УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Нелипович С.Г. Виновных в трагедии не искали. Почему?
 

Материалы расследования боя 4-го Сибирского корпуса 14(27) сентября 1916 года
// Военно-исторический журнал. 1998. №6. С.39-46.

 

OCR, корректура: Бахурин Юрий (a.k.a. Sonnenmensch), e-mail: georgi21@inbox.ru

 

Участвуя в наступлении Юго-Западного фронта летом 1916 года, 8-я армия (командующий генерал от кавалерии А.М. Каледин) вышла к реке Стоход (Волынская губерния) и завязала бои за крупный узел сопротивления противника – Ковель. Австро-венгерские войска отступили за водную преграду и, оказав упорное сопротивление, не позволили русским войскам развить успех на Брест-Литовск и Владимир-Волынский.
Позиции противника у Корытницы, небольшого местечка в Волынской губернии, были взяты силами 1-го гвардейского и 8-го армейского корпусов 3(16) сентября 1916 года{1}. К этому времени 4-й Сибирский корпус (9-я и 10-я Сибирские стрелковые дивизии, 6-й Тауроггенский пограничный конный полк, пулеметная команда Кольта № 51) был подивизионно распределен между 8-м армейским и 1-м гвардейским корпусами 8-й армии с целью их усиления именно в районе Корытницы. 9-я Сибирская стрелковая дивизия, в частности, имела более 14 тыс. бойцов, 80 пулеметов, 35 3-дюймовых пушек и 2 37-миллиметровых орудия Гочкиса. 10-я Сибирская стрелковая дивизия насчитывала до 14 тыс. бойцов и была вооружена 70 пулеметами, 35 3-дюймовыми пушками. 4-й Сибирский мортирный дивизион (11 48-линейных гаубиц) был подчинен 1-му гвардейскому корпусу{2}.
Во многом благодаря сибирякам 7(20) сентября плацдарм у Корытницы и д. Свинюхи был значительно расширен. Гвардия и 8-й армейский корпус потеряли в ходе боев около 13,5 тыс. человек, взяв в плен при этом более 600 солдат противника{3}.
13(26) сентября 1916 года главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от кавалерии А.А. Брусилов приказал 8-й армии наступать на Владимир-Волынский. Ударная группа состояла из 1-го гвардейского и 8-го армейского корпусов, усиленных сибиряками. Артиллерийская подготовка планировалась на 16(29) сентября, переход в атаку – через сутки{4}. В этих соединениях сосредоточивались мощные артиллерийские силы: 34 -39- 48-линейные корпусные гаубицы, 19 6-дюймовых тяжелых гаубиц и 11 42-линейных тяжелых пушек образца 1910 года, 22 6-дюймовые осадные 120-пудовые пушки образца 1878 года, 5 французских 6-дюймовых тяжелых пушек образца 1916 года и 7 42-линейных образца 1915 года, 207 3-дюймовых полевых пушек, 41 противоштурмовое и траншейное орудие различных систем. Кроме того, в самом 8-м корпусе для непосредственной поддержки 9-й Сибирской стрелковой дивизии были выделены три батареи тяжелых орудий из 2-го дивизиона 9-й тяжелой артиллерийской бригады и 13-го отдельного тяжелого артдивизиона. Русские войска вели разведку боем и оборудовали плацдарм в инженерном отношении. Была проведена аэрофотосъемка неприятельских позиций у Корытницы и Свинюхинского леса (сами Свинюхи были полностью уничтожены в ходе боев).
Однако и противник не сидел сложа руки. Командующий группой армий генерал от инфантерии А. фон Линзинген решил во что бы то ни стало отбить утерянные позиции. Для этого он сосредоточил против 9-й и 10-й Сибирских стрелковых дивизий 65 артиллерийских батарей, в том числе 10 батарей 15-сантиметровых тяжелых гаубиц и 4 батареи 21-сантиметровых мортир (всего около 360 орудий различных систем и калибров). Атаковать поручалось ударным группам 43-й резервной и 115-й пехотной дивизий (немецкие) генерал-лейтенанта фон Рункеля и генерал-майора фон Кляйста. В резерве находились четыре полка 108-й пехотной дивизии. С воздуха противника поддерживала боевая эскадра Восточного фронта. 13(26) сентября 1916 года немецкая авиация после разведки подвергла бомбардировке и штурмовке позиции русской артиллерии. Утром следующего дня началась артиллерийская подготовка (по некоторым данным, с применением химических снарядов). С 10 до 14 ч немцы предпринимали попытки расстроить оборону -40- частей 8-го армейского и 1 -го гвардейского корпусов, причем с 11 ч огонь носил ураганный характер. На сибиряков же вся мощь артиллерии противника обрушилась с 1 ч дня.
В начале третьего пополудни немцы большими силами пехоты атаковали позиции 9-й и 10-й Сибирских стрелковых дивизий, а также соседних частей, входящих в состав 14-й и 2-й гвардейской пехотных дивизий. И если 8-му корпусу удалось сдержать натиск наступающих, то 10-я Сибирская стрелковая дивизия откатилась на рубежи, занимаемые ею еще в августе. Контратаки, предпринятые вечером и ночью, успеха не имели. Немецкие полки прочно закрепились на позициях, занимаемых ими ранее, захватив при этом 3000 пленных, 44 пулемета и 2 орудия.
Такого ошеломляющего результата даже противник не ожидал. А.А. Брусилов немедленно отреагировал на изменение обстановки, выдвинув -41- на угрожаемое направление дополнительно 2-й гвардейский корпус. Но время было упущено, и срок наступления фронта, пусть не на очень много, пришлось отодвинуть: южного фланга - на сутки, северного - на двое. Последующие усилия русских войск не имели никакого успеха{5}. Хуже того, штаб Юго-Западного фронта попытался попросту скрыть от Ставки результаты боя у Корытницы. Но, как говорится, правду не скроешь: уточняющая телеграмма штаба 8-й армии о потерях 4-го Сибирского корпуса по неизвестным причинам попала не к А.А. Брусилову, а к начальнику штаба Верховного главнокомандующего генералу от инфантерии М.И. Алексееву.
Расследование обстоятельств Корытницкой трагедии проводилось дважды: в начале штабом армии, а несколько позже комиссией под председательством отставного генерала от инфантерии Н. А. Епанчина, созданной по личной просьбе А.А. Брусилова. Материалы работы последней, представленные штабом Юго-Западного фронта в Ставку, говорят сами за себя. Поучительна в данном случае реакция высшего военного руководства, которое, судя по всему, учло горький урок, дало рекомендации, как исправить ситуацию с обучением войск в условиях непрерывных боев. Однако каких-либо разносов или поспешных решений в планировании боевых действий не последовало{6}, что свидетельствует о профессионализме офицеров и генералов Ставки.
Возможно, сказалось и то, что одним из виновников трагедии был великий князь Павел Александрович.
Естественно, возникают вопросы: не слишком ли щедро оплачены солдатской кровью подобные "уроки" и чем оправдать отсутствие своевременной информации в Ставке и у Верховного главнокомандующего (Николая
II)? Может быть, боязнью А.А. Брусилова и его подчиненных общественного мнения или гнева государя? Ответ лежит скорее всего в области морали. Одно сказать можно точно: солдаты и офицеры 4-го Сибирского корпуса, до вечера отражавшие бесконечные атаки противника и сложившие головы под ураганным огнем (русская тяжелая артиллерия противостоять ему не смогла), "сраму не имут".
 

Причины поражения русских войск у Корытницы в некоторой степени проясняют впервые публикуемые документы из фонда генерал-квартирмейстера -42- штаба Верховного главнокомандующего, хранящиеся в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА).
 

Телеграмма из Ставки Верховного главнокомандующего в штаб 8-й армии Юго-Западного фронта с требованием сообщить истинные потери 4-го Сибирского корпуса
 

16 сентября 1916 г[ода]
В германских радиосообщениях упоминается, что в последних боях 4[-й] Сибирский корпус{7} понес настолько большие потери, что его следует считать почти уничтоженным. Причем корпус якобы потерял 41 офицера и 2800 н[ижних] ч[инов] пленными, 1 орудие и 17 пулеметов. Благоволите сообщить, насколько это соответствует действительности.
Пустовойтенко{8}
РГВИА, ф. 2067, оп.1, ед.хр.322, л. 342.
 

Ответ на телеграмму генерал-квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего генерал-майора М.С. Пустовойтенко
 

17 сентября 1916 г[ода]
Пока донесены подробно потери в личном составе. 9[-я] Сибирская дивизия{9} потеряла: офицеров – 5 убито, 20 ранено, 5 осталось на поле сражения{10}, нижних чинов – 796 убито, 1260 ранено, 349 осталось на поле сражения. 10[-я] Сибирская дивизия{11} [потеряла]: офицеров – 7 убито, 43 ранено, 47 осталось на поле сражения; нижних чинов – 1291 убито, 2506 ранено и 1576 осталось на поле сражения. О потерях материальной части подробных сведений пока нет, по выяснении и по получении штаб[ом] немедленно телеграфирую.
Стогов{12}
РГВИА, ф.2003, оп.1, д.614, л.32.
 

Телеграмма генерал-квартирмейстера 8-й армии генерал-майора Н.Н. Стогова в Ставку о материальных потерях 4-го Сибирского корпуса в бою под Корытницей (дополнение к предыдущему донесению)
 

18 сентября 1916 г[ода]
Потери материальной части в 9[-й] Сибирской стрелковой дивизии и 34[-м] полку: разбито и осталось на поле сражения 5 пулеметов; в 10[-й] Сибирской стрелковой дивизии: [в] 37[-м] полку осталось на поле сражения 12 пулеметов, 387 винтовок; [в] 39[-м] полку – 15 пулеметов, 1960 винтовок; [в] 40[-м] полку – 13 пулеметов Максима, 3 австрийских пулемета, 1353 винтовки. 10[-я] Сибирская артиллерийская бригада потеряла 2 орудия, находившиеся в стрелковых окопах. С орудий были сняты и зарыты замки, прицелы и угломеры. Орудия находились в окопе без передков и зарядных ящиков. Всего 9[-я] и 10[-я] Сибирские дивизии, входившие [в] состав 8[-го] и 1[-го] гв[ардейских] корпусов, потеряли: 48 пулеметов, 3700 винтовок и 2 полевых орудия.
Стогов
РГВИА, ф. 2003, оп. 1, д. 614, л.33, 34.
 

Телеграмма генерал-квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего начальнику штаба армий Юго-Западного фронта с просьбой сообщить подробности боя под Корытницей
 

18 сентября 1916 г[ода]
Начальник штаба Верховного главнокомандующего, осведомившись [о] потерях 4-го Сибирского корпуса, просит сообщить подробности боя и выяснить: при каких обстоятельствах так много чинов осталось на поле сражения, почему отступление [могло] быть -43- так стремительно и почему при такой насыщенности войсками армии корпус не был своевременно поддержан.
Пустовойтенко
РГВИА, ф.2003, оп.1, д.614, л.42.
 

Телеграмма генерал-квартирмейстера штаба Юго-Западного фронта генерал-майора Н.Н. Духонина{13} в Ставку о неудовлетворительном расследовании боя 4-го Сибирского корпуса генерал-майором Г.К. Корольковым{14} и назначении нового дознания
 

20 сентября 1916 г[ода]
Представленное штабом [8-й] армии расследование главнокомандующий{15} признал неудовлетворительным и приказал -44- подробное и ясное дознание произвести состоящему [в] его распоряжении для поручений генералу Епанчину{16}.
Духонин
РГВИА, ф.2003, оп.1, д.614, л.41.
 

Телеграмма в Ставку из штаба армий Юго-Западного фронта с материалами окончательного расследования, проведенного личным представителем А.А. Брусилова генералом от инфантерии в отставке Н.А. Епанчиным.
 

8 октября 1916 г[ода]
Согласно заключению генерала Епанчина, производившего дознание [по] поводу неудачного боя 10-й Сибирской стр[елковой] дивизии 14 сентября, причинами неудачи является следующее: первое – наличие [в] дивизии 113 прапорщиков, прибывших перед самым боем и почти 5000 слабо дисциплинированных и обученных нижних чинов, прибывших [в] полки [в] конце августа и начале сентября; второе – выдвинутое положение дивизии на общей позиции гвардии и 8-го корпуса; третье – недостаточная сила окопов и искусственных препятствий; четвертое – ненадлежащая служба связи и недостаточная осведомленность начальствующих лиц; пятое – позднее прибытие дивизионных резервов и шестое – численное превосходство немецкой артиллерии и особая сила ее огня. Ход боя: [в] 7 ч немцы открыли сильный артиллерийский] огонь, причем участок дивизии был подвергнут перекрестному огню с северо-запада, запада й юго-запада, [в] 9 ч огонь достиг сильного напряжения как по первой и второй линиям окопов, так и по ближайшему тылу дивизии, [по] участку дивизии стреляло около 20–24 тяжелых и 30 легких орудий, [к] 11 ч огонь немецкой артиллерии достиг наивысшего напряжения, и [в] это время [по] участку дивизии стреляло не менее 30-40 тяжелых орудий; [с] нашей стороны действовало 6 42-л[иней]н[ых] пушек, 6 6-дюймовых пушек Шнейдера{17} и легкая артиллерия дивизии, артиллерия участка дивизии не боролась [с] немецкой артиллерией, а действовала по окопам и вела заградительный огонь для отбития атаки. Около 14 ч 30 мин немецкая пехота начала атаку одновременно [по] всему фронту лейб-гвардии Семеновского полка и 10-й дивизии, а также против 2-й гвардейской пехотной [дивизии] и 9-й Сибирской дивизии, местами атаки немцев были отбиты. Около 17 ч немцы прорвались между 37-м и 39-м полками и появились из леса [в] тылу дивизии, что и послужило причиной стремительного отступления остатков 37, 39 и 40-го полков, которые понесли большие потери. Из общего количества потерь, [насчитывающих] 85 офицеров и 4814 н[ижних] чинов убитыми, ранеными и без вести пропавшими, 63 офицера и 3379 н[ижних] чинов убиты и ранены, таким образом, части дивизии понесли потери, главным образом от огня, преимущественно артиллерийского, столь значительное количество потерь объясняется также и тем, что расположение людей в окопах было очень густое, что было допущено ввиду предполагавшейся атаки и для производства фортификационных работ, которые велись беспрерывно. Из дознания видно, что дивизионные резервы опоздали и что начальствующие лица не были вполне осведомлены, почему своевременная поддержка дивизии распоряжением командира 1-го гвардейского корпуса{18} и командующего армией{19} не могла быть оказана.
Духонин
<РГВИА, ф.2003, оп.1, д.614, л.43-47.
 

Примечания
 

{1} РГВИА, ф. 2194, оп. 1, д. 158. Журнал военных действий 8-го армейского корпуса, 3 сентября 1916 г.
{2} Там же,ф. 2067, оп. 1, д. 454, л. 121. Боевое расписание 8-й армии на 8 сентября 1916 г.
{3} Там же, ф. 2177, оп. 1, д. 2749, л. 2. Журнал военных действий 1-го гвардейского корпуса за 7 сентября 1916 г.; ф. 2194, оп. 1, д. 158. -45- Журнал военных действий 8-го армейского корпуса, 7 сентября 1916 г.
{4} Стратегический очерк войны 1914-1918 гг. Ч. 5. Период с октября 1915 г. – по сентябрь 1916 г. Позиционная война и прорыв австрийцев Юго-Западным фронтом / Сост. В. Н. Клембовский. М., 1920. С. 103-104.
{5} Стратегический очерк... 4.5. С. 104, 105; Керсновский А.А. История русской армии. Т.4. М.: Голос, 1994. С. 91.
{6} Только после очередной неудачи при штурме Ковеля Николай II заявил: "Я решительно против дальнейшего развития операции 8[-й] и Особой армий, операций, обещающих нам минимальный успех при громадных потерях". Правда, А.А. Брусилову в который раз удалось убедить царя продолжать атаки на наиболее обороняемые позиции противника, но вскоре 8-я армия все же была переброшена на перспективное направление – в Буковину. (Стратегический очерк... Ч.5. С.107).
{7} В этот период им командовал генерал от инфантерии О.-Л.О.Сирелиус.
{8} Пустовойтенко Михаил Саввич (1865-?). Выпускник Николаевской академии Генерального штаба 1894 г. В 1908–1913 гг. командовал 182-м пехотным полком. С 1913 г. – начальник штаба 1-го Сибирского корпуса, генерал-майор. С 30 августа 1915 г. – исполняющий должность генерал-квартирмейстера штаба Верховного главнокомандующего, с 6 декабря 1916 г. – начальник штаба 12-й пехотной дивизии. Генерал-лейтенант (1917). С 21 октября 1917 г. – командир 46-го армейского корпуса.
{9} Начальник дивизии генерал-лейтенант И. И. Регульский.
{10} Так с 1 июля 1916 г. главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от кавалерии А.А. Брусилов распорядился называть без вести пропавших (РГВИА, ф.2134, оп.2, д.308, л.147).
{11} Начальник дивизии генерал-лейтенант А.Г. Елчанинов.
{12} Стогов Николай Николаевич (1872-1959) – генерал-квартирмейстер 8-й армии с 15 апреля 1915 г., генерал-майор (1915). До войны окончил Николаевскую академию Генерального штаба (1900), служил на штабных должностях. В войну вступил полковником (1908), начальником штаба 1-й Финляндской стрелковой бригады. С 25 сентября 1916 г. – исполнял должность начальника штаба 8-й армии, генерал-лейтенант (1917), начальник штаба армий Юго-Западного фронта с 10 сентября 1917 г. С мая по август 1918 г. - в Красной Армии, затем – в войсках А.И. Деникина, активный участник белой эмиграции. Умер во Франции.
{13} Духонин Николай Николаевич (1876–1917). Выпускник Николаевской академий Генерального штаба 1902 г. С 1904 г. – на штабных должностях. С 1912 г. – полковник, старший адъютант штаба Киевского военного округа. Генерал-майор (1915), с 5 июня 1916 г. – генерал-квартирмейстер штаба армий Юго-Западного фронта. Генерал-лейтенант (1917), начальник штаба Верховного главнокомандующего с 9 сентября 1917 г., Верховный главнокомандующий с 3 по 9 ноября того же года. Отстранен от должности Советом Народных Комиссаров за отказ начать переговоры о перемирии. 20 ноября (3 декабря) 1917 г. при аресте растерзан толпой солдат в Могилеве.
{14} Корольков Георгий Карпович (1863 – ?). Окончил Николаевскую академию Генерального штаба, служил на штабных должностях. С 1903 г. – полковник. Участник русско-японской войны 1904-1905 гг. С 1913 г. – генерал-майор и начальник штаба Владивостокской крепости. С 1914 г. – начальник штаба 4-го корпуса. С 1915 г. – дежурный генерал штаба 6-й армии. В начале 1917 г. – командир 4-го Сибирского армейского корпуса, генерал-лейтенант. В сентябре 1917 г. "отставлен за болезнью". Видный военный историк. Автор семи научных трудов.
{15} Имеется в виду главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от кавалерии А.А. Брусилов.
{16} Епанчин Николай Алексеевич (1857-1941). Выпускник Николаевской академии Генерального штаба 1882 г. С этого же времени – на штабных должностях. С 1900 г. – генерал-майор, директор Пажеского корпуса, с 1907 г. – генерал-лейтенант, начальник 42-й пехотной дивизии, с 1913 г. – генерал от инфантерии, командир 3-го армейского корпуса. В феврале 1915 г. уволен в отставку после сокрушительного поражения подчиненного ему корпуса. С августа 1916 г. – в резерве чинов при штабе Одесского военного округа (фактически – порученец А.А. Брусилова). 24 октября 1917 г. "уволен от службы с пенсией и мундиром", с 1920 г. – в эмиграции.
{17} Фактически 7 42-линейных французских пушек образца 1915 г. (две батареи лейб-гвардии тяжелого артиллерийского дивизиона) и 5 6-дюймовых тракторных французских пушек образца 1916 г. (2-й отдельный тяжелый артиллерийский дивизион литера Б).
{18} Генерал от кавалерии великий князь Павел Александрович.
{19} Генерал от кавалерии А.М. Каледин. -46-



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU