УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Министерство общего и профессионального образования Российской Федерации
Новгородский государственный университет имени Ярослава Мудрого
 

Матвеев Олег Владимирович
 

Военные поселения. Идеи. Проекты. Реализация.

(На примере Новгородских военных поселений. 1816—1831 годы)
 

Специальность 07 00 02 — Отечественная история
 

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук


Великий Новгород —1999
 

Диссертация выполнена на кафедре истории и археологии России Новгородского Государственного Университета имени Ярослава Мудрого.
Общая характеристика работы.
Актуальность темы. Проблема реформирования армии является одной из ключевых в современных условиях. В этой связи изучение опыта создания военных поселений на северо-западе России (Новгородская губерния), где по замыслам организаторов (Александр 1, А.А. Аракчеев) создавалась классическая модель военнопоселенной организации представляет не только академический интерес, но и может послужить хорошим уроком для будущих реформаторов, так как поселения здесь при огромных затратах на их обустройство не дали ожидаемых результатов.
Устройство военных поселений, вызванное тяжелым экономическим положением России (инфляция, нехватка важнейших промышленных товаров, упадок торговли, несогласованная и неэффективная деятельность государственных органов), было направлено в первую очередь на решение проблем содержания и комплектования армии, а, следовательно, проблем финансового, экономического и социального характера. Проводимая после окончания изнурительной войны с Наполеоном реформа затронула все стороны жизни тогдашней России и отразилась на развитии ее социально-экономической системы не только в области укрепления материально-технической базы армии, но и в сфере административно-хозяйственного управления целых регионов.
Начиная с 1816 года, введение военных поселений стало составной
fro^n/Tl^Mf
частьку^равящих кругов России. Идея изменения способа комплектова-ния армии, сокращение расходов на содержание, без проведения радикальных реформ в государстве изначально обрекал(Э.создаваемую систему на провал. Нельзя было перевести армию на самоокупаемость, перенеся тяжелейшее бремя содержания даже части армии только на государственных крестьян и самих военных.
Исследование предыстории создания военных поселений в России, использование опыта хозяйственной деятельности графа А.А. Аракчеева в с.Грузино Новгородской губернии при создании военнопоселенной ор-ганизации, которым до сих пор не уделялось должного внимания в исто-рической литературе, позволяет расширить и уточнить наши представления о характере эксперимента проводившегося в Новгородской губернии и оказавшего значительное влияние на историю целого региона.
Введение в научный оборот положений о военных поселениях, приказов по полкам, различного рода правил, регламентирующих положение военных поселян дает возможность учитывать различия в статусе на всех этапах существования системы поселений.
Географические рамки. Если не рассматривать неудачный опыт создания поселений в Климовичском уезде Могилевской губернии, то начало военным поселениям в России было положено на Охтенском пороховом заводе Санкт-Петербургской губернии. Но более широкого распрос-
•гранения поселенная система при пороховых заводах и арсеналах не по-лучила, поэтому основные географические рамки работы — территория Новгородской губернии. Именно Новгородская губерния была избрана для поселения пехоты, так как здесь, проживало достаточное количество государственных крестьян, которые намечались для перевода в разряд военных поселян. Огромное значение имела близость столицы г. С.-Петербурга. В губернии было достаточно строевого материала (леса), земельных угодий, она имела хорошо развитую систему водных и сухопутных коммуникаций. Учитывались и сгратегические параметры: прикрытие границы, дислокация 1-й армии, в полосу которой входили новгородские военные поселения, основные операционные направления на случай военных действий. Здесь находилась грузинская вотчина графа А.Д.Аракчеева, помещичий опыт которого был известен всей России.
Хронологические рамки исследования охватывают весьма значительный период, начиная с Петра 1, который проводя военную и податную реформы, проверял на практике идею размещения армии по округам (отдельно от крестьян). Как и в случае с поселениями Александра 1 полигоном был избран Новгородский уезд. История же функционирования военных поселений пехоты Новгородской губернии начинается с высочайшего указа о назначении 2-го батальона гренадерского графа Аракчеева полка в Высоцкой волости Новгородской губернии от 5 августа 1816 г. и заканчивается высочайшим указом от 8 ноября 1831 года, когда округа поселения Гренадерского корпуса преобразовывались в 14 округов пахотных солдат, которые были сведены в два удела: Новгородский (1-6 округа) и Старорусский (7-14 округа). Решение о реорганизации было принято Николаем 1 после расследования дела о восстании 1831 г. в Новгородских военных поселениях.
Объектом исследования в настоящей работе является предыстория со-здания военных поселений в России, проекты и степень их реализации на примере Новгородских военных поселений.
Предмет исследования — динамика развития округов «северных» по-селений пехоты, степень влияния отечественного и западного опыта на создание нового государственного института, складывание административно-хозяйственной структуры, изменение правового положения военных поселян после реформы 1826 г., восстание военных поселян в 1831 г.
Цель и задачи. Цель диссертационного исследования — проследить процесс возникновения и эволюцию военнопоселенной системы в Новго-родской губернии. Для достижения обозначенной цели решались следующие задачи:
1) Определить основные причины создания военнопоселенной системы.
2) Проследить каким образом, структурное оформление вновь созда-ваемого государственного института переплеталось с уже имеющимися хозяйс1 венными механизмами в русской армии (полковая экономика, солдатская артель, казна и т.д.)
3) В какой степени на создание Новгородских военных поселений пов-лиял опыт хозяйственной деятельности гр.А.А. Аракчеева в с. Грузине.
4) Как создание военных поселений повлияло на нарушение принципа людей служивых и платящих налоги.
5) Исследовать вопрос о правовом положении военных поселян на раз-личных этапах военно-поселенной системы, выделить основные отличия от положения (статуса) государственных крестьян, на землях которых и создавались «северные» поселения пехоты.
6) Проанализировать из каких источников складывался бюджет Нов-городских военных поселений. В какой степени они были рентабельны, а, следовательно, выгодны государству.
7) Выявить главные причины восстания 1831 г., показать ход восстания и подвести итоги.
Методологической основой диссертации является совокупность научных методов, составляющих основу исторического исследования: историзм, научная объективность и системный подход при анализе явлений прошлого.
Степень изученности проблемы. Список литературы по военным по-селениям весьма обширен и многообразен. Первой и достаточно известной работой по военным поселениям в дореволюционной историографии была и остается брошюра М. М. Сперанского "О военных поселениях'". В ней впервые предпринята попытка разобраться в причинах введения военных поселений в России, хотя и явно преувеличены выгоды нового учреждения для военных поселян. Еще одна проблема поднятая Сперанским — произвол военного чиновничества в создаваемом государственном институте. Он видел путь, который бы поставил военные поселения в рамки закона, поэтому активно выступал за принятие устава о военных поселениях.
Работа с документами из архива Департамента военных поселений началась значительно позднее. Впервые вопрос о допуске поручика К. Кубитовича к делам архива для составления истории Новгородского военного поселения был поставлен в июле-августе 1860 года^ С этого времени начинается интенсивное изучение истории военных поселений, их создания и функционирования, 60-е — 70-е годы XIX века отмечены появлением большого количества работ, посвященных военным поселениям'.
' Сперанский М М О военных поселениях — Спб , 1825 ^ Российский Государственный военно-исторический архив (далее РГВИА) Ф 405 Оп 14Д
158
' Александров Г Заметки о бывших военных поселениях—//Русский Архив — 1873, N9, Богданович МИ ИсторияцарствованияимператораАлексанцра1иеговремя —Спб 1872,т б ПетровА Н УстройстгеоиуправлениевоеннымипоселениямивРоссии//ГрафАракчееви военные поселения — Спб , 1871, Щебальский П Г Военные поселения и граф Аракчеев // Русский вестник — 1871 , N 10
Первым в этом. ряду следует назвать военного историка М.И.Богда-новича, который попытался осветить историю создания военных поселений, как составную часть преобразований во внутренней политике России 1-ой четверти XIX века. Богданович ограничился кратким перечнем, действовавших в военных поселениях административных инстанций, указал их основные функции, но не коснулся вопросов о том, как фактически относились они к выполнению своих обязанностей, каким характером освещалась их деятельность и как, непосредственно, она проявлялась в отношении военных поселян, Документальная сторона исследования не дает оснований для того вывода, который сделал М.И.Богданович: «История первых лет военного поселения может справедливо назваться историей бунтов»'.
На часть вопросов, поставленных М.И.Богдановичем попытался от-ветить полковник генерального штаба А.Н,Петров. Его работа явно выделяется из всего комплекса исследований на начальном этапе истории изучения военных поселений^.
На архивных материалах первых лет существования «северных» посе-лений пехоты Петров предпринял попытку рассмотреть вопросы устройства и управления военными поселениями, нарисовал схему округа поселения полка, структуру его управления, поднял вопросы правового положения различных категорий военных поселян, проанализировал правила, определявшие права и обязанности последних. Большое значение для историков имело приложение к работе, подобранное самим А.Н.Петровым. Исследование заканчивается 1826 годом (то есть годом, когда Николай 1 пошел на реорганизацию округов военных поселений) и охватывает 1 этап существования нового государственного института. А.Н.Петров считал несостоятельными принципы устройства поселений и подвергал критике действия руководства военными поселениями.
Едва ли можно назвать случайным совпадением, что интерес к проблеме преобразований во внутренней политике России 1-й четверти XIX века вдруг возник в историографии в середине 60-х годов прошлого столетия.
Реформы, проводимые Александром II, по существу касались проблем, поставленных и нереализованных его дядей, одной из таких проблем была военная реформа. Историки хотели привлечь внимание правительства Александра II к отрицательному примеру военных поселений, для того, чтобы оно пошло на радикальные реформы в армии, а не ограничилось полумерами^.
СемевскийМ. ГрафАракчеевнвоенныепоселения 1809—1831 п" СПб., 1871 С 5 'Пе-гроЕ А.Н. Устройство и управление военными поселениями в России // Граф Аракчеев и
военныепоселения(1809-1831)—СПб., 1971. С. 85— 207.
' Ячменихин К.М. Военные поселения в русской дореволюционной и советской историографии/'/Вестник Московского университета. Сер. 8. История. 1985. N3.C. 63—71
Не прошли бесследно для историков и события в Западной Европе, в частности во Франции в 1870—1871 гг. По-видимому, именно этим фактом можно объяснить высказывания П.Е.Щебальского о военных поселениях, увидевшего в них огромные военно-рабочие коммуны, где «человек переставал принадлежать себе и становился вещью той коллективной единицы, которую Фурье называл фаланстерой, а Аракчеев — военным поселением»'. А.А.Аракчеев в его понимании, ни много, ни мало, как бы «предубеждая социалистические теории нашего времени,... сделал все возможное для удовлетворения материальным потребностям людей и для благоустройства поселенной общины...»^.
Историки 90-хгг. XIX и начала XX попытались дать оценку военным поселениям в политической системе Российской империи (А.А.Кизевет-тер, П.П.Карцев, А.А.Корнилов, А.С.Лыкошин, Н.К.Шильдер)' Таким образом, дореволюционная историография заложила основы изучения различных аспектов истории военных поселений, не разрабатывая их детально. Поэтому вне поля зрения исследователей остались вопросы деятельности высших органов управления военными поселениями. Остался открытым и такой вопрос, как взаимосвязь органов управления поселениями с государственным аппаратом страны. Не совсем верно решался в вышеупомянутых работах вопрос о динамике развития Новгородских поселений. Большинство историков полагало, что поселения шести полков 1 Еренадерской дивизии и двенадцати полков II и III дивизий по Высочайшим указам 1818 года и, соответственно, 1824 года привело к быстрому поселению всего гренадерского корпуса к концу царствования Александра 1. Архивные материалы убедительно доказывают, что процесс окончательного поселения Еренадерского корпуса до полного соединения поселенного батальона с двумя действующими затянулся. Полное поселение полков 1-ой гренадерской дивизии произошло в 1825—1826 году. В течение 1827 года проходил процесс формирования округов 2-й гренадерской и гренадерской артиллерийской дивизий. В 1828—1829 гг, был образован округ военных работников в составе двух рот на территории Свинорец-кой волости. В 1828 году произошло окончательное поселение 3-й Еренадерской дивизии.
Практически все исследователи занимающиеся военными поселениями, отмечают издание, посвященное столетию военного министерства. Особое внимание военным поселениям уделяется в очерке И.Е.Фаб-
' ЩебальскийП Г. Военные поселения и граф Аракчеев//Русский вестник— 1871.N 10, С. 495. ' Там же. С 496
' Кизеветтер А А Император Александр 1 и Аракчеев в их взаимоотношениях // Русская мысль —СПб., 191 1 кн. 2, Карцев ПП О военных поселениях при графе Аракчееве//Русский вестник— 1890,N3,C. 112.
Лыкошин А С. Военныепоселения//Великаяреформат2—М., 1914 ШильдерНК Император Александр 1, егожизньицарствование—-СПб. 1898, т.4
рициуса, в котором освещается деятельность инженерного ведомства. Автор выделил весьма важную для армии проблему, рассматривая организацию военных поселений, как один из видов «казарменного строительства» первой четверти XIX века, коснувшись и вопросов социально-экономического развития округов поселенных войск. Проблема военных поселений затрагивается и в тех разделах этого издания, в которых характеризуется система комплектования армии в первой половине XIX века^.
Рассматривая вопросы, поднятые дореволюционной историографией, нельзя не остановиться на работах деятелей декабристского движения. Это правомерно по двум основным причинам. Во-первых — декабристы первыми обратили внимание на проблему устройства военных поселений. Во-вторых — их работы можно использовать как важный исторический источник, передающий атмосферу отношения к создаваемому институту в рядах армии, в оппозиционных кругах дворянства и даже среди людей причастных к введению системы поселений (Г.С. Батеньков). Вопрос о причинах критического отношения декабристов к военным поселениям был затронут в исследованиях М.В. Довнар-Запольского и В.И. Семев-ского^
Не обошли вниманием военные поселения и историки писавшие о цар-ствованиях Александра 1 и Николая 1. Помимо М.И. Богдановича, к проблеме системы поселений обращались Н.К.Шильдер, великий князь Николаи Михайлович"
Таким образом, дореволюционная историография поставила и попы-талась решить целый ряд важных вопросов, касающихся причин создания военных поселений, административно-хозяйственной структуры и ее функционирования, а также предприняла попытку дать оценку военным поселениям в политической системе Российской империи. Не все эти про-блемы удалось решить в силу объективных причин, но сам факт их постановки заслуживает внимания.
Первые десятилетия советского периода в историографии военных поселений отмечены появлением целого комплекса работ, связанных в основном с тяжелым бытом поселян и бунтами в военных поселениях. Начало исследовательской работы по данной проблеме в советской историографии относится к периоду 20-х — 30-х гг. Работы С.Я. Гессена,
Сборник «Столетие военного министерства» (далеСВМ) 1802-1902 i-г--т.4 . 41. Кн. 1,0тд2 -СПб. 19Q2-C.93-U9 ' Там же ^Довнар-ЗапольскийМВ. Идеалы декабристов—М., 1907,СемевскийВ.И. Поэтические и
общественные идеи декабристов—СПб., 1909.
- Шильдер Н.К Император Александр 1, его жизнь и царствование СПб. 1902, т. 4 Великий князь Николай Михайлович АлександрЮпытисторическогоисследования—СПб . 1912,
С.Я. Штрайха, А.А. Кункля ставили своей целью познакомить широкие круги читателей с «ужасами аракчеевщины»'. Но несмотря на идеологическую сторону проблемы, в 30-х — 40-х гг. П.П. Евстафьевым и М.А. Садовниковой были введены в научный оборот архивные документы которые помогли полнее представить картину восстания, подсчитать примерное количество поселян, в нем участвовавших, определить округа военных поселений, охваченных волнениями^. П.П. Евстафьев помимо основной темы исследования коснулся вопросов, связанных с социально-экономическими и политическими предпосылками возникновения военных поселений; ставившихся перед ними задач, основных принципов устройства.
Значительный вклад в изучение проблемы военных поселений внес В.А.Федоров, он предлагал посмотреть на военные поселения, как на оп-ределенную форму — «проявления государственного феодализма»^. Он же выделил несколько категорий военных поселян и предпринял попытку исследования их экономико-правового положения. Его работы охватывают в основном начальный период формирующейся системы, которая должна была в условиях подъема крестьянского движения усилить аппарат насилия с одной стороны, с другой — являлась попыткой раскола крестьянства. Интересные идеи о связи военных поселений с имеющимся отечественным опытом высказал С.Н. Валк.
Очередной всплеск интереса к исследуемой проблеме военных поселе-ний в отечественной историографии произошел на рубеже 70х — 80х годов. Одним из первых к этой теме обратился в докторской диссертации «Русская армия в конце XVIII - 1-й четверти XIX века» военный историк Л.П.Богданов" Используя в качестве источниковой базы Свод Законов Российской империи и сборник «Столетие военного министерства» Богданов подверг критике существовавшую систему комплектования армии, указал на ее основные недостатки и увидел в военных поселениях прави-
' ГессенС.Я Холерные бунты. —М., 1932 Он же Аракчеевская барщина—М., 1934. Кункль А А Аракчеевщина — М, 1932, Штрайх С.Я. Брожение в армии при Александре 1 — Пг, 1922
• Евстафьев ПП К столетию восстания военных поселян // Каторга и ссылка 1931,NI.С.41-48, Он же. Восстание военных поселян Новгородской губернии в 1831г.—М., 1934. Садов-никова МА Восстание Новгородских военных поселян Автореферат на соискание ученой степени кин Баку, 1948. Левинтов Н. Военные поселения в России Х1Хв. /,' Исторический журнал. 1940.N6
'ФедоровВ. А. Восстание военных поселянвЧугуевев 1819 году//Исторические записи. 1955 — т. 52 Он же Борьба крестьян России против военных поселений (1810-1818)// Вопросы истории, 1952NI 1. Он же Солдатское движение в годы декабристов (181 б-1825)—М., 1863. Он же Борьба крестьян России против военных поселений (1810-1818)—// Вопросы истории, 1952, Nil —С 115
' БогдановЛП. Русская армия в конце XVIII — 1-й четверти XIX века. Автореферат диссертации на соискание ученой степени д.ин —М., 1980
тельственную меру, призванную улучшить набор в армию, сделав его бо-лее стабильным. Абсолютно справедливым выглядит замечание, что в широких масштабах создание военных поселений началось с 1816 года»'. На наш взгляд, неверно решался Л. II. Богдановым вопрос о численности в округах поселенной системы. Он считал, что к 1825 году в корпусе военных поселений уже числилось 160 тысяч человек^ Называя эти цифры, он ссылается на сборник «Столетие военного министерства» и включает в общее число категории лиц по своему правовому положению не являвшихся поселянами.
Примерно, с 1982 года с отечественной историографии начинается ре-гиональное исследование проблемы военных поселений. Первой к вопросу социально-экономического, положения военных поселян Украины обратилась Т.Д. Липовская^. Проводя анализ хозяйственной деятельности военных поселян, Т.Д. Липовская выделяет две формы собственности, существовавшие в поселениях: государственно-феодальную и частную. Ее исследование охватывает три этапа существования поселенной системы в России, вплоть до переведения последних в разряд пахотных солдат.
Военным поселениям на территории Белоруссии первой половины XIX века посвящена диссертация Ю.А. Блашкова". Автор подробно останавливается на проблеме истории создания военных поселений в Белоруссии, динамике их развития, подробно рассматривает положение пахотных солдат Витебской и Могилевской губерний в 30-е — 50-е годы XIX века.
Также следует отметить кандидатскую диссертацию А.С. Тургаева^ посвященную заключительному этапу существования военных поселений, начиная с 1831 года, в которой рассматривается роль военных поселений в социально-экономической истории России 1-й половины XIX века. Наиболее важным выглядит раздел о динамике урожайности хлебов (а, следовательно, и уровня хлебопашества в целом) в округах пахотных солдат, что в конечном итоге позволяет полнее представить изменения в производственной сфере крестьянского хозяйства накануне реформы. А.С. Тур-гаев проделал большую и очень кропотливую работу по систематизации
'Богда.новЛ.П.Военныепоселения—//Вопросыистории, 1980,N2—С. 112 'Там же С. 114.
'Липовская Т.Д. Социально-экономическое положение военных поселян на Украине (1817— 1857)—Днепропетровск, 1982. Она же. Годовые отчеты Департамента военных поселений ка^ источник по социально-экономической истории военных поселян // Историография и источниковедческие проблемы отечественной истории—Днепропетровск, 1983 " Блашков Ю.А Военные поселения на территории Белоруссии в 1-ой половине XIX века —
Автореферат на соискание ученой степени к.и.н. Минск. 1984
^ТургаевА. С. Социально-экономическое положение пахотных солдат Северо-Запада России в 1831- 1865 гг, автореферат на соискание ученой степени к.и.н.—Л. ЛГУ', 1985 Тургаев А С. Об урожайности хлебов в округах пахотных солдат Новгородской губернии (1832-1862) —//Вестник ЛГУ. 1984,N20,C.IOO—103.
комплекса источников по истории пахотных солдат Новгородской губернии в предреформенный период.
Попытку дать анализ отношения декабристов к системе поселений предпринял В.А. Ананьев'. Большая часть его диссертации посвящена именно этому вопросу. Значительно расширена историографическая база исследований по военным поселениям. Рассмотрены вопросы об отношении деятелей тайных обществ к столь необычному для России учреждению.
Важное место в современной историографии занимают исследования К.М. Ячменихина, посвященные Новгородским военным поселениям и поселенной системе в целом. В своих работах он рассмотрел целый ряд вопросов, на которых историки до него столь глубоко и подробно не ос-танавливались, ввел в научный оборот большое количество архивных документов, которые позволили нетрадиционно взглянуть на уже казалось бы устоявшиеся в историографии оценки^ Материалы диссертации нашли отражение в статьях, опубликованных в научных изданиях^ К.М. Ячменихин вслед за Т.Д. Липовской предпринял попытку обзора военных поселений в дореволюционной и советской историографии. Единственный недостаток заключается в том, что он противопоставил складывание нового государственного института и оформление революционного движения в лице ранних декабристских организаций. Даты начала военных поселений (1816 год) и организации первого тайного общества (1816 год) совпали совершенно случайно, и являются всего лишь отправными точками различных по своей сути процессов.
На сегодня, большой интерес представляет вопрос о численности Нов-городских военных поселений, рассматриваемый с учетом динамики их развития^, который был слабо изучен и в дореволюционной и в советской историографии. Основные выводы сводились к тому, что Александр 1 форсировал создание военных поселений и вся их система сложилась к 1826 году, когда только в Новгородской губернии было якобы поселено 90 батальонов пехоты, 3 артиллерийские бригады и один саперный ба-
АнаньевВ.А. Военные поселения в России (1810—1857) Автореферат диссертации на соискание ученой степени к.и.н Л. ЛГУ, 1989.
'ЯчменихинК М.Новгородскиевоенныепоселения 1816-'-1831 гг.Административно-хозяй-ственнаяструктураАвторефератдиссертациинасоисканиеученойстепени к.ин— М МГУ, 1985.
'Ячменихин К.М. Военные поселения в дореволюционной и советской историографии //Вестник Московского университета Сер 8 История^ 3, 1985. С. 63—71 Он же Структура Новгородских военных поселений и их управление//История СССР 1989, III, С 90—102. Он же Численный состав и структура Новгородских военных поселений // Новгородский исторический сборник — Л., 1989, С 149—161, Он же Военные поселения на Кавказе в 30—50-е годы XIX века//Вестник Московского университета. Сер. 8. История, 1991.N4
'Ячменихин К.М Численный состав и структура Новгородских военных поселений//Новгородский исторический сборник—-Л, 1989, С 149—101
тальон. Эти выводы практически без существенных изменений кочевали из работы в работу, что привело к искажению фактической истории военных поселений. Так, анализируя итоги развития военных поселений к концу царствования Александра 1, ряд исследователей пришли к выводу, что система поселений включала треть всей армии (374480 человек) и состояла из 148 батальонов пехоты, 240 эскадронов кавалерии, 32 фурштатских рот и 14 бригад артиллерии'. Л, П.Богданов уменьшает эту цифру более чем вдвое, полагая, что корпус военных поселений насчитывал до 160 тысяч человек'. По мнению К.М. Ячменихина, такая разница в количественных данных происходила из-за неправильного понимания авторами таких категорий, как «поселенные войска» и «военные поселяне»^. К поселенным войскам необходимо отнести лишь те, которые составляли в основе своей округ поселения, стремились перейти на соответственное обеспечение продовольствием (в чем и заключалась главная цель создания системы -- О.М.) и частично пополнялись за счет коренного населения (еще одна цель, причем обе цели взаимосвязаны — О.М.). Те полки, которые не попадали под это определение к поселенным относиться не могли. Похожая картина наблюдалась и с военными поселянами. Основным источни-ком для исследования здесь могут быть использованы данные строевых смотров. Причисление же всех категорий военных поселян к строевому составу независимо от пола, возраста и рода занятий и привело исследователей к ошибочному выводу относительно удельного веса военных поселений в составе русской армии.
По подсчетам К.М. Ячменихина строевой состав поселенных войск в 1825--1826 годах мог составлять 14—-15% состававсей русской армии^. В 1830 — 9,4%^ так как после реформы 1826 года поселяне не изучали военного дела. Им же предпринята попытка разобраться в вопросах финанси-
-^ - ^V"^°'•'^i*' рования военных поселении в России, выявить основной ин^р^с формирования бюджета военных поселений.
Последним в ряду исследований военных поселений на материалах отдельного региона стала диссертация Т.Н. Кандауровой^. Автор впервые вводит в научный оборот правовые положения, регулирующие осо-
' Карцев П.П. О военных поселениях при графеАракчееве//Русский вестник, 1890, Март—С.
1 12— 150.Редигер А. Комгыекгование и устройство вооруженных сил.—СПб., 1900—С 19 '• Богданов Л. П. Военные поселения..'/Вопросы истории, 1980.N2, С 181 ' Ячменихин К.М. Численный состав и структура Новгородских военных поселений /•' Новго-
родскийисторическийсборник—Л., 1989,С. 155. •Ячменихин К.М Численный состав и структура Новгородских военных поселений .'/Новго.
родский исторический сборник—.1, 1989, С. 155.
' Он же. Формирование и бюджет военных поселений в Росии// Вестник Московского университета. Сер. 8 История, 1993N2C.35—44.
' Кандаурова Т.Н. Херсонские военные поселения (1817—1832гг) Административно-хозяйственная структура. Диссертация на соискание ученой степени к.и.н —М МГУ, 1989.
бый статус Херсонских военных поселений, которые были преимущественно поселениями кавалерии, в отличии от «северных» поселений пехоты. Также представляют большой интерес для исследователей работы по анализу и степени реализации проектов военных поселений в России, касаю-щиеся отношения к новому государственному институту современников'.
Таким образом, в современной отечественной историографии наметился явный сдвиг в изучении военных поселений в России и, тем не менее, обширность и многосложность проблемы, требует детального анализа специфики отдельных периодов развития поселенной системы, трансформации ее отдельных структур; степени экономической выгодности изучаемого государственного института, более четкого определения правового положения отдельных категорий военных поселян.
Источниковая база. Основной документальной базой работы стали материалы, сосредоточенные в фондах Департамента военных поселений Российского Государственного военно-исторического архива (РГВИА) — ф.ф.405, 411. В научный оборот вводятся документы, касающиеся делоп-роизводственной деятельности: грамоты о поселении полков в Новгородской губернии, отчетная документация по годам высших органов управления военными поселениями. Данный тип источников позволяет: проследить динамику развития военнопоселенной системы, складывания ад-министративно-хозяйственной структуры Новгородских военных поселений, статьи формирования бюджета.
Введение в научный оборот многочисленных проектов, записок по во-енным поселениям позволяют сделать выводы о серьезности намерений Александра 1 в проведении данной реформы, а также проследить эволюцию идеи создания военнопоселенной системы. Данные выводы опровергают оценку царствования Александра 1, начиная с 1815 г., сложившуюся в советской историографии. В то же время осторожность с которой поселения вводились говорит о том, что ни один из проектов не был принят за основу и четкого плана у Александра 1 не существовало. При подсчете численного состава Новгородских военных поселений привлекались данные строевых смотров, которые позволяют более точно определить количество боеспособных войск в составе округов «северных» поселений пехоты.
В работе также использованы материалы фонда Управлений и штабов округов военных поселений пехоты солдат Новгородского (Ф. 398. РГВИА) и Старорусского (Ф. 399. РГВИА) уделов. В основном это доку-
КандауроваТ.Н Военныепоселенияв России 1810—1857(Проектыиихреалиэация)//Вест-ник Московского университетаСер. 8 История. 1990NI.C.61—71, 1992N2.C.44—55. Кандаурова Т. Н., Давыдов Б. Б Военные поселения в оценке современников//Вестник Московского университета Сер 8. История. 1992.N2.
менты определяющие статус военных поселян, который менялся в ходе трансформации системы военных поселений.
Часть материалов отложилась в фондах Российского Государственного исторического архива (РГИА). Ф. 379 --Департамента государственных имуществ. Ф. 571 - Департамента разных податей и сборов. Ф. — 1286 — Департамента полиции. Ф. -— 1409 - Собственной Его Императорского Величества канцелярии.
Незначительная, но весьма важная часть источников по истории во-енных поселений хранится в Государственном архиве Новгородской области (ГАНО). '
Так хозяйственная деятельность А.А. Аракчеева в с. Грузине нашла отражение в документах вотчинной канцелярии (Ф. 581 — Грузинской вотчины гр. А.А. Аракчеева). По разработанной Аракчеевым схеме, канцелярия составляла подробнейшие описи движимого и недвижимого имущества как владельца имения, так и его крепостных крестьян. Были заведены книги посева и сбора зерна. Особый интерес представляют отчеты по всем вопросам хозяйства и повседневной жизни крестьян, которые широко используются в работе. Впервые в научный оборот вводятся документы из Ф. 581 ГАНО проясняющие статус церкви в военных поселениях пехоты Новгородской губернии. Это положения о церквях и священ-ника.х; находившихся в округах военных поселений. В работе использованы документы из Ф. 138 —Канцелярии новгородского губернатора, Ф. 567 -- Управления округами пахотных солдат Новгородской, Витебской и Могилевской губерний.
Важные материалы сосредоточены в крупнейших книгохранилищах России: в Рукописном отделе Российской Государственной библиотеке (РГБ) и отделе рукописей и редких книг Российской Национальной библиотеки (РНБ), Ф. 859 (Шильдера), а также в отделе письменных источников Новгородского Государственного объединенного музея-заповедника (НГОМЗ).
Особое значение имеют документы, связанные с деятельностью графа А.А. Аракчеева. После ею смерти, согласно завещанию, архив и библиотека были переданы в Новгородский графа Аракчеева кадетский корпус. основанный на доходы, полученные от Грузинского имения. После своей смерти А.А. Аракчеев оставил обширный архив, насчитывавший когда-то 582 единицы хранения и свыше 48000 листов'. Часть бумаг была распределена по различным министерствам и ведомствам, остальная отправлена императору, который распорядился уничтожить все бумаги, касающиеся императорского дома. Таким образом, наиболее интересная часть огромного архива погибла. На сегодняшний день имеется несколько фон-
• ПорфиридовН. Хронология грузинских построек—//Сборник общества изучения русской усадьбы, 1928, Вып.2— 3, С.22.
дов, в которых сосредоточены документы, связанные с жизнью и деятельностью графа А.А. Аракчеева (Ф. 154 РГВИА, Ф. 471 отдела рукописей РГБ, Ф. 29 РНБ, Ф. 238 — Архив Санкт-Петербургского филиала института Российской истории Российской Академии наук (ФИРИ РАН).
При исследовании темы «О правовом положении военных поселений и . различных категории поселян» первостепенное значение приобретает такой вид источников как законодательные акты, собранные в полном собрании законов Российской империи (ПСЗ — 1, 2 издание). Данный вид включает Высочайшие указы, повеления, рескрипты, всеподданнейшие кон-фирмированные доклады. Особняком стоят положения о военных поселениях, приказы по поилкам, различного рода правила, регламентирующие частную жизнь военных поселян, что позволяет учитывать различия в правовом положении поселян на всех этапах существования системы поселений, проследить трансформацию на фоне их достаточно динамичного развития. Следует отметить, что весь этот огромный комплекс источников был недостаточно изучен. В период с 1818 по 1825 гг. были изданы положения о военном поселении пехоты, кавалерии. Данные документы, несмотря на их доступность, не всегда широко привлекались в качестве источника иссле-дователями.
Безусловно важным историческим источником следует признать опуб-ликованные воспоминания современников, как правило, офицеров, служивших в военных поселениях, — генерала С.И.Маевского, полковника Н.И. Панаева, офицера новгородского поселения М.А. Крымова, Е.Ф. Брадке и т. д.'
Единственным видом источников, в которых не была отражена история создания военных поселений, была современная им периодическая печать. Это вполне понятно, так как проведение подобного рода мероприятий требовало строжайшей секретности. Архивы для исследователей были открыты лишь в 1860 году, спустя 3 года после прекращения функционирования системы военных поселений в 1857 году.
Научная новизна диссертационной работы заключается в том, что впервые в исторической литературе прослеживается процесс становления системы военных поселений в России, специальному комплексному исследованию подвергаются военные поселения Новгородской губернии с учетом хозяйственного опыта А.А. Аракчеева, от момента их образования в 1816 году до преобразова.ния в округа пахотных солдат в 1831 году. Впервые подробно рассматривается проблема предысто-
БрадаеБФ. Автобиографические записки//Русский Архив. СПб., 1875, кн. 1, Крымов М.А. Воспоминания офицеров новгородского поселения // Военный сборник, 1862, т.24, N4. Маев-ский С И Мой век или история генерала Маевского СПб. 1873 Словский Н. Рассказы о былом Времена военных поселений. Новгород, 1865. Панаев Н.И Новгородское возмущение в 1831 году. Записки очевидцапо.тковникаПа^ева— Лейпциг, 1874.
рии воениопоселенной системы в России. Автор прослеживает развитие института военных поселений, отмечает специфику каждого отдельно взятого этапа, а также влияние нового государственного института на общую ситуацию в регионе. Впервые в научный оборот вводится ряд нереализованных проектов, поданных на имя императора, по созданию военных поселений в России. Отмечается, что в результате перевода государственных крестьян в состав округов военных поселений менялся традиционный уклад хозяйственной жизни, сложившийся в предыдущий период, изменялась административно-хозяйственная система управления целого региона. В работе дана периодизация истории нового для России государственного института, которая отражает специфику изменений, которые происходили внутри системы военных поселений. Подробно рассматриваются причины и ход восстания 1831 г.
Практическая значимость исследования заключается в возможности использования материалов диссертации для написания работ по истории России первой половины XIX века; подготовки учебных пособий, как для средней, так и для высшей школы; при разработке учебных курсов, спецкурсов и спецсеминаров по истории России и Новгородской губернии первой половины XIX века.
Апробация работы. Основное содержание работы отражено автором в научных статьях и тезисах, опубликованных по теме исследования, а выводы апробированы в научных докладах, прочитанных на научных Конференциях «Прошлое Новгорода и Новгородской земли», проводившихся в Новгородском Государственном университете имени Ярослава Мудрого. Материалы диссертации обсуждались на заседаниях кафедры истории и археологии России Новгородского Государственного университета.
Структура диссертации определялась тематикой данного исследования и его задачами. Работа состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, списка источников и литературы.
Во введении обосновывается актуальность выбранной темы, опреде-ляются предмет, цели и задачи исследования, территориальные и хроно-логические рамки, освещается степень научной изученности темы и дается краткая характеристика основных источников.
В главе 1 Предыстория создания военных поселений в России. Проекты и степень их реализации. П ервый этап истории «северных» поселений пе-хо1Ы рассматривается проблема появления в России проектов создания во-енных поселений, первые неудачные опыты, связанные с проведением военной реформы в эпоху Петра 1, исследуются проекты поселений, существовавшие в годы правления Екатерины II и Павла 1, а также нереализованные проекты главного творца системы военных поселений — императора
Александра 1. Повышенное внимание уделяется практическому опыту графа А.А. Аракчеева в Грузинской вотчине, а также прослеживается взаимос-вязь помещичьего хозяйства А.А. Аракчеева с создаваемым государственным институтом - военными поселениями, рассматривается процесс создания Новгородских военных поселений, складывания административно-хозяйственной структуры. Принципиально важное значение имеет вопрос о численности поселенных войск в так называемых «северных» поселениях пехоты.
Как справедливо сегодня замечают историки, идея создания поселений, где соединены были бы занятия сельским хозяйством и военной службой не нова. Воинские поселения в районе границы, на засечных чертах и линиях существовали еще в XVI—XVII веках. Самое первое упоминание летописи о казаках, обитавших по Червленому-Яру, имеется в рассказе о набеге ордынского царевича Мустафы на Переяславль-Рязанский и датируется 1444 годом'. Казаки набирались во время военных действий из вольных нетяглых людей и безземельных батраков и за службу получали земельные наделы.
Петр 1, создавая регулярную армию по западному образцу сразу же столкнулся с проблемами финансирования и расселения набираемых полков. Проводя военную и податную реформы, император проверял на практике идею размещения армии отдельно от гражданского населения. Почти за 100 лет до опытов Александра 1 полигоном был избран Новгородский уезд. Сюда в январе 1721 года был отправлен генерал-майор М.Я.Волков, который должен был с двумя полками (драгунским и пехотным) провести то. что в ближайшем будущем предстояло осуществить на практике на территории всей страны. Речь шла о строительстве совместно с крестьянами солдатских слобод. Казна денег не выделяла, землю и лес на строительство крестьяне должны были оплачивать из своего кармана. Роты должны были селиться в радиусе 50—100 верст от комплекса полкового штаба. Волков провел в Новгороде почти год. Вместе с выборными от дворянства он объехал Новгородский, а также часть Старорусского уездов и определил места для строительства. В ходе поездки Волков столкнулся с нежеланием помещиков размещать полки по новому образцу. И лищь после вмешательства Петра 1 новгородские дворяне подчинились генералу. 10 января 1722 года император, признав Новгородский эксперимент удачным, отозвал Волкова^ Смерть Петра 1 оборвала эти начи-нания. Идея и проект были преданы забвению на долгие годы. В 1760 гг. Екатерина II отвергла проект поселений, предлагавшийся Захаром Чер-
' Казачьи войска. Краткая хроника казачьих войск и иррегу^тлрных частей. Справочная книж-
каИмператорскойГлавнойквартиры— • Спо., 1912,С 5 ^АнисимовЕ. В. Податная реформа Петра!—Л. 1982. С 235
нышевым, так как посчитала опасными для внутреннего спокойствия го-сударства столь многочисленные скопления вооруженных людей'. Павел 1 в бытность свою наследником, по-види.мому, хорошо знал об опыте Петра 1. Он занимался этим вопросом лично, собирал исторические справки, интересовался предшествующими формами поселений^. В 1778 году в письме к графу П.П.Панину цесаревич предлагал ставить полки на неподвижные квартиры вместе с семьями^. Эти особые кантоны из полков, должны были бы формироваться из жителей, проживающих на территории расположения этих полков. Таким образом, должно было произойти слияние армии и местных жителей. Будучи императором, Павел продолжал собирать записки о начале регулярного войска, о военных поселениях и военных школах в России".
В фондах РГВИА имеется целый ряд нереализованных проектов по военным поселениям. Большинство из них относится к первым годам цар-ствования Александра 1. Современные историки справедливо увязывают факт появления конкретных проектов с необходимостью срочного приспособления армии к новым историческим условиям без изменения коренных принципов ее комплектования. В противном случае пришлось бы прибегать к ее радикальной реорганизации на базе введения всеобщей воинской повинности. Самовоспроизводящаяся система поселений сокращала число рекрутируемых в армию, так как восполнялась за счет самих поселян, оставляя в помещичьих хозяйствах сильных и умелых работников. К тому же перевод части армии на самоокупаемость — реальный путь для сокращения военного бюджета. Как организационная форма при создании поселений использовался отечественный опыт казачества, ландмили-ции, а также зарубежный опыт ландвера, шведской «индельты», австрийских пограничных поселений. Все эти положения не вызывают возражений, но на наш взгляд, они недостаточно полно отражают всю сложность социально-экономического эксперимента, проводившегося на северо-западе России. В исторической литературе не учитывается, что поселения были тесно связаны с хозяйственным механизмом русской армии того времени. Полковая экономика, солдатская артель, казенная работа солдат, постой, экономия провианта и фуража за счет крестьян были тем конкретным содержанием, которым наполнялись западные организационные формы. Артель исправляла недостатки государственной системы обеспечения.
• Давыдов М. А Оппозиция Его Величества. Дворянство и реформы в начале XIX века— М^
1994, С. 85.
'• РГВИА ФЛ05. On.2. Д. 1987, 1989.
^ШилъдерНК.ИмператорПавел1.— СПб. 1901,С 97.
^Записки, заключающие в себе сведения, собранные, по повелению блаженныя памяти государя императора Павла 1 о начёте регулярного войска, о военных поселениях и военных школах в России—СПб. 1830.
Еще писались проекты создания военных поселений в России, когда Александр 1 приступил к практической реализации своего замысла. Первый опыт поселения в Климовичском уезде Могилевской губернии был прерван войной 1812 года. Армия в этом случае не сливалась с местным населением, так как все крестьянские семьи выселялись в Новороссийский край (667 семейсгв — около 4 тысяч крестьян), а дома крестьян занял батальон солдат Елецкого мушкетерского полка. Это были специально отобранные люди, большей частью женатые и с детьми. К подобной практике император более не возвращаются.
К мысли об устройстве военных поселений Александр 1 вернулся, на-ходясь еще в Европе. Летом 1814 года на Венском конгрессе император высказал мысль о военных поселениях графу И.О. Витту, будущему на-чальнику южных поселений'. Примерно в это же время вновь восходит (и теперь уже до конца царствования Александра 1) политическая звезда графа А.А. Аракчеева, роль которого в создании нового государственного института в исторической науке освещена далеко не полностью. Создавать поселенную систему Аракчеев собирался не на пустом месте и император был об этом хорошо осведомлен. Речь идет об опыте хозяйственной деятельности графа по упорядочению дел в своем знаменитом селе Грузине. Историки, когда-либо писавшие о военных поселениях, справедливо усмотрели в этом имении образец для устройства будущих военных поселений, обратив внимание лишь на внешне совпадающие формы, и не вникая в детальный анализ хозяйственной деятельности Аракчеева на этом поприще. Между тем этот опыт во многом был перенесен на создаваемый хозяйственный и административный институт. Та форма, которую поселения приобрели в будущем, во многом обязана опыту преобразований личной вотчины графа.
В усадьбе была создана вотчинная канцелярия, которая выполняла большой объем работ: там составлялись годовые отчеты по имению, фик-сировалась покупка и продажа продуктов, учитывались долги крестьян, производились расчеты с наемными рабочими. Аракчеев стремился, чтобы каждый акт хозяйственной деятельности был отражен в документах. Банк. созданный в Грузине, выдавал из имеющегося в нем капитала ссуды крестьянам на постройку домов и различные хозяйственные нужды. Хозяйственная деятельность нашла отражение в материалах вотчинной канцелярии (Ф.581. ГАНО). К сожалению большая часть этой документации утрачена, но сохранившиеся материалы, равно как и свидетельства посещавших Грузине, позволяют нам судить о том, что Аракчеевым было создано образцовое помещичье хозяйство, частично ориентированное на рынок, с достаточно стройной административно-хозяйственной структу-
' РГВИА. Ф. 405, On. 1, Д 509 (Записка графа Витта о военном поселении)
рой, чему в немалой степени способствовали близость крупнейшего пот-ребителя сельскохозяйственной продукции г. Санкт-Петербурга и удобный водный путь туда по Волхову. Преимущества системы неоднократно демонстрировались Александру 1, который и сделал выбор в пользу поме-щичьего опыта А.А. Аракчеева. К тому же в Новгородской губернии было главное условие для создания военных поселений пехоты — достаточное количество государственных крестьян, которые намечались для перевода в разряд военных поселян. Близость столицы, развитая система сухопутных и водных коммуникаций, необходимые для строительства запасы строевого леса и земельные угодья, а также чисто военные функции: прикрытие границы, основные операционные направления на случай военных действий, место дислокации 1-ой армии, в полосу которой входили новгородские военные поселения не давали оснований сомневаться в правильности выбора.
В начальный период введения поселенной системы войск, император и Аракчеев предполагали создать поселения на всех пороховых заводах и арсеналах. В мае 1816 г. по Высочайшему повелению, 1 16 лучших служителей Охтенского порохового завода Санкт-Петербургской губернии зачислялись в новый для России разряд «военных поселян», но дальнейшего распространения этот опыт не получил. Спустя три месяца, 5 августа 1816 года последовал Высочайший указ о назначении 2-го батальона гренадерского графа Аракчеева полка для поселения в Высоцкой волости Новгородской губернии' Новгородскому гражданскому губернатору был направлен рескрипт, в котором говорилось, что данный батальон направляется на постой в Высоцкую волость в связи с недостатком казарм в Санкт-Петербурге. Но вместе с тем подчеркивалось, что волость выводится из ведения гражданских властей и переходит в военное ведомство. Сбор государственных податей было приказано прекратить. Специальному чиновнику предписывалось произвести опись имущества крестьян, а из распоряжения императора министру финансов следовало, что сбор государственных податей всей волости будет уже производим военным начальством. Высоцкая волость получила новое управление. Первоначально всеми делами на территории бывшей волости ведал батальонный командир майор Ф.К. фон Фрикен, а с октября эти функции передавались адьютанту графа Аракчеева инженер-штаб-капитану А.И. Мартосу. Зимой 1816—1817 гг. велись подготовительные работы для перевода волости в «военное состояние». Были напечатаны специальные положения, регламентирующие переход местных жителей в новую социальную группу. Они устанавливали порядок переписи в округе военного поселения, право наследования, материальное стимулирование государственных кресть-
' ПСЗ—1 е собрание т. 33, N 26389
ян, переходящих в разряд военных поселян. Большое внимание в этом документе уделялось созданию сети военных школ. Буквально с первых дней существования системы поселений правительство проявляло заботу о вос-питании и выучке рождавшихся и проживающих в округах детей, которые получили название военных кантонистов.
Летом 1817 года началось активное поселение полков. 21 июля Пер-новский полк (переименованный в Гренадерский наследного принца Прус-ского полк) назначался в военное поселение, а 12 августа 1817 года остальные полки Первой Гренадерской дивизии назначались для поселения в Новгородской губернии'.
Как видно из Динамики событий, процесс создания военных поселений в Новгородской губернии шел достаточно интенсивно, не взирая на оценку происходящего самих поселян. «Граф Аракчеев, по-видимому, задался целью облагодетельствовать новых поселян, даже помимо их воли. и хотел по приказу сделать их счастливыми, не спрашивая их. как они сами понимают свое счастье»^
Процесс полного поселения полка зависел от темпов строительства жилья в округах. В среднем за год по всему Новгородскому отряду отстра-ивалось до двух рот. Войска использовались на работах в основном в течение пяти-шести месяцев (с мая по октябрь). Военно-рабочие батальоны и артиллерийские роты, для руководства которыми было создано специальное управление под командованием инженер-генерал-майора А.А.Эйлера, работали круглый год^. Первыми в округ поселения своего полка в ноябре 1820 года были введены действующие батальоны Гренадерского графа Аракчеева полка. По мере устройства округов дивизии, началось поселение ее вспомогательных подразделений. С мая 1820 года при каждом поселенном батальоне начали создавать поселенные фурштатские роты. Цель этого учреждения заключалась в доставке действующим батальонам поселенных полков провианта при их движении. Полное поселение полков 1-й гренадерской дивизии произошло в 1825—1826 гг.'
В апреле 1822 года был образован округ военного поселения саперного батальона гренадерского корпуса в составе двух рот по 216 рядовых поселян-хозяев и 12 поселенных унтер-офицеров в каждой^.
В феврале 1824 года было принято решение о поселении вторых ба-тальонов полков 2-й и 3-й гренадерских дивизий в Старорусском уезде.
РГВИАФ 405,0п.1,д 17,18,19,20,21 ^ПетровА.Н Ус-гройствовоенныхпоселенийСПб. .1871, С 97. 'ЯчменихинК М. Численный состав и структура Новгородских военных поселений в 18-16—
1831гг —Л ,1989,0151—152. ' Там же С. 153
'РГВИАФ 405, Огг1,Д.121 (Положение о поселенном саперном батальоне гренадерского кор-пуса).
Вместе с частями, находившимися там на работах, эти батальоны соста-вили Старорусский отряд под командованием С.И.Маевского'. Город Старая Русса был выведен из ведения гражданских властей с предоставлением ему статуса военного города^.
Таким образом, к концу царствования Александра 1 в Новгородской губернии было образовано шесть округов системы поселений. Самым се-верным на реке Волхов был первый округ Графа Аракчеева полка со штабом в деревне Селищи. Ближе к Новгороду на обоих берегах Волхова расположился второй округ короля Прусского полка со штабным центром в селении Муравьи. В непосредственной близости к Новгороду находился третий округ императора Австрийского полка со штабом в селе Кречеви-цы. На реке Мета находился четвертый округ наследного принца Прусского полка со штабным городком в селе Новоселицы. Первый карабинерный полк разместился вокруг штабного центра в селе Медведь, образуя пятый округ. Карабинерный князя Барклая де Толли полк — на берегу озера Ильмень в городе Старая Русса составил шестой округ. При создании округов военного поселения Новгородского отряда почти было выдержано равенство по численности населения. Исключение составлял лишь округ графа Аракчеева полка, в котором проживало наименьшее число военных поселян из местных жителей.
На основании данных о строевых смотрах полков строевой состав Новгородских военных поселений в 1825---1826гг, выглядел следующим образом:
1-я гренадерская дивизия -- 15913 человек, 11-я и 111-я гренадерские дивизии — 18902 человека. Поселение Охтенского порохового завода Санкт-Петербургской губернии — 1202 человека^ Автор согласен с подсчетами К.М. Ячменихи-на, что строевой состав поселенных войск в 1825—1826 гг, мог составлять не более 14—15% состава всей русской армии"*.
Во 2 главе «Проведение реформы 1826 года в Новгородских военных поселениях. II этап истории «Северных» поселений пехоты исследуется развитие системы военных поселений в начальный период царствования Николая 1. Анализ структуры и динамики развития Новгородских военных поселений позволяет сделать вывод, что исследователи преувеличивали темпы территориального роста и численности населения военных поселений, не учитывали специфику отдельных категорий военных поселян, завышали удельный вес поселений в составе русской армии. Специ-
- РГВИА Ф.405, Оп. 1, Д.226, Л.240. "Гамже.ф.405.,Оп.1,Д.247,л.1183. ' Там же. Ф.405, Оп.2. ДД.5966, 619.
•Яч.менихинК.М Численный состав и структура Новгородских военных поселений//Новгородский исторический сборник 3(13)—Л., 1989 С. 155
фика развития военных поселений на II этапе существенно отличается от 1 этапа. Если при Александре 1 военные поселения Новгородской губернии развивались в основном вширь, т. е. территориально, то при Николае 1 территориальный рост прекратился, зато произошло увеличение численности в округах военных поселений.
Казалось бы созданная Аракчеевым система должна была во всех от-ношениях устраивать нового императора, поскольку идеи тотальной ми-литаризации жизни гражданского населения были ему близки как никому другому. Но на практике оказалось, что это не так. Прежде всего в системе военных поселений Николая 1 не устраивала фигура самого их организатора, сосредоточившего огромную, по мнению императора, власть и пользовавшегося большим доверием у покойного старшего брата. Использование этой власти и доверия, безусловно, шло на пользу создаваемой системе поселений, но противоречило николаевскому воззрению на самодержавную власть. 23 октября 1826 года Аракчеев получил указ императора, согласно которому должность главного начальника над военными поселениями упразднялась.
Понимая, что военные поселяне-хозяева пехотных полков не в состоя-нии одновременно нести воинскую службу и заниматься земледелием, а также, учитывая недостаток пахотных земель в этом регионе, Николай 1 принял решение о реорганизации военных поселений пехоты. 19 ноября 1826 года, в годовщину смерти Александра 1, последовало утверждение «Положения о полном составе поселенного пешего полка и его обязанностях»'', которое в значительной мере изменило статус новгородских военных поселян-хозяев и структуру самих поселений. «Положения» состояли из введения и четырех отделений. Первое отделение касалось поселенного батальона и включало в себя общие правила, определяло состав, обязанности, оговаривало размеры жалованья, порядок обмундирования и вооружения. Поселенный пеший полк по новому положению состоял уже не из 3-х, а из 4-х батальонов (один поселенный, два действующих, один резервный — набранный из кантонистов) а также поселенной фурштате-кой роты. Военные поселяне-хозяева выделялись в особую категорию, занимающуюся исключительно сельским хозяйством. Функции поселенного батальона на смотре начальниками ограничивались представлением общего и частного хозяйства, а также в проходе полным составом скорым маршем (то есть шагом — О.М.) мимо начальства. Главной обязанностью поселян становилось добротное хозяйство во всех его отраслях, снабжение продовольствием себя, своих семейств и постояльцев, умножение общественных запасных магазинов и заемного денежного капитала, благо-устройство и порядок военных поселений вообще, чистота домов, исправность улиц, дорог, частные и общественные работы в городе.
' Положеннее полном составе поселенного пешего полка и его обязанностях. СПб., 1826.
По новому положению для военных поселян сокращался срок службы. Пункты 97, 98 гласили, что в составе поселенного полка, в соответствии с общими правилами, полагался 20-летний срок службы, причем этот срок считался со времени поступления на службу в действующую армию. Он делился на 2 периода: период службы в действующем и период службы в резервном батальоне. В действующих батальонах полагалось служить 15 лет'. Число хозяев в поселенных батальонах удваивалось^
В течение всего 1827 года проходил процесс формирования округов 2-й гренадерской и гренадерской артиллерийской дивизий. Шел поиск оп-тимальных вариантов расположения округов, численности поселян-хозяев, наделение их землей.
Произошли изменения в устройстве поселения. Они стали устраиваться не в виде рот, как это было в округах 1-й гренадерской дивизии, а в виде капральств и полукапральств. Большинство поселян-хозяев продолжало жить в своих домах, а то небольшое количество домов, которое было выстроено отстраивалось по крестьянскому образцу гнездами. Гнездо состояло из двух домов (в каждом размешалось по две семьи), одного дома для постояльцев и хозяйственных построек, которые были расширены.
В 1828 году 3-я гренадерская дивизия была выведена из состава 1-й армии. Проведенная реорганизация округов поселения позволила в 1829 году перевести на собственное продовольствие в 1 -и гренадерской дивизии 80% поселян-хозяев и 36,2% состава действующих и резервных батальонов; во 2-ой гренадерской и гренадерской артиллерийской дивизиях — 98% поселян-хозяев и 90% состава действующих и резервных батальонов и рот\
Если для первого этапа истории военных поселений, то есть до реформы 19 ноября 1826 года, характерно всяческое содействие и покровительство им со стороны императора в финансовых делах, то второй этап истории военных поселений (с конца 1826 года —1831 год) характеризуется тем, что постоянно ликвидируется и финансовая автономия этого института. Причем переход к поселенной системе содержания армии был невыгоден как государству, так и крестьянам. Основная масса приходной части бюджета военных поселений формировалась не за счет прямых государственных ассигнований, а путем дополнительных налогов, вводимых в губерниях (в том числе Новгородской) где создавались военные поселения, ростовщической деятельности и отчислений из жалованья солдат и офицеров. Финансовые средства почти не вкладывались в развитие хо-
' Положение о полном составе поселенного пешего полка и его обязанностях. СПб, 1826 ^Тамже.С.Ю. , :
' Ячменихин К.М Численный состав и структура Новгородских военных поселений в 1816— 1831гг.//НовгородскийисторическийсборникЗ(3)— Л., 1989 С. 153
зяйственной структуры военных поселений, не использовались для развития торговли и кредита.
Восстание 1831 года в Новгородских военных поселениях произошло в тот момент, когда правительство Николая 1 встало перед дилеммой: либо окончательно ликвидировать округа военных поселений, либо продолжить их коренную реорганизацию, начатую в 1826 году. Особое беспокойство (не только в связи с восстанием) вызывали округа пехоты, расположенные в Новгородской губернии, где переход на самообеспечение продовольствием, даже после реформы 1826 года, проходил крайне медленно, хотя именно здесь создавался классический образец организации военных поселений.
В историографии до сих пор не решен вопрос рентабельности военно-поселенной .системы, практически все исследователи, как дореволюцион-ные,.так и современные, за исключением Т.Н.Кандауровой', считают, что военные поселения не окупали себя за счет перехода на самообеспечение продовольствием. Сопоставив официальную статистику и скрытую ин-формацию, которую она несет, К.М.Ячменихин пришел к выводу, что фи-нансовая система военных поселений не отличалась гибкостью, не имела исторической перспективы и по мере развития товарно-денежных, рыночных отношений должна была прийти в упадок^
Автор согласен с К.М.Ячменихиным в том, что переход к поселенной системе содержания армии с финансовой точки зрения был не выгоден как государству, так и крестьянам. Но данный вывод касается только новгородских военных поселений, так как уровень исходного экономического развития здесь был не столь высоким, как в южных районах России и их процветание напрямую зависело от .А.А.Аракчеева, т.е. вновь сказывался фактор личностного начала. С его уходом «северные» поселения пехоты были обречены. Несмотря на случайность и стихийность восстания 1831 года, оно явилось логическим завершением истории военнопоселенной системы новгородской губернии.
В заключении обобщены основные выводы диссертации. Автором предпринята попытка доказать, на примере «северных» поселениях пехоты, что создание столь необычного, государственного института являлось следствием постоянно наростающих трудностей в вопросах финансирования и комплектования растушей армии. Как показывает предыстория военнопоселенной системы проблемы комплектования и содержания одного из главных институтов Российской империи беспокоили не только Александра 1, но и почти всех его предшественников, начиная с Петра 1.
' КандауроваТ.Н. Херсонские военные поселения 1817—1632 гг. (Административно-хозяйственная структура) автореферат диссертации на соискание ученой степени к.и н.—М., 1990. С.3, 23—25. '
"Ячменихин KM. Финансирование и бюджет военных поселений в России//Вестник Московского университетаСер 8История1993^2С.35—44.
Автор особо подчеркивает, что на процесс возникновения и формиро-вания системы военных поселений, особенно на северо-западе России (Нов-городская губерния) повлиял опыт хозяйственной деятельности А.А.Аракчеева в своем полувоенном имении Грузине. Наличие большого количества проектов, хранящихся в Ф. 405 РГВИА и введенных в научный оборот, доказывает, что имелся целый ряд конкретных предложений по данному вопросу, но Александр 1 сделал ставку именно на «аракчеевскую модель». Следует признать — выдающийся военный администратор А.А. Аракчеев на посту начальника военных поселений России — очень удачная находка Александра 1. Все исследователи, когда либо писавшие о военных поселениях, сходятся во мнении — в качестве образца организации хозяйства в военных поселениях было взято аракчеевское имение Грузине, но никто из историков не попытался рассмотреть административно-хозяйственные механизмы, которые были заимствованы в грузинском поместье и с успехом перенесены в военные поселения. В работе, на основании документов вотчиной канцелярии (Ф. 581. ГАНО), предпринята попытка доказать, что опыт образцовой усадьбы Грузине— -уникален. Именно благодаря Аракчееву военные поселения получили ту форму организации (административную структуру), хозяйственной деятельности (хозяйственную структуру), финансового обеспечения, которая получила наименование классической «аракчеевской» модели.
Еще один важный вывод работы заключается в том, что регулярная армия в России с петровских времен являлась элементом западной культуры, а ее социальной базой было русское крестьянство — носитель культуры традиционной, поэтому западные формы плохо приживались на российской почве, быстро наполняясь самобытным русским содержанием. Уже стало чуть ли не правилом считать, что при создании поселений использовался отечественный опыт казачества, ландмилиции, а также зарубежный опыт ландвера прусского генерала Шарнхорста и шведской системы «индельта». Все эти положения не вызывают возражений, но они недостаточно полно отражают всю сложность социально-экономического эксперимента, проводившегося в Новгородской губернии, начиная с 1816 г.
В исторической литературе не учитывалось, что поселения оказались тесно связанными с хозяйственным механизмом русской армии того времени. Полковая экономика, солдатская артель, казенная работа солдат, постой и «экономия» провианта и фуража за счет крестьян дали возможность на практике осуществить в рамках Новгородской губернии эксперимент по переводу армии на самоокупаемость и попытаться решить проблему комплектования. Скачкообразность реформ в России приводила к тому, что такой столь серьезный государственный институт, как армия становится заложником реформ и создание системы военных поселений, как виделось Александру 1 и А.А. Аракчееву ставило хотя бы часть армии
^ более прочную хозяйственную основу. Николай 1 идя по пути мелких преобразований, по существу, заморозил систему военных поселений, пре-образовав их в округа пахотных солдат, которые просуществовали до 1857 г., когда верховная власть в лице Александра II начинает осознавать, что военная реформа должна стать составной частью глубоких социально-экономических преобразований.
По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы:
1. Реформа 1826 года в Новгородских военных поселениях // Тезисы докладов и сообщений научной конференции «Прошлое Новгорода и Нов-городской земли». Новгород, 1993. 0,2 п.л.
2. К вопросу об истории создания военных поселений на северо-западе России // Сборник докладов и сообщений научной конференции «Прошлое Новгорода и Новгородской земли». Новгород, 1994. 0,5 п.л.
3. Правовое положение военных поселян Новгородской губернии // Материалы научной конференции «Прошлое Новгорода и Новгородской земли». Новгород, 1996. 0,4 п.л.
4. Военные поселения. Идеи. Проекты. Реализация. Вестник НовГУ. Новгород, 1998. №9. 0,3 п.л.



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU