УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Украина и роль ее населения в Гражданской войне
 

В происходившей на юго-востоке борьбе, Украина, наиболее богатая и плодородная часть России, занимала особое положение.
Историческое прошлое этого края было совершенно иное, чем у центральных областей России. Левобережная и правобережная Украина была колыбелью днепровского казачества и крестьянства, не знавшего крепостной зависимости. После прекращения существования днепровских казаков и превращения остатка их в гусарские полки земли казаков переходили в собственность лиц, награждавшихся правительством за особые заслуги, и заселялись выходцами из пределов русских областей. Внутренний быт в новом крае складывался совершенно иначе, нежели в центральных областях. Обширными землями Малороссии Россия могла овладеть лишь к концу столетия. В этих землях не было необходимости создавать воеводства с прикрепленным к ним населением, почему и не было условий для образования прочной крепостной зависимости и не было вопросов, связанных с малоземельем. Но в народе этого края прочно жило сознание, связанное с его прошлым: Запорожье, казачьи вольности и независимая жизнь... Население Малороссии, или Украины, определялось в 40 миллионов жителей. Казалось бы, что эта часть страны, более зажиточная и менее стесненная бытовыми условиями прошлого, должна была проявить в происходящей вокруг анархии устойчивость и противодействие происходившему беспорядку. Особенностью украинского народа или малороссов было то, что население до 60% говорило на местном языке, отличавшемся от языка Великороссии. Особенность эта показывала на историческое прошлое народа, говорила о его принадлежности -290- к другой ветви русского народа, добровольно присоединившегося к Великороссии лишь в середине Основная часть малороссийского населения в прошлом составляла часть Галицкой Руси, в течение многих столетий входившей в состав литовско-польских владений. Прошлое этого края было тесно связано с казачьими вольностями, независимостью казачьего утерянного быта, который сохранился до последнего времени в других казачьих областях. В народном быту бережно хранился местный фольклор, овеянный поэзией, преданиями, песнями, связанными с не таким уж далеким прошлым. В начавшемся революционном развале большая часть Малороссии составляла часть прифронтовой полосы, находившейся под властью армейского командования, и долгое время была заполнена массами солдат из разложившихся частей армии. Пробудившийся национализм не мог в таких условиях принять формы более или менее организованного характера. По Брест-Литовскому договору Советов с Германией Украина была отдана Германии и, как следствие, оккупирована германскими войсками.
Заняв Украину, германцы поставили ее правителем гетмана генерала Скоропадского, под властью которого Украина представлялась как автономная, независимая республика, со всеми необходимыми формами ее существования. Было объявлено право формирования национальной армии, и приступлено было к проекту ее формирования. Однако со стороны германцев это было маскировочным средством, прикрывавшим настоящие цели. Целью оккупации богатой русской области, как и других 19 губерний, было пополнение всех видов ресурсов совершенно истощенной Германии. Необходим был хлеб и многое другое для продолжения войны. Власть гетмана на Украине была в основном фиктивной. Германское командование беспощадно эксплуатировало все ресурсы страны и вывозило их в Германию.
Жестокие реквизиции хлебных запасов вызывали сопротивление крестьян, с которыми производилась беспощадная расправа. При таких условиях об организации национальной армии не могло быть и речи. -291-
Жестокая эксплуатация местного населения вызывала ненависть в народных массах, но в то же время приветствовалась населением, искавшим спасения от анархии и бесправия распространявшегося коммунизма. Но оккупация противником не лишала Украину ее независимого положения, что отвечало ее историческому прошлому, и кроме того противопоставляла нашествию коммунистов. Составляя огромную часть России, при наличии вооруженных сил Германии, Украина притягивала к себе близкие ей по духу казачьи области, и к гетману Скоропадскому потянулись посольства с Дона и Кубани. Через гетмана Скоропадского атаман Дона генерал Краснов решил войти в сферу большой международной политики. Он вступил в переписку с министерством Германии и в личных письмах, адресованных кайзеру, просил помощи в борьбе с большевиками и признания дипломатических прав за Доном как страны, борющейся за свою независимость против большевиков. Сношения эти имели то значение, что в течение времени оккупации территории России германцы, без широких вещательных обещаний, поставляли Дону необходимые средства вооружения и военного снабжения.
После разгрома Германии союзниками и ухода войск ее с Украины в народных массах пробудился народный подъем и протест против всех видов оккупантов – и германцев, и большевиков, и всех сочувствовавших им. Народное восстание поднялось под руководством никому неизвестного сельского учителя Петлюры. Быстро была образована вооруженная, в много сотен тысяч армия, без всякой правильной организации войсковых частей, дисциплины и руководства, и Украина превращена была в народную независимую от Москвы республику, долговечность существования, которой была весьма сомнительной. Положение ее определялось внутренней неорганизованностью, затем вооруженным давлением со стороны надвигавшегося большевизма.
Республика Петлюры пала, и на ее месте возникли многочисленные областные организации под властью всех видов «атаманов», «батек» и авантюристов. В таких условиях Украина оказалась оккупированной советскими войсками. -292-

 

Осуществление директивы движения на Москву
 

В июле 1919 года армии белых занимали фронт в следующем порядке: на правом фланге, примыкая к Волге до реки Медведицы, занимали фронт части Кавказской армии под начальством генерала Врангеля, состоявшие из трех конных корпусов, или шести дивизий, и одной пластунской бригады. Армия эта состояла из пяти дивизий, конной бригады кубанских казаков и дивизии терцев. К северу от Кавказской армии на участке станицы Тюркменская-Качалинская занимал фронт Первый донской корпус в составе 4.000 пехоты и 4.500 конных, 13 орудий и 124 пулемета.
Донская армия четырьмя корпусами занимала фронт: Борисоглебск – Новохоперск – Лиски в составе 14.000 пехоты, 16.000 сабель при 161 орудии.
Добровольческая армия занимала фронт левее Донской от Малого Оскола. до р. Десны. По линии Днепра от Харькова до Екатеринослава и южнее действовали Терская дивизия и пластунская бригада кубанцев и, кроме того, Лабинский, Черноморский и 42-й Донской конные полки.
Красные против казаков и добровольцев имели шесть армий, причем против Кавказской и Донской армий было три: 10-я, 9-я и 8-я армии, а 4-я занимала нижнее течение Волги и угрожала со стороны Астрахани в сторону Кавказа и Царицына. Общее количество войск красных исчислялось до 150.000 человек. Причем на фронте Кавказской и Донской армий в 11-й, 10-й, 9-й и 8-й армиях было 94.000 бойцов, 491 орудие и 2497 пулеметов. По директиве движения на Москву важное значение придавалось территории Украины, и в эту сторону направлялись исключительно-казачьи полки, так необходимые для действий на основном фронте, и, кроме того, с задачами не оборонительного, а наступательного характера. На левом берегу Волги от Кавказской армии была дивизия для установления связи с войсками Восточного фронта, яицкими и оренбургскими казаками. -293-
Красные, располагая шестью армиями в составе 150.000 бойцов, имели одну из главных задач – не дать возможности соединиться войскам Юго-Восточного фронта с Восточным фронтом Колчака. 19 июня главнокомандующий красных армий, Вацетис, отправил директиву командующему Восточным фронтом, в которой указывал, что с падением Царицына возникает угроза для тыла правого фланга Восточного, фронта, так как противник, перебросив часть своих сил на восточный берег Волги, может начать наступление с целью установить общий фронт между войсками Деникина и Уральского и Оренбургского казачества. По принятому проекту Вацетиса главный удар намечался со стороны Западного фронта 14-й, 13-й и 8-й армий в направлении со стороны Украины на Новочеркасск. 9-я и 10-я армии должны были со стороны Волги вести вспомогательную операцию и стараться отрезать отступление белых войск на Северный Кавказ. Но 9 июля Вацетис был отстранен от командования, его место занял Каменев, полковник генерального штаба. Командующим Южным фронтом был назначен полковник генерального штаба Егорьев.
Вступив на должность главнокомандующего, Каменев изменил директивы, и поставил армиям следующие задачи: Южному фронту а) разбить противника, б) главный удар должны нанести с реки Волги 10-я и 9-я советские армии, объединенные под командой Шорина, в) более короткий удар на Воронежском направлении должна нанести 8-я армия. Таким образом, главный удар красным командованием направлялся на фронт Донской и Кавказской армий, т. е. против казачьих войск.
Кубанская армия, заняв Царицын, была остановлена на отдых, пополнение и приведение в порядок. 10-я армия красных была в боях под Царицыном приведена в полное расстройство, и боеспособность, за исключением некоторых дивизий, сохранил только конный корпус Буденного. В некоторых дивизиях оставались лишь кадровые части. 9-я армия красных тоже понесла потери и была отброшена на реку Терсу. -294-
2 июня генерал Деникин приказал Кавказской армии перейти в наступление. В составе красных войск в то время чувствовалась неустойчивость в мобилизованных частях, и были случаи ухода с фронта некоторых дивизий. Чтобы создать большую боеспособность в частях, красные разделили фронт на районы и приступили к созданию районных и общих укреплений. Для этого согнали местное население, им были выкопаны глубокие окопы, впереди огражденные в несколько линий проволочными заграждениями. Во всей стране была объявлена поголовная мобилизация.
При наступлении Кавказской армии генерал Врангель, с целью обеспечения подвоза снабжения армии по реке Волге, перебросил на восточный берег Волги небольшой отряд. Красные тоже с целью обеспечить левобережье выслали отряд, который встретил отряд белых, разбил" его, взято было 500 пленных, 2 орудия и несколько пулеметов. В то же время высланная раньше 3-я кубанская дивизия продвинулась и заняла город Царев, выслав разъезды в сторону Астрахани.
Для обеспечения тылов 3-й кубанской дивизии был выслан на левый берег Волги новый отряд. Наступление Кубанской армии встречало сильное сопротивление со стороны 10-й красной армии. После трехнедельных боев Кубанской армии и I донскому корпусу было приказано перейти в решительное наступление и занять Камышин. 12 июля за Камышин началось решительное сражение. В первый день боя была совершенно уничтожена 38-я дивизия красных. Казаками было взято шесть орудий и 3.000 пленных. Три полка полностью были уничтожены. I донской корпус в этот день вел бой с корпусом Буденного между реками Иловлей и Медведицей, оттеснил его и продвинулся на правый фланг 10-й красной армии. Красная дивизия была разбита, в образовавшийся прорыв была пущена казачья конница, которая окружила Камышин. 14 июля казаки заняли Липовку и отрезали пути отступления 10-й армии на север. Красная, армия оказалась разрезанной надвое, и в Камышине были окружены три дивизии. При попытке пробиться на север эти красные дивизии были атакованы казаками и полностью или уничтожены, -295- или взяты в плен. Казаками было взято 43 орудия, много пулеметов и 13.000 пленных. Спасая положение, красными был направлен корпус Буденного против I донского корпуса. Буденный потеснил части донцов на линию реки Иловли. Этим частичным успехом Камышин не был спасен и 15 июля был занят казаками. Что касается потерь, которые несли казаки, об этом свидетельствует донесение генерала Врангеля. После занятия Царицына в полках было 500-600 казаков, а после Камышина оставалось 300-400. Кони и артиллерия были совершенно измотаны, материальная часть пришла в полную негодность. После занятия Камышина движение должно было продолжаться на Саратов. Для обороны Саратова красные стягивали войска с Восточного фронта и мобилизованные части из России. Несмотря на состояние войск Кавказской армии, генерал Романовский, начальник штаба генерала Деникина, по телеграфу передал приказание главнокомандующего продолжать наступление. В то время, когда Кавказская армия вела бои на фронте Камышина и дальше, Донская армия занимала фронт на линии Новый Оскол – несколько южнее станций Лиски, Балашова и далее северо-восточнее и восточнее границ области до реки Иловли.
Численность армии исчислялась в 42.000 бойцов с протяжением фронта на 550-600 верст. Начались упорные бои с переходом из рук в руки городов Лиски, Бобров, Новохоперск и Борисоглебск. Имея чрезмерно растянутый фронт, донское командование потребовало возвращения 1-го донского корпуса в состав Кавказской армии. Относительно успехов Донской армии было сделано оповещение в газете: «Донская армия находится на главном направлении на Москву. Во время последнего наступления наше наступление вперед было настолько быстрым, что все тылы и снабжение армии сильно отстали. Поэтому дальнейшее продвижение пришлось воздержать до того момента, когда снова будут подтянуты все тыловые учреждения... Моральное состояние наших войск отличное. Все сознают необходимость прямого движения на Москву и все жаждут прийти туда первыми (Приазовский край, № 152, 6 июля 1919 года). -296-
В это время 9-я красная армия при поддержке 10-й и 8-й перешли в наступление, потеснили части Донского фронта и заняли Новохоперск, Борисоглебск и Балашов. Донцы были вытеснены с русской территории на границы России и Дона.
По всему фронту начинались тяжелые и упорные бои. В этот решительный момент донским командованием был принят проект: создав специальный конный корпус сильного состава, направить его в тылы красных. Цель рейда: удар на штаб фронта красных, уничтожение тылов, порча железных дорог и расстройство транспорта. Командующий Донской армией издал следующую директиву: 1) предупреждение удара противника, 2) подготовка к главной операции на Москву и 3) содействие уничтожению восточного ударного крыла красных. Этой же директивой IV корпусу, предназначенному для рейда в тылах красных, ставилась задача: 1) прорвать фронт большевиков в промежутке между Новохоперском и Таловой, 2) оказать содействие III корпусу в ликвидации Теловской группы красных и 3) направиться в глубокий тыл и овладеть Козловом, где помещается штаб Южного советского фронта. При движении на Москву очень важное значение имела Украина, составлявшая, по существу, в борьбе с большевиками третий, и очень важный, фронт. На территории Украины сплетались интересы различных сил: а) украинской самостийности, б) агрессии Польши, в) большевиков и г) Добровольческой армии. Разрозненные самостийные группы и поляки вели войны против большевиков. Большевики боролись с украинскими повстанцами и поляками, требовавшими присоединения Киева к владениям Польши, а также против Добровольческой и казачьих армий.
Деникин, следуя идее восстановления Единой Неделимой России, вел борьбу против всех: большевиков, украинцев и поляков, и четвертым фронтом для него были повстанцы в тылах его фронта. С запада, со стороны Украины, красными были развернуты 13-я и 14-я армии, и со стороны белых требовались значительные силы для противодействия. Красная армия не могла гордиться успешной мобилизацией среди русского населения. Красными принимались зверские -297- меры для принуждения вступления в армию крестьянского населения, но даже жестокие расправы и террор против дезертиров и населения, укрывавшегося от вступления в ряды Красной армии, не достигали успеха, состав Красной армии в самые напряженные бои на Юго-Западном фронте не имел армии больше 200.000 человек... Устойчивость большинства красных войск была относительная; достаточно было более или менее удачного маневра, части их или бежали, или сдавались. Исключение составляли специальные войска из латышей, курсантов, специально подготовленных частей, составлявших основу Красной армии и выполнявших вместе с тем и роль беспощадных палачей в отношении населения.
В составе Белой русской армии, по сведениям главнокомандующего генерала Деникина, ко времени решительного сражения при движении на Москву было 130.000 бойцов, причем 75% из них было казачьих войск, фронт казачьих войск, имел протяжение 800 верст от Волги до Нового Оскола. Фронт, занимавшийся основной частью Добровольческой армии между Новым Осколом и рекой Десной, протяжением был около 100 верст. Протяжение Западного фронта по линии от Харькова до Черного моря было 400-500 верст. Ударные части Добрармии, по предоставлению генерала Деникина, составляли полки, носившие имена своих бывших полководцев: Алексеева, Корнилова, Маркова, Дроздовского и других. В боевом отношении это были отборные полки, в состав которых входили преимущественно добровольцы с сильной прослойкой офицеров, учащаяся молодежь и специальные офицерские части. Части этой ударной Добровольческой армии были направлены на Москву и держались верховным командованием сосредоточенно. В сторону Украины против частей 13-й и 14-й армий были развернуты наскоро сформированные части, наиболее действенные из них. Терская казачья дивизия, Кубанская пластунская бригада и Третья кубанская конная дивизия, в Таврии Донской казачий и Лабинский конные полки. Казачьи части, оторванные от своих армий, и служили решающей силой на обширном Украинском и Приднепровском фронте. -298-
 

Рейд в тылы красных корпуса генерала Мамонтова
 

IV конный корпус генерала Мамонтова был составлен из лучших частей Донской армии численностью в 7.000 всадников. Прорыв фронта красных был намечен на стыке 8-й и 9-й красных армий. Операция началась 22 июля. Корпус генерала Мамонтова, прорвав фронт красных и получив сведения от разведки на 27 июля, направился в район Еланского Колена и на Макарово. Неблагоприятным для действий корпуса оказалось то, что в ночь полил ливень, обративший все балки и лощины в потоки, в которых тонули лошади и плавали повозки. Но все. же корпус к 12 часам сосредоточился в Еланском Колене. В 16 часов обозначилось наступление противника со стороны Макарово, наступал полк 40-й красной дивизии. Полк был разбит и полностью взят в плен. Части, корпуса были двинуты на Макарово; проливной дождь сопровождал все время движение корпуса. В дальнейшем задачей корпуса было двигаться на западном направлении и выйти в тыл частям красных, занимавших прочно железнодорожный узел Лиски. Но из-за непролазной грязи в этом районе направление корпуса было изменено, и он двинулся в сторону линии железной дороги Борисоглебск – Грязи. Корпус, не встречая сопротивления, 30 июля захватил поезд с мобилизованными, направлявшимися на пополнение одной из дивизий красных. Около трех тысяч мобилизованных, взятых в плен, было распущено по домам. Кроме того, в то же время был захвачен мобилизационный пункт, где было собрано до пяти тысяч только что мобилизованных красными, мобилизованные были тут же, к их удовольствию, распущены. Захвачено было много вагонов со снарядами, патронами, ручными гранатами и интендантским имуществом. Прорыв фронта Донским корпусом внес тревогу в штаб красного командования. Фланги 8-й и особенно 9-й армий красных были потрепаны, конница была далеко на левом фланге против Кавказской армии. Командующий Южным советским фронтом в директиве указывал, что за конным корпусом, вероятно -299- , со стороны Новохоперска и Борисоглебска, движется пехота и поэтому приказывал принять решительные меры для ликвидации прорыва на фронте 8-й и 9-й армий, намеченных только что для решительного перехода в наступление. Против Донского корпуса были направлены две дивизии 9-й армии и одна 8-й. В то же время генерал Мамонтов доносил, что вследствие сильного переутомления конского состава корпус отказался от больших переходов и ближайшей целью ставит занятие города Тамбова. По пути встретив 56 пехотную дивизию красных, высланную для ликвидации прорыва и охраны железной дороги Балашов – Тамбов, полк ее уничтожили и железную дорогу разрушили. С юго-востока в сторону корпуса двигалась конная бригада. Но бригада эта была наголову разбита. Встретив сильно укрепленную позицию к югу от Тамбова, корпус обошел ее и при сильном сопротивлении 5 августа занял Тамбов. В городе были распущены до 15.000 мобилизованных. Потери корпуса составили до 20 казаков убитых и раненых. Две линии железных дорог были приведены в негодность, тылы были нарушены, связь южного командования с 8-й и 10-й армиями была прервана. Создавалась угроза штабу красных Южного фронта. Повсюду захваченные продовольственные склады и запасы казаками раздавались населению. Бронштейн отреагировал на этот рейд следующим приказом: «Коммунисты, на передовые посты! На территорию Тамбовской губернии ворвалась деникинская стая хищных волков, которые режут не только мужицкий скот, но рабочий люд... Ату белых! Смерть живорезам!...»
Из Тамбова корпус направился в сторону Козлова, где находился штаб Южного фронта.. Штаб, несмотря на решение всего ответственного персонала драться и защищать город до последнего патрона, получив сведения о движении корпуса в эту сторону, оставил Козлов и переместился в город Орел. Главное командование Южного фронта, видя, что южное командование не способно ликвидировать рейд Донского корпуса и противостоять давлению частей Деникина, решило принять меры общего порядка. Совет обороны Республики объявил на военном положении -300- Рязанскую, Тульскую, Орловскую, Воронежскую, Тамбовскую и Пензенскую губернии и приказал повсюду учредить уездные и городские комитеты военно-революционных судов. К казакам Мамонтова было выпущено воззвание, в котором председатель Революционного военного совета, обращаясь к казакам как к обманутым людям, предложил им.примириться с рабочими и красноармейцами всей страны, выдав своих преступных командиров.
Рейд IV корпуса донских казаков по идее и по форме явился в условиях гражданской войны в России повторением рейдов конницы южан во время междоусобной войны между северными и южными штатами Северной Америки. К сожалению, рейд Мамонтова, как по замыслу, так и по выполнению, оказался лишь слабым подражанием знаменитым рейдам американских конных масс под начальством знаменитого полководца генерала Ли. Неподражаемые рейды южноамериканской армии имели всегда целью не тактические, а широкостратегические планы. Они проникали далеко в глубь страны противника, занимали целые районы и меняли положение на общем фронте. Блестящая деятельность Донского корпуса, производившая более моральное, нежели оперативное воздействие, по существу ограничилась действиями чисто тактического порядка. Причем направленный в глубокие тылы конный корпус как будто имел цель, изолированную от общего хода войны: в течение движения его в тылах красных армий на фронте не только не было никаких активных действий, а, наоборот, отмечались повсюду тишина и состояние без перемен. Во главе красных вооруженных сил стояли офицеры генерального штаба, знавшие военное дело не хуже, чем командование белых. Прорыв для них был неприятным явлением из-за растерянности им подвластных людей. Даже наверху, в Совете обороны, некоторые боялись появления казаков под Москвой, но для офицеров, разбиравшихся хорошо в военных операциях, было ясно, что не поддержанный с фронта конный корпус быстро выдохнется и сам будет искать благополучного выхода. Поэтому красное командование поставило целью ликвидацию прорыва, переход частей 8-й армии в наступление -301- против III Генерал Сидорин, командующий Донской армией, получил телеграмму генерала Деникина, глубоко возмущенного отходом казачьих, частей. На что генерал Сидорин ответил, что это произошло «во-первых, потому, что против 8.000 казаков наступало 40.000 красных при 100 орудиях, во-вторых, во время сражения до 80% снарядов нашей артиллерии не разрывалось (снаряды присылали союзники) и, в-третьих, проявилась крайняя неустойчивость пехоты, состоявшей из мобилизованных крестьян». Однако тревога командования была явлением нормальным, потому что одновременно началось наступление на фронтах всей Донской и Кавказской армий. Кроме частей 13-й, 8-й красных армий, перешли в наступление 9-я и 10-я и по левобережью Волги части, составлявшие 11-ю армию.
Наступление красных на стыке III Ударами с запада Кавказского корпуса генерала Шкуро и с юго-востока – донских корпусов был уничтожен этот глубоко врезавшийся клин, и красные -302- были отброшены не только в исходное положение, но на 40-60 верст севернее. В то же время в тылах 8-й армии действовал корпус генерала Мамонтова: разрушая тылы красных, он занял Елец. Красным командованием был отдан приказ об уничтожении конного корпуса: 1) немедленно организовать мелкие отряды; 2) приспособить, где есть возможность, бронелетучки и 3) все прилегающие губернии к району действия конницы Мамонтова объявить на военном положении. В районе Тамбова создать крупный кулак войск, задачей которого ставится преследование и ликвидация конницы противника.
Кроме наспех формировавшихся отрядов против корпуса Мамонтова стягивались специальные коммунистические полки и части латышей. С востока шла кавалерийская бригада при поддержке курсантов и бронеотрядов. Несмотря на это, по сведениям советского командования: «противник, учитывая благоприятную для себя обстановку, отсутствие конницы, плохо налаженную связь, продолжал хозяйничать по всему тылу, забирая город за городом, разрушая все железные дороги и нормальную жизнь тыла, расстреливая всех попадавшихся ответственных работников, вооружая население и побуждая его к партизанским действиям».
От Ельца Мамонтов двинулся на Воронеж. Со стороны красных стягивались несколько дивизий пехоты, и отдан был приказ корпусу Будённого направиться тоже против Мамонтова. 24 августа корпусом генерала Мамонтова была занята Касторная, крупная станция в тылах 13-й и 8-й красных армий, что облегчило деятельность III -303- артиллеристах, но мы испытываем большую нужду во всадниках. Советской республике необходима конница. Красные кавалеристы, вперед! На коня, пролетарии!»
Рейд генерала Мамонтова продолжался с 28 июля в течение шести недель. Красное командование принимало все меры, чтобы корпус не мог прорваться на юг, но цели этой не достигло. Искусным маневром Мамонтов демонстративно атаковал одну из дивизий, куда красные стали стягивать части, а корпус, изменив движение, переправившись на западный берег Дона, атаковал тыл части красных и вышел из тылов, соединившись 5 сентября с 1-й кубанской дивизией, ведшей бои против тех же красных частей с южной стороны.
Корпус генерала Мамонтова не только успешно вышел из тылов красных, но и вывел сформированную им за короткий срок рейда Тульскую пехотную дивизию добровольцев, которая все время принимала участие в сражениях на стороне белых.
 

Действия на Восточном, Сибирском и других фронтах
 

На сибирских просторах масштабы и средства ведения войны против красных были несравнимы со средствами Донской и Кубанской областей. Мобилизация в армию давала большое количество пополнений, и население охотно отзывалось на призыв.
Но наряду с настроением масс бороться против разрушительных сил большевизма, вести бои на фронте, велась тяжелая политическая борьба. Главными врагами Белого движения в Сибири была не столько организация коммунистов, сколько представители либеральной общественности, состоявшие в сношениях с коммунистами, и через руки их представителей Чернова и Авксентьева Н.Д. из Москвы поступали деньги на пропаганду против правительства адмирала -304- Колчака. Против адмирала медленно, но настойчиво создавался заговор. Заговорщики проникли в армию, и как ни странно, первой склонилась к заговорщикам наиболее стойкая Сибирская армия генерала Гайды. Генерал Гайда выдвинут был адмиралом Колчаком из сержантов чешского легиона и из-за внешней преданности пользовался широким покровительством адмирала. Последним успехом Гайды было занятие Перми. Он был возведен в должность командующего фронтом, получив в свое подчинение Западную армию. Но его штаб, уже распропагандированный красными, увлек на сторону красных и Гайду. Армией его была оставлена Пермь, он отвел ее для пополнения в глубокий тыл, открыв фланг Западной армии. Очевидно было, что в армии происходил полный развал.
Адмирал Колчак решил устранить Гайду, но тот не подчинился. Адмирал Колчак отдал приказ об увольнении его из армии с лишением русского мундира.
После отхода Сибирской армии большевики получили возможность продвигаться за Уральские горы и направлять удар в правый фланг Западной армии. Нанесение главного удара на фронте против большевиков переходило на части Западной армии, состоявшей из трех корпусов. Приказом по этой армии оповещалось: «Наше правительство во главе с Верховным правителем адмиралом. Колчаком, как и все армии, стоит только на пути спасения Родины, Веры и Народа и не преследует личных интересов – личных или отдельных классов, а именно всего русского народа в целом.
Таковы армии наши востока России, армии витязя генерала Деникина, генералов Юденича и Миллера и те массы восставших на Руси, которые соединяются с нами».
Атака красных на правом фланге была отбита. Вся первая половина июля проходила в боях за горные проходы Урала. Остатки Сибирской армии катились на восток, оставляя пространства северного Урала, и 16 июля был оставлен Екатеринбург. Генерал Дитерикс, заменивший Гайду, заслоняясь арьергардными частями, перевозил по железной дороге -305- части армии в Тюмень и Тобольск. Западная армия при отступлении базировалась в Челябинске и Троицке, откуда шла железная дорога, связывавшая с базой Южной армии уральских и оренбургских казаков. Впереди армии двигались бесконечные обозы беженцев. В частях начинали происходить случаи сдачи красным. В конце июля Челябинск был занят Красными. В августе армии вступили в пределы западной части Сибири, и здесь все три сибирские армии были подчинены генералу Дитериксу. Первая – генерала Пепеляева, вторая армия – генерала Лохвицкого и третья – генерала Сахарова. Четвертая южная армия генерала Белова была оторвана и вела самостоятельные операции, потеряв связь со Ставкой. Атаман Сибирского войска Иванов-Ринов присоединился с казаками к армиям. На фронт прибыл адмирал Колчак, вместе с английским генералом Ноксом. Был произведен осмотр войск. На банкетах выражалась уверенность, что в конце октября генерал Деникин займет Москву. Но в то же время в тылах велась пропаганда большевиков и поднимались восстания.
В распоряжении адмирала Колчака находилось 8 вагонов, груженных золотым запасом в 28.000 пудов. 10 ноября литерные поезда, из которых один был с золотом, выехали из Омска. При проходе поезда с золотом было покушение на подрыв железнодорожного пути, но охрана предотвратила диверсию. Вся железнодорожная линия была в руках англичан, американцев и чехов. Чехи силой отбивали поезда и стремились на восток.
В Иркутске создавался заговор, и намечалось новое правительство. Армия продолжала отступление за Байкал, где твердо держался атаман Семенов с Забайкальским войском. Адмирал Колчак с литерными поездами и поездом с золотом продолжал продвигаться и достиг угольных копей в районе Черемхово, где была произведена первая попытка овладеть ценностями. При подъезде к Иркутску сопровождавший поезда чешский комендант предупредил, чтобы все уходили, ибо положение безнадежно и он слагает с себя ответственность. По прибытии в Иркутск к адмиралу явился чешский комендант и заявил адмиралу, что он будет выдан местным властям. Приказ -306- этот был подписан чешским командующим генералом Сыровым. В вагон вошли члены иркутского революционного правительства, которым и выдали адмирала Колчака. Он был приговорен к смертной казни и погиб от руки большевиков, будучи выданным союзниками.
Очень важное значение в истории Белого движения имела образовавшаяся на территории Эстонии Северо-западная армия под начальством генерала Юденича.
Командование, признанное союзниками и обнадеженное их помощью, имело в составе 21 с лишним тысячу бойцов. По своему положению эта армия имела непосредственную цель: наступление на Петроград. При подходе непосредственно к Петрограду, армии были обещаны поддержка английским флотом и обеспечение флангов эстонской армией. Армия, перейдя в наступление, заняла все ближайшие города – не только Гатчину, Царское Село и Ропшу, но и Стрельну, Лигово, Пулково и Павловск. Бесспорно, красные должны были принимать самые решительные меры для защиты Петрограда, и они стягивали отовсюду свободные части и направляли отряды матросов и курсантов. Успешно начатая борьба затягивалась, армия не получала никакого содействия ни со стороны английского флота, который должен был обстрелять Красную Горку, ни со стороны эстонцев. Неуспех похода Юденича на Петроград русские относят исключительно на эстонское правительство и «коварство англичан», но причиной неуспеха была и то, что, командный состав белых и образованный под требованием англичан правительственный комитет не скрывали договора с Эстонией и другими сателлитами, временными и ясно державшимися идей Единой и Неделимой России. Эта откровенная тенденция настораживала и отталкивала образовавшееся независимое государство, и армия оказалась не только без вооруженной помощи, но и без подвоза питания и вооружения.
Временный успех при подходе армии непосредственно к Петрограду окончился ее отступлением и затем полной ликвидацией. -307-
Особое положение имела Северная армия, организованная союзниками для прикрытия портов Мурманска и Архангельска, находившаяся под начальством генерала Миллера. Эта армия не имела непосредственных боев с Красной армией и с прекращением войны на западе, установившихся отношений английского правительства с советской властью была ликвидирована.
Таким образом, все усилия красных переносились на Юго-Западный фронт.

 

Бои на фронте Кавказской армии между реками Волгой и Медведицей
 

После занятия Кавказской армией Камышина было приказано энергично преследовать армии противника. Вследствие этого приказа армия двумя корпусами продолжала наступление на Саратов и на Аткарск. Продвижение вперед шло с большими потерями. Красные, пополнившиеся, оказывали сильное сопротивление. 26 июля генерал Врангель прибыл с Кубани на фронт и созвал совещание командного состава. На совещании командиров корпусов было доложено об общей обстановке. Было сообщено, что армия адмирала Колчака после понесенных тяжелых неудач продолжает отступать. Учитывая опасность для Саратова, красные быстро снимают части с Восточного фронта и перебрасывают их к Саратову.
Из внутренних губерний к ним непрерывно подходят подкрепления. Спешно производится Мобилизация прифронтовой полосы. В Саратове сосредоточены части 2-й армии, бывшей перед тем на Сибирском фронте. Силы, которыми располагает противник, достигли 40.000 человек и превосходят Кавказскую армию в несколько раз. На своевременный подход подкреплений рассчитывать нельзя. При данных условиях мы не только не в состоянии наступать, но и удержаться на занимаемых позициях будет трудно. -301-
Надо принять меры, сохранить армию до подхода подкреплений, чтобы перейти в контрнаступление. На совещании было принято решение: "В случае перехода противника в наступление, избегая решительных боев, медленно отходить, задерживаясь на каждом рубеже, лишь нанося короткие удары врагу, с целью выигрыша времени...» В то же время красное командование решило нанести главный удар на территорию Дона со стороны Волги. Донская армия, растянутая на широком фронте и лишенная донского 1-го корпуса, входившего в состав Кавказской армии, доносила, что она не может выполнить поставленной задачи, и требовала возврата корпуса и отхода на донскую территорию для перегруппировки. Все же Донская армия до конца июля вела упорные бои за овладение железнодорожными линиями Лиски – Балашов – Красный Яр, взять которые не удалось.
Наступало время решительных сражений на Юго-Восточном фронте. К августу месяцу, по данным советского командования, силы красных составляли три фронта и одну отдельную армию, состав которых был следующий:
1) Западный фронт – 140.000 штыков и сабель и 797 орудий;
2) Южный фронт – 171.000 штыков и сабель и свыше 611 орудий;
3) Восточный фронт – около 125.000 штыков и сабель и 445 орудий;
4) отдельная армия, действовавшая на Архангельском фронте, – 14.000 штыков и сабель и 136 орудий. Всего около 450.000 штыков и сабель и 1544 орудий.
На фронте Кавказской и Донской армий красные создали ударные группы в составе 9-й, 10-й резервной и отдельной группы из выделенных частей 8-й, 13-й и 14-й армий в количестве 77.800 штыков, 16.000 сабель, 2487 пулеметов и 491 орудия.
На фронте Астрахани армия генерала Эрдели, поддерживавшая порядок в Дагестанском крае и имевшая задачей занятие Астрахани, взять ее не могла. Красные, воспользовавшись свободной территорией на западном нижнем течении Волги, восстановили 11-ю армию, оттеснили казаков в районе Черного Яра и повели наступление в тыл Кавказской армии -309- , наступая с юго-востока и востока на Царицын, что ставило Кавказскую армию в тяжелое положение.
1 августа 1919 года части 10-й красной армии перешли на фронте Кавказской армии и донского корпуса в наступление, направляя удар на стык армии с донским корпусом и на Камышин. Между армией и корпусом был образован прорыв, и части корпуса отошли на правый берег реки Медведицы. В прорыв были брошены конница красных и пехота, охватывая левый фланг армии и спускаясь вниз по Медведице. Развивая успех, красные прорвали фронт Пластунской кубанской бригады и принудили ее к отступлению, вместе с тем потеснив левый фланг 23 августа начался бой за Царицын. Красные потерпели поражение и, потеряв 18 тысяч пленных, 31 орудие и 160 пулеметов, отброшены были на 40 верст к северу. Против наступавшей с юго-востока 11-й и 4-й красных армий действовал отряд генерала Савельева, состоявший из Астраханской конной дивизии, 2-й кубанской и Горской дивизий. Против красных с этой стороны были переброшены части под начальством генерала Бабиева, которые разбили противника и захватили 3.000 пленных, 9 орудий и 15 пулеметов. Угроза с этой стороны была уничтожена. Но, пополнив части, 10-я армия красных, в состав которой входил и сильный конный корпус Буденного, перешла снова в наступление между Волгой и Медведицей. Снабженные в сильной степени техникой и поддержкой речной флотилии, красные снова стали теснить Кавказскую армию в сторону Царицына. Красные войска, потеснив Кавказскую армию и донской корпус, проникли в пределы донской территории. 14 августа была уничтожена донская пластунская бригада, и с ее гибелью открывался незащищенный фронт по течению реки Медведицы до окружного центра – станицы Усть-Медведицкой. Начальник -310- бригады генерал Сутулов с конвоем присоединился к штабу генерала Алексеева, а начальник его штаба есаул Сучилин был зарублен красными. Для прикрытия образовавшейся пустоты со стороны фронта начальником гарнизона была объявлена мобилизация юношей непризывного возраста, начиная с 17 лет, и всех казаков, способных носить оружие. На этот призыв все казаки придонских станиц дружно отозвались, из этих не обученных в большинстве призванных была сформирована бригада в два полка, занявшая все правобережные станицы округа от Кременской до Усть-Хоперской, мобилизация эта была проведена по всему Донскому Войску. В борьбе наступал решительный момент, и Дон давая для борьбы все последнее, что имелось в его распоряжении. В армии недоставало лошадей для конных полков и артиллерии. Транспорт для снабжения армии поддерживался женщинами и подростками, девочками и мальчиками.
На всем фронте шли тяжелые бои, и казакам удавалось отражать наступления противника с захватом большого количества пленных и вооружения. Верховное командование красных торопило Южный фронт к решительным продвижениям вперед, и генерал Каменев расписывал движение армий по числам, предполагая - к концу сентября занять Новочеркасск. Для успешного исполнения директив конный корпус Буденного был переведен на стык 8-й и 9-й армий, замечая вместе с тем удар и на стык Добрармии и фронта Донской армии в Новохоперско-Калачевском направлении. 11 сентября, перейдя в наступление, части корпуса Буденного потеснили конную группу генерала Савельева. Для Донской армии создавалось тяжелое положение. Фронт от устья реки Иловли до устья Хопра проходил по левому берегу Дона. Напор со стороны 9-й армии продолжался, и нависала угроза движению на левом фланге конного корпуса. Командарм Донской армии генерал Сидорин давал директивы корпусам для активных операций, а генерал Деникин выражал недовольство пассивной деятельностью Донской армии, отошедшей за Дон, на что он не видел основания... «Требую скорейшего освобождения корпуса Шкуро, действовавшего на Лискинском фронте, для использования успехов Добрармии -311- в движении на север». На эту телеграмму генерал Сидории ответил: «Донская армия не заслуживает той обидной оценки ее деятельности, которая сделана в телеграммах Ваших... Первоначальный отход, как Вам известно, был произведен благодаря отходу Кавказской армии. С начала ее отхода на Дон армия была поставлена в трудное положение, так как главный удар армий Южного фронта красных был направлен на нее. Все время активно обороняясь с непрестанными боями, я все же, во имя интересов всего нашего фронта, нашел возможным выделить свой корпус (лучший конный) для рейда в глубокий тыл красных. Громадное значение его оценено даже противником…Уничтожение его баз в Тамбове, Козлове, Ельце, разрушение важнейших железнодорожных узлов облегчило в сильной степени продвижение правого фланга Добрармии. Роспуском 100.000 пленных и мобилизованных он не только ослабил вдвойне фронт красных, но создал благоприятную политическую обстановку для движения наших армий к центру России. Борьба корпуса против всей 9-й армии также не носит и признака пассивности. Только постоянным маневром удалось в сильной мере расстроить 9-ю армию красных. Уже одно количество пленных, взятых корпусом, – за последние три недели 17 тысяч, т. е. в два раза больше, чем число бойцов, – наглядно указывает на активную борьбу корпуса. Отход за Дон совершен по моему приказу для перегруппировки с целью начать новую серьезную операцию, а также для того, чтобы дать необходимый отдых измотавшимся до крайних пределов частям В первой половине сентября 1919 года Донская и Кавказская армии и кубано-терский корпус выдержали бешеный натиск 8-й, 9-й, 10-й армий в количестве 94.000 бойцов при 2497 пулеметах и 491 орудии. Поражение, нанесенное 8-й и 9-й армиям, остановило их решительное наступление на среднем течении Дона, а 11-й – на Нижней Волге. -312-

 

Общее положение воюющих сторон, соотношение их сил и политический облик борьбы
 

В территорию, занимавшуюся Юго-Восточной белой армией в сентябре 1919 года, входили часть Астраханской губернии, весь Крым, Екатеринославская, Харьковская, Полтавская, Киевская и часть Воронежской губерний, территории Донского, Кубанского и Терского войск.
Армия адмирала Колчака была оттеснена за реку Тобол. На Туркестанском фронте части оренбургских и уральских казаков были отброшены в песчаные, пустынные земли, и территории их были заняты красными. Фронт Прибалтийских стран был пассивен, и только на подступах к Петрограду вела бой Северо-Западная армия генерала Юденича.
К началу октября соотношение сил и их расположение были следующими:
Добровольческая армия имела до 20.000-21.000 бойцов; Донская армия – 48.000, Кубанская и Терская – 30.000. Всего 98.000 бойцов. Против них... 140.000-160.000 красных. Фронт борющихся сторон: Киев – Орел – Воронеж – Царицын – Дагестанская область. Астрахань взята не была.
Несмотря на вмешательство англичан и предложение войти в соглашение с украинской армией Петлюры, произошел разрыв с Польской армией, соединения для общей цели в борьбе с большевиками не произошло.
В тылах повсюду поднимались восстания крестьян, и наибольшие силы их привлекал анархист Махно. Дагестанская область была против политики Добрармии.
Красное командование, понимая, где главная опасность, вело главный удар против казаков, а не на добровольцев, заменили командующего Южным фронтом Егорьева, поставив на его место генерального штаба полковника Егорова. Против Польской армии, наступавшей на Киев выше по Днепру, и частей Добрармии, занимавших Киев, действовала 12-я армия в составе 30.000. -313-
Против Добрармии было около 40.000 человек 13-й и 8-й армий. Против Донской и Кавказской – около 100.000 человек. В половине сентября корпус генерала Кутепова занял Курск и Орел. Но к октябрю месяцу 1919 года обстановка сложилась такая, что движение на Москву и ее занятие стали неосуществимыми. Левый фланг Донской армии вел упорные бои против частей 8-й красной армии, а IV донской и III кубанский корпуса вели бои с корпусом Буденного. Резервов не было. Призыв на Дону молодежи с 17-летнего возраста и до 48 лет пожилых был последним усилием в военном напряжении Дона.
Красное командование направило главный удар на стык Добрармии и левого фланга Донской армии в направлении станции Лиски и второй – на стык Кавказской и Донской армий по течению реки Медведицы.
Корпус Добрармии 7 октября оставил Орел, и красные сильно нажимали на Курск. Против трех дивизий и конного корпуса Буденного со стороны Донской армии действовали II, III и IV донские корпуса и конница генерала Шкуро.
6 октября противник на всем Воронежском фронте потеснил казачьи части. Под напором конного корпуса красных казаки оставили 12 октября Воронеж и отступили на западный берег Дона. 12 октября велись упорные бои за овладение станицей Лиски, и казаки принуждены были оставить ее и отступить. В то же время части Добрармии повсюду отступали, разрыв между фронтом Донской армии и Добрармией расширялся, и прикрыть прорыв было нечем. Действовали еще Терская и Чеченская дивизии, а также бригада донских казаков против повстанцев Махно в районе Мариуполя.
Донские части отходили на линию железной дороги Новохоперск – Поворино, Себряково – Царицын. Кавказская армия стояла без движения в 40-50 верстах к северу от Царицына, что позволило конному корпусу Думенко вести наступление между I и II донскими корпусами на Чаплыжскую станицу, и это было поворотным пунктом в действиях Донской армии. Удары красных направлялись с двух направлений -314- ; со стороны Тамбова – Миллерово и со стороны Лиски – Новочеркасск. Отступая, казаки в боях 14-15 октября взяли 3.300 пленных, 60 пулеметов и 16 орудий. Однако отступление продолжалось, и главные неудачи оказались на фронте к западу от Себряково.
Донское командование обратилось с просьбой к Кавказской армии об усилении правого фланга Донской армии, и Врангель обещал перейти в наступление, чтобы отвлечь конницу Думенко, но с условием получить раньше обещанные генералом Мамонтовым обозные средства. Кавказской армии стало легче после ухода с ее фронта конных корпусов Буденного и Думенко. На всем фронте Донской армии шли ожесточенные бои, и командование Донской армии наметило отход частей за Дон и Хопер.
На фронте Добрармии велись жестокие бои, но под напором 14-й, 13-й и 8-й армий сопротивление было сломлено, и началось медленное отступление. В то же время на правом берегу Днепра оставалась 2-я терская и Доно-кубанская бригады против Петлюры, и генерал Деникин требовал выделить конницу Донского фронта с целью обеспечить левый фланг Добрармии. Против Махно тоже были выставлены 1-я терская, Чеченская и Донская бригады. Против «зеленых» – в горах Кавказа и в Дагестане тоже велась борьба казаками. К концу октября красными были заняты станицы Скуришенская и Кумылженская, и донские части были оттеснены к низовьям Хопра и Медведицы. На левом фланге Донской армии имел важное значение железнодорожный узел Касторная, и Сидорин решил сосредоточить там силы под командой генерала Мамонтова, но Деникин в назначении генерала Мамонтова отказал и вместо него назначил Шкуро. К этому времени Марковская дивизия, отступая, приблизилась к Касторной и соединилась с частями Шкуро. С фронта против Махно направлялась в сторону Касторной и Терская дивизия. Корпус Буденного был усилен двумя пехотными дивизиями. III донской корпус успешно действовал в сторону Боронежа – Лиски и облегчал положение на Касторной. Против группы Шкуро действовали семь стрелковых дивизий 8-й армии и три конные -315- дивизии. В то время Добрармия, отступая, оставила Щигры, лежавшие между Курском и Касторной, и конная группа казаков оказалась под угрозой нападения с запада. С этим моментом связано политическое событие – Деникин приказал расстрелять председателя кубанской Рады Калабухова.
4 ноября Касторная была оставлена. После занятия красными Касторной фланги Добрармии и Донской не могли уже быть связаны. По сведениям красных, Касторная защищалась 33 конными полками и 21 пешим, а всего 54 полками белых.
13 ноября Добрармия откатывалась на юг, и связь между частями Май-Маевского и Драгомирова была утеряна. Красные взяли Курск и открыли путь на Харьков.
Конный корпус Юзефовича, действовавший на правом берегу Днепра, прикрывал теперь левый фланг Добрармии. 12 ноября красные заняли Лиски, а влево происходил отход группы Шкуро. После взятия Касторной корпус Буденного получил задание продолжать действовать на стыке Добрармии и донских корпусов. Со стороны 10-й и 11-й армий начиналось наступление на Царицын, 9-я продолжала наступление в пределы Донской территории и 8-я и 13-я главными силами действовали против Добрармии и частично против донских частей. 26 ноября вместо Май-Маевского в командование, Добрармией вступил генерал Врангель. Генерал Мамонтов был отрешен от командования, и его место занял генерал Улагай. Донские части стали сдавать позиции и за два дня отошли за реку Северный Донец. 1 декабря красные заняли Полтаву, 3 декабря – Киев, и части Добрармии отошли на юг. В районе Александровска велись бои против Махно.
К 1 декабря красные против 23.000 донцов имели 63.000 пехоты и конницы. 12 декабря красные заняли станицы Усть-Медведицкую, Сиротинскую, Трех-Островянскую, и I корпус отступал от Дона на юг. Кубанской армии приказано было отходить от Царицына на Торговое – Цымлянское. Донской и Добрармии ставилось прикрытие Ростовско-Новочеркасского направления. Добрармия из армии превращалась в корпус под начальством генерала Кутепова, и он переходил -316- в подчинение командующего Донской армией генерала Сидорина.
Таким образом оканчивался 1919 год.

 

Продолжение Гражданской войны в 1920 году
 

К началу 1920 года вся территория Дона был» занята красными: конной армией Буденного и 8-й, 9-й, 10-й и 11-й армиями численностью в 43.000 штыков и 28.000 сабель при 400 орудиях, всего 71.000 бойцов. Фронт между воюющими проходил по линии Дона от его устья до Батайска. Количество войск на стороне белых было: Донская армия – 7.266 штыков и 11.098 сабель, 128 орудий и 424 пулемета, добровольцы – 3.393 пехоты и 13.490 сабель, 400 орудий и 174 пулемета, кубано-терские казаки: 7.247 бойцов при 19 орудиях и 81 пулемете. Всего бойцов – 23.046, 180 орудий и 329 пулеметов. Количество красных войск превосходило их в три раза. Происшедшая катастрофа поставила вопрос о ее причинах, и вопрос этот поставлен был как перед Добрармией, так и перед казачьими частями. Вину Добрармии видели в ее неразумной политике, вследствие чего последовало распоряжение генерала Деникина о реорганизации Совещательного отдела, и во главе его был поставлен донской атаман генерал Богаевский.
Казаки причину видели в сильном влиянии на ход вооруженной борьбы и внутренний быт казаков Верховного командования, и поставлен был вопрос о создании и деятельности Юго-Восточного союза в составе Доно-Кубано-Терского войск и кавказских народов. Представители Войсковых кругов Дона, Терека и Рады собрались в Екатеринодаре и вынесли постановление об образовании Верховного Круга юго-восточного казачества. Комиссия постановил:
«1) Верховный Круг является полномочным представителем государственных образовании Донн, Кубани -317- и Терека и ставит себе задачи: а) установление союзного государства, составленного из указанных выше территорий, с возможностью расширения пределов союзного государства включением новых областей на основах союзной конституции и по свободному волеизъявлению населения тех областей; б) создание союзной власти.
2) Союзная конституция и союзная власть устанавливаются на время до создания общегосударственной власти Всероссийским учредительным собранием.
3) Имеющая быть выработанной конституция вступает в силу с момента принятия ее Верховным Кругом».
При отступлении Добрармия разделилась на две части: главные силы отступали на юго-восток к Дону и Кубани, а часть – на Крым, за Днепр. Поэтому и советский фронт разделился на Южный и Юго-Восточный. Главной базой контрреволюции были Дон, Кубань и Кавказ, и поэтому главной задачей красных было уничтожение сил Юго-Востока. На усиление этого фронта передаются три резервные латышские дивизии и одна эстонская. Юго-Восточный фронт переименован был в Кавказский, и задачей ему было поставлено ликвидировать силы Деникина и овладеть Кубанью и Кавказом. 10-я армия красных шла на Тихорецкую, 9-я шла в направлении Раздорской-Константиновской, идя уступом за 8-й, направлявшейся на Новочеркасск, а против Ростова действовала конная группа Буденного с приданными ей пехотными дивизиями. Конный корпус состоял из 80%: добровольцев Донской и Кубанской областей и северных губерний, в составе его было 9.500 всадников, 4.500 пехоты, 400 пулеметов, 56 орудий, 3 бронепоезда и 16 аэропланов.
29 декабря этой группе был дан приказ: преследовать противника и выяснить цель его отступления.
Фронт от устья Дона до Батайска занимал корпус Добрармии, к которому был придан Кубано-Терский корпус генерала Топоркова. От Батайска вверх по левому берегу Дона до станицы Цымлянской занимала позиции Донская армия. Правее действовала Кавказская армия. Соотношение сил к 30 декабря -318- было: со стороны красных – 70.000 бойцов и 350 орудий. На стороне белых – 47.458 бойцов, 200 орудий и 800 пулеметов. Моральное состояние Красной армии: пехота была деморализована, конница сохраняла боеспособность. В тылах Белой армии было невероятное скопление на грунтовых дорогах обозов и закупорка на железных. Дороги были запружены брошенными повозками с домашним скарбом, больными, ранеными казаками. Очевидцы описывали, что не хватало слов, чтобы описать или выразить словами глубочайшую трагедию бойцов, раненых и больных, попавших в такие условия.
Дон замерз 3 января 1920 года. Командующий советской армией Шорин приказал форсировать Дон Конной и 8-й армиям у городов Нахичевань и Аксай. Генерал Сидорин приказал не допустить переправы и разбить противника на этих переправах. Со стороны белых вводились до 12.000 конницы и пластуны. Вместо Мамонтова IV корпус принял генерал Павлов. Он 6 января вел упорный бой против трех дивизий конницы 12-й пехотной дивизии и взял 9 орудий и около 50 пулеметов, много винтовок и снарядов. Противник начал отступление, и затем отступление превратилось в бегство, бросая оружие и утопая в незамерзших еще болотах. Конница красных отошла на правый берег Дона. Наступление противника сдерживалось и в направлении Батайска. В боях 6, 7 и 8 января белыми было взято 22 орудия и 120 пулеметов. Красные армии были объединены Тухачевским, который отдал приказ, сводившийся к тому, чтобы 10-я и Конная армии направлялись на Тихорецкую и совместно с 11-й армией, наступавшей на Ставрополь, действовали против Кавказской армии, а 9 и 8 армии вели наступление на фронте Донской армии и добровольческого корпуса от реки Маныч до устья Дона.
В это время казачьи и русские верхи были по-прежнему заняты различными делами, и царствовало гибельное многовластие. В этой обстановке генерал Деникин отдал директиву:
«Противник, сосредоточив в низовьях Маныча и Дона лучшие силы свои, Конную армию, 8-ю и 9-ю армии, старается прорваться на Кубань; 11-я армия -319- и 10-я наступают на Ставрополь и Торговую; 13-я, 14-я и 12-я – на Крьш и Одессу. Атаки красных на Тихорецком направлении нами отбиты, 8-й, 9-й и Конной армиям нанесен ряд тяжелых поражений, дух их надломлен, на остальных направлениях бои с переменным успехом, приказываю:
1) генералу Эрдели, продолжая энергичную борьбу с повстанцами и обеспечивая Астраханское направление, разбить Святокрестовскую группу противника и отбросить ее в Астраханские степи;
2) генералу Шкуро – прочно обеспечивая Ставропольское направление, разбить 10-ю советскую армию, Второй Кубанский корпус передается в распоряжение командарма Кубанской;
3) генералу Сидорину – образовав сильную конную группу на Новочеркасском направлении, разбить труппу оперирующего противника в этом районе, овладеть Ростовом и Новочеркасском и прочно закрепить за собой Ростов-Новочеркасский плацдарм;
4) генералу Шиллингу – удерживать во что бы то ни стало Крым и прикрывать Одесский район;
5) генералу Лукомскому – восстановить положение в Сочинском округе и самым энергичным образом продолжать очищение Черноморской губернии от повстанцев».
Во исполнение этой директивы генерал Сидорин отдал приказ Донской армии: «Чтобы воспрепятствовать осуществлению нового плана противника, сосредотачивающего свои усилия на Ставропольском направлении, и окончательно разбить его, приказываю перейти в решительное наступление по всему фронту I корпусу и конной группе генерала Павлова в составе IV и II корпусов, без Донской и Партизанской дивизий. Сводно-конному корпусу генерала Агоева, форсировав реку Маныч, отбросить противника за реку Сал; по выполнении этой задачи иметь в виду I корпусу выход на реку Сал между Мартыновской и устьем, а генералу Павлову – действовать против Новочеркасско-Ростовской группы противника». Дальше указывалась сложная задача другим частям. Но в то же время было получено сведение, что конная труппа Буденного перебрасывается вверх по Манычу на Тихорецкое направление. -320-
Генерал Сидорин отдал новое распоряжение: 1) конница корпуса Буденного переправилась на левый берег Маныча и направляется на Торговую. Комкору IV, разбив корпус Думенко, оставив небольшой заслон с севера, всеми силами двинуться в восточном направлении для окружения и уничтожения главной конной массы противника; 2) II донскому корпусу контратакой с запада и Кубанской армии – с юга содействовать IV корпусу. В тот день части IV конного корпуса находились в 70-100 верстах от фронта Великокняжеская – Торговая. 2 февраля части корпуса стали переходить Маныч. Части Думенко были выбиты из хуторов; преследуя его, генерал Павлов еще больше удалялся от места главного удара. Корпус Павлова, двигаясь в указанном ему направлении двое суток, шел и ночевал под открытым небом при 17-27-градусном морозе. Двигаясь двумя колоннами на Шаблиевку – Торговую, передовые части корпуса 4 февраля натолкнулись на дивизию Гая, разбили ее и 5 февраля генерал Павлов, предполагая, что Торговая занята Кубанским корпусом, повернул на Торговую. Подошли к высотам, спускавшимся ровным склоном в сторону Торговой, куда ветер гнал . поземку. Заходило солнце и быстро спускалась темнота. Холод был до 30 градусов. Что касается Торговой, то стало известно, что она занята красными. Было приказано двум полкам 4-й донской дивизии – Назаровскому и Калединскому двинуться на Торговую; Калединский направлялся вправо, и непосредственно на Торговую был направлен Назаровский. Полки, продвинувшись несколько вперед, казалось, погрузились во тьму. Назаровский полк подошел к обрывистому берегу замерзшей реки Егорлык. Пять сотен были спешены, и одна оставалась в конном строю при коноводах. Окраину Торговой от войск отделяла узкая речка; в селении была тишина, никаких признаков охраны и движения слышно не было. Развернувшись в цепь при четырех пулеметах, назаровцы с криками «ура!», открыв пулеметный огонь, бросились через замерзшую речушку в Торговую. Внутри селения поднялась невероятная тревога, поднялся гвалт, лай собак, скачка всадников, и когда казаки вскочили в -321- первые улицы села, то захвачено было много загруженных санитарных повозок и несколько пленных. Оказалось, Торговая былая занята штабом Буденного, при котором находился Ворошилов, бригада конницы и санитарный отряд. Вперед для ночлега прошла одна из пехотных дивизий, и остальные части корпуса были размещены в селах в сторону Великокняжеской. Торговая от конных частей была быстро очищена, оставалось повсюду много брошенного обоза и, по всей видимости, обозных, скрывавшихся в домах селения. Полк быстро, после прибытия коноводов, рассеялся по селению, кое-где на окраинах раздавались еще ружейные выстрелы. Как резерв при командире полка оставался конвой в несколько казаков. Калединский полк о себе никаких, признаков не подавал, и, как выяснилось потом, уклонившись от прямого движения на Торговую, он не решился вступить в ночной бой. После отправленного донесения никаких частей со стороны корпуса не подходило, на северо-востоке со стороны прошедшей в голове пехотной дивизии части которой, бесспорно, по тревоге были направлены на Торговую, послышались отдаленные выстрелы. Вместо войсковых частей для закрепления занятой с налета Торговой около 11 часов появился с конвоем помощник генерала Павлова генерал Попов в сопровождении одного из командиров бригад, чтобы ознакомиться с положением и найти возможность устроить квартиру для командира корпуса. Было ясно, что если полк не будет поддержан, то придется скоро выскакивать, и красные, опомнившись от неожиданности, должны перейти в наступление. Помощник генерала Павлова с сопровождающими уехал, а через небольшой промежуток времени в Торговую входил уже один из полков корпуса красных, имевший шесть пулеметов. Он занял северо-восточную часть селения.
На севере-востоке огневая линия приближалась, началась перестрелка. Стоял ужасный мороз, усиливавший ветром холод. Пулеметы начинали один за другим выходить из строя. В назаровеком полку были уже все в бездействии, в пришедшем полку тоже останавливались один за другим. Цепи красной пехоты широким кольцом охватывали Торговую, с северо-востока -322- пулеметы в полках не действовали, и было решено отводить полки в сторону корпуса. Занятие Торговой и отход казаков совершились без потерь. Одним из неприятных моментов для Назаровского полка было то, когда при переходе по льду речки пришлось искать места, более удобные для перевода лошадей. Там полк попал под продольный огонь пулемета красных, но быстро уклонился, и потерь никаких и в этом случае не было.
Около четырех часов утра полки поднялись на возвышенность и присоединились к расположившимся в снежной пустыне, где укрытием было несколько скирд сена, и при невероятном морозе, укрывшись все, кто чем мог, лежали без всякого движения. В такую ужасную ночь для этой массы людей, лучшей донской конницы, какое угодно движение, какой угодно бой, ночное сражение с риском неудачи было бы более спасительным, нежели без всякого движения, без цели оставаться замерзать на открытом плоскогорье.
По сведениям участников этой ночи со стороны красных, событие это описывается следующим образом. «На дворе стоял отчаянный мороз, при сильном ветре. Ночь была темная, ни зги не видно. Входим... небольшая, жарко натопленная комната, ярко освещенная керосиновой лампой, представляет резкий контраст с темной, морозной ночью. Товарищ Буденный и товарищ Ворошилов разбирают за столом полученные донесения частей. Докладываю свои сведения о движении белых на Торговую... Разговор обрывается на полуслове. Приводят захваченного почти у самой Торговой нашим разъездом пленного – полузамерзшего казака-разведчика. Допрашиваем пленного. Говорит, конные корпуса идут на Торговую... Прошли сегодня более сорока верст. За четыре дня похода по безлюдной степи, при этом морозе, войска измучились: за дорогу много перемерзло. Кони измучены вконец, люди вот уже как два дня не получают горячей пищи.
Показания пленного казака действуют ободряюще. Грозная Мамонтовская конница, измученная и полузамерзшая, не так уже страшна нам... пока что все нам, казалось, благоприятствовало и сулило успех... -323-
Стенные часы показывали уже 11 с лишним. Мы продолжаем спокойно разговаривать, допивая чашку чая, как вдруг... дверь с треском распахнулась и с криком «Семен Михайлович, выходи!» в комнату ввалились два донца в бурках: «Белые ворвались в Торговую... тут, вот недалеко даже...» Мы начали торопливо одеваться, надевать вооружение и через минуту выбежали через двор на улицу. У ворот дома толпились конные ординарцы, держали оседланных лошадей, – на рысях подходил штабной эскадрон... С западной стороны противник обстреливал пулеметами «Максим»... Вдоль площади с диким, осатанелым криком, с грохотом колес по мерзлой дороге неслись в два, три ряда обозы, артиллерия, кавалерия дивизии, давя друг друга, обгоняя, ломая тачанки... «Белые в станице!», «Пошел вперед!», – орали обозные охрипшими голосами... Остановить их в животном ужасе было некому... В другом конце площади, куда поскакали с эскадроном Буденный и Ворошилов, началась стрельба, завязался бой с ворвавшейся конницей противника. Трудно было разобраться в начавшемся хаосе в эту темную, морозную ночь, окутывавшую землю непроницаемым мраком...» Так описывают эту ночную стычку участники со стороны красных.
Очистив Торговую, полки присоединились к главным силам корпуса, бывших в очень неприглядном положении, располагавшихся под открытым небом на снегу, при страшном морозе и после трехдневного похода при таком же морозном холоде. Утреннее пробуждение было ужасным. Торговая оказалась незанятой, и в составе корпуса оказалось немало замерзших и до 54% обмороженных...
Советский автор, оценивая операцию конной группы Павлова, делает заключение: «Некогда гремевшая славными боями и лихими атаками, непобедимая мамонтовская конница, лучшая белая кавалерия, после этого боя сильно (Никакого, к сожалению, боя не было. – Примечание автора) утратила свое грозное значение на деникинском и нашем кавказском фронтах». У советских историков атака Торговой первоначально одним полком и затем подошедшим другим -324- превращена была в бой с главными силами корпуса генерала Павлова, – у страха, как говорят, глаза велики. К сожалению, в эту страшную ночь главные силы конной группы оставались в бездеятельности, и генерал Павлов объяснял эту бездеятельность тем, что не рисковал вводить группу в ночной бой. Этот момент для донской конницы в истории гражданской войны был решающим, и после этого все шло к тому, что донская конница быстро теряла моральную сопротивляемость и, не оказывая сопротивления, стала быстро катиться в сторону Кавказских гор. Проведя ночь в холодной степи, IV донской корпус двинулся в сторону станицы Егорлыкской, оставив полк в арьергарде на станции Атаман на линии Торговая – Батайск. Конный корпус Буденного, оставив прикрытие в сторону Тихорецкой при поддержке нескольких пехотных дивизий, решил двинуться против конной группы генерала Павлова. Когда конница генерала Павлова выступила из Средне-Егорлыкской на Белую Глину при весенней распутице, движение корпусов шло двумя параллельными колоннами, в колонне по три, растянувшись на много верст в длину. В голове правой колонны шла наименее боеспособная бригада генерала Голубинцева. Вперед разведки выслано не было, и на пути к Белой Глине, произошел встречный бой с конницей Буденного. Коннице Буденного было известно движение группы Павлова, и он подготовился к бою. Стрелковые дивизии заняли позиции. Конные полки построились в резервные колонны. Головная бригада IV корпуса была неожиданно атакована конницей Буденного, смята и обращена в 'беспорядочное бегство, которое расстроило следующие колонны и тоже повлекло их к общему бегству. Затем в бегство обратилась и вся колонна без сопротивления, покидая артиллерию и обозы в непроходимых весенних ручьях и оврагах. По донской сводке, сообщалось, что части IV корпуса понесли большие потери и отошли к Егорлыкской. По советским сведениям, было взято 29 исправных пушек и 120 пулеметов, до 1.000 подвод и около 300 пленных. На фронте Кавказской армии красные вступили в пределы кубанской территории и заняли несколько станиц.

 

Общее положение на фронте Кубани в февраля 1920 года
 

Красные наступали на Ставрополь, но встречали сопротивление и терпели поражение со стороны кубанских казаков. В районе Белой Глины расположена была конная группа красных – корпус Буденного с приданными ему пехотными дивизиями в количестве 19.000 бойцов. От Новочеркасска через Аксай и город Ростов до устья Дона занимала фронт 8-я армия красных в составе 25.000 человек, и всего «а фронте было 78.500 красных. Сведений о казаках к 10 февраля не было. Общее положение требовало вывести Донскую армию из-под угрозы удара во фланги, отвести ее на линии рек Кагальник и Ея. После понесенного поражения у Средне-Егорлыкской и Белой Глины генерал Сидорин решил идти на рискованный шаг. 12 февраля была отдана директива следующего содержания: «Комкорам 1-й и 3-й донских, Добровольческой армии, генералу Павлову приказываю: 1) генералу Павлову, подтянув корпус генерала Агоева и подчинив себе Сводно-Партизанскую дивизию, сдерживать противника до подхода остальных частей, сосредоточиваемых к правому флангу; 2) корпусу, оттянув к вечеру 13 февраля в район станции Мечетинская пятую конную бригаду, остальными частями корпуса оборонять фронт хутора Теряев включительно, зимовник Поздеевой – зимовник Корольков – хутора Хомутец – Родники включительно; 3) третьему корпусу оборонять участок от хутора Родники до ст. Ольги некой включительно, обратив особое внимание на свой правый фланг; 4) Добровольческому корпусу оборонять участок от ст. Ольгинской включительно до устья Дона, выделив бригаду генерала Барбовича и мой резерв в ст. Кагальницкую, куда бригаде прибыть к вечеру 13 февраля...»
9 февраля в районе ст. Егорлыкской под начальством генерала Павлова были сосредоточены 9-я, 10-я и 4-я конные двизии и 14-я конная бригада, Кубано-Терский сводный корпус генерала Агоева, бригада Барбовича и туда же подходила 2-я донская -326- дивизия. 13 февраля сам Буденный перешел в наступление на Средне-Егорлыкскую и на хутор Иловайский. Но после неудачных попыток отступил. Этот отход красных считался ими поражением, и Буденный и Ворошилов требовали перехода 8-й и 9-й армий в наступление. Тухачевский отдал приказ Буденному наступать с целью занятия железнодорожного узла Тихорецкая.
17 февраля произошел бой между группами войск генерала Павлова и Буденного на фронте поселка Иловайского – станицы Егорлыкской. Со стороны красных в этом бою приняли участие 4-я, 6-я и 11-я конные дивизии, 20-я стрелковая, конная кавказская дивизия Гая и конная дивизия Блинова.
Конную группу генерала Павлова составляли и 10-й дивизий; В боевой сводке сообщалось: «На рассвете 17 февраля части группы генерала Павлова атаковали противника в районе хутора Войсковского и захватили три пушки, 30 пулеметов и пленных. С 11 часов завязался бой на фронте хутор Иловайский – зимовник Букреев с конницей Буденного, усиленной пехотой. Бой отличался чисто кавалерийским характером. Атаки противника и наши сменялись в течение нескольких часов и отличались крайним ожесточением. К вечеру конница противника была сбита и стала отходить в Егорлыкскую. Конная группа генерала Павлова сосредоточилась в районе Мерзуловской – Щербаков – Иловайский. Генерал Павлов не проявив активности и не преследовал отводящего противника...»
Отход конницы красных прикрывался 20-й стрелковой дивизией в 3.000 бойцов и при 28 орудиях и 120 пулеметах; дивизии Гая и Блинова потерпели поражение. К официальному сообщению относительно характера боя у хутора Иловайского можно добавите и частные сведения этого массового конного сражения.
В начале боя со стороны красных было выслано около полка конницы для обхода правого фланга -327- белых. В свою очередь, со стороны белых был выслан полк для противодействия этому обходу. Красные скрылись, и полк белых занял положение для наблюдения на фланге, где был возвышенный склон, откуда было видно расположение обеих сторон. Конные атаки происходили с переменным чередованием движений конных масс с одной стороны в другую. Отступающие массы одной конницы преследовались несущейся за ней конной массой противника до их резервов, при приближении к которым атакующие попадали под сильный огонь артиллерии и пулеметов. Атакующие останавливались и поворачивались назад; в то же время конница противника, оправившись после пополнения резервами, переходила в преследование и гнала противника тоже до его исходного положения, где атакующие попадали в то же положение: обстрел артиллерийского и пулеметного огня – и поворачивали обратно, преследуемые оправившейся конницей противника. Колебания конных масс, происходившие с одной высоты на другую через разделявшую их обширную котловину, продолжались с 11 часов до вечера.
Этим сражением отборных конных масс обеих воевавших сторон оканчивалась гражданская война между белыми и красными Юго-Восточного фронта. Казаки победили в этом состязании, красные отступили, но для белой конницы это было последнее напряжение их воли и мужества. После этого сражения Белая армия, потеряв волю к сопротивлению, отступала, ища рубежа, где возможно было произвести перегруппировку, привести себя в порядок и подготовиться к новым операциям. Но не было новых операций... Красные войну на юго-востоке против казаков выиграли. Но казаки, сдав позиции, уносили с собой в эмиграцию уверенность в своем боевом превосходстве и моральной правоте.
Следующими наиболее значительными событиями были переправа за Кубань, новороссийская эвакуация, отступление Донского корпуса и кубано-терских частей по Черноморскому побережью на Туапсе и затем переброска части их в Крым. Задачей конной группы генерала Павлова была та же цель: поражение конных групп красных. Но наступившая оттепель, -328- частые дожди затрудняли деятельность конницы, и она начала отступать. Против всей исключительно отрицательной деятельности, сопровождавшейся столь тяжелыми последствиями, генерала Павлова поднялось все командование Донской армии, и Сидорин принужден был его отстранить, назначив на его место генерала Секретева.
При отходе Донской армии поражает уход казаков с фронта в обозы, по болезни, даже в зеленые, и боевой состав «таял». Отход продолжался, не задержавшись на реке Ея, связь и управление расстраивались.
3 марта красные войска приблизились к Екатеринодару. Ставрополь был сдан 18 февраля. Кубань была захлестнута отступающими и надвигавшимися волнами борющихся сторон. В Екатеринодаре собрался Верховный Круг Дона, Кубани и Терека и вынес постановление, что атаманы, правительство и войска не подчиняются верховному командованию генерала Деникина. Было принято решение немедленно приступить к организации союзной власти на основах постановления Верховного Круга. Однако события не подчинялись никаким постановлениям. Казаки отступали за Кубань, красные двигались вслед. Эвакуация Екатеринодара прикрывалась донскими частями, поэтому и власть перешла к Донскому командованию. В Екатеринодаре все улицы были забиты брошенными телегами, двигавшимися обозами и были непроходимы. В довершение в городе стали распространяться слухи о возможности восстаний большевиков. Оставляя Екатеринодар и переправляясь за Кубань, беженцы и войсковые части попадали в невыгодные природные условия: низкий и болотистый берег реки Кубани и многочисленные, текущие с гор реки с болотистыми берегами затрудняли передвижение. -329-
По предгорьям были разбросаны черкесские аулы с населением, непримиримо враждебным красным; немногочисленные станицы кубанских казаков с сильной примесью иногородних, в большинстве сочувствующих большевикам. В горах господствовали зеленые, с которыми было решено: 1) установить сношения и 2) если не удастся, применить оружие. Переговоры не привели ни к чему, и был создан специальный отряд для борьбы с ними. Цель Донской армии была перейти Кубань, развернуться и привести себя в порядок. Переправа производилась через единственный мост Екатеринодара, забитый брошенными подводами, пересекавшийся проходящими поездами и представляющий пробку, которую не так легко было вскрыть. Части Донского корпуса, переправившись через Кубань, должны были двигаться вверх по Кубани, пересекая многочисленные речки, с целью соединения с корпусами кубанских казаков. Но красные, двигаясь наперерез, переправились в Екатеринодаре и разрезали донские части надвое. Часть осталась в стороне Новороссийска, а другая – к востоку от него. Переход красных на левый берег Кубани ставил казаков в необходимость обеспечить за собой проход в Кавказские горы, составлявший единственный путь отступления в сторону Черноморья и Грузии.
Добрармия и донской корпус отступали на Новороссийск, который, по описанию журналиста, представлял «гнусное зрелище». За спиной агонизирующего фронта в Новороссийске скопились десятки тысяч людей, из которых большая часть была вполне здорова и годна с оружием в руках защищать свое право на существование. Тяжело было наблюдать этих представителей нашей обанкротившейся интеллигенции: помещиков, буржуазию, десятки и сотни генералов, тысячи стремившихся скорей уехать офицеров, озлобленных, разочарованных и проклинавших всех и все. Новороссийск, в общем, представлял военный лагерь и тыловой вертеп.
Генерал Деникин после постановления Верховного Круга о выходе из его подчинения направил корпус Добрармии на Новороссийск и объявил, что все средства морского транспорта будут отданы под контроль командования Добрармии. Генерал Кутепов -330- был назначен комендантом города, и все входы в него были поставлены под контроль, фактически въезд в город был закрыт. Все казачьи части были отрезаны от возможности воспользоваться морскими средствами.
Казачьему правлению предлагались два варианта: генерал Сидорин предложил идти через горы на Геленджик, где заблаговременно заготовить продовольственные базы. С этой целью Сидорин поехал в Новороссийск для переговоров с Деникиным. Генерал Деникин убеждал, что казачьим частям надо двигаться на Тамань, где возможна легкая оборона и достаточно средств, чтобы выждать время, где имеется большое количество морских средств и возможность переброски частей в Крым.
Но Сидорин возражал, что на Тамань вместе с казаками двинется большое количество беженцев, что изменит совершенно обстановку.
После переговоров с Деникиным Сидорин возвратился в Георгиево-Афонскую и отдал следующую директиву: «Добровольческий корпус вышел из состава Донской армии, которой по отходе за Кубань приказано оборонять линию Кубани от устья Лабы до Федоровки включительно. Постановление о разрыве с Деникиным аннулируется». Но к тому же времени директивой генерала Деникина, несмотря на переговоры с Сидориным, вся Донская армия должна была перейти в Тамань. Но действительность и тут оказалась сильней директив. Восточная часть донских войск, где главные силы представлял -331-

 

Отступление по Черноморскому побережью к границам Грузии
 

Находившиеся в районе Новороссийска донские части принуждены были к сдаче красными. Другая часть, совместно с кубанскими частями, была втянута в горный голодный район, двигалась на Туапсе.
20 марта 1920 года кубанский корпус Шефнер-Маркевича занял Туапсе, легко изгнав из него занимавших город части красных. Затем: двинулся дальше на Сочи, и прикрытие Туапсе было поручено II Вынесено было несколько предположений, включавших и наступление вперед, и выход в пределы Кубани. Перед армией главной проблемой являлось решение вопроса о хлебе насущном. Мнения разделились, и решение оставалось одно: идти к границам Грузии. Но в .начавшихся переговорах с Грузией последняя отказалась пропустить через границу вооруженную массу, так как не имела ни пропитания, ни достаточных средств не только для отступающих, но даже для себя самой. Движение в сторону Грузии все же продолжалось, и казаки без всяких осложнений достигли Грузии.
18 марта в Туапсе прибыл первый транспорт с хлебом, зерном и мукой в количестве 3.000 пудов.
.25 марта были получены сведения, что Деникин сдал командование генералу Врангелю. По вопросу переброски частей в Крым атаман Богаевский ответил: «Не знаю, что делать? Или перевозить корпус в Крым, или самому ехать на побережье». Причинами было то, что разрыв казаков с добровольцами был вполне определившимся, и настолько, что генерал Врангель решил на все донское имущество, прибывшее в крымские порты, наложить свою руку. Атаман Богаевский категорически заявил, что если он посмеет это сделать, то он отдаст приказ о выводе с фронта всех казаков. Инцидент был улажен. Кроме этих отношений, стояла еще проблема: возможна ли -332- оборона Крыма? Все эти проблемы и заставляли атамана колебаться. 20 апреля из Крыма прибыли военные суда для погрузки казаков и перевозки их в Крым. Но погружены были лишь люди, решившие расстаться со своими боевыми товарищами – конями, так как перевозка могла производиться без лошадей и конского снаряжения.
По сведениям большевиков, на побережье Адлера ими было взято 40.000 человек и 10.000 лошадей.
Так окончилась гражданская война на землях донских и кубанских казаков и всего юго-востока. Начиналась новая и последняя трагедия – эпопея войны на территорий Крыма. -333-

 

Заключение
 

Крымский полуостров был последним этапом гражданской войны на юго-востоке. Как по географическому положению, так и политическому стремлению вождей Добровольческой армии он отвечал лучшим образом, потому что представлял нейтральную зону, независимую от власти казачьей администрации и претензий казаков на внутреннюю независимость и суверенитет. Части казаков, перевезенные с Черноморского побережья, по психологии были добровольцами, покинувшими свои территории, лишенными возможности сражаться непосредственно за свои земли, дома и имущество. Командование Добровольческой армии было избавлено от необходимости считаться с правительствами Дона, Кубани и Терека, но оно лишалось и их экономической базы, необходимой для успешного ведения войны.
Очевидно было, что Крымская область не являлась надежной территорией для продолжения гражданской войны, и нужно было для продолжения борьбы строить расчеты на непредвиденные счастливые условия, на чудо, или же готовиться к окончательному выходу из войны и искать пути отступления.
Армия и тылы по количеству составляли до полутора миллиона человек, совершенно не склонных мириться с большевиками. И здесь надо заметить, что западные страны с острым вниманием следили за происходившей в России трагедией.
Англия, принимавшая деятельное участие в истории Белой борьбы в России, склонялась к прекращению междоусобицы на территории России, имея целью заключение торгового договора с Советами. Генерал Врангель, заменивший генерала. Деникина, -334- был знаком с общим положением дел на Западе и не имел радужных надежд на успешное продолжение войны. Мир с большевиками был невозможен, переговоры на заключение мирных соглашений исключались, оставалось одно неизбежное решение: готовить базу для возможного благополучного выхода из борьбы – эвакуации. Вступив в командование, генерал Врангель вступил энергично в продолжение борьбы, вместе с тем направляя все усилия на приведение в порядок остатков судов Черноморского флота.
Военные операции на территории Таврической области должны быть военными историками отнесены к образцам блестящего военного искусства. После ряда удачных военных операций в борьбе появился неожиданный союзник. Против большевиков вступила в войну Польша, что открывало возможность для белого командования иметь хоть бы временного союзника в борьбе против большевиков.
Польша, пользуясь внутренней смутой России, стала распространять границы своей территории на восток и решила занять Киев. Не считаясь с неприемлемыми для русской политики претензиями Польши, генерал Врангель вошел в соглашение с президентом Польской республики Пилсудским и заключил с ним военный договор. Красные должны были принимать меры против надвигавшейся для них угрозы с запада. Начиналась советско-польская война. Начавшаяся война против Польши приняла среди русского народа характер национальной войны и продолжалась успешно. Польские войска быстро стали отступать, и не только не заняли Киев, но красные быстро вышли на линию реки Вислы и поставили под угрозу занятие Варшавы.
Успешное продвижение Красной армии на запад создавало еще большую угрозу для Центральной и Западной Европы. Конница красных вторглась в пределы Галиции и угрожала занятием Львова. Союзники, торжествовавшие победу над Германией, не имели свободных войск для противодействия надвигавшейся угрозе большевизма, но отправили на помощь польскому командованию офицеров Генерального штаба Французской армии, которые и прибыли в качестве военных советников. -335-
В результате польские войска перешли в наступление и нанесли сокрушительный удар войскам Красной армии. Армия красных была отброшена, часть принуждена была перейти германскую границу, где и была интернирована. Советы принуждены были вступить в мирные переговоры, и был заключен еще один «похабный мир» с Польшей, вроде Брест-Литовского, но с уплатой большой контрибуции.
По окончании войны с Польшей все силы красных были направлены в сторону Крыма. В конце октября 1920 года Белая армия принуждена была оставить Крымский полуостров. Все войска, и эмигранты, желавшие эвакуироваться, были погружены на 120 различной формы судов, покинули пределы родной земли и двинулись в неизвестном направлении.
Выйдя на импровизированной «армаде» в открытое море и став недосягаемыми для красных, командующий армадой отправил воздушную телеграмму, адресованную «всем... всем... всем...» с изложением положения и просьбой об оказании помощи.
Белая русская армия была авангардом непримиримой борьбы с коммунизмом, составляла моральный оплот против надвигавшейся разрушительной силы, представлявшей угрозу для всего мира, и своей беспримерной доблестью приобретала известное праве на внимание всех стран, которые не окончательно успокоились на лаврах победы над Германией.
В политическом отношении все страны, как победительницы, так и побежденные, одинаково переживали внутреннюю неустойчивость после долгой и напряженной войны. Во всех странах на политическую сцену выдвигались разрушительные силы, повсюду создавались крайние политические партии, привлекшие большие массы рабочих и другие слои общественности, что создавало угрозу внутренних потрясений. Белая армия и русская эмиграция должны были служить для всех стран примером и моральным противоядием и должны были цениться как здоровый элемент общественности.
На призыв отозвалась Франция, и правительство согласилось принять армию в качестве эмигрантов на свое содержание. Получив согласие, флот двинулся в сторону Константинополя, затем корпус добровольцев -336- был направлен на полустров Галлиполи, и казачьи части, после некоторого пребывания в лагере Чаталджа, отправлены были на остров Лемнос, один из островов Ионического архипелага.
После годичного пребывания казаков в лагерях было достигнуто соглашение со славянскими балканскими странами о размещении воинских частей и эмиграции в своих странах, с финансовой гарантией для их питания, без права свободного размещения в стране. Новый этап был той базой, с которой начиналось размещение в качестве эмиграции в других странах. Открывавшиеся возможности на въезд в европейские страны на работы по контракту группами или отдельными лицами давали право на въезд с разрешением на месте подыскания работы в зависимости от профессиональной подготовки и личных способностей.
 

***
 

Русский народ остался под властью коммунистов.
Организацию коммунистических руководителей нельзя отнести к разряду политических партий. Группировка эта не имела ни теории положительного развития, ни организации общественной и экономической жизни народа. Это была группировка, целью которой была разрушительная деятельность существующей общественной формы сожительства. Лозунги их не несли какие-то новые политические идеи, а построены были исключительно на демагогии, рассчитанной на привлечение самой темной агрессивной массы, низов человечества, не способных к активной положительной деятельности, личному труду.
Первые объявленные тезисы главного вождя, Ульянова, прибывшего в Россию при содействии германского правительства, по содержанию все были разрушительного характера. В них не было ничего положительного, созидательного, идущего на смену отжившему или разрушаемому. Городская промышленность передавалась как собственность революционному пролетариату, с жестким условием, что руководящими лицами промышленности могут быть только выходцы из низов. -337-
Обширная крестьянская стихия передавалась в управление бедняцких и батрацких комитетов. Все хозяйственное население, активная часть его, годная для ведения хозяйства, объявлялась «кулаками», врагами революции и ставилась в положение врагов народа, предназначавшихся к уничтожению. Страна покрывалась сетью агентуры большевиков, имевшей неограниченное право в управлении на местах, проводившей жестокую расправу против всех инакомыслящих. Господствующей силой страны становился отверженный обществом элемент – каторжане и все виды преступников, не знакомые с общественной моралью и годные на всякие преступления, и прежде всего способные на убийство не только отдельных лиц, но и на массовые убийства. Вся жизнь народа была под надзором распространившейся советской агентуры. Сыск и доносы пронизывали не только общественную жизнь, но проникали в семью, и дети привлекались в добровольную систему агентуры, поощрялись в доносах на близких и родителей.
Вся жизнь страны сосредотачивалась в ЦЕКа, или центральном комитете группы, вся страна с многомиллионным населением, различным в расовом и культурном отношении. Кремль Москвы превратился в общежитие скопища не только русских революционных подонков, но и международных отбросов человечества. Главной целью этого сброда, нахлынувшего со всех сторон мира, было «грабь награбленное!» Они не имели совершенно никакого перспективного плана установления общественного порядка, и тем более благодетельных идей улучшения народного быта и новых путей общественного сожительства. В основе демагогии лежало отрицание всякой собственности, личного труда, инициативы. Эта убивавшая народную, энергию идея парализовала страну, убивала всю жизнь и останавливала живую деятельность. Результатом господства большевиков был разразившийся апокалипсический всеобщий голод, покрывший Русь миллионами трупов. Для борьбы с голодом вожди коммунизма не только не имели никаких возможностей, но были совершенно неспособны для этого. На помощь голодавшему народу пришла иностранная помощь капиталистических стран -338- Северной Америки, организация ИРО оказывала помощь в борьбе с голодной смертью.
Для избежания дальнейшего голода и общей разрухи, средств у коммунистов никаких не было, и гениальный их вождь, Ульянов, решил ввести под названием НЭПа новую экономическую программу, для разрушения основ которой им принимались до сих пор все средства. Была восстановлена частная собственность, и частным лицам были возвращены их собственные предприятия и разрешена частная инициатива. Страна быстро ожила, и жизнь во всех отношениях стала в стране возрождаться. С отказом от НЭПа страна снова погрузилась в мертвящую систему коммунизма.
Впрочем, не только хозяйственная разруха омрачала торжество победителей, требуя решительных действий. Надо было решить проблему обманутых героев Гражданской. Их было много, они несколько лет в пешем и конном строю добывали себе светлое будущее, обещанное комиссарами всех рангов и всех национальностей, и теперь требовали если уж не коммунизм, то хотя бы сносную жизнь, удовлетворения самых минимальных запросов.
Герои Гражданской занимали на исторической сцене 20-х годов значительное место, и справиться с ними было трудней, чем с пассивным, запуганным народом.
Но в руках вождей было главное действенное средство – расправа с недовольными. Герои Гражданской сделали свое дело. Пришла их пора оставить историческую сцену, предоставив ее другим действующим лицам. Герои были объявлены врагами народа и обречены на уничтожение. Для этого нашлись новые кадры, более послушные и верные режиму, при помощи которых были ликвидированы кадры первого созданного ими правящего класса коммунистов. Эта система борьбы с недовольными, оказавшаяся действенной при подавлении первого проявления в их ближайшем окружении недовольства являлась надежным и единственным средством на протяжении всей дальнейшей их истории в борьбе с народным недовольством.
Основной целью вождей коммунизма была мировая -339- революция и разрушение существующего мирового порядка. Захватив власть и средства Великой страны и имея благоприятную международную обстановку, сложившуюся в результате мировой войны, они оказались не способными к достижению поставленных ими целей и не смогли проявить успешно свою деятельность вне пределов России. Наиболее обнадеживающим успехом красных было выдвижение их армии на линию реки Вислы. Но после сокрушительного разгрома и «похабного мира» с Польшей их притязаниям на мировую революцию и продвижению в глубину Западной Европы до Второй Мировой войны был положен предел.
Вторая мировая война открыла вождям коммунизма более широкие перспективы, не в силу их успехов, а из-за лицемерия европейской и преимущественно американской дипломатии. По международному договору большевики получили право влияния на все страны Восточной Европы, преимущественно страны славянских народов, в результате чего СССР территориально превратился в сверхвеликую страну и в занятых странах установил свое политическое, экономическое и культурное влияние. Системой коммунизма, исходя из многолетнего российского опыта, СССР убил все производительные силы народа, и страны Восточной Европы превратились в «экономически недоразвитые» регионы, требующие помощи для своего выживания как от СССР, так и от стран капиталистического мира.
Россия, имевшая в 1918 году всемирно значимые заводы, исключительно собственными средствами содержавшая железнодорожный транспорт и зарождавшуюся автомобильную промышленность, после пятидесятилетнего господства коммунизма превращается в колониальную страну для всех народов Европы. В стране сдают концессии на открытие всех видов заводов для восстановления технической промышленности. Страна, обеспечивавшая до революции хлебом большинство европейских стран, спорадически до последних лет страдает острым недостатком хлеба и принуждена прибегать к заграничным массовым закупкам его для питания народа и скота. Причем количество населения, работающего в -340- сельскохозяйственной отрасли в СССР, достигает 60-70% населения, тогда как в Северной Америке, оказавшей помощь голодавшему населению СССР, – работает в этой отрасли всего 7-8% народа. Никаких перспектив для улучшения экономического и социального быта русского народа при существующей системе коммунизма нет и быть не может. Идеология коммунизма не имеет никакого творческого начала в прошлом, не имеет никаких творческих перспектив и в будущем. Господство этой мощной группировки демагогов установлено на идеях разрушения и неслыханном терроре, держится только на них и окончиться лишь с ее ликвидацией.
Для ликвидации системы коммунизма в СССР могут быть две возможности – революция и эволюция. Революция, в силу сложившихся социальных условий, невозможна, для осуществления эволюции в сторону нормального развития страны необходимо отказаться от всеобъемлющей системы дирижирования всеми и наряду с управляемой системой ввести в экономическом производстве частный сектор с правом, личной инициативы и народного творчества. Это и будет тот путь, по которому пойдет дальнейшее нормальное развитие страны.
Париж. -341-

 

Литература и материалы
 

  1. Проф., ген. Головин. Операции в Восточной Пруссии. Париж. Изд. 1930 года.

  2. Его же. Операции на Галицийском фронте 1914 г. Париж. Изд. 1930 года.

  3. Его же. Русская контрреволюция. 12 частей. Париж. Изд. 1930 года.

  4. Ген. Брусилов. Мои воспоминания. Москва. Госиздат. 1920 года.

  5. Ген. Данилов. Великий князь Николай Николаевич.

  6. Ген. Зайончковский. Краткая история Мировой войны 1914-1918 годов.

  7. Ген. Людендорф Воспоминания.

  8. Ген. Деникин. Очерки Русской смуты. 1-4 тома.

  9. Ген. Врангель. Воспоминания.

  10. Проф. Милюков. Россия на распутье.

  11. Ген. Денисов. Записки гражданской войны.

  12. Ген. Доманевский. История мировой войны 1914 года.

  13. Ген. Добрынин. Борьба с большевиками на юге России. Прага. Изд. 1922 года.

  14. Ген. Сахаров. Белая Сибирь. Мюнхен. Изд. 1923 г.

  15. Ген. Спиридович. История большевизма 1883-1903-1917 годов. Париж, 1922 год.

  16. Рогвольд. Выдержки из Военного национ. архива.

  17. Полк. Зайцов. 1918 год.

  18. Корольков. Документы Варшавской операции.

  19. Рыбак. Лодзинская операция.

  20. Его же. Зимняя кампания 1915 г. в Восточной Пруссии.

  21. Подлинные документы Варшаво-Ивангородской операции. Госиздат. 1922 год.

  22. Схемы и документы этих операций. Изд. Генерального штаба РККА.

  23. Ген. Поляков. Воспоминания гражданской войны.

  24. М. Позек. Германская кавалерия. Госиздат. Москва 1919 г.
     

Того же автора:
 

Изданы 1, 2, 3 и 4 части истории казаков.
Приготовлены к изданию: Приазовская Русь и История индоевропейских народов. -347-

 

далее



return_links();?>
 

2004-2019 ©РегиментЪ.RU