 1837 г. императором Николаем I был утверждён штат Керчь-Еникольской полубригады пограничной стражи в количестве 146 человек: ротный командир («командующий полубригадой») - 1; надзирателей - 2; помощников надзирателей - 4; ветеринарный врач -1; вахмистров - 6; объездчиков - 88; стражников -38; писарей - 3; кузнецов - 2117. Должности надзирателей и помощников надзирателей, так же, как и должность ротного командира, являлись офицерскими. На это указывают приказы по пограничной страже того периода. Например, приказом от 27 сентября 1849 г. № 30 «определённый в Пограничную Стражу Высочайшим приказом 23-го текущего Сентября Капитан Кречинский 1-й» был назначен надзирателем в Гродненскую бригаду, а чуть ранее, приказом № 11 от 11 марта 1849 г. «переведённый высочайшим по военному ведомству 15-го текущего Марта в Пограничную Стражу... Прапорщик Ходунов» был определён помощником надзирателя в Виленскую бригаду118.
В мае 1844 г. был значительно увеличен штат Измаильской бригады, в апреле 1848 г. - бригад Рижского, Ревельского и Либавского таможенных округов119. То есть тех приморских бригад, которые имели береговые наблюдательные посты, игравшие важную роль в своевременном оповещении (связи) подразделений пограничной стражи, армейских частей и персонала близлежащих маяков, линий оптического (а в дальнейшем и электрического) телеграфа в интересах охраны приморских участков границы. А в -34- случае войны - передачи донесений о действиях неприятельских морских сил в прибрежных водах.
Линии русского оптического телеграфа были довольно активно задействованы в ходе Восточной (Крымской) войны 1853-1856 гг., в которой приняла участие и пограничная стража. На неё военным командованием на различных участках театра военных действий (ТВД)120 возлагались задачи по сбору сведений о силах противника, своевременном оповещении о его подходе русских армейских линейных частей и крепостных гарнизонов (в том числе и при помощи оптических линий связи).
Увеличение численности пограничной стражи происходило также и в связи с объективной необходимостью увеличения количества (объёма) задач, ставившихся перед ней правительством России. Так, после переноса таможенной черты Российской империи на внешние границы «Царства Польского» в 1851 г. были сформированы 3 новые бригады пограничной стражи (Вержболовская, Калишская, Завихотская), а стража была усиленна 26 офицерами, 3 тыс. 760 нижними чинами. К 1853 г. в составе пограничной стражи состояло 73 штаб-офицера, 493 обер-офицера, 11 тыс. нижних чинов121.
О том, что представляли из себя в организационном плане бригады и полубригады пограничной стражи накануне Крымской войны, можно судить из описания Таврической полубригады. Полубригада к началу Крымской войны состояла из 2 рот, которые подразделялись на 2 отряда каждая, а личный состав был расположен по побережью Чёрного моря от Перекопа до деревни Карангат на 58 постах (кордонах). Находясь в ведении Департамента внешней торговли Министерства финансов, полубригада подчинялась Керчь-Еникольскому градоначальнику. Штаб полубригады находился в Симферополе. Командиры рот располагались: 1-й роты (капитан Загоровский) - в Евпатории, 2-й роты (майор Иванов) - в Феодосии. Штаб полубригады состоял из: -35- командира полубригады, одного запасного офицера, ветврача, двух писарей и семи кузнецов122 .
Численность первой роты на дистанции от Перекопа до Фаросского поста составляла 8 офицеров и 123 нижних чина пограничной стражи, в том числе: 94 конных и 29 пеших. Численность второй роты на дистанции от Мухолатского поста до Карангатского поста составляла 6 офицеров и 107 нижних чинов (69 конных и 38 пеших). Протяжённость всего участка полубригады составляла 1 тыс. 1 версту. На это расстояние приходилось 14 офицеров и 230 нижних чинов123.
Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что постепенное расширение круга задач, которые старалось решать государство в пограничном пространстве в своих интересах с использованием сил и средств пограничной стражи, неуклонно вело к совершенствованию её структуры. Так, охрана границы строилась в две линии: первая в основном состояла из пеших чинов пограничной стражи, то есть стражников, а вторая -объездчиков, которые, используя лошадей, совершали разъезды между постами, зачастую являясь и конными посыльными для связи между пограничными подразделениями. Таким образом, на самой границе её стражам приходилось в первую очередь использовать «живые» средства связи - пеших и конных посыльных, на приморских участках границы - боты, шлюпки и лодки, а также различные способы оптической сигнализации (костры в ночное время, а днём - дымы, флаги, вышки, подзорные трубы для наблюдения и своевременного оповещения).
Быстрое развитие капитализма в России во второй половине XIX в., рост производства, развитие путей сообщения и средств связи создавали предпосылки как для изменений в строительстве Вооружённых сил России, так и дальнейшего становления и развития её пограничной стражи. Таким образом, были объективно созданы необходимые условия проведения комплекса военных реформ, которые напрямую отразились и на пограничной составляющей российского государства. Если в 1827 г. «Положение об устройстве пограничной таможенной стражи» утвердило и стало началом её устройства -36- как военной организации, чётко отличавшейся от полиции, то к середине XIX в. пограничная стража была значительно приближена к положению Военного министерства124 Эти эволюционные процессы продолжились и дальше, всё более приближая пограничную стражу к статусу военной организации (каковой она официально и стала в 1893 г.)125.
Дальнейшее развитие получили и средства связи в пограничной страже России. А с открытием законов электричества, развитием электромагнетизма и прикладной электротехники в целом появляется новый вид связи - электрический. В середине XIX в. были изобретены различные средства электрической связи, оказавшие самое непосредственное влияние на развитие всей системы управления и связи в вооружённых силах российского государства (в том числе и в пограничной страже). Тем более, что среди первых изобретателей электрических средств связи были русские учёные.
Основоположником телеграфии стал русский учёный Павел Львович Шиллинг (1783-1837). Он сумел создать первую практически пригодную модель телеграфного аппарата и указать основные направления его дальнейшего совершенства. Его изобретение было связано с открытием электромагнитного поля126.
В 1828 г. П.Л. Шиллинг испытал на Красносельском полигоне сапёрного батальона (там же он одновременно проводил опыты над электрической миной) свой первый двухпроводной одномультипликаторный (однострелочного) телеграф, он же разработал и телеграфную азбуку, что ознаменовало собой возникновение телеграфии127.
9 (21) октября 1832 г. П.Л. Шиллинг у себя на квартире (в Санкт-Петербурге) впервые публично продемонстрировал работу своего нового изобретения - стрелочного телеграфа. Эта дата считается началом электромагнитного телеграфирования128. -37-
Достойным преемником и продолжателем работ П.Л. Шиллинга по внедрению электрического телеграфа в России был русский учёный Борис Семенович Якоби (18011874), который совершенно самостоятельно изобрёл в 1839 г. пишущий телеграф. Тогда же Б.С. Якоби оборудовал своими аппаратами телеграфную линию между Главным штабом и Зимним дворцом в Санкт-Петербурге, а в 1842 г. провёл телеграф из Санкт-Петербурга в Царское Село (ныне г. Пушкин) и в Петергоф129. Масштабы прокладывавшихся проводных линий связи побудили Б.С. Якоби значительно усовершенствовать линейную часть телеграфа. Он исследовал и применил для кабеля новые изоляционные материалы. Якоби разработал целый ряд приспособлений для обмотки проводов пенькой, пропитки пеньки смолами, наложения каучука, а также приборов для электрических испытаний изолированного провода. Для чего им были организованы специальные мастерские для изготовления кабеля, положив этим начало кабельному производству в России130
С 1838 по 1852 гг. Б.С. Якоби было создано более восьми образцов телеграфных аппаратов, в которых были заложены основные принципы современной телеграфии: синхронность и синфазность буквопечатающих аппаратов; фиксирование сигналов (буквопечатающий приём)131.
В 1847 г. немецкий предприниматель Сименс получил в Пруссии патент на телеграфные аппараты Б.С. Якоби и при помощи механика Г. Гальске организовал его производство и начал выполнять заказы и подряды на телеграфные установки в других странах. Германская агентура фирмы Сименса и Гальске заняла все командные высоты телеграфного строительства в России132.
С 1852 по 1855 гг. в России было построено более 5 тыс. вёрст постоянных воздушных телеграфных линий (см. приложение 3)132. -38-
Первая большая телеграфная линия в России протяжённостью более 600 вёрст в 1852 г. соединила Санкт-Петербург и Москву133.
К 1855 г. в соответствии с «высочайше» утверждённым «Положением о приёме и передаче депеш по электромагнитному телеграфу» в Российской империи существовало три линии электрического телеграфа, исключительно «для казённых потребностей, на протяжении около 2 тыс. вёрст, а именно: из Санкт-Петербурга в Кронштадт, через Москву в Киев и через Варшаву к австрийской границе с ветвью от Мариуполя к прусскому пограничному местечку Эйдкунен»134.
Таким образом, российское правительство стремилось соединить линиями электрического телеграфа, по мере сил и возможностей, наиболее важные западные, югозападные и южные (приграничные) районы страны с центральной частью России. Так, к 1858 г. относится начало устройства телеграфа на Кавказе, а в 1863 г. Кавказский телеграф был соединён в Ставрополе с телеграфной сетью Российской империи135. Следует подчеркнуть, что в этом была весьма насущная необходимость, в том числе и в деле пограничного надзора: передача оперативной информации как на границу (лицам пограничной стражи, непосредственно её охранявшим), так и с границы «наверх» (например начальникам таможенных округов, бригад и т.д.) зачастую запаздывала. Виной были и плохие дороги, и неблагоприятные климатические условия, и ряд других факторов, влиявших на своевременную передачу соответствующей информации. К примеру, письменные секретные циркуляры начальника Архангельского таможенного округа, отправленные в разные времена 1856 г. «Г-ну Надзирателю Пограничной Стражи Кемской Дистанции», доходили до последнего по-разному. Так, секретный циркуляр, отправленный 27 сентября 1856 г. из канцелярии начальника Архангельского таможенного округа за № 366, был получен пограничным надзирателем почти месяц спустя - 24 октября 1856 г.136 В нём указывалось, что в «Марте месяце сего года служивший приказчиком у Тауррогенского купца Герке Прусский подданный Карл -39- Людвиг Грегер без ведома хозяина своего отправился в Пруссию в г. Мемель и там, явясь к резчику печатей, заказал ему по восковому слепку штемпель Тауррогенской Таможни 1856 года для фальшивого клеймения товаров, предназначавшихся к тайному водворению в Империю, и после того в Россию уже не возвращался». Пограничному надзирателю доводилось «описание примет упомянутого Грегера» и предписывалось, «в случае проезда его через места вверенной... дистанции, немедленно задержав передать его местному Начальству.»137.
Понятно, что за тот период, пока сей секретный циркуляр дошёл до непосредственного исполнителя, «прусский подданный» Грегер мог преспокойно «водворить в Империю» контрабанду, используя поддельный таможенный штемпель «для фальшивого клеймения товаров».
А вот другой секретный циркуляр, отправленный из канцелярии начальника Архангельского таможенного округа тому же пограничному надзирателю 6 марта 1856 г. за № 79, был получен последним намного раньше - 11 марта 1856 г.138 Очевидно, сказалась хорошо укатанная по зимнику и льду Онежского залива дорога, благодаря которой ямская эстафетная повозка прибыла в Кемь намного быстрее, чем в октябрьскую распутицу.
В середине XIX в. Россия стремилась обезопасить южные границы, обеспечить своё влияние на Балканах и установить контроль над черноморскими проливами Босфор и Дарданеллы, что было важно и с военной, и с экономической точек зрения. Император Николай I, сознавая себя великим православным монархом, желал продолжать дело освобождения православных народов, находящихся под властью Османской Турции. 21 июня (3 июля) 1853 г. 80-тысячная русская армия при 196 орудиях139 под командованием князя М.А. Горчакова перешла р. Прут и оккупировала находящиеся тогда под влиянием турецкого султана княжества Молдавию и Валахию140. Считалось, что такая «мирно-военная» -40- демонстрация силы принудит турок к принятию российских требований141. Англия и Франция, добиваясь своих целей, спровоцировали обострение русско-турецкого конфликта.
17 (26) октября 1853 г. Турция объявила России войну.
Основные военные действия развернулись на Дунайском и Закавказском участках сухопутной границы и в Крыму. Кроме того, в ходе войны возникали отдельные боевые столкновения на Балтийском и Белом морях и на Дальнем Востоке. Русская армия вступила в войну, насчитывая почти 1 млн. 400 тыс. человек, но фактически могла выставить на поле боя не более 700 тыс. В составе Вооружённых сил России инженерные войска имели 9 сапёрных батальонов, и 2 конно-пионерных дивизиона. Они были сведены в 3 сапёрные бригады, на которые возлагалось и обеспечение войск различными средствами связи142.
Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что, предвидя надвигающуюся войну с Турцией и её могущественными сателлитами, государственные и военные деятели Российской империи уделяли внимание укреплению обороноспособности государства, проводили рекогносцировку будущего ТВД, отводили в предвоенных планах и большое внимание вопросам своевременного наблюдения, оповещения и связи. Причём пограничной страже в данном случае отводилась весьма существенная роль (тем более ещё до начала Крымской компании чины пограничной стражи и казаки активно привлекались к охране границы по морскому побережью). Это хорошо показал весь дальнейший ход Крымской кампании.
К началу 1854 г. стало ясно, что расчёт англо-французов нанести поражение России силами одной турецкой армии не оправдался.
Началась война между Россией и англо-франко-турецкой коалицией. В начале января военный флот Англии и Франции вошел в Чёрное море143. -41-
В апреле того же 1854 г. соединённая англо-французская эскадра подошла к Одессе. С начала войны подразделения Одесской пограничной полубригады, расположенные в Одессе, вместе с армейскими частями обеспечивали охрану города. Чинам пограничной стражи была поставлена задача наблюдать за движением войск противника, в том числе и на море. Все сигнальные вехи, расположенные в черте Одесского порта, были переданы в распоряжение чинов пограничной стражи.
Подойдя 8 (20) апреля 1854 г. к Одессе, союзная эскадра тотчас же была замечена устроенной сигнальной береговой цепью. Пикеты казаков и чинов погранстражи с помощью оптического телеграфа и посыльных сообщили на береговые батареи о подходе неприятельских кораблей и баркасов. Попытка высадить десант окончилась неудачей, а через четыре дня союзный десант отошел от города144.
Таким образом, служебно-боевые задачи, выполнявшиеся пограничной стражи в ходе Крымской войны, соответствовали предвоенным взглядам государственного и военного руководства страны на характер применения пограничной стражи в условиях войны. Это подтверждает и тот факт, что в феврале 1854 г. с объявлением на военном положении Эстляндской, Лифляндской и Архангельской губерний пограничная стража, расположенная в этих губерниях, в военном отношении (в соответствии с действующими на тот момент «высочайше» утверждёнными нормативно-правовыми актами Российской империи) была подчинена командующим армиями, которые действовали на данных направлениях145.
Нельзя не отметить, что в начавшейся Крымской войне отчетливо выявилось важное значение путей сообщения, военных дорог, трактов и железнодорожных путей. Впрочем, не только путей сообщения, но и средств связи, особенное значение среди которых приобретал телеграф146.
Из средств технической связи в Крымской войне в основном использовался оптический телеграф. -42-
12 (24) мая 1854 г. главнокомандующий сухопутными и морскими силами в Крыму генерал-адъютант князь АС. Меншиков утвердил проект линии оптического телеграфа между Очаковым и Одессою, которая должна была составлять ветвь телеграфного пути, существовавшей уже на тот момент линии между Николаевым и Очаковым (предполагалось продолжить её до Севастополя). Данный проект был разработан директором маяков генерал-майор Манганари147. Меншиков распорядился избрать «для постройки зданий [телеграфных башен] пункты на местах близких к морю и возвышенных, с которых горизонт зрения был бы возможно обширнейшим, дабы каждая станция могла передавать не только сведения, сообщаемые ею предыдущими, но и уведомлять о том, что собственно ею может быть замечено в море». При этом «передаточные башни» должны были быть устроены «преимущественно близ расположенных по берегу моря кордонов береговой стражи, дабы при наступившей мрачности или при покрытии полосою тумана одного из пунктов, находясь чрез то в сомнении, что передаваемое сведение не будет усмотрено на следующем пункте, можно было, - не останавливаясь передачею по телеграфу сигнала, который во всяком случае должен быть выполняем, - поспешно переслать записку для передачи по кордонам через объездчиков на следующий пункт, или же и далее; для сего объездчики пограничной береговой стражи в подобных случаях должны находиться в постоянной готовности, о чём надлежит сделать предварительное распоряжение»148.
Характерно, что уже в ходе Крымской войны для лучшего ведения наблюдения «за движениями и действиями неприятельских судов» на посты пограничной стражи были переданы из «походного штаба Господина Наказного Атамана Войска Донского» зрительные трубы149. Так, в феврале 1855 г. начальник Такильского маяка прапорщик Билин получил такую зрительную трубу от казачьих войск150. Таким образом, чины пограничной стражи, фактически, получили возможность вести наблюдение за -43- приближающимся противником и немедленно извещать о его появлении военное командование.
На Кавказском ТВД первым в боевое соприкосновение с турками в октябре 1853 г. вступил гарнизон пограничного поста Св. Николая в Шекветели, который, без всякого сомнения, кроме несения сторожевой службы выполнял и задачи наблюдения, оповещения и связи. На момент внезапного нападения турок в количестве около 5 тыс. человек на этом посту кроме чинов пограничной стражи на усилении находились две неполные роты 12-го Черноморского батальона под командованием капитана Щербакова численностью 255 человек, 2 орудия с прислугой, несколько казаков и две сотни гурийской милиции под начальством князя Георгия Гурилия. Общее командование постом Св. Николая осуществлял капитан Щербаков151. Перевес в живой силе был явно на стороне противника, тем не менее турки встретили ожесточённое и упорное сопротивление. Целую ночь маленький гарнизон поста отражал атаки противника, а потом остатки его пробились к своим152. После боя в живых с русской стороны осталось 3 офицера и 24 нижних чина.
Тогда же, в октябре 1853 г. турки, в количестве до 14 тыс. человек, совершили нападение на гарнизон Ольтеницкого карантина, близ Туртукая. В ходе ожесточённого боя небольшому гарнизону русских войск (который, кроме выполнения функции прикрытия границы, осуществлял также наблюдение, оповещение и связь на пограничной кордонной линии) пришлось отступить ввиду явного численного превосходства сил неприятеля153.
Изученные в ходе диссертационного исследования архивные документы и другие материалы свидетельствуют, что на Балтийском побережье пограничная стража с началом войны в целом действовала в строгом соответствии с планами предвоенного времени. Главной её задачей было наблюдение за противником. При этом решением военного командования на Балтийском море и в Финском заливе также была создана береговая наблюдательная цепь. В её состав наряду с казаками и башкирами вошли и чины -44- пограничной стражи. Ог последних требовались особая бдительность и сноровка, так как в диверсионно-разведывательные задачи десантов противника практически всегда входила цель уничтожения прибрежных кордонов российской пограничной стражи154.
В целом же по Балтийском побережью распределено было всего до 200 тыс. войск155. Это, кстати, говорит как о желании военного командования иметь резервы в случае попытки высадки противника на берег, так и о том, чтобы усилить систему оповещения и связи с помощью пеших и конных посыльных.
В тоже время по побережью Балтийского моря на ряде пограничных постов так же, как и на Черноморском побережье, были установлены «телеграфические станции» (станции оптического телеграфа), имевшие связь с Аландскими островами, городами Або, Гельсингфорсом и Кронштадтом, которые сыграли положительную роль в общей обороне балтийского побережья, а также столицы государства - Санкт-Петербурга. 25 мая (6 июня) 1854 г. два английских военных корабля пытались приблизиться к Гамле-Карлебю с намерением высадить десант. Командующий Вазским отрядом, получив по «телеграфической линии» с пограничного поста подтверждённое курьерами сообщение о намерении этих кораблей, немедленно направил к месту высадки пехоту и артиллерию. В результате принятых мер все попытки англичан высадиться были пресечены.
12 (24) июня 1854 г. оптическим (семафорным) телеграфом с поста, расположенного на Сойкиной горе, была передана депеша о том, что к Кронштадту приближается неприятельский флот. Русский флот, будучи своевременно извещённым о приближении флота врага, отошёл под прикрытие Кронштадтской крепости, став неуязвимым для вражеской эскадры. Не сумев застать русский флот врасплох, союзный флот повернул назад и напал во второй половине августа на крепость Бомарзунд на Аландских островах. Благодаря хорошо организованной связи между укреплениями (на архипелаге действовали три сигнальные башни) достаточно небольшой гарнизон крепости был своевременно оповещён о приближении эскадры союзников и изготовился к бою. Героические защитники восемь дней оказывали врагу упорное сопротивление. Но силы -45- были слишком неравными (чуть более 2 тыс. человек гарнизона против 58 судов союзного флота и 14 тыс. десантного войска156), и крепость 21 августа (2 сентября) 1854 г. пала. Тем не менее, разрушение крепости Бомарзунд не ввело в заблуждение общественное мнение Англии и Франции. «Никогда ещё такая громадная эскадра с такими мощными силами и средствами не приносила столь смешной результат», - возмущённо писала английская газета «Таймс». Командовавшие флотом союзников на Балтийском море адмиралы были смещены со своих постов157.
После захвата Аландских островов союзный флот в составе 77 кораблей подошёл к крепости Свеаборг. О подходе неприятельского флота к крепости с пограничных постов по линии оптического телеграфа было передано сообщение командующему русскими войсками в Финляндии. Вследствие принятых командующим мер кораблям не удалось захватить крепость врасплох, и они отошли в Финский залив.
В течение 1855 г. англо-французский флот неоднократно появлялся у различных пунктов Балтийского побережья, производя нападения на беззащитные города и селения. При этом сообщения о подходе неприятельских кораблей к городам передавались пограничными постами, имевшими выход на «северную телеграфическую линию», при помощи посыльных (конных и пеших), а также с использованием оптического и электрического телеграфа. На Северо-Западе России, кроме построенной перед Крымской войной телеграфной линии электрического телеграфа от Санкт-Петербурга до Петергофа, к началу 1854 г. был ещё проложен и подводный кабель до Кронштадта. Следовательно, это давало возможность скрытно и оперативно осуществлять передачу боевых донесений с приморских участков границы вышестоящему командованию.
В то время, когда часть кораблей союзного флота вела боевые действия в Балтийском море, в июле 1854 г. три английских корабля, имевших в общей сложности 57 орудий и 560 человек экипажа, вошли в Белое море158. На пограничную стражу отдельной Беломорской роты, охранявшей Беломорское побережье, военным командованием был -46- возложен ряд серьёзных задач, причём не все из них предусматривались предвоенными планами. Так, например, с приближением к Беломорскому побережью России неприятельского флота по причине недостаточности войск на этом направлении высшим руководством страны было принято решение вооружить местных крестьян и призвать по всей губернии отставных нижних чинов для участия в вооружении и руководстве крестьянами в действиях против неприятеля. В тех местностях, где находились кордоны пограничной стражи, эти обязанности возлагались исключительно на её личный состав. Одновременно им поручалось содержать «вместе с флотскими чинами наблюдательную цепь по прибрежью Белого моря» и находиться на батареях в Сумском посаде, в городе Онега, а также на острове Велья-Луда и в некоторых других местах на побережье159. Таким образом, пограничная стража в условиях военного времени на Беломорском побережье становилась одним из организаторов народного отпора вражескому вторжению в пограничное пространство страны. При этом, в соответствии с предвоенными планами, чины Беломорской роты пограничной стражи с началом войны осуществляли наблюдение за морем, совместно с представителями флота образуя единую наблюдательную цепь.
5 (17) июня 1854 г. корабли англо-французского флота подошли к Соловецким островам. Соловецкий монастырь и посты, расположенные по побережью Белого моря, поддерживали между собой связь по почтовым дорогам160.
Подход кораблей был замечен пограничной стражей, дежурившей на башне Соловецкого монастыря и набатным колоколом оповестившей гарнизон о приближении вражеских кораблей. Совместно с солдатами Архангельской губернии, присланными на помощь Соловецкому гарнизону, нападение вражеских кораблей было отбито161.
Побывав во «всех закоулках Белого моря», союзники в конце сентября 1854 г. удалились от берегов, вызвав, «наподобие своих товарищей, плававших в Балтийском море и Тихом океане, неудовольствие сограждан на безрезультатность экспедиции»162. -47-
И опять значительную роль сыграли в этом наблюдательные посты пограничной стражи, находившиеся на побережье. При этом порубежники не только вовремя оповещали военное командование о приближении кораблей неприятельских эскадр, но и принимали непосредственное участие в отражении попыток высадки десантов противника.
Анализ изученных источников позволяет сделать вывод о том, что в ходе Крымской войны 1853-1856 гг. взгляды военного командования на роль и место пограничной стражи, охранявшей приморские участки границы, были сделаны заблаговременно: перед чинами пограничной стражи ставились задачи по наблюдению, оповещению и связи, т.е. учитывался опыт их службы в мирное время. Также, ввиду малочисленности пограничных подразделений на ТВД, им, как правило, поручалось выполнение различных второстепенных или вспомогательных служебно-боевых задач. Пограничники придавались тем или иным более крупным армейским частям и соединениям.
В Крымской войне главные события развернулись на территории Крыма. На этой территории не было не только технических средств связи, но и достаточно хороших почтовых трактов (не говоря уже о железнодорожной колее). Плохое состояние дорог затрудняло не только доставку донесений при помощи пеших и конных посыльных с постов и подразделений погранстражи в штабы армейских частей и соединений, но и нормальную работу военно-полевой почты, летучей почты по доставке различного рода корреспонденции. И это несмотря на то, что на всех почтовых станциях, «отстоявших в среднем на расстоянии 20 вёрст, содержалось от 16 до 60 лошадей»163.
Впрочем, письменное указание Директора почтового департамента от 10 (22) декабря 1854 г. № 17739 начальнику Харьковской губернской почтовой конторе и «такого же содержания Губернским почтовым конторам... Полтавской № 177735, Екатеринославской № 17736, Симферопольской № 17737, Херсонской № 17737» дают весьма наглядную картину состояния фельдъегерской почты и почтово-дорожных трактов: «До сведения Почтового Департамента дошло, что на почтовых станциях по -48- тракту от Москвы в Севастополь лошади очень дурные и число их недостаточно, - и что от этого происходит неправильное и медленное отправление почтовой почты. Относя сие к недостатку надзора за почтовыми станциями... Департамент поручает Харьковской Губернской Конторе обратить особое внимание на подведомственные её станции помянутого тракта и иметь строгое соблюдение, чтобы как фельдъегеря, почтовые эстафеты, так и проезжающие отнюдь не имели остановок и чтобы состоящие на станции лошади были хорошего качества и совершенно способные к почтовой гоньбе»164.
Плачевное состояние почтовых трактов находилось под пристальным вниманием Николая I, который после «всеподданнейшего доклада» ему «Главноначальствующего над Почтовым Департаментом Генерал-Адъютанта графа Адлерберга от 14-го декабря за № 860» распорядился, «чтобы Генерал-Адъютанты Кокошкин и Анненков. приняли, по усмотрению их меры к обеспечению совершенно исправной почтовой гоньбы по тракту, служащему сообщением столицы с Севастополем»165. При этом Николай I наделил данных генерал-адъютантов широкими распорядительными полномочиями, дающими им право «употребить деньги или из Земских соборов, или же из Государственной Казны, по сношении с Министрами Финансов и Внутренних Дел, лишь бы упомянутая почтовая гоньба была непременно и немедленно приведена в надлежащую исправность». Для «дальнейшего приведения вышеуказанного тракта в должное положение и для наблюдения за исправленным на будущее время его состоянием» генерал-адъютантом Адлербергом были командированы «к г.г. Генерал-Адъютантам Кокошкину и Анненкову особые почтовые чиновники»166.
Для усиления обороны Керченского полуострова чины пограничной стражи были приданы командирам армейских соединений: в Керчи, «под начальством генерал-майора Тимофеева», была передана Керчь-Еникольская пограничная стража, а в районе Феодосии, «под начальством генерал-майора Жабокрицкого», рота Таврической пограничной стражи167. -49-
Таким образом, с началом военных действий все подразделения пограничной стражи, а также казаки, охранявшие границу, оказавшиеся в зоне ТВД, согласно специального распоряжения были переподчинены войсковым командирам, что не могло не оказать положительного влияния. В Феодосии «по берегу Чёрного моря для наблюдения за неприятелем были расставлены пикеты от роты Феодосийской пограничной стражи, а в Керчи «на постах от Керчи до Окупа» расположились наблюдательные посты роты Керчь-Еникольской пограничной стражи168.
Перед чинами пограничной стражи, осуществлявшими охрану Черноморского побережья, с началом боевых действий в пределах отведённых им полномочий ставились различные служебно-боевые задачи, среди которых были и связанные с оперативным оповещением военного командования о появлении морских сил неприятеля. Пограничникам предписывалось вести непрерывное наблюдение за флотом противника и установленным порядком информировать по инстанции командиров рот, командира полубригады, а тем - соответствующих градоначальников, командиров установленных армейских частей и соединений. Так, например, в конце апреля 1854 г. командир 1-й бригады 14-й пехотной дивизии генерал-майор Жабокрицкий потребовал от командира 2-й роты пограничной стражи Таврической полубригады майора Иванова при получении с кордонов стражи донесений «о движении неприятельского флота, не задерживая минуты давать мне знать словесно или запиской с надписью на оной в котором часу отправлено»169.
Для наблюдения и донесения о действиях неприятеля в составе пограничной стражи были выделены специальные команды казаков. Эти команды имели конверты, на которых было написано: «По приказанию Главнокомандующего». Донесения, положенные в такие конверты, передавались без задержки по летучей почте, содержащейся казаками. Сама же летучая почта была устроена в соответствии с приказанием по войскам Южной армии, которое было подписано 13 декабря 1855 г. «исправляющим должность» начальником штаба армии генерал-лейтенантом -50- Непокойчицким171. Для её оперативного и надёжного функционирования были устроены станции летучей почты. Заведывающие ими юнкера, унтер-офицеры и урядники имели чёткие инструкции, в которых, к примеру, указывалось, что «конверты экстренные, с надписью «весьма нужны» и притом с двумя печатями или же с пером, везти тотчас по получении»172.
Посыльным же казакам или объездчикам, доставлявшим донесения конной эстафетой, для облегчения отыскания станции летучей почты по маршруту следования служила высокая веха «с навязанным наверху пуком сена или соломы», имевшиеся «над домом каждой станции, для обозначения оной»173. Вышеупомянутые меры способствовали налаживанию наиболее эффективной организации связи на ТВД при помощи летучей почты.
В связи с увеличением интенсивности боевых действий увеличилась переписка. Количества казаков, выделенных для доставки различного рода донесений, не хватало, вследствие чего система регулярной связи начала давать сбои. В сложившейся ситуации, чтобы обеспечить надёжное управление войсками, командующие полевыми войсками требовали от командования бригад пограничной стражи увеличить количество казаков (объездчиков) летучей почты. В связи с тем, что казаки не только доставляли донесения, но и продолжали нести пограничную службу на тех участках, где не было военных действий, требования командования не всегда представлялось возможным выполнить. В сентябре 1854 г. на требование воинского начальника увеличить количество казаков в летучей почте начальник пограничного отряда телеграммой сообщает командующему войсками: «11 сентября. Перекоп. Вследствие рапорта 1-й роты Таврической полубригады пограничной стражи, представленного мне вашим превосходительством при надписи от 11 сего Сентября за № 2607, и принимая во внимание, что кроме нескольких казаков, содержащих собственно летучую почту при штабе командуемого мною отряда, не имеется других свободных казаков»174. -51-
С усилением боевых действий усиливалась и переписка между штабами. С тем, чтобы всё же обеспечить своевременную доставку почты, командование пограничной стражи пошло на частичное изменение собственной связи и сокращение движения объездчиков, перекрывающих фланги участков охраны.
С целью изменения схемы работы связи, введённой в 1811 г., один командир роты посылает телеграмму другому командиру роты следующего содержания: «20 декабря. [1855 г.] Перекоп. По приказанию военного начальника г. Перекопа впредь от вверенной мне роты не будет посылаться объездчик с лошадью на последний пост вверенного вам отряда, а донесения, следующие по кордонам до Перекопа с последнего вашего кордона, объездчики ваши должны доставить на кордон № 1 вверенной мне роты. Капитан Загоровский. (Капитану Моисееву № 572)»175.
Располагаясь на своих постах, чины пограничной стражи регулярно доносили военному командованию обо всех замеченных передвижениях неприятельского флота. К тому же их деятельность по наблюдению, оповещению и связи чётко регламентировалась соответствующими инструкциями (см. приложение 4). Из рапорта чинов 2-ой роты погранстражи Керчь-Еникольскому градоначальнику: «6 числа сего Генваря месяца, в 11 часов до полудни, показались в Феодосийской бухте 2 неприятельских судна: один винтовой фрегат, а другой пароход. Первый под английским флагом, а другой не имел такового»176.
Поражение России в Крымской войне 1853-1856 гг. показало, что для успешного ведения боевых действий и своевременного получения сообщений с границы и ТВД необходимо повсеместно иметь более совершенные средства связи и оповещения, принципы действия которых, а также отдельные образцы были изготовлены и апробированы в России в конце ХУШ и начале XIX вв. в области электричества177. Крымская кампания ещё раз наглядно показала главное неудобство всех оптических телеграфов. Оно заключалось в том, что они вовсе не могли действовать во время дождя и тумана, так как в том и другом случае переставали быть видимыми даже с весьма -52- небольшого расстояния. Сверх того, устройство и содержание больших оптических линий стоило всегда очень дорого. Служба же при оптических телеграфах была чрезвычайно утомительна и влекла за собою почти всегда расстройство зрения у обслуживающего их технического персонала. Наконец, передача сведений с помощью оптических телеграфов производилась всегда довольно медленно, «несмотря на употребление фразного способа и громадное число знаков, производимых некоторыми из этих приборов»178.
Оптический телеграф в России просуществовал около полувека. С 1852 г. он стал постепенно заменяться электрическим телеграфом. В Крымской войне, таким образом, применялись все средства связи, имевшиеся на тот момент. Впервые использовались совместно оптические и электрические линии связи.
В России Крымская война 1853-1856 гг. потребовала прокладки телеграфных линий и к прибрежным городам Балтийского и Чёрного морей: к концу 1854 г. русское правительство имело прямую телеграфную связь с городами Кронштадтом, Гельсингфорсом (Хельсинки), Варшавой, Ревелем (Таллин), Ригой, Одессой и Симферополем179. В 1855 г. император Николай I повелел «устроить электромагнитную телеграфическую линию от Николаева чрез Херсон, Берислав и Перекоп до Симферополя»180.
Таким образом, за короткие сроки были построены телеграфные линии, имевшие огромное значение в деле охраны границ Российской империи, благодаря чему возрастала оперативность в управлении частями и подразделениями пограничной стражи.
Как уже отмечалось, электромагнитный электрический телеграф был изобретён русским учёным П.Л Шиллингом в 1832 г., однако его аппарат не получил широкого промышленного применения в России. В то же время простота и надёжность аппарата Морзе ещё в 1851 г. были оценены германской «Комиссией по устройству телеграфа», и с тех пор он нашёл своё широкое применение181. Выше уже указывалось, что в России аппарат Морзе начал применяться с 1849 г., его же испытание (как военно-походного -53- телеграфа) в боевых действиях произошло в сентябре 1855 г., в ходе обороны Севастополя, где он «состоял» в распоряжении «Начальника Инженеров 2-й армии»182. Использование электрического телеграфа в Крымской войне явилось первой попыткой его применения в русской армии для управления войсками непосредственно на поле боя183.
После поражения России в Крымской войне 1853-1856 гг. и отмены крепостного права в 1861 г. в стране постепенно наметился рост производства, развитие путей сообщения и средств связи. Из всех имеющихся средств связи единственно промышленным, способным обеспечить возросшие экономические потребности государства, в то время являлся электрический телеграф.
Исследованиями вопросов телеграфии и конструированием телеграфных аппаратов занимались не только в России, но и в других странах. Так, в 1832 г. американский художник С. Морзе (1791-1872) создал телеграфный аппарат. Для передачи букв и цифр им был разработан специальный код. При этом буквы и цифры были заменены на определённое сочетание точек и тире.
Созданные С. Морзе аппарат и код после ряда изменений и усовершенствований получили большое распространение во всех странах мира184. Несмотря на то, что со временем широкое распространение получил не его аппарат, а буквопечатающий аппарат американского конструктора Д.З. Юза (1831-1900), имевший много общего с аппаратом Б.С. Якоби, до 1865 г. передача телеграмм в Российской империи производилась только аппаратами Морзе185. Аппарат Юза имел скорость передачи до 1400/1000 знаков в час (аппарат Морзе - до 700/550 знаков)186.
Следует отметить, что с 1862 г. аппараты Юза стали применяться в Европе, с 1865 - в США. В сентябре 1865 г. аппарат Юза был установлен в России на линии Санкт-Петербург - Москва187. В целом же аппараты Юза использовались до 20-30-х гг. XX в. -54- С 1866 г., вследствие «Высочайшего повеления о прекращении правительственных заказов за границею», все телеграфные принадлежности стали изготовляться в России (за исключением кабелей, выделка которых в Российской империи тогда не производилась). Начиная с 70-х г. XIX в. отечественным производством за двадцатилетний период было поставлено для развития телеграфной сети, «не считая главного строительного материала, до 300,000 пудов, проволоки, более 3-х миллионов изоляторов, более 2.000,000 крюков, до 2,000 аппаратов Морзе и более 180 аппаратов Юза». Расход на распространение правительственной телеграфной сети за 25-летний период составил до «14.000,000 рублей. Частное содействие её сооружению» было определено в размере до 500 тыс. рублей188.
Во второй половине XIX в. правительство России считало неотложной задачей устройство телеграфных сообщений между центром страны и её окраинами. Выполнение этой задачи играло огромную роль в вопросах оперативного управления частями погранстражи и в деле надёжной охраны границы. В период с 1853 г. по 1862 г. было построено 27 тыс. вёрст линий телеграфной связи. Тогда был построен Кавказский телеграф, протяжённость линий которого к 1863 г. достигала почти 1 тыс. 300 вёрст.
В 1861 г. началось и велось на протяжении 10 лет строительство величайшей в мире двухпроводной воздушной Сибирской телеграфной магистрали, которая, имея протяжённость в 8 тыс. 330 вёрст, соединила Казань с Владивостоком, пройдя через Пермь, Екатеринбург, Тюмень, Омск, Томск, Красноярск, Иркутск, Верхнеудинск (Улан-Удэ), Сретенск и Хабаровск. Затраты на её сооружение превысили 1 млн. руб.189
С 1862 по 1869 гг. шло строительство Амурского телеграфа протяжённостью 1 тыс. 780 вёрст. Линия имела направление от Николаевска-на-Амуре к заливу Декастри , далее на Хабаровск и к южным портам Тихого океана до Новгородской гавани в заливе Посьет. Затраты на это предприятие были определены в 750 тыс. руб.
В 1872 г. была построена воздушная линия Омск - Семипалатинск - Верный (Алма-Ата), а в следующем году она была проложена до Ташкента. Её протяжённость от Омска до Ташкента составила 2 тыс. 500 вёрст190. -55-
С целью повышения пропускной способности линий связи в 1874 г. французский телеграфный механик Ж. Бодо (1845-1903) разработал двукратный, а в 1876 г. четырёхкратный буквопечатающий телеграфный аппарат с соответствующим кодом. Он позволял передавать по одному проводу несколько телеграмм в обоих направлениях. Так, двукратный аппарат Бодо мог отработать в час теоретически до 3 тыс. 600 слов191. На практике аппарат Юза передавал до 60 депеш в час, а Бодо - 75. При этом стоимость одного аппарата Юза составляла 850 руб., а аппарата Бодо - 650 руб.192
В России аппараты Бодо с 1904 г. стали эксплуатироваться на линии Санкт-Петербург - Москва. Аппараты Бодо были более современны, чем аппараты Юза, и с начала XX в. стали приходить на смену последним. Эти аппараты использовались и в Европе, и в России вплоть до конца 40-х гг. XX в.193
В 1881 г. на линии Санкт-Петербург - Москва впервые были установлены телеграфные аппараты Уитстона, работавшие со скоростью в среднем 100 слов в минуту. Однако большого распространения они не получили, показав себя в процессе эксплуатации недостаточно надёжными: постепенно, с течением определённого времени, скорость передачи у них не стала превышать более 20-30 слов в минуту194.
Преимущества электрического телеграфа перед оптическим (семафорным) были настолько велики, что он стал применяться и в военном деле, и в деле охраны границы.
С каждым годом совершенствовались старые конструкции и изобретались новые. И всё же такие технические средства связи, как электрический телеграф, в деле охраны границы применялись ещё крайне редко. Департамент таможенных сборов Министерства финансов, которому подчинялась и пограничная стража, по-прежнему шёл по пути постепенного её увеличения. Вдоль западных, приморских, закавказских и среднеазиатских границ Российской империи появлялись всё новые и новые пограничные части и подразделения. Граница всё более становилась важнейшим элементом защиты -56- экономических интересов государства, что приводило к тенденции усиления (увеличения) всей пограничной структуры.
Безусловно, наличие пограничной стражи ни в коей мере не исключало возможность активного участия в защите и охране государственной границы других министерств и ведомств Российской империи, а наоборот, привело к необходимости тесной координации их совместных действий, что также оказывало положительное влияние на развитие технических средств связи в пограничном ведомстве. Следует подчеркнуть, что такое межведомственное взаимодействие явилось важной тенденцией развития всей системы защиты и охраны границ российского государства195.
В целом же рост производства и развитие путей сообщения (как средств сообщения), явившиеся огромным стимулом в деле развития правительственной (государственной) связи в России (как средств сношения), стали не только «могущественным орудием в руках государственной власти в деле управления страной»196, но и оказали самое непосредственное влияние на развитие военного дела, вызвав немалые изменения и в строительстве Вооружённых сил Российской империи.
Из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что во второй половине XIX в. в Российской империи были созданы объективные условия и историческая необходимость проведения серьёзного военного реформирования вооружённых сил страны, которое и произошло в 60-70-х г. XIX в., получив название милютинской военной реформы, по имени выдающегося русского военного и государственного деятеля генерал-фельдмаршала Д.А. Милютина, являвшегося с 1861 по 1881 гг. военным министром России. В эти годы значительную часть реформ в Вооружённых силах России удалось осуществить именно в области организации армии и управления войсками197. За годы реализации плана военных преобразований постоянно увеличивался и военный бюджет России, что, безусловно, сказалось на дальнейшем переоснащении войск, в том числе и средствами связи. Так, если в 1862 г. военный бюджет страны составил 114 тыс. 200 руб. -57- (29% расходной части госбюджета), то в 1869 г. - 147 тыс. 700 руб. (31%), в 1874 - 172 тыс. 500 руб. (31%) . Реорганизация Военного министерства и военно-учебных заведений, создание в 1864 г. военных округов, сокращение срока военной службы, существенные изменения в комплектовании вооружённых сил прямо и косвенно повлияли и на положение дел в пограничной страже.
Главнейшим мероприятием этого периода был переход от рекрутской системы комплектования к всеобщей воинской повинности. Новая система комплектования вооружённых сил империи в 1874 г. позволила сократить численность армии в мирное время и значительно увеличить контингент военнообязанных в период ведения военных действий199.
Введение всеобщей воинской повинности особо сказалось на пограничной страже, отбор в неё как нижних чинов, так и офицеров стал ещё строже: с 14 (26) апреля 1878 г. все нижние чины, которые признавались неспособными к исполнению обязанностей объездчиков и стражников, передавались в Военное ведомство «без предварительного с оным согласия для зачисления на нестроевые должности»200.
Таким образом, милютинская военная реформа коснулась всех сторон обустройства военной составляющей российского государства: способа комплектования армии, её организации и вооружения, что также отразилось и на развитии различных средств связи.
Приказом по Военному ведомству от 31 августа 1870 г. № 356 были сформированы шесть военно-походных телеграфных парков 35-вёрстного состава. Каждый парк имел 8 телеграфных аппаратов Морзе, 35 вёрст телеграфного провода из «медной проволоки 40 пудов» и соответствующее количество шестов с изоляторами для подвесок201.
Русским Генеральным штабом за основу было принят прусский принцип обеспечения телеграфной связи в действующей армии. -58-
Приказом по Военному ведомству от 13 октября 1876 г. № 302 «повелено сформировать 3-й, 4-й и Кавказский военно-телеграфные парки»202.
Всего к началу войны с Турцией в 1877 г. русская армия имела 9 военно-телеграфных парков203. Однако собственного опыта боевого применения военного телеграфа русская армия к тому времени не имела. Управление войсками в русской армии в тот период осуществлялось посредством письменных документов, передаваемых телеграфом, нарочными (пешими или конными) или через почтовые отделения204. Широко использовалась и летучая почта, для обслуживания которой привлекалась конница, в особенности казачьи части (в том числе и задействованные в охране границы), а на ТВД и объездчики пограничной стражи.
На поле боя в этот период управление обеспечивалось, кроме того, посредством устных приказаний, команд и различного рода сигналов. Для сигнализации в армейских частях применялись барабаны, трубы, ракеты, гелиографы, орудийные выстрелы, воздушные шары, вышки, фонари, флаги, костры и вехи205. Фонари, костры, вышки, вехи и ракеты, а также выстрелы из ружей (винтовок Бердана) активно использовались для сигнализации и связи в пограничной страже при охране границы, другие же средства сигнализации и связи использовались пограничниками при взаимодействии с армейскими частями.
В 70-х г. XIX в. наметился рост численности личного состава пограничной стражи. В 1875 г. роты пограничной стражи переименовываются в отделы, а должности командиров отделов «высочайше» становятся штаб-офицерскими206. К этому времени пограничная стража стала иметь следующую (более чёткую) структуру: таможенный округ - бригада- отдел - отряд -пост (кордон)207. -59-
В 1876 г. на начальников таможенных округов (Александровского, Архангельского, Вержболовского, Завихостского, Калишского, Кубейского, Одесского, Радзивиловского, Рижского, Санкт-Петербургского, Скулянского, Таганрогского, Юрбурского, Феодосийского) и управляющего карантинно-таможенной частью на Кавказе и за Кавказом208 была возложена обязанность наблюдать за военным образованием пограничной стражи, а также «назначать начальниками таможенных округов лиц, состоящих в военном звании»209. Забота о развитии военного образования стражей границы позволила добиться положения, при котором уровень подготовки начальствующего состава пограничной стражи не уступал требованиям, предъявляемым к пехотным и кавалерийским армейским офицерам. В 1877 г. в частях пограничной стражи начал действовать армейский дисциплинарный устав. Дисциплинарные права командира пограничной бригады приравнялись к правам командира армейского полка, начальника таможенного округа - к правам командира армейской бригады.
Как показало исследование, совершенствование структуры пограничной стражи было обусловлено в первую очередь расширением круга задач, которые старалось решать государство в пограничном пространстве в своих интересах, используя её силы и средства. В свою очередь, постановка перед пограничной стражей всё новых и новых задач требовала значительного её увеличения и совершенствования. Это объяснялось тем, что в Россию усилился контрабандный ввоз, вызванный введением в России золотой пошлины: с 1 января 1877 г. таможенные пошлины стали уплачивать золотыми рублями, хотя до этого времени оплата осуществлялась кредитными рублями. Фактически это означало автоматическое увеличение пошлин на 50%, так как золотой рубль был дороже кредитного в 1,5 раза210.
Данное мероприятие правительства, с одной стороны, привело к сокращению ввоза в страну иностранных товаров и некоторой стабилизации торгового баланса России, а с другой - в страну увеличился поток контрабандных товаров. Так, только по европейскому участку российской границы «ценность конфискованных товаров» за период 1865-1874 гг. -60- составила: в 1865 г. - 535 тыс. 750 руб., в 1866 г. - 561 тыс. 611 руб., в 1867 г. - 715 тыс. 926 руб., в 1868 г. - 620 тыс. 824 руб., в 1869 г. - 426 тыс. 333 руб., в 1870 г. - 417 тыс. 955 руб., в 1871 г. - 452 тыс. 700 руб., в 1872 г. - 510 тыс. 322 руб., в 1873 г. - 531 тыс. 291 руб., а в 1874 г. -464 тыс. 319 руб.211
Всё это требовало дополнительного увеличения численности личного состава пограничной стражи. В течение 1876 г. министр финансов статс-секретарь М.Х. Рейтерн неоднократно обращался к императору Александру II с просьбой об увеличении численного состава пограничной стражи, охранявшей границу на Черноморском побережье. Обстановка в этом регионе складывалась таким образом, что Турция и Англия поощряли контрабандную торговлю, которая носила ярко выраженный военно-политический характер, при этом экономические предпосылки её были незначительными212. Контрабанда оружия и боеприпасов на Черноморском побережье давала возможность горским народам постоянно вести боевые действия против русских войск, что было на руку Турции, Англии и Франции. До 70-х г. XIX в. возможность укрепления береговой Черноморской линии сдерживал Парижский договор, заключённый в 1856 г. после поражения России в Крымской войне 1853-1856 гг. В начале 70-х г. XIX столетия усилиями российской дипломатии часть этих ограничений была снята, что позволило усилить личным составом ряд приморских пограничных бригад. В то же время такое усиление косвенно указывало на то, что активного использования оптического и в особенности электрического телеграфа в деле охраны границы в этот период не произошло.
В 1863 г. на Балтике «высочайше» повелевается учреждение крейсерской таможенной флотилии. Позднее, 4 (26) июля 1873 г. император Александр II утвердил «Положение о Балтийской крейсерской таможенной флотилии» и её штат. Оно определяло назначение, состав и организационно-правовые основы её функционирования. По штату того времени флотилия состояла из 10 паровых винтовых судов, 1 парового спасательного катера и 101 шлюпки. На основании «Положения» суда крейсерской -61- флотилии составляли часть военно-морского флота и, соответственно, числились по спискам Морского министерства213. В мирное время они находились «в исключительном распоряжении Министерства финансов». Всё содержание судов происходило за счёт Департамента таможенных сборов214. Решением Государственного совета для командования флотилией в составе Балтийского флота была учреждена должность младшего флагмана, а при Департаменте таможенных сборов должность одного штаб -или обер-офицера. Штат флотилии, утверждённый одновременно с Положением, предусматривал Управление, в которое входили: флагман - контр-адмирал; при нём делопроизводитель из штатских чинов; инженер-механик; корабельный инженер; офицер морской артиллерии и старший врач. Личный же состав офицеров и нижних чинов судовых команд ежегодно определялся по морскому ведомству «с утверждения Адмиралтейств-Совета, табелью комплектации судов». Всего во флотилии состояло 156 человек, из них 26 офицеров215.
Балтийская крейсерская таможенная флотилия открыла свои действия в навигацию 1873 г. на дистанции от Кронштадта до Полангена. Ей вменялось в обязанность пресечение ввоза контрабанды морским путём, изучение прибрежных плаваний по южному берегу Финского залива и восточному берегу Балтийского моря, подготовка личного состава для флота, наблюдение за предупредительными знаками и правильным освещением маяков, оказание помощи судам, терпящим бедствие216.
Организация таможенного надзора на море с применением флотилии получила распространение только на Балтике. Побережья Чёрного, Азовского и Каспийского морей по-прежнему охранялись береговыми постами пограничной стражи и разъездами -62- казачьих войск, которым придавались мелкие плавсредства для патрулирования вдоль берега217.
На судах Балтийской таможенной крейсерской флотилии, впрочем, как и в целом в русском ВМФ «для сношения кораблей с берегом и между собой... употреблялись разного рода сигналы, производимые преимущественно посредством поднимания на мачты флагов и вымпелов», т.е. использовался свод морских сигналов «для международных и коммерческих сношений», принятый к началу 1870-х г. XIX в. «всеми морскими державами»218.
На основании «Высочайше утверждённого 6 Июля 1875 г. доклада Министра Финансов» на наблюдательных постах пограничной стражи «была установлена сигнализация [т.е. сигнальные мачты] образца 1875 года» для «переговоров с судами пограничной Крейсерской флотилии и военными судами». Данные мачты «были устроены главным образом в целях мобилизационных, а затем в целях пограничного надзора»219.
После некоторого увеличения штатной численности пограничной стражи в 60-70-х гг. XIX в. накануне Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. она стала насчитывать в 1876 г. 575 офицеров и 14 тыс. 700 нижних чинов220.
Как показало исследование, в русско-турецкую войну 1877-1878 гг. пограничная стража России вступила, обладая более крупными силами, имея большую численность, лучшую воинскую подготовку, имея опыт участия в боевых действиях в период Крымской (Восточной) войны 1853-1856 гг. и при подавлении польского восстания в 1863-1864 гг. Некоторые полубригады к этому времени были преобразованы в бригады, превратившись в более крупные вооружённые формирования России. Примером этому может служить штат Таврической бригады пограничной стражи в 1877 г., в которой -63- теперь было предусмотрено иметь 4 штаб-офицера, 15 обер-офицеров, 15 вахмистров, 380 нижних чинов и 5 писарей (из них 4 вольнонаёмных)221.
В 1877 г. европейские державы, и в первую очередь Россия, потребовали от турецкого Султана провести реформы в целях улучшения положения христиан в Османской империи, на что Турция, поддерживаемая Англией, ответила отказом222. Тогда 12 (24) апреля 1877 г. император Александр II издал в Кишинёве манифест об объявлении войны Турции223. Причинами войны можно считать нерешённость восточного вопроса, стремление России вернуть территории и влияние на Востоке, стремление российского общества и государства «улучшить положение восточных христиан», помочь христианским и прежде всего православным народам Османской империи в их национально-освободительной борьбе. Обращаясь ко всем российским подданным, Александр II говорил: «Исчерпав до конца миролюбие наше МЫ вынуждены высокомерным упорством Порты приступить к действиям более решительным. Того требуют и чувство справедливости и чувство собственного достоинства»224.
В день объявления войны русские войска на европейском ТВД вступили в пределы Румынии, а на кавказском - перешли государственную границу с Турцией. К России присоединилась Румыния, стремившаяся выйти из-под вассальской зависимости от Турции.
С началом боевых действий были объявлены на военном положении Бессарабская губерния, «приморские уезды Таврической и Херсонской губерний и Крымский полуостров», а одесскому градоначальнику были представлены права «военного губернатора города, с подчинением командующему войсками Одесского военного округа»225.
Части пограничной стражи также переходили в оперативное подчинение армейскому командованию. -64-
Боевые действия на Балканском ТВД начались 10 (22) июня 1877 г. форсированием Дуная. Первоначально действия русской армии носили наступательный характер, но в связи с подходом к Плевне турецкой армии Осман-паши борьба локализовалась вокруг этого пункта, а на остальных участках велись оборонительные бои. После падения Плевны 28 ноября (10 декабря) 1877 г. русская армия начала переход Балкан, успешно преодолела горный хребет и, продолжая наступление, подошла к предместью Константинополя Сан-Сгефано, где 19 февраля (2 марта) 1878 г. был подписан Сан-Стефанский мирный договор226.
На Кавказе борьба развернулась главным образом в районе крепости Карс, где русские войска разгромили турецкую армию. После взятия Карса 6 (18) ноября 1877 г. крупные боевые действия прекратились и на этом ТВД227.
Проведённое исследование показывает, что пограничной страже вменялось в обязанности в случае начала войны не только наблюдение за морем, но и решение иных вспомогательных задач. К таким вспомогательным задачам можно отнести сопровождение опасных и важных грузов через границу. На это существовало распоряжение директора Департамента таможенных сборов НА Качалова от 28 мая 1877 г., № 1333 в котором говорилось «о беспрепятственном пропуске пороха... и... гранат (шрапнелей)» транзитом за границу228.
По указанию министра финансов после первой мобилизации, объявленной 1 (13) ноября 1876 г., директор Департамента таможенных сборов Н.А. Качалов издал циркуляр по таможенному ведомству от 19 ноября за № 17558, в котором были определены обязанности и задачи пограничной стражи в период войны. В частности, в циркуляре отмечалось: «По случаю сосредоточения на нашей юго-западной границе вновь сформированных корпусов Действующей Армии, расположенные там части Пограничной Стражи будут поставлены к войскам в такое же положение, в каком находились бригады Царства Польского в 1863 г., а Военное ведомство, основываясь на -65- опыте того года, имеет полное право ожидать, что и южные бригады, когда встретится в них надобность, будут не менее для него полезны»229.
Директором Департамента таможенных сборов на пограничную стражу возлагались следующие задачи:
1. Сообщать командирам передвигающихся войск сведения о положении дорог, мостов, бродов и вообще служить им проводниками.
2. Указывать места более выгодной покупки фуража, продовольственных продуктов и других предметов, для удовлетворения текущей потребности войск.
3. Способствовать скорейшей передаче отдаваемых по войскам приказаний и распоряжений.
4. Оказывать содействие при подборе среди местных жителей более «благородных лазутчиков»230.
Позднее опыт участия пограничной стражи на морских участках границы России в Восточной (1853-1856 гг.) и Русско-турецкой (1877-1878 гг.) войнах был учтён и лёг в основу изданной в 1900 г. «Инструкции пунктам ближнего наблюдения». В ней, в частности, говорилось: «Пункты ближнего наблюдения учреждаются с целью иметь непрерывный надзор за ближайшей к берегу полосой водного пространства, следить за появляющимися там неприятельскими судами и лодками и доставлять, куда будет указано, точные и полные сведения о их действиях и намерениях. Одновременно с этим пункты ближнего наблюдения следят за действиями местных жителей, препятствуют их сношениям с судами противника, имея под своим надзором собранные около пунктов плавучие средства местных обывателей, и охраняют пролегающие по берегу железные дороги и телеграфные линии от покушений мелких партий неприятеля»231.
Таким образом, можно сделать вывод, что пограничной страже в ходе Русскотурецкой войны 1877-1878 гг. приходилось принимать самое непосредственное участие в охране телеграфный линий связи. Тем более, ещё задолго до начало военных действий в -66- Военном ведомстве, исходя из зарубежного опыта «применения телеграфов в войнах последнего времени», были сделаны правильные теоретические выводы о том, что «для охранения телеграфных линий, а также для доставки по назначению депеш, передаваемых с помощью походного телеграфа, необходимы особые кавалерийские команды, сила которых зависит от длины охраняемой линии - и от числа имеющихся на ней станции»232.
Пограничные объездчики и казаки, хорошо знающие специфику службы на границе, безусловно, подходили по всем статьям в такие «особые кавалерийские команды». Более того, как уже отмечалось выше, исходя из циркуляра директора Департамента таможенных сборов, чинам пограничной стражи всячески обязывалось «способствовать скорейшей передаче отдаваемых по войскам приказаний и распоряжений». Так как полевое управление военными сообщениями, находившееся при главнокомандующем действующей армии, заведовало почтовой корреспонденцией, перевозившей почту на лошадях, то пограничные объездчики и казаки выставлялись в охранение (сопровождение) экипажей полевой почтовой конторы и почтовых отделений, существовавших при корпусах, отрядах и на военных дорогах.
Впрочем, чины пограничной стражи использовались и при доставке корреспонденции в качестве конных посыльных летучей почты. К примеру, на Кавказском ТВД уже в середине ноября 1877 г. для обмена служебной перепиской и частной простой корреспонденцией между отрядными (войсковыми) и корпусными штабами отдельного армейского корпуса (43 батальона пехоты и 86 эскадронов и сотен кавалерии при 150 орудиях - всего около 50 тыс. человек)233 под командованием генерал-адъютанта М.Т. Лорис-Меликова была установлена летучая почта от всех частей по линии «от Александрополя: 1) через сс. Илли, Кизыл-Кочь, Гореловку, Джиграшень, к Ахалкалакам; 2) через сс. Амамлы и Большие Караклис к Эривани и через Малые Караклис до Хорумо» (см. приложение 5).234 -67-
В том, что охрана почтовой корреспонденции, к которой привлекались и чины пограничной стражи, была налажена хорошо, говорят и мемуары генерала от инфантерии Епанчина НА, который, будучи ещё молодым офицером, участвовал в русско-турецкой войне. В своих мемуарах он вспоминал, что государственная почта «работала тоже очень исправно, а иногда и поразительно внимательно... По условиям военного времени, на письмах, отправляемых в Действующую армию, следовало писать только чин, фамилию и название части войск, а дальнейшее распределение по отрядам производилось военною почтою. Моя бабушка Стефанида Петровна Епанчина... считала, что на конверте достаточно написать «Николаю Алексеевичу Епанчину в Турцию», и не допускала мысли, что почта не доставит её письма мне; так и вышло»235.
О том, что чины пограничной стражи в условиях русско-турецкой войны решали важные служебно-боевые задачи, свидетельствуют и награды, которых они были удостоены по ходатайству главнокомандующего «бывшею действующею армиею» генерал-адъютанта Тотлебена уже после окончания войны за «содействие, оказанное. при переходе войск и перевозке всякого рода военных грузов через границу во время минувшей войны и за особые труды их, вызванные обстоятельствами военного времени»236. Документы свидетельствуют о том, что в числе награждённых были, к примеру, офицеры Скулянской бригады - капитаны Перебиносов и Селиверстов, штабс-капитаны Нарбут, Одржеховский, Кузьминский (награждены орденом Св. Станислава Ш степени); отрядной офицер Таврической бригады пограничной стражи штабс-капитан Бабич (удостоен ордена Св. Анны II степени с мечами и бантом)237.
В Русско-турецкой войне 1877-1878 гг. принимали участие шесть телеграфных парков. К примеру, на Кавказском ТВД, где чины пограничной стражи (казачьи части, охранявшие здесь границу до войны) были активно задействованы в обеспечении охраны линий связи военно-телеграфного парка. Сам парк состоял из трёх отделений и «был разбит на две части, из коих первая, из первых двух отделений, поступила в состав главных сил Действующего корпуса, а вторая из 3-го отделения - в составе Риокского края. За -68- период действий Кавказского военно-телеграфного парка 1-м и 2-м отделениями было проведено 560 вёрст полевого телеграфа, получено 19206 депеш, отправлено - 19378; 3-м отделением проведено не более 60 вёрст. Получено 14954 и отправлено 14067 депеш»238.
Всего же в ходе Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. на Балканском полуострове было устроено линий «2,148 вёрст с 3,933 верстами проводов и с 61 станцией, на Кавказе и в Малой Азии - линий 1,436, проводов 1,860 вёрст и 60 станций»239. В ходе этой войны правительством России неоднократно выделялись дополнительные ассигнования «для надобностей Военного Ведомства». Так, в июле 1877 г. было ассигновано 100 тыс. руб. на «устройство новых телеграфных линий и станций, ...а также на заготовление телеграфных материалов для телеграфов Действующей Армии»240.
На основе выводов из опыта Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. в 1883 г. произошла реорганизация существующих парков и формирование новых 17 военнотелеграфных парков, из расчёта один парк на армейский корпус.
Кроме полевых (подвижных) военно-телеграфных парков параллельно шло создание и крепостных (стационарных) военно-телеграфных парков, которые в последующем сыграли весьма положительную роль в обеспечении электрическими линиями связи части и подразделения пограничной стражи.
Так, в августе 1890 г. создаются «крепостные военные телеграфы: Варшавский, Новогеоргиевский, Брест-Литовский и Ивангородский»241. В сентябре 1891 г. были созданы Ковенский и Осовецкий, в декабре 1897 г. - Владивостокский, в январе 1901 г. -Либавский, в октябре 1901 г. - Севастопольский, в декабре 1901 г. - Свеаборский, в феврале 1904 г. - Николаевский и в январе 1905 г. - Усть-Двинский крепостные военные телеграфы242.
Однако 27 августа 1894 г. был издан приказ по Военному ведомству № 200 о реорганизации частей связи. По этому приказу военно-телеграфные парки -69- расформировывались, а в существующие сапёрные батальоны вводились телеграфные роты, по одной на батальон243.
В пограничных крепостях были созданы крепостные инженерные части, в состав которых входили: а) крепостные телеграфы, состоявшие из «проволочного (воздушного и кабельного) и оптического», которые обслуживали телеграфно-телефонную сеть в самой крепости, и б) постоянная станция «искрового (беспроволочного) телеграфа - для сношений с внешним миром и для связи с выдвинутыми в первый период обороны передовыми отрядами». В русской армии крепостные телеграфы делились «на разряды 1 и 2-й, смотря по величине крепостного района»244.
Таким образом, находящиеся в приграничных районах в составе крепостных гарнизонов крепостные инженерные части, вне всякого сомнения, давали реальную возможность по использованию имеющейся в наличии аппаратуры связи в интересах частей и подразделений пограничной стражи. Тем более на всём протяжении существования пограничной стражи (в особенности войск ОКПС) её подразделения и части изначально рассматривались руководством страны и высшим военным командованием как реальный боевой резерв (в случае открытия боевых действий на границе). Да и сами крепости и располагавшиеся в них армейские гарнизоны и части являлись, по сути, частями прикрытия границы245.
Кстати, имевшиеся в крепостных инженерных частях полевые воздухоплавательные части, служившие «для наблюдения, разведки и для сношения с внешним миром», также выполняли функцию наблюдения, оповещения и связи (в военное время ещё и функцию корректировки артиллерийского огня) крепостного гарнизона с другими армейскими частями прикрытия и непосредственно с подразделениями границы.
Необходимо отметить, что произошедшая в конце XIX в. реорганизация военнотелеграфных парков явилась шагом назад. Расформирование парков и создание телеграфных рот при сапёрных батальонах по существу привело к ликвидации -70- самостоятельных частей связи и создало ряд трудностей в деле боевой подготовки связистов и дальнейшего самостоятельного развития войск связи. Такой просчёт военного руководства дорого обошёлся русской армии в ходе Русско-японской войны 1904-1905 гг.
В целом же появившиеся в русской армии новые военно-телеграфные части и подразделения имели огромное значение и в деле охраны границ Российской империи.
После окончания Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. пограничная стража стала уже прямо рассматриваться как воинское формирование, исполняющая в мирное время специальные обязанности, а в военное входить, на известных принципах, в состав действующей армии246.
Неудовлетворительность существовавшей системой пограничного надзора за той частью границы, охрана которой проводилась преимущественно переменными командами от казачьих частей, «совершенно незнакомых с таможенными постановлениями и не вполне освобождённых от исполнения строевой службы», а значит, и не имеющих постоянных постов (кордонов), отделов и отрядов с более-менее налаженными средствами связи, в том числе и техническими, вынудила правительство России «для улучшения пограничного надзора в местах, наиболее опасных в контрабандном отношении, в особенности на черноморском побережье и отчасти на персидской границе, Высочайше утверждёнными мнениями Государственного Совета247. 15 июня 1882 г. и 1 февраля 1883 г. учредить Черноморскую и Бакинскую бригады пограничной стражи»248. К примеру, в состав образованной тогда Черноморской бригады пограничной стражи вошли «6 штаб- и 23 обер-офицера, 1 врач, 315 конных и 535 пеших нижних чинов»249. Которые «были распределены по наиболее важным в контрабандном -71- отношении пунктам внешних границ Кавказа и Закавказкого края, преимущественно же на восточном берегу Чёрного моря»250.
К 1889 г. число таможенных округов было сокращено до 7. Одной из целей сокращения являлось желание государственного руководства добиться более чёткого управления пограничной стражей, которая к этому времени имела в своём штате 32 бригады и 2 особых отдела (Керченский и Беломорский) и насчитывала 36 тыс. 519 нижних чинов и 1 тыс. 147 офицеров. В бригаде пограничной стражи насчитывалось в среднем 40 офицеров и 1 тыс. 200 нижних чинов251. К примеру, для сравнения, в тот же период штаты кавалерийского шестиэскадронного полка составили 37 офицеров и 978 нижних чинов252.
В России, во второй трети XIX в., развернулось железнодорожное строительство, которое оказало самое непосредственное влияние и на быстрое развитие электрического телеграфа. В этот период крупнейшим железнодорожным узлом стала Москва. Екатеринославская дорога соединила Донбасс с Кривым Рогом. В 80-е гг. были введены в строй Закавказская и Закаспийские дороги, в 90-е гг. проложена большая часть Транссибирской магистрали.
В двадцать пять лет - с 1855 г. по 1880 г. - правительственный телеграф, развиваясь преимущественно в Европейской России, образовал «телеграфную сеть в 74 тыс. 863 версты линий, 142 тыс. 585 версты проводов, с 1 тыс. 46 станциями»253.
Развитие проводной телеграфной связи в России вызывало необходимость постоянного совершенствования структур центральных учреждений, занимающихся вопросами связи в стране. Так, в царствование императора Александра Ш (1881-1894), как указывал тогдашний министр финансов С.Ю. Витте, «в развитии почтового и телеграфного дела последовала весьма важная перемена - слияние тех и других -72- учреждений под общим ведением Главного Управления Почт и Телеграфов (закон 22 мая 1884 г.)»254(далее - ГУПиТ).
В период с 1885 по 1887 гг., то есть в течение трёх лет в России «было образовано, взамен отдельных почтовых и телеграфных управлений - 35 почтово-телеграфных округов, соединено 2334 почтовых и телеграфных учреждений, открыто вновь 508, устроено телеграфных линий 14122 версты»255.
В конце XIX в. появляется новое средство связи - телефон - средство, способное передавать человеческую речь на расстояние (название «телефон» произошло от греческих слов «tele» - далёкий и «phone» - звук, т.е. далеко звучащий)256. Изобретение телефона было осуществлено в 1876 г. американцем Г. Беллом. Его аппарат был достаточно прост в конструкции (позднее аппарат Белла изготавливался в России фирмой «Гейсслер и К.»)257.
В 1877 г. изобретатель Ваден усовершенствовал телефон Белла. В этом же году американец Д.Э. Юз изобрёл микрофон с угольным стержнем, служивший для превращения звуковых колебаний в электрические. Применение угольного микрофона значительно увеличило дальность телефонной связи258.
С конца XIX в. порошковый микрофон получил самое широкое распространение и использование в мире на протяжении целого столетия259.
С появлением телефонов русские военные инженеры сразу же оценили важность этого изобретение для военной связи.
Начальник технического отдела Петербургского корпуса военных инженеров 4 (16) января 1878 г. писал в Главное инженерное управление: «Телефонный способ передачи -73- известий на дальние расстояния в настоящее время начинает развиваться. А потому считаю полезным испытать этого способа к военным целям»260.
Уже в 1878 г. в русской армии появились форпостные телефоны, а после изобретения капитаном Г.Г. Игнатьевым в 1880 г. системы одновременного телефонирования и телеграфирования по одному и тому же проводу началось внедрение телефонной связи в русской армии261. В 1884 г. в табелях военно-телеграфного парка, согласно приказу Военного ведомства от 4 апреля 1884 г. №2 102, был введён телефонный аппарат с фоническим вызовом фирмы Сименс и Гальске. Чуть позднее в военнотелеграфных и крепостных парках русской армии появился переносной телефонный аппарат, разработанный капитаном Шуляченко262.
Первым правительственным распоряжением в области телефонии стало положение Комитета министров263 «Об устройстве телефонных сообщений», утверждённое 27 февраля 1881 г. императором Александром II264.
В нём подчёркивалось, что в виде опыта допускается устройство телефонных сообщений частными лицами и общественными учреждениями по разрешению Министерства почт и телеграфов265.
Уже 1 (13) ноября 1881 г. телеграфным департаментом было заключено пять контрактов с инженером-технологом Барановым на право устройство и эксплуатации ряда крупнейших телефонных сетей в России: в Санкт-Петербурге, Москве, Варшаве, Одессе, Риге и Лодзи. По условиям контракта эксплуатация сетей передавалась компании сроком на 20 лет, по истечении которого собственником сетей становилось правительство266. -74-

Максимальная плата за пользование телефоном в 1881 г. была определена в 250 руб. в год (с 1901 г. понижена до 75 руб. в год), если расстояние от центральной станции не превышало 3 вёрст. В случае превышения этого расстояния за каждую версту доплачивалось 50 руб. В аппаратуру, устанавливаемую у абонента, входили: телефон, микрофон, индуктор, звонок и гальваническая батарея267.
Что же касается инженера Баранова, то вскоре после заключения данных контрактов он передал их международной компании телефонов Белла268.
Таким образом, первые городские телефонные станции были построены в 1881-1883 гг. международной компанией телефонов Белла в Санкт-Петербурге, Москве, Варшаве, Риге, Одессе, Лодзи269.
В 1885-1886 гг. ГУПиТ заключило контракты с частными предпринимателями на устройство телефонов в городах Нижний Новгород, Либава, Ревель, Ростов-на-Дону и Баку270.
По истечении двадцатилетнего контрактного срока «означенные сети перешли в безвозмездную собственность почтово-телеграфного ведомства», но, за исключением трёх (в Лодзи, Либаве и Ревеле), были опять сданы на дальнейшую эксплуатацию частным предпринимателям или местным городским общественным управлениям.
В 1886 г. последовало открытие первой правительственной телефонной сети в Киеве. В течение десятилетия правительством были устроены сообщения в 55 пунктах271.
Развитие телеграфной сети вызвало потребность в подготовке не только телеграфистов, но и телеграфных техников. В 1886 г. в Санкт-Петербурге было организовано Техническое училище почтово-телеграфного ведомства, на базе которого в 1891 г. был создан Электротехнический институт (до 1917 г. в его стенах были подготовлены 553 инженера). -75-
Подготовку военных инженеров проводила Военная электротехническая школа с офицерским классом, созданная в 1894 г. на базе Технического гальванического заведения272. Среди тех, кто получал соответствующее специализированное образование в области связи, были и пограничники, о чём более подробно будет рассмотрено во второй главе диссертационного исследования.
Таким образом, конец XIX - начало XX вв. ознаменовались в России развитием радиосвязи, телеграфной и телефонной связи. Однако в целом в пограничной страже России наиболее активно использовалась только телефонная и телеграфная связь, а в низовых подразделениях границы, так же, как и ранее, в основном использовались посыльные (пешие и конные), а также различные оптические средства связи и сигнализации.
 

Примечания

 

98 Северо-Западное таможенное управление. XX лет: Таможенное дело на Северо-Западе России: Историко-документальное издание. СПб., 2010. С. 73, 74.

99 Архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (Архив ВИМАИВиВС). Ф. 52. Оп. 110/6. Д. 35. Л. 28.

100 Высшие органы государственной власти и управления России. IX-XX вв.: Справочник. СПб., 2000. С. 178: Министерство финансов (1802-1917) - занималось государственным бюджетом, налоговой системой, государственным кредитом, государственными росписями, денежными поступлениями в казну и их распределением между министерствами, банками и различными кредитными органами, делами внешней торговли, а также ведало выпуском денег и монет.

101 Военная энциклопедия. Т. 18. Пг., 1915. С. 483.

102 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 52. Оп. 110/6. Д. 35. Л' 29; На страже границ Отечества. История пограничной службы. Краткий очерк. М., 1998. С. 212; Дмитриев С. Пограничная служба в России в первой половине XIX века // Пограничник. 1944. № 7-8. С. 46.

103 На страже границ Отечества... 1998. С. 212.

104 Лишевский В. Из истории отечественного телеграфа // Наука и жизнь. 1977. № 3. С. 116.

105 Бескровный Л.Г. Хрестоматия по русской военной истории. М., 1947. С. 65.

106 Архив Центрального музея связи им. А.С. Попова (Архив ЦМС). Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 1118. Л. 13.

107 Рехневский С.С. Телеграфы и применение их к военному делу. СПб., 1872. С. 11.

108 История военной связи. Т. 1. М., 1983. С. 92, 93.

109 Терещенко В.В. На охране рубежей Отечества. М., 2008. С. 49.

110 Кайданов С. Краткий хронологический обзор Департамента внешней торговли и таможенных сборов по части торговли России с иностранными государствами. СПб., 1890. С. 8.

111 Яроцкий А.В. Основные этапы развития телеграфии. М. -Л., 1963. С. 11.

112 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 954. Л. 4.

113 Российский государственный исторический архив (РГИА). ф. 560. Оп. 4. Д. 1013. Л. 1.

114 Там же. Л. 1, 2.

115 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 52. Оп. 110/6. Д. 69. Л' 59 об.

116 Там же. Ф. 52. Оп. 110/6. Д. 35. Л. 28 об.

117 РГИА. Ф. 1341. Оп. 38. Д. 2258. Л. 3, 3 об.

118 РГИА. Ф. 143. Оп. 2. Д. 12. Л. 14, 32.

119 Границе нужны профессионалы. (История развития системы подготовки воинов-пограничников России). М., 2003. С. 9.

120 Толковый словарь военных терминов. М., 1966. С. 465: Театр военных действий (ТВД) - определённая территория суши и прилегающее к ней морское и воздушное пространство, в пределах которого предполагаются военные действия, а во время войны действует часть вооружённых сил страны (коалиции стран), решая стратегические задачи, вытекающие из общего плана войны. ТВД обычно являются частью театра войны и включают одно или несколько стратегических направлений.

121 Чернушевич М.П. Краткая история-хроника пограничной стражи и выделение её в Отдельный корпус // Пограничник. 1907. № 15. С. 243; Харламов В.И. Развитие военного образования офицеров регулярной армии и пограничной охраны России (1700-1917 гг.): дис. ... канд. ист. наук. М., 1994. С. 191.

122 Чернушевич М.П. Материалы к истории пограничной стражи. Служба в военное время. Крымская кампания 1854-1856 годов (краткий очерк). Ч. 2. Вып. 1. СПб., 1904. С. 47, 48.

123 Там же. С. 48-49

124 Высшие органы государственной власти и управления России... С. 165: Военное министерство (18021917) - центральный орган военного управления Российской империи. За годы существования оно не раз подвергалось реорганизации и реформированию.

125 Михеев Ю. Российская пограничная охрана: этапы становления // Вестник границы России. 2008. № Г С 58.

126 Островский А.В.История средств связи: учебное пособие. СПб., 2009. С. 53.

127 Яроцкий А.В. Павел Львович Шиллинг. 1786-1837. М., 1963. С. 89-90.

128 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 953. Л. 5; Гоголь А.А. Никодимов А.Ю. Страницы истории радиосвязи. (Конец XIX - первая четверть XX в.). СПб., 1998. С. 22.

129 Кудрявцев-Скайф С.С. Возникновение радио. М., 1938. С. 30.

130 Яроцкий А.В. Основные этапы развития телеграфии. С. 37-38.

131 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1 Д. 1118. Л. 71, 73; История военной связи Российской армии. Т. 1. СПб., 1999. С. 104.

132 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 953. Л. 6.

133 История войск связи. Учебное пособие. Ч. 1. Л., 1953. С. 64.

134 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 953. Л. 1; Татищев С.С. Император Александр II. Его жизнь и царствование. Т. 2. СПб., 1903. С. 218.

135 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 1118. Л. 138.

136 Национальный архив Республики Карелия (НА РК). Ф. 589. Оп. 1. Д. 1/2. Л. 63.

137 Там же. Л. 63, 63 об.

138 Там же. Л. 18.

139 Русская военная сила. Очерки развития выдающихся военных событий от начала Руси до наших дней. Период царствования императоров Николая I-го и Александра II-го до всеобщей воинской повинности. Выпуск X. М., 1889. С. 89.

140 История СССР. Россия в XIX веке. Т. 2. Изд. 3. М., 1955. С. 219

141 История русской армии (Военно-историческая библиотека). М. -СПб., 2004. С. 28, 32.

142 Бесстужев И.В. Крымская война 1853-1856 гг. Страницы боевого прошлого. Очерки военной истории России. М., 1968. С. 260.

143 Бородкин М. Война 1854-1855 гг. на Финском побережье. Статья вторая. Раздел 1 // Военный сборник. 1902' № 7-8. С. 53.

144 Лещенко Г.И. История связи в пограничной страже России (XV - начало XX вв.). М., 1996. С. 76.

145 Полное собрание законов Российской империи (ПСЗРИ). Т. 21. Собр 2-е. Отд. 2. СПб., 1847. С. 494 (20670).

146 История военной связи Российской армии. Т. 1. 1999. С. 106.

147 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 49. Оп. 1. Д. 9. Л. 1.

148 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 49. Оп. 1. Д. 9. Л. 3-4.

149 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф' 481. Оп. 1. Д. 543. Л. 1.

150 Там же. Л. 4.

151 Гейрот Л.Ф. Описание Восточной войны 1853-1856 гг. СПб., 1872. С. 6.

152 Бесстужев И.В. Указ. соч. С. 264.

153 Русская военная сила... Вып. X. С. 100.

154 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 1. С. 42.

155 Бородкин М. Война 1854-1855 гг. на Финском побережье. Статья вторая. Раздел 1 // Военный сборник. 1902' № 7-8. С. 65.

156 Бородкин М. Война 1854-1855 гг. на Финском побережье. Статья третья. Раздел 1 // Военный сборник. 1902' № 9. С. 29, 37.

157 Зайончковский А.М. Восточная война 1853-1856 гг. Т. 2. Ч. 2. СПб., 2002. С. 526; Русская военная сила... Вып. X. С. 120.

158 Бесстужев И.В. Указ. соч. С. 270.

159 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 1. С. 47.

160 Бесстужев И.В. Указ. соч. С. 270.

161 Русская военная сила... Вып. X. С. 120.

162 Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 2. Ч. 2. С. 526

163 Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 2. Ч. 2. С. 544.

164 РГИА. Ф. 1289. Оп. 1. Д. 1026. Л. 2.

165 Там же. Л. 6.

166 РГИА. Ф- 1289. Оп. 1. Д. 1026. Л. 7.

167 Дубровин Н.Ф. История Крымской войны и оборона Севастополя. Т. 1. СПб., 1900. С. 127.

168 Там же. С.161.

169 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 1. С. 58.

170 Дубровин Н.Ф. Указ. соч. С. 185.

172 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 49. Оп. 1. Д. 9. Л. 33, 35. Там же. Л. 52.

173 Там же. Л. 53.

174 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 1. С. 117.

175 Лещенко Г.И. Указ. соч. С. 79.

176 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 1. С. 119.

177 Островский А.В. Указ. соч. С. 52, 54.

178 Рехневский С.С. Указ. соч. С. 43-44.

179 Яроцкий А.В. Основные этапы развития телеграфии.С. 58-59.

180 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 49. Оп. 1. Д. 9. Л. 12.

181 Алексеев В.Г., Герлинг Е.Ю., Зинковская А.В. Известные имена в теории связи. СПб., 2004. С. 49

182 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 10р. Оп. 1. Д. 101. Л. 2.

183 История развития войск связи. Л., 1977. С. 17.

184 Военная энциклопедия. Т. 7. М., 2003. С. 400.

185 К вопросу об учреждении испытательной телеграфно-телефонной станции почтово-телеграфного ведомства // Известия Всероссийского Союза техников Комиссариата почт и телеграфов. 1918. № 17-18. С. 13.

186 Архив ЦМС. Ф. Телефон. Оп. 1. Д. 539. Л. 43.

187 Лишевский В. Из истории отечественного телеграфа // Наука и жизнь. 1977. № 3. С. 118.

188 Татищев С.С. Указ. соч. С. 218-219.

189 Архив ЦМС. Ф. Телеграф. Оп. 1. Д. 1118. Л. 139.

190 Там же. Ф. Л. 14Г

191 Дратвин М.Н. Служба связи. Эволюция и тенденции развития средств связи. М., 1937. С. 9.

192 Архив ЦМС. Ф. Телефон. Оп. 1. Д. 539. Л. 45.ё1 134.

198 Королёв М.А. Преобразование армии и флота Российской империи в контексте военных реформ (вторая половина XIX - начало XX вв.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 2009. С. 19.
 199 История СССР' Россия в XIX веке. Т. 2. Изд. 3. С. 482-483.
 200 Плеханов А.А., Плеханов АМ- Отдельный корпус пограничной стражи на границе России (1893-1919): Научно-популярное издание. М" 2012. С. 49.
 201 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 10р. Оп. 1. Д. 101. Л. 9.

202 Габаев Г. Опыт краткой хроники-родословной русских инженерных войск. Пособие при исторических изысканиях и справках об инженерных войсках. СПб., 1907. С. 42.

203 Русско-турецкая война 1877-1878. М., 1977. С. 39.

204 Сборник материалов по Русско-турецкой войне 1877-78 гг. Кавказско-малоазиатский театр. Вып. 1. СПб., 1903. С. 184.

205 Михневич Н. Влияние новейших технических изобретений на тактику войск. СПб., 1893. С. 34, 35, 36; Верещагин В.В. Очерки, наброски, воспоминания. СПб., 1883. С. 102 (рисунок - «Пикет на Дунае»).

206 Базикин П. Учебник для нижних чинов ОКПС: Сост. применительно к «Положению об учебных отрядах» и во всём согласно с «Инструкцией службы чинов О. К. П. стражи». Томашов, 1913. С. 13.

207 Белов В.Д. На страже Северо-Западных рубежей Отечества. Очерки по истории Краснознамённого Северо-Западного пограничного округа' СПб., 1998. С. 17.

208 Список высшим чинам государственного, губернского и епархиального управлений. СПб., 1874. С. 173.

209 Кайданов С. Указ. соч. С. 99.

210 Ежуков Е.Л. Горячие окраины России: Исторический очерк. М., 2000. С. 138.

211 РГИА. Ф. 21. Оп. 2. Д. 1859. Л. 17.

212 Пилипенко А.Н. Охрана русских границ и борьба с контрабандой на Черноморском побережье Кавказа (1829 1853 гг.). Вып. 5. Ч. 2. М., 1998. С. 87.

213 Высшие органы государственной власти... С. 172-173: Морское министерство (1802-1917) -государственный орган, ведавший строительством, материальным обеспечением, подготовкой и деятельностью военно-морского флота. За годы существования оно не раз подвергалось реорганизации и реформированию. Летом 1906 г. в составе Морского ведомства был создан Морской генеральный штаб, осуществлявший стратегическую подготовку флота. Его начальник - непосредственно морскому министру.

214 Чернушевич М.П. Материалы к истории пограничной стражи. Служба в мирное время. Стычки с контрабандистами и прочие происшествия на границе. В царствие императора Александра II. Ч. 1. Вып. 2. СПб., 1901. С. 136.

215 Архив ВИМАИВиВС. - Ф. 52. Оп. 110/6. Д. 35. Л. 60 об.; Мошков Ф.А. Морпогранохрана России: от Петра I до наших дней: Краткий исторический очерк. Вып. 3 доп. и изм. М., 2007. С. 20; Кайданов С. Указ. соч. с. 98, 100.

216 Таможенная служба Санкт-Петербурга. 1703 - 2003. СПб., 2003. С. 64.

217 РГИА. Ф. 1341. Оп. 38. Д. 2258. Л. 2.

218 Рехневский С.С. Указ. соч. с. 14, 17.

219 РГИА. Ф. 1152. Оп. 12. Д. 285. Л. 2.

220 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 1. Вып. 2. С. 151.

221 Чернушевич М.П. Материалы к истории пограничной стражи. Служба пограничной стражи в военное время. Ч. 2. Вып. 2. СПб., 1910. С. 287.

222 Новая история' 18711917. Учебное пособие для ист. фак. пед. ин-тов. Ч. 2. М., 1976. С. 214.

223 История СССР. Учебное пособие. Изд. 2, доп. М. 1963. С. 241; Русско-турецкая война 1877-1878. М., 1977. С. 66.

224 РГВИА. Ф. 400. Оп. 3. Д. 501. Л. 4.

225 РГВИА. Ф. 400. Оп. 3. Д. 501. Л. 24.

226 Новая история. 1871-1917. С. 215, 216, 217.

227 Керсновский А.А. История русской армии. Т. 2. М., 1993. С. 257-258.

228 РГВИА. Ф. 400. Оп. 3. Д. 501. Л. 238, 245.

229 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 2. С. 283.

230 Там же. С. 284.

231 Архив Центрального пограничного музея ФСБ России (Архив ЦПМ). Док. ф. Д-493. Л. 1.

232 Рехневский С.С. Указ. соч. С. 291.

233 Русская военная сила. Очерки развития выдающихся военных событий от начала Руси до наших дней. От введения общеобязательной воинской повинности до настоящего времени. Вып. XI. М. 1890. С. 92.

234 Сборник материалов по Русско-турецкой войне 1877-78 гг... Вып. 1. С. 59, 181.

235 Епанчин Н.А. На службе трёх императоров. Воспоминания. М., 1996. С. 97.

236 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 2. С. 293.

237 Чернушевич М.П. Указ. соч. Ч. 2. Вып. 2. С. 286.

238 Сборник материалов по Русско-турецкой войне 1877-78 гг. Вып. 1. С. 214.

239 Татищев С.С. Указ. соч. С. 220.

240 РГИА. Ф. 565. Оп. 1. Д. 2795. Л. 402.

241 Габаев Г. Указ. соч. С. 90.

242 Там же. С. 106.

243 О телеграфной роте в сапёрных баталионах. Раздел 1 // Военный сборник. 1902' № 4. С. 210.

244 Военная энциклопедия. Т. 14. СПб., 1914. С. 357.

245 Там же. С. 352-355.

246 Николаев А.И. Рубежи России. Раздумья о важном. М- 1998. С. 14.
247 Высшие органы государственной власти... С. 128-129; Государственный совет (1810-1917) - высший законосовещательный орган Российской империи. Его роль не всегда была одинакова. Однако, поскольку законодательная функция в императорской России всецело принадлежала монарху, Г оссовет имел только совещательный голос, его постановления назывались мнениями, а их принятие или непринятие определялось волей царя.

248 Обзор деятельности Министерства финансов в царствование императора Александра III (1881-1894 годы)' СПб., 1902. С. 104.

249 ПСЗРИ. Т. 2. Собр. 3-е. СПб, 1886. С. 313 (976).

250 РГИА. Ф. 1152. Оп. 17. Д. 661. Л. 2.

251 Плеханов А.А., Плеханов А.М. Отдельный корпус пограничной стражи императорской России (18931917): Исторический очерк. М., 2003. С. 23.

252 Бегунова А.И. Сабли остры, кони быстры...: Из истории русской кавалерии. М., 1992. С. 206.

253 Татищев С.С. Указ. соч. С. 218.

254 Замечания министра финансов по поводу записки министра внутренних дел «О развитии и современном положении почтово-телеграфной части в России, по сравнению с государствами Западной Европы». СПб., 1897. С. 4.

255 Там же. С. 5.

256 Цейтлин В.М. Связь: Для военных академий и курсов усовершенствования высшего начсостава РККА. Изд. 3. М. -Л., 1930. С. 36.

257 Наугольный Н.А. Телефония. Лекции, читанные в С.П.Б. Политехническом институте императора Петра Великого. СПб., 1912. С. 16, 17.

258 Малая советская энциклопедия. Т. 9. Изд. 3. М.,1960. С. 195.

259 Островский А.В. Указ. соч. С. 69.

260 Головин Г.И., Эпштейн С.Л. Русские изобретатели в телефонии. М., 1949. С. 10.

261 Архив ВИМАИВиВС Ф. 52р. Оп. 1. Д. 10. Л. 4.

262 Там же. Ф. 10р. Оп. 1. Д. 101. Л. 8, 9.

263 Высшие органы государственной власти... С. 154: Комитет министров (1802-1906) - высшее государственное учреждение Российской империи. Это был высший орган управления типа совещания неограниченного монарха по основным вопросам государственного правления с наиболее доверенными, назначенными им и ответственными перед ним высшими чиновниками. Рассмотрение дел в Комитете министров и принимаемые по ним решения документально оформлялись в специальных журналах и утверждались монархом.

264 Архив ЦМС Ф. 14. Оп. 1. Д. 538. Л. 76.

265 Действующие постановления по телефонной части. СПб., 1909. С. 2.

266 Представление в Государственную думу министра МВД статс-секретаря Столыпина «С проектом положения об устройстве и эксплуатации телефонных сообщений» от 31 мая 1911 г. № 32009. СПб., 1911. С. 4, 8.

267 Архив ЦМС. Ф. 14. Оп. 1. Д. 538. Л. 84; Рейман Л.Д., Гоголь А.А. Никодимов И.Ю. Развитие связи в России. Из истории в будущее. СПб., 2001. С. 13-14.

268 Краткий обзор роста числа телефонных аппаратов в России // Известия Всероссийского Союза техников Комиссариата почт и телеграфов. 1918. № 15-16. С. 12.

269 Действующие постановления по телефонной части. С. 172.

270 Архив ЦМС. Ф. 14. Оп. 1. Д. 538. Л. 78.

271 Краткий обзор роста числа телефонных аппаратов в России // Известия Всероссийского Союза техников Комиссариата почт и телеграфов. 1918. № 15-16. С. 12.

272 Архив ЦМС. Ф. Коган. Оп.1. Д. 539. Л. 1; Рейман Л.Д., Гоголь А.А. Никодимов И.Ю. Указ. соч. С. 15.
273 На страже границ Отечества... 1998. С. 232, 235.

 

далее



return_links();?>
 

2004-2019 ©РегиментЪ.RU