УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Устинов В.И. “«Солнце Аустерлица» закатилось в России”. Ч.1

// Военно-исторический журнал. 1992. №10. С.47-51.

 

OCR, корректура: Бахурин Юрий (a.k.a. Sonnenmensch), e-mail: georgi21@inbox.ru 

 

Тильзитский мир (1807 г.), заключенный между Россией и Францией, праздновался торжественно и помпезно, но дальновидные политики уже тогда видели в ослепительных фейерверках сполохи пожарищ и дымы будущих сражений.
Лучшие государственные люди России, Пруссии, Англии с самого начала считали союз Наполеона с Александром I неестественным. Беспристрастно анализируя положение в Европе, нельзя было не видеть, что почти все государи и все народы являлись врагами Наполеона, и, смирившиеся со своей участью перед его гением и военной силой, они уповали лишь на Россию и ее мощь, потому что больше уже не на кого было надеяться.
Все это видел и понимал император Франции. Готовясь к борьбе с Россией, он использовал все средства дипломатии для сохранения с ней мира при том условии, что русский царь будет согласен с его самовластными действиями в Европе, так как только Россия сохраняла независимость и открыто противодействовала самоуправству Наполеона по перекраиванию границ, сложившихся здесь.
Разногласия между «Францией и Россией усилились после Эрфуртской встречи двух императоров, состоявшейся в 1807 году. Поводом к этому стала якобы не утвержденная Наполеоном конвенция о Польше, которая оставалась под протекторатом России. Истинная же причина крылась в другом: Наполеон, безгранично властолюбивый, неукротимый в своих узурпаторских устремле­ниях, беспрестанно нарушал заключенные договоры, соглашения и обязательства, что не могло не возмущать Александра
I.
Подавляя всякое сопротивление от границ Португалии до границ России и от Скандинавского полуострова до Средиземного моря, Наполеон обладал беспримерным в истории европейских народов могуществом. Оно заключалось в том, что французский император господствовал в освещенной Европе и этого господства добился не только и не столько материальной силой, сколько силой своего гения. Он был равно блестящ как государственный деятель, полководец, дипломат, оратор и писатель.
Цель сделать Францию первой державой мира оправдывала в глазах Наполеона все средства, и он считал себя вправе действовать решительно и безоглядно. Сокрушив
все препятствия на своем пути, он наконец столкнулся лицом к лицу с могущественным соперником – императором Александром. С этого момента общественная, жизнь Европы фокусируется на противоречии двух исполинов – Франции и России, чьи исторические судьбы тесно переплелись во взаимной приязни и дружбе.
Весь 1811 год Наполеон твердил о мире, но в то же время увеличивал численность армии, готовой в любое время стать у русских границ. Этот-год был трудным для народов Европы. Неурожай, постигший многие страны, не обошел и Францию. Люди терялись в предсказании грядущих событий, а комета, почти не сходившая с неба все лето, казалась предвестником новых больших бедствий. Хотя государственные мужи и твердили о благих целях своей политики, народы не понимали и не хотели знать этих глубоких соображений – они предчувствовали надвигающиеся беды и страдания следующего 1812 года. Денис Давыдов очень верно выразил настроение русского народа того времени: Двенадцатый год стоял уже посреди нас, русских, с своим штыком в крови по дуло, с своим ружьём в крови по локоть».
В преддверии войны с Францией русские войска были разделены на три армии: 1-я Западная под командованием .военного министра М.Б. Барклая-де-Толли численностью 120 тыс. человек располагалась между городами Россияны .(ныне Росейняй) и Лида, имея главную квартиру в Вильно (ныне Вильнюс); 2-я Западная армия князя П.И. Багратиона численностью 37 тыс. человек стояла между Неманом и Бугом, имея главную квартиру в Волковыске; 3-я армия, резервная, под командованием генерала А.П. Тормасова численностью 46 тыс. человек находилась на южной стороне Полесья, имея главную квартиру в городе Луцке, и служила для прикрытия Волыни от австрийского вспомогательного корпуса.
Какого же характера действия намеревались предпринять русские армии в предстоящей войне? Надо сказать, что благоразумие побуждало отказаться от .наступательных операций и предпочесть оборону, выжидая в собственных пределах вторжения противника. Множество записок того времени свидетельствует , о тому лица, задумывавшиеся над этим вопросом, сознавали, что в вооруженной борьбе с Наполеоном, который -47- ведет в Россию многочисленную армию, необходимо использовать такие благоприятные для русских войск факторы, как время, расстояние, привычный климат. В отступлении следует избегать крупных сражений, лишь тревожа фланги и коммуникации противника.
План Наполеона сводился к тому, чтобы прорвать оборону в центре наших растянувшихся на большое расстояние войск. Для этого предполагалось главные силы (220 тыс. человек) возможно быстрее направить против 1-й армии, оттеснить ее, потом частично двинуть их вслед за ней, другую же часть направить в тыл 2-й армии, которую сначала нужно удерживать на месте, а затем атаковать с фронта 80-тысячной армией Иеронима Бонапарта, брата императора, которому предписывалось перейти Неман в городе Гродно несколькими днями позже. Между ними, на стыке наших 1-й и 2-й армий, должна была наступать 80-тысячная армия вице-короля Евгения Богарне, чтобы разобщить русские войска и в случае боя содействовать главным французским силам. Распорядившись таким образом, Наполеон считал соединение армий противника невозможным. «Теперь Багратион с Барклаем уже более не увидятся», – сказал он.
Тщательно изучив будущий театр воен­ных действий, Наполеон из трех основных направлений – петербургского, киевского и московского – остановился на последнем. «Если я возьму Киев, – рассуждал он, - я возьму Россию за ноги; если я овладею Петербургом, я возьму ее за голову; заняв Москву, я поражу ее в сердце».
Наполеон был уверен в победе. Никогда еще он не собирал такую мощную армию и не готовил столь тщательно свой тыл. Он рассчитывал молниеносным ударом разгромить Россию. И начало войны, казалось, подтверждало правильность замыслов французского императора. Несмотря на героическое сопротивление русских войску ряде сражений и мастерское управление ими полководцами М.Б. Барклаем-де-Толли, П.И. Багратионом, А.П. Тормасовым, русская армия за короткий срок отступила в глубь страны к Москве.
Отступление вызвало ропот среди офицеров и солдат, всеобщее недовольство в народе. В этих условиях император Александр
I назначает главнокомандующим всеми действующими силами Михаила Илларионовича Кутузова. Весть об этом была с удовлетворением встречена и в армии, и в обществе: все ждали генерального сражения.
Но войска, измотанные длительными переходами и оборонительными боями, нуждались в пополнении. М.И.Кутузов принимает непопулярное решение – продолжать отступление. Он понимал, что решить исход войны в одном сражении невозможно, и надеялся измотать неприятеля в ряде сражений. Особое значение полководец придавал действиям партизанских отрядов. Народный характер войны, моральная сила русской армии, боровшейся за освобождение Отечества, растянутость коммуникаций противника, постепенный упадок духа французских солдат также играли не последнюю роль в расчетах Кутузова, которые, как показали последующие события, оказались мудрыми.
Между тем генеральное сражение приближалось. Наполеон видел в нем кульминационный момент войны: после победы открывалась дверь в Москву. Кутузов же полагал, что это сражение будет основным звеном в цепи ряда сражений, боев и маневров. Целью же битвы должно стать истребление главных сил противника, что позволит русской армии перейти в контрнаступление. Таким образом, один полководец видел в сражении военный итог кампании, а другой – начало борьбы за освобождение своей страны от захватчиков.
Позиция у села Бородино, избранная М.И. Кутузовым, отвечала замыслу полководца: вокруг была слегка холмистая местность, покрытая кустарником, что позволяло скрыть от противника истинное расположение войск и обеспечивало возможность маневра в ходе боя.
Русские полки утром 22августа (З сентября) стали прибывать к Бородинскому полю, располагаясь вдоль линии переднего края – от Маслова до Шевардина. Начались работы по строительству укреплений. На правом фланге возводились Масловские укрепления: один редут, два люнета{1} на 26 орудий и засека. Вдоль правого берега реки Колочи у деревни Горки начали сооружать линию из четырех батарей на 26 орудий. Приступили также к укреплению Центральной, или Курганной, батареи на 12 орудий. На левом фланге построили Шевардинский редут также на 12 орудий. Инженерная подготовка продолжалась 23-25 августа (4-6сентября). За это время удалось создать несколько опорных пунктов. Почти все работы проводились ночью, и появление сильных укреплений оказалось для Наполеона неожиданным, хотя не все они были полностью готовы к сражению.
Наполеон, прибыв к Бородинскому полю 24 августа (5 сентября), провел рекогносцировку местности и увидел, что Кутузов избрал такую позицию, которая давала возможность французам активно действовать лишь в центре и против левого русского фланга.
К началу сражения русская армия насчитывала около 120 тыс. человек, артиллерия после прибытия резерва имела около 640 орудий. Наполеон располагал 135 тыс. солдат при 587 орудиях. Вначале Кутузов предполагал, что Наполеон прибегнет к своему излюбленному приему – обходу. Однако вскоре стало ясно, что Наполеон не собирается этого делать. Активность конницы Мюрата на главной позиции свидетельствовала о том, что вслед за ней движутся главные силы французов. Поэтому было принято решение о сражении и намечен его план (диспозиция). Боевой порядок состоял из линии егерских полков, вытянутых в цепь, двух линий пехоты, двух линий кавалерии, линии частных резервов и в глубине, в центре, четырех линий общего резерва. Такой боевой порядок был достаточно устойчив и способен не только выдерживать удары противника, но и наносить ему сильные контрудары. Наличие же мощного резерва позволяло перейти в контрнаступление.
Кажется, Кутузов предусмотрел все. Но в
-48- его распоряжение вмешался начальник штаба Л.Л. Беннигсен. Проверяя расположение войск, он усмотрел нарушение диспозиции от 24 августа: 3 -и пехотный корпус оказался не на месте расположения главного резерва, а в Утицком лесу, куда был переведен по приказу главнокомандующего. Разгневанный Беннигсен приказал командиру 3-го корпуса генералу Н.А.Тучкову отвести войска к левому флангу 2-й армии. Тем самым замысел Кутузова нанести внезапный удар по обходящим русский левый фланг французским войскам во фланг и в тыл был сорван. О своих распоряжениях Беннигсен Кутузову не доложил. О передвижении 3 -го корпуса стало известие уже в ходе сражения. Обвинили во всем Тучкова, но так как он был убит в самом начале сражения, выяснить истинную причину тогда не удалось.
Наполеон разместил свои силы на Бородинском поле следующим образом. 5-й корпус маршала Понятовского был послан на Старую Смоленскую дорогу. Этим маневром Наполеон думал сковать расположенные здесь русские войска. В центре он поставил три корпуса императорской гвардии (1-й
– Даву, 3-й – Нея и 8-й – Жюно), три из четырех кавалерийских корпуса Мюрата, старую и молодую гвардию{2} и сосредоточил здесь почти всю артиллерию. Эти силы предназначались для удара по левому флангу и центру русских. На левом фланге находились войска вице-короля Евгения Богарне. Таким образом, Наполеон сосредоточил на правом фланге 10 тыс. войск при 30 орудиях, в центре – 80 тыс. при 467 орудиях и на левом фланге почти 45 тыс. при 88 орудиях.
Оба полководца накануне сражения придавали огромное значение моральному духу войск. Объезжая позиции, Кутузов останавливался в расположении корпусов и говорил с солдатами об их долге перед Родиной. Вдоль фронта пронесли икону Смоленской богоматери и отслужили молебен. Наполеон приказал выставить перед проходящими войсками портрет своего сына – короля Рима и объехал ряд корпусов, с восторгом встречавших своего императора. Солдатам был зачитан его приказ, который гласил: «Воины! Вот сражение, которого вы так ждали. Победа зависит от вас. Она необходима нам; она даст все, что нам нужно: удобные квартиры и скорое возвращение в отечество. Действуйте так, как вы действовали при Аустерлице, Фридланде, Витебске и Смоленске. Пусть позднейшее потомство с гордостью вспоминает о ваших подвигах в сей день. Да скажут о каждом из вас: он был в великой битве под Москвой!».
Наступил день 24 августа (5 сентября). Начался он сражением за Шевардинский редут, которым командовал племянник А.В. Суворова генерал-лейтенант А.И. Горчаков. Шесть часов длилась битва. Обе стороны в ней потеряли до 6000 человек каждая. И хотя под напором превосходящих сил французов русские войска вынуждены были оставить Шевардинский редут, Кутузов отметил их успешные действия специальным приказом: «Горячее дело, происходившее вчерашнего числа на левом фланге, окончилось к славе российского войска».
Ночь на 26 августа прошла в тревоге и ожидании. Наполеон расположил свою ставку на Шевардинском редуте. Спал он плохо. Его состояние в значительной степени объяснялось неуверенностью в победе над противником, которого он в начале войны недооценил.
– Верите ли вы в завтрашнюю победу, Рапп? – спросил он дежурного генерала.
– Без сомнения, ваше величество, но победа будет кровавая, – ответил тот.
Французский император постоянно справлялся, не ушла ли русская армия. На рассвете он приказал подать ему коня и сказал при этом:
– Ну, так они теперь у нас в руках! Пойдем отворим ворота московские! Потом, поглядев на восходящее солнце, он воскликнул: «Вот солнце Аустерлица!»{3} – и отдал приказ атаковать русских.
Кутузов, конечно, тоже волновался перед решающей битвой – ведь речь шла о судьбе России, но внешне сохранял полное спокойствие, вселял уверенность в окружающих. Штаб главнокомандующего находился на высоте у деревни Горки, откуда хорошо просматривался главный участок позиции.
Бородинское сражение началось на рассвете, в 4 часа утра, 26 августа (7 сентября) с отвлекающего удара против Бородино. Пользуясь утренним туманом, французы построились и под прикрытием артиллерии атаковали правый и левый фланги русского боевого порядка. Дивизия Дельзона внезапно обрушилась на передовой отряд русских, занимавших Бородино. В сложившейся ситуации командир егерского полка полковник Бистром приказал капитану Петину взять 3-ю гренадерскую и 9-ю егерскую роты и двинуться в штыковую атаку. Во время этой атаки один из егерей 9-й роты захватил в плен французского офицера и привел его в Горки. Кутузов тут же наградил храбреца знаком отличия Военного ордена. Это была первая награда в Бородинском сражении.
И все же французам удалось, используя численное превосходство, не только захватить к 6 часам утра Бородино, но и овладеть мостом через Колочу. На ликвидацию опасного прорыва Барклай-де-Толли направил два егерских полка. Русские егеря, атаковав врага, отбросили его за реку. Состоявший при 1-й армии Морской экипаж разобрал мост, и положение было восстановлено.
Хотя французы и заняли Бородино, но это никак не повлияло на Кутузова. Усмотрев в действиях противника лишь демонстрацию, он не сдвинулся с места и продолжал наблюдать за ходом сражения. Убедившись, что демонстрации на флангах, не производят
-49- впечатления, Наполеон приступил к выполнению главной части своего плана.
Французы начали новое наступление только в 8 часов утра под прикрытием огня 160 орудий. В бой были брошены пять дивизий из 1-го и 3-го корпусов маршалов Даву и Нея. Их поддержала кавалерия маршала Мюрата – корпуса Нансути, Монбреня и Латур-Мобура{4}. Наполеон послал в атаку 30 тыс. штыков и сабель, надеясь сразу покончить с флешами русских.
Одновременно с отвлекающим ударом французы начали артиллерийскую подготовку на направлении их главного удара, обстреливая деревню Семеновскую и Багратионовы флеши. Первая атака Багратионовых флешей началась в 5 ч 30 мин. Действиями русских героев руководил сам командующий 2-й Западной армией П.И.Багратион. Окинув опытным взглядом приготовления противника, он оценил обстановку и направил к линии огня всю резервную артиллерию. Приказы по усилению дивизий первого эшелона выполнялись быстро, потому что накануне сражения Петр Иванович дал распоряжение войскам своей армии «резервы иметь сильные и сколько можно ближе к укреплениям, как батарейным, так и полевым». Но сил этих все же оказалось мало, и Багратион был вынужден обратиться к Кутузову и Барклаю-де-Толли с просьбой подкрепить 2-ю армию. Барклай тотчас направил Багратиону корпус, часть артиллерийских полков, а также три полка кирасир, гренадерскую бригаду и 100 орудий из главного артиллерийского резерва.
В течение четырех часов русские чудо-богатыри выдержали восемь атак. Последнюю Наполеон предпринял около 12 часов дня. Несмотря на огромные потери от огня русской артиллерии, соединения императорской гвардии (корпуса Нея, Даву и Жюно) сбили русскую пехоту и в очередной раз заняли флеши.
Но Багратион решил не уступать своей позиции и лично повел войска в контратаку. Численный перевес был на стороне противника, но контратака русских началась успешно. Во время схватки Багратион и его начальник штаба Э.Ф. Сен-При были тяжело ранены.
Кутузов высоко оценил действия Багратиона: «Генерал же от инфантерии Дохтуров взял перед сим в командование левый фланг после князя Багратиона, получившего к крайнему сожалению всей армии тяжелую рану и вынужденного через то оставить место сражения. Сей несчастный случай весьма расстроил удачное действие левого нашего крыла, досель имевшего поверхность над не­приятелем...»{5}
Русские войска стали отходить. Овладев флешами, французы установили на них свою артиллерию и начали громить оттуда батарею Раевского и стоявшие за Семеновским оврагом части 2-й армии. Хотя русских войск здесь было не более 25 тыс., тем не менее Даву и Ней не решались без подкрепления
на новую атаку. Они потребовали от Наполеона дать им гвардию, но тот раздраженно ответил: «Я не хочу истребить мою гвардию. За 800 лье от Парижа не жертвуют своим последним резервом». Тогда Ней договорился с Мюратом о проведении мощной кавалерийской атаки. Французы передвинули поближе к Семеновскому оврагу 200 орудий и стали расстреливать русскую пехоту, построенную в каре. При этом особенно пострадали Литовский и Измайловский гвардейские полки. «Самое пылкое воображение, – писал участник сражения военный историк А.И. Михайловский-Данилевский, – не в состоянии представить сокрушительное действие происходившей здесь канонады. Гранаты лопались в воздухе и на земле; ядра падали, сыпались со всех сторон, бороздили землю рикошетом; ломали в щепы и вдребезги все, что встречали на своем пути, а гвардейцы стояли неколебимо. Тщетно желая сбить колонны наши, усиливал неприятель огонь своей артиллерии. Ничто не могло сбить гвардейские полки». От артиллерийского обстрела Литовский полк потерял 956 человек из 1740, а Измайловский – 358 из 1600.
После этого в атаку на русскую гвардию бросилась кавалерия корпуса Нансути. Задрожала земля, когда несколько тысяч всадников ринулись на русских пехотинцев. Но, преодолев Семеновский овраг, конница Нансути неожиданно натолкнулась на заградительный огонь русских батарей. Одновременно гвардейцы, построенные в шесть каре, открыли сильный огонь по французским латникам. Атака 1-го кавалерийского корпуса Нансути захлебнулась. Поле, по которому носились лошади без всадников, было усеяно трупами кирасир.
Противник вторично попытался атаковать гвардейцев, но был отброшен на исходные рубежи. В контратаку пошел 2-й батальон Литовского полка и штыками отбросил кирасир. Беспримерный образец действий пехоты против кавалерии!
Оценив обстановку, командир 3-го корпуса маршал Ней, направил часть своих войск к Семеновской. После упорного боя деревня осталась за французами. Успех был оплачен дорогой ценой – маршал Мюрат потерял в сражении почти две пятых личного состава своей кавалерии. У французов не осталось больше сил. Мюрат и Ней умоляли Наполеона направить им на помощь хотя бы часть гвардии. Лишь после долгих колебаний император разрешил, наконец, двинуть в бой дивизию генерала Роге из молодой гвардии. Но, узнав о наступлении русских на левом крыле французской армии, отменил свой приказ.
Еще накануне сражения Кутузову доложили, что ниже Масловских укреплений есть удобные броды через Колочу, позволявшие незаметно направить кавалерию против левого крыла французских войск. В ночь на 26 августа Кутузов приказал 1-му кавалерийскому корпусу Уварова и казакам Платова передвинуться ближе к речке и перейти ее. Внезапное появление русской кавалерии вызвало у неприятеля панику. Наполеон, заметив смятение на своем левом крыле и не получив сколько-нибудь вразумительного объяснения причин, лично отправился к
-50- вице-королю Евгению Богарне и приказал ему дать отпор русским.
Русская кавалерия столь же быстро исчезла, как и появилась. К 16 часам она возвратилась на свои позиции. И хотя противник не понес, большого урона в живой силе, этот рейд имел существенное значение: наши войска получили передышку, резервы были
подтянуты, боезапас для артиллерии доставлен вовремя.
После падения Семеновских флешей положение Центральной батареи Раевского значительно ухудшилось. Французы вели по ней огонь с трех сторон – от села Бородино, с фронта и с флешей. Неприятель сосредоточил здесь до 150 орудий. Сильный огонь заставил русскую пехоту перестроиться в каре. «Сии храбрые войска, – докладывал Барклай,
– выдержали сей страшный огонь с удивительным мужеством».
Четыре раза французская кавалерия и пехота атаковали батарею Раевского, которая геройски отражала натиск французов. Но защитников батареи было слишком мало. Когда они почти все погибли, с горсткой храбрецов в контратаку пошел командир 24-й пехотной дивизии старый генерал Лихачев. Его, исколотого штыками, французы взяли в плен. Центральная батарея в люнете на Курганной высоте пала.
Барклай-де-Толли сделал было попытку вернуть Центральную батарею силами ближайших батальонов, но безрезультатно. «Трудно себе представить ожесточение обеих сторон, – отмечалось в истории Московского полка. – Многие из сражавшихся побросали свое оружие, сцеплялись друг с другом, раздирали друг другу рты, душили одни других в тесных объятьях и вместе падали мертвыми. Артиллерия скакала по трупам, как по бревенчатой мостовой, втискивала трупы в землю, упитанную кровью. Многие батальоны так перемешались между собой, что в общей свалке нельзя было различить неприятели от своих. Изувеченные люди и лошади лежали группами, раненые брели к перевязочным пунктам, покуда могли, а выбившись из сил, падали, но не на землю, а на трупы павших ранее...»
Само сражение с падением батареи Раевского не закончилось. Оно продолжалось еще несколько часов. Энергичная артиллерийская дуэль все еще велась на левом фланге и в центре.
Сражение, продолжавшееся около 15 часов, затихло поздно вечером. Наполеон отвел войска на исходные позиции. Русские решили поставленную задачу – они отстояли свои позиции и нанесли большой урон противнику: потери французов составили около 60 тыс. человек. Русские войска потеряли более 40 тыс. человек.
Исход Бородинского сражения потряс Наполеона – русская армия сохранила боеспособность и моральный дух. Наполеоновская же армия была над ломлена и не смогла оправиться от нанесенного удара. После Бородино создались условия для коренного перелома в ходе войны. Прямым следствием этого стали последующее бегство Наполеона из Москвы, гибель его армии и созданной им империи.
Главным источником успеха русских под Бородино был высокий патриотизм солдат, офицеров и генералов. Битва выявила несостоятельность наполеоновской стратегии генерального сражения и превосходство стратегии Кутузова – последовательного разгрома противника в ряде сражений.
Изгнание французской армии из России спасло страну от позора порабощения. Русская армия и русский народ, уничтожив агрессора, тем самым похоронили замыслы Наполеона о мировом господстве.
Россияне чтили и чтут память славных героев Отечественной войны 1812 года. Их мужество отмечено мемориальным комплексом на Бородинском поле. Величаво стоит памятник в деревне Горки, где размещался командный пункт М.И.Кутузова. В 1813 году на месте командного пункта Наполеона был установлен французский памятник с надписью: «Погибшей великой армии 5-7 сентября 1812 года». В 1962 году на месте, где стояла батарея Раевского, сооружен памятник из серого гранита, прославляющий подвиг русских солдат и офицеров. Нельзя не сказать и о том, что в годы Великой Отечественной войны был учрежден орден Кутузова трех степеней, которым награждались военачальники и командиры, а также отличившиеся в боях воинские части и соединения Советской Армии. Мужественный образ героев Отечественной войны 1812 года вдохновлял на подвиги советских воинов в боях с немецко-фашистскими захватчиками.

 

Примечания 

 

{1} Люнет (фр. lunette), воен. – открытое с тыла полевое укрепление из валов (брустверов) с рвом впереди.
{2} Императорская гвардия делилась на старую и молодую. Старая гвардия (пехотная дивизия генерала Кюриаля) имела 6120 человек и 32 орудия. Молодая гвардия состояла из двух пехотных дивизий генералов Роге и Клапареда (7174 человека и 28 орудий).
{3} В сражении у г.Аустерлица (ныне г. Славков в Чехо-Словакии) во время русско-австро-французской войны 1805 г. французская армия, уступавшая численностью противнику, но хорошо организованная и талантливо управляемая Наполеоном, разгромила войска союзников. Это сражение завершило поражение третьей антифранцузской коалиции. Восклицание Наполеона свидетельствует о его уверенности в победе и над Россией.
{4} 4-й и 5-й корпуса императорской гвардии вице-короля Е.Богарне и маршала Понятовского, 3-й кавалерийский корпус Груши действовали на вспомогательных направлениях.
{5} М.И.Кутузов. Документы. - Т.IV. – Ч.1. – М.: Воениздат, 1954. – С.165. -51-.
 

(Окончание следует)
 

Устинов В.И. “«Солнце Аустерлица» закатилось в России”. Ч.2

// Военно-исторический журнал. 1992. №11. С.53-56.

 

OCR, корректура: Бахурин Юрий (a.k.a. Sonnenmensch), e-mail: georgi21@inbox.ru

(Окончание. Начало см.: Военно-исторический журнал. 1992. №10. С.47-51)
 

 

 

Несмотря на то, что в Бородинском сражении французской армии был нанесен сильный удар, который значительно ослабил ее, соотношение в силах оставалось все еще неблагоприятным для русских войск. Главное – отсутствовали источники быстрого увеличения их численности. Проанализировав данные о потерях, возможности пополнения резервами, боеприпасами, продовольствием, Кутузов решил отойти к Москве.
Вечером 13 сентября 1812 года в деревне Фили М.И.Кутузов собрал военный совет. Здесь обсуждался вопрос о том, ожидать неприятеля в позиции и дать ему сражение или сдать столицу без сражения. Когда большинство генералов высказалось против отступления из Москвы, Кутузов решительно заявил: «С потерею Москвы не потеряна Россия. Первою обязанностью поставляю сохранить армию и сблизиться с войсками, идущими к нам на подкрепление. Самым уступлением Москвы приготовим мы гибель неприятелю»{1}. Такое решение М.И.Кутузова основывалось на выводе, что для победы над противником необходимо создать резервы и подготовить армию к контрнаступлению, а следовательно, пожертвовать Москвой, так как военное министерство не справилось с этой задачей до начала агрессии.
В донесении Александру I о причинах, вызвавших сдачу Москвы, Кутузов обстоятельно изложил мотивы. Он писал: «Должен я был решиться пропустить неприятеля взойти в Москву, из коей все сокровища, арсеналы и все почти имущества, как казенные, так и частные, вывезены, и ни один почти житель в ней не оставался»{2}. Таким образом, для Кутузова отступление из Москвы яви­лось вынужденным актом, направленным на коренное изменение стратегической обста­новки, на создание благоприятных условий, обеспечивающих переход армии в контрна­ступление и разгром противника.
14 сентября 1812 год а Наполеон подошел к Москве и остановился на Поклонной горе. Более двух часов прождал он депутацию с ключами от города. Вскоре ему доложили, что город пуст. Не желая въезжать в этот день в Москву, император провел тревожную ночь у Дорогомиловской заставы. Причиной тревоги явилось крушение его стратегического плана: вооруженные силы России не были уничтожены.
Москва не принесла императору Франции ни изобилия продовольствия, ни отдыха, ни мира. Уже через пять дней после вступления в нее Наполеон посылает Александру
I письмо о готовности начать мирные переговоры, которое остается без ответа. «Потеря Москвы, – писал русский царь шведскому наследному принцу 19 сентября, – дает мне случай представить Европе величайшее доказательство моей настойчивости продолжать войну против ее угнетателя... Ныне, более нежели когда-либо, я и народ, во главе которого имею честь находиться, решились стоять твердо и скорее погрести себя под развалинами Империи, нежели мириться с Аттилою новейших времен»{3}.
Едва наполеоновские войска стали заполнять город, как начались пожары, грабежи и мародерство солдат и офицеров «великой армии». Причины московских пожаров вызывали различные суждения у современников и историков. Французские генералы обвинили в поджогах русских и по приказу Наполеона расстреливали мнимых поджигателей. Другие очевидцы событий виновниками пожара считали французскую армию. За семь дней в Москве сгорело 6496 домов.
Наполеона не смущали грабежи и мародерство -53- солдат. Тревожило другое – в огне сгорели огромные запасы продовольствия и фуража для лошадей. Беспокоило также начавшееся разложение армии. Стремясь не допустить падения дисциплины, Наполеон категорически запретил пускать линейные войска в центр города. После пожара туда вошла только гвардия. Ко всем этим заботам добавились и другие: обострились национальные противоречия в «великой армии». Немцы враждовали с поляками, итальянцы – с хорватами, фламандцы – с валлонами и т.д. В захваченной Москве национальная рознь проявилась с особой силой.
После отказа русских начать переговоры о мире Наполеону стало очевидно: Москва – это ловушка, в которую его заманил Кутузов. И чем дольше он будет оставаться в ней, тем скорее лишится всей своей армии. Однако теперь уже правила ведения войны диктовал Кутузов. Противники поменялись ролями.
На оккупированной территории ширилось партизанское движение. В письме к Александру
I Кутузов отмечал, что партизаны «наводили страх и ужас неприятелю, отняв все способы продовольствия; уже под Москвою должен был неприятель питаться лошадиным мясом»{4}.
Почти две недели, с 15 по 26 сентября, Наполеон не знал, куда ушла армия Кутузова. Это позволило последнему избежать преследования, выиграть время, подготовиться к наступательным боям, закрыть французам дорогу на юг к Калуге и тульским оружейным заводам. Была также обеспечена связь армии Кутузова с 3-й армией Тормасова и Дунайской армией адмирала Чичагова.
После оставления Москвы 1-я и 2-я армии соединились в одну, 3-я и Дунайская также объединились под общим командованием
Чичагова. Генерал Тормасов был переведен в главную квартиру Кутузова. Для укрепления тарутинской позиции проводились инженерно-фортификационные работы: вдоль всего фронта соорудили земляные укрепления, эскарпировали берега реки, перед фронтом и на флангах построили люнеты и редуты. На левом фланге, в лесу, были сделаны большие засеки и завалы.
В целом следует отметить, что М.И. Кутузов являлся знатоком военно-инженерного дела, твердо придерживаясь положения: закреплять в инженерном отношении каждый пройденный вперед шаг. Умело используя инженерные укрепления, он не раз достигал победы над превосходящими силами противника. Враг всякого шаблона, главнокомандующий и в военно-инженерном искусстве принимал решения в зависимости от обстановки: постепенная атака у него заменялась штурмом или внезапным нападением; в 1812 году он концентрирует инженерные войска, создавая из них мощный кулак (пять пионерных рот по 500 ратников и конно-саперную команду из 600 человек). Кутузов подготавливал позиции так, что они состояли из опорных пунктов с круговой обороной и открытых промежутков между ними (как обязательного условия активной обороны укрепленной позиции).
К Тарутинскому лагерю подходили подкрепления, подвозились вооружение и продовольствие, в регулярных войсках налаживалась связь с партизанами. Большое значение в этот период Кутузов придавал ополчению. В округе Москвы сосредоточивалось около 100 тыс. ополченцев.
Укрепление русской армии в Тарутино позволило добиться материального и численного превосходства над противником. Регулярная русская армия, вместе с ополченцами насчитывавшая до 220 тыс. человек, при наличии артиллерии и конницы была значительно сильнее французской; русские к этому времени имели до 600 орудий, Наполеон – около 350.
Каждый день пребывания в Тарутино увеличивал русскую армию на 2000 человек, и в то же время от действий партизанских отря­дов Наполеон ежедневно терял до 1500 человек.
Многие свидетели событий отмечали высокий наступательный дух русской армии. Генерал Лавров в письме, отправленном из Тарутино, писал: «...не слыхал ни одного человека, жалующегося о потере своей; всяк стремится к одному предмету, дабы Россию избавить от нашествия вражия»{5}.
-54-.
18 октября 1812 года, после более чем месячного бесплодного пребывания в Москве, Наполеон отдал приказ отступать по Калужской дороге. Он решил прорваться в октябре-ноябре на Украину, там перезимовать и весной 1813 года начать все сначала.
Тем временем Кутузов, узнав о намерении Наполеона, решил нанести упреждающий удар по 26-тысячному авангарду Мюрата, стоявшему в 6 км севернее Тарутинского лагеря. Внезапным ударом 17 и 18 октября у реки Чернишня Мюрат был разгромлен. Александр
I, еще совсем недавно грозивший отдать Кутузова под суд за отступление из Москвы, вынужден был наградить фельдмаршала за эту победу золотой шпагой с алмазами и лавровым венком.
Получив уже на марше сообщение о разгроме авангарда Мюрата, Наполеон рассчитывал вынудить русские войска дать сражение и разгромить их под Малоярославцем, с тем чтобы проложить путь в не разоренные войной губернии, где предполагал получить продовольствие и военные запасы.
Сражение за Малоярославец, состоявшееся 24-25 октября, было кровопролитным. Город восемь раз переходил из рук в руки. Французы здесь потеряли пять тысяч человек, русские – три тысячи. Сражение под Малоярославцем разрушило стратегические расчеты Наполеона на спасение его армии. «С того момента, – писал Сепор о Наполеоне, – он стал видеть перед собой только Париж... Армия шла, опустив глаза, словно пристыженная и сконфуженная, а посреди нея ея вождь, мрачный и молчаливый...»{6}.
Утром 26 октября Наполеон вынужден был отдать приказ об отступлении по разоренной Смоленской дороге. С этого времени инициатива окончательно перешла к русской армии. Через Можайск Наполеон направился к Смоленску, надеясь получить там продовольствие и фураж. Но ожидания его обманули: запасов оказалось мало – уходившее из деревень население ничего не оставляло врагу. Задержавшись в Смоленске на два дня, французское войско в результате активных действий русских не могло парировать многочисленные удары и вынуждено было покинуть город.
Все действия и распоряжения Кутузова, относящиеся к этому времени, свидетельствуют о решительном характере стратегии полководца.
Одной из особенностей контрнаступления русской армии явилось не простое движение, не «чистое» преследование противника, а сочетание преследования с боями и сражениями при активных действиях партизанских отрядов, наносивших многочисленные удары по отступающим колоннам французов.
В середине ноября русские войска под командованием генерала М.А.Милорадовича дали крупное сражение противнику у села Красное. В результате удалось отрезать арьергардный корпус Нея (3000 человек) от основной армии и уничтожить большую его часть. В общей сложности в трехдневном сражении под Красным французские войска потеряли около 26 тыс. пленными и лишились почти всей артиллерии и кавалерии. Кутузов высоко оценил результаты этого сражения. «Российская армия, – писал он, – покрылась неувядаемой славою, ибо в сии дни понес неприятель сильнейшие удары в течение всей кампании»{7}.
Лишь у Орши уцелевшие в боях солдаты соединились с Наполеоном. Отсюда император направился к Борисову, где рассчитывал переправиться через Березину.
Кутузов в этот завершающий период контрнаступления проводит ряд важных мероприятий: перегруппировывает и усиливает войска, воздействующие на противника с тыла, создает новые отряды по преследованию, ставит задачи и устанавливает связь с войсками Витгенштейна и Чичагова.
По плану Кутузова трем армиям (Чичагова – с юга, Витгенштейна – с севера и армии главнокомандующего) предстояло окружить неприятеля, отрезать ему путь на запад и разгромить его. Чичагов взял Борисов, Витгенштейн - Полоцк, Кутузов теснил противника к Борисову.
Как часто бывало в минуты опасности, Наполеон вновь обрел способность быстро и решительно действовать. Он хорошо знал своих маршалов и генералов – за 15 лет непрерывных войн они научились выполнять его приказы беспрекословно. Наполеон приказал Виктору остаться у Череи, ложными действиями демонстрируя прорыв французской армии севернее Борисова, чтобы удержать Витгенштейна от намерения идти на помощь к Чичагову. Эта демонстрация полностью удалась – Витгенштейн продолжал стоять на месте. Между тем корпус Удино (10 тыс. солдат) был скрытно отведен к югу и 22 ноября занял село Бобр на пути к Борисову. Именно Удино император поручил во что бы то ни стало выбить Чичагова из Борисова, найти брод через Березину и навести мосты. Шарль Удино, как и многие наполеоновские генералы, вышедшие из унтер-офицеров в
-55- период революции, не отличался глубиной военно-стратегического мышления (никакого военного образования он не получил), но был мастером в выполнении конкретных тактических задач. Кроме того, как другие маршалы Наполеона (Ней, Даву, Мюрат), вышедшие из низов, он отличался большой храбростью. Достаточно отметить, что за два десятка лет службы в армии он получил 22 ранения, поскольку в решительные часы шел впереди атакующих войск.
Удино блестяще справился с тактическим заданием. 25 ноября в Борисов прибывает сам Наполеон. Он лично руководит постройкой двух мостов у деревни Студянки: одного
– для пехоты, другого – для кавалерии. Постройка этих мостов – одна из ярких страниц в истории французской армии: стоя по горло в ледяной воде, саперы сумели в кратчайший срок навести мосты, по которым остатки наполеоновской армии, около 20 тыс., включая корпуса Удино и Виктора, перешли на западный берег Березины. На восточном оставалось еще около 30 тыс. полузамерзших солдат и офицеров. Когда они кинулись следом за пер вправившимися через Березину, Наполеон приказал поджечь мосты. Тысячи несчастных людей погибли в давке. Их тела устилали оба берега реки.
Лишь 28 ноября Чичагов и Витгенштейн поняли, что Удино с Наполеоном их обманули. Однако в военно-стратегическом отношении Березина для французских войск означала катастрофу. Наполеон спас самого себя, но не армию. Сообщая царю о результатах сражения, Кутузов привел такие цифры: противник потерял около 50 тыс. человек, из них 25 тыс. пленными{8}.
Но и после переправы наполеоновские войска подстерегали новые беды. Во-первых, остатки армии французов преследовали русские. Только за пять дней отступления от Березины из строя было выведено более 12 тыс. человек. Во-вторых, с 28 ноября резко усилились морозы – до минус 28 градусов, и французы сотнями замерзали на дороге. Бросив остатки своих войск, император Франции 18 декабря тайно отправился в Париж. Границу России перешло всего около 30 тыс. человек – это все, что осталось от более чем 600-тысячной армады.
Следует отметить, что значительная часть французских войск оказалась в плену. По данным штаба М.И. Кутузова, за всю Отечественную войну взято в плен более 150 тыс. человек – почти четверть «великой армии». Держать такое количество пленных было накладно для России. Министр юстиции С.К.Вязьмитинов, в ведении которого находились пленные в тылу, распорядился приписывать их к мануфактурам или заводам на Урале.
16 июля 1813 года Вязьмитинов рассылает циркуляр «О желающих присягнуть на подданство России». Этим документом разрешалось принимать наполеоновских военнопленных в русское подданство. С ноября 1813 года вводилось два вида подданства – «временное» (на определенный срок) и «вечное», на выбор. Пленный солдат или офицер, принимая подданство, выбирал род занятий и приписывался к одному из «состояний» (крестьяне, мещане, дворяне). Большинство избрало «временное состояние» (на 2-3 года), и в 1814-1815 гг., когда Александр
I решил вернуть военнопленных домой, они возвратились во Францию и другие страны бывшей наполеоновской империи.
Отечественная война 1812 года имела историческое значение для России. Ее вел русский народ совместно с другими народами страны, отстаивая национальную независимость и государственную самостоятельность. Война с врагом вызвала прилив патриотических чувств среди всех слоев населения, что явилось одним из главных источников победы над наполеоновской армией. Разгром Наполеона имел решающее последствие для всех народов Европы. С появлением в Германии русских войск широко развернулось национально-освободительное движение, в результате которого появился ряд независимых государств.
В военном отношении кампания 1812 года имеет также большое значение. В лице русской армии Наполеон встретил не только мужественных и упорных противников, но и творцов новых форм военного искусства.
 

Примечания:
 

 

{1} Михайловский-Данилевский А.И. Описание Отечественной войны 1812 года. Изд.3-е. – Ч.2. - СПб., 1843. – С.302.
{2} РГВИА, Ф.ВУА, д.3572, л.48.
{3} Русский биографический словарь. – Т. 1. – СПб., 1896. – С.256.
{4} РГВИА, Ф.ВУА, д.693, л.285.
{5} Дубровин Н. Отечественная война в письмах современников. – СПб., 1882. – С.212.
{6} Сегюр. Поход в Москву в 1812 году. – М., 1911. – С.97.
{7} Материалы Военно-учебного архива. – Т.9. – С.398.
{8} Сироткин В.Г. Отечественная война 1812 года. – М.: Просвещение, 1988. – С.232.
 

 
return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU