УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Иванов А.А. Правовая политика Временного правительства в сфере борьбы с преступностью: иллюзии и реальность

// История государства и права, 2009, №6

 

В статье рассматриваются мероприятия, проводимые Временным правительством в сфере борьбы с преступностью, подчеркивается крайне сложный характер текущего момента и анализируются как положительные, так и отрицательные стороны деятельности новой российской власти в условиях буржуазной революции.
В февральско-мартовские дни 1917 г. вся прежняя правоохранительная система России, особенно в ее центральных регионах, была уничтожена полностью. К 1917 г. во всех местах заключения находилось немногим более 152 тыс. арестантов <1>. Массовое разрушение мест заключения в феврале-марте 1917 г. привело к полному уничтожению документации Главного тюремного управления Министерства юстиции, разграблению мастерских и иных тюремных помещений, выходу на свободу тысяч осужденных. В Петрограде вышло распоряжение об обязательной регистрации освободившихся заключенных, но этот призыв остался без внимания. Пытаясь привести в надлежащее русло и сохранить подобие руководства стихией, Временное правительство издало Указ от 6 марта 1917 г. о полной и немедленной амнистии всех политических заключенных <2>. Однако своего освобождения и полного прощения всех прегрешений требовали и лица, осужденные за общеуголовные преступления. По территории страны прокатилась волна тюремных бунтов и выступлений, и в существующих условиях справляться с ними было все труднее. Семнадцатого марта 1917 г. издается Постановление об амнистии лиц, осужденных царским правительством ("Об облегчении участи лиц, совершивших общеуголовные преступления"). Освобождение было поистине грандиозным и небывалым как по числу амнистированных (и помилованных), так и по мерам смягчения наказания оставшимся: приговоренные к незначительным срокам лишения свободы освобождались полностью с погашением всех последствий судимости (т.е. без прежней обязательной ссылки и полицейского надзора); для приговоренных к каторге сроки сокращались наполовину, а смертная казнь заменялась пятнадцатью годами каторги. В результате из 104,7 тыс. заключенных (на 1 марта 1917 г.) было освобождено более 88 тыс. человек, в том числе 5,7 тыс. политических заключенных <3>.
--------------------------------
<1> Детков М.Г. История развития российского законодательства в сфере исполнения уголовных наказаний и пенитенциарных систем // Уголовно-исполнительное право России: Учебное пособие / Под ред. О.Г. Перминова. М., 2001. С. 64.
<2> Собрание узаконений и распоряжений правительства. Петроград, 1917. N 55. Отд. 1. Ст. 346.
<3> Детков М.Г. Указ. соч. С. 68.

Думается, это проявление крайнего либерализма было попыткой придания некой официальности уже свершившемуся факту выхода "на волю" и так уже практически в полном составе освобожденного в первые революционные дни уголовного элемента. И если в февральско-мартовский период уголовники вынуждены были вести себя еще более или менее скромно, то, получив всепрощение не только прошлых (так как пострадали от прежней власти угнетателей и эксплуататоров), но и будущих грехов, они с величайшим воодушевлением приняли участие во всех революционных мероприятиях. Тем более что ненавистная им и достаточно эффективная правоохранительная система царской России была до основания сметена революцией. Массы уголовников хлынули в города. К освобожденным заключенным добавлялись тысячи бывших каторжан и ссыльных из Сибири, а также многочисленные рабочие вставших еще в первые дни революции заводов и фабрик.
Результаты не заставили себя долго ждать. Так, за весну 1917 г. в Москве только зарегистрировано было более 20 тыс. преступлений (в 1916 г. за тот же период не более 3,7 тыс.) <4>. Грабежи и насилие захлестнули Россию, во всяком случае центральную ее часть, в большей мере охваченную революционным и анархистским духом. Временное правительство, озабоченное необходимостью "сохранения лица", объявило условием для амнистии осужденных готовность "послужить своей Родине на поле брани". Те, кто проявлял эту готовность, освобождались из-под стражи и тут же передавались соответствующему воинскому начальнику для направления в действующую армию. Как и следовало ожидать, подобная мера оказалась хорошей возможностью для вчерашних уголовников покинуть стены тюрьмы, а оказавшись на фронте, дезертировать. В условиях массовости подобного явления в попытке предотвратить побеги новоявленных "защитников" Отечества Министерство юстиции в июне 1917 г. издает циркуляр о направлении в распоряжение прокурорского надзора лиц "дурного поведения" или уклоняющихся от воинского долга для отмены судом условного освобождения <5>. Нетрудно догадаться, что эта мера, как и многие иные, в условиях того смутного времени ощутимых результатов не дала.
--------------------------------
<4> Шамбаров В.Е. Государство и революция. М., 2002. С. 67.
<5> Скрипилев Е.А. К истории временных судов Петрограда в 1917 г. // Правоведение. 1968. N 4. С. 9 - 10, 25 - 28, 36 - 37, 44 - 45, 48 - 49.

Однако говорить о том, что ничего позитивного Временным правительством не делалось, было бы несправедливо. В правовой сфере старое царское законодательство спешно перерабатывалось и приспосабливалось к новым требованиям времени. Многие прогрессивные теоретические наработки в области правоохраны получали свое законодательное закрепление. Другое дело, что реально ничего не воплощалось на практике. В пенитенциарной сфере этого периода основными нормативными актами оставались Устав о содержащихся под стражей и Общая тюремная инструкция 1915 г.; была сохранена и система учреждений, исполняющих наказание в целом. Тем не менее в концепции тюремного дела произошли существенные изменения, предусматривалась также и их практическая реализация. Пересмотру и коррекции в соответствии с духом времени подверглись прежде всего цели уголовного наказания и его исполнения. Был объявлен курс на перевоспитание осужденного - человека, "имевшего несчастье впасть в преступление в силу особенностей характера или неблагоприятно сложившихся обстоятельств" <6>. В связи с этим применение исправительных средств было ориентировано на приобщение осужденных к "общественным ценностям". Происходила существенная гуманизация процесса исполнения и отбытия наказания. Коренным образом было пересмотрено отношение к труду в процессе отбытия наказания осужденными к лишению свободы. Труд заключенных стал рассматриваться не только как элемент уголовной репрессии, усиливающий или ослабляющий ее, но и как необходимый спутник лишения свободы, преследующий главным образом цель не усиления наказания, а воспитания. В условиях военного времени для стимулирования труда осужденных стало практиковаться сокращение срока наказания (но не более одной пятой назначенного срока) тем из них, которые были заняты на работах, связанных с оборонными нуждами. При этом условиями для подобного сокращения были "исключительное рвение и усердие к труду", "особые заслуги", "тщательные работы", "особое старание" и др.
--------------------------------
<6> Приказ Главного тюремного управления от 8 марта 1917 г. N 1. Цит. по: Детков М.Г. Указ. соч. С. 70.

Пристальное внимание уделялось ресоциализации правонарушителей. Однако на практике социальной поддержкой заключенных и освобождающихся лиц по инерции занимались только попечительские общества и благотворительно-тюремные комитеты. Положение усугублялось и тем, что подавляющее большинство таких организаций было создано сравнительно недавно, они не имели ни четкой структуры, ни достаточно определенного круга полномочий, ни надежных и постоянных источников финансирования <7>. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что реальные условия и происходящие события существенно корректировали планы Временного правительства, оставляя многие из них на уровне благих пожеланий, ничем не подкрепляемых, кроме политических заявлений или простых деклараций. Как уже отмечалось, на волне популистских мер более 75% осужденных было амнистировано еще в первые дни революции, но на оставшихся в местах заключения арестантов (на 1 сентября 1917 г. - не более 25 тыс. человек <8>) в полной мере распространить свое влияние новая администрация так и не смогла. В результате этого возникали совершенно абсурдные, но характерные для революции ситуации. Например, в Одесской тюрьме в марте 1917 г. возникло "тюремное самоуправление" в виде исполнительного комитета из десяти человек, который попытался организовать всю тюремную жизнь. Даже охрана должна была руководствоваться решениями комитета. Подобные факты получили достаточное распространение. Это давало узникам многих иных тюрем повод для возмущения тем, что и им не позволяют самим следить за порядком.
--------------------------------
<7> Так, на 1 января 1913 г. в России насчитывалось 117 попечительских о тюрьмах обществ. Из них только 22 было создано до 1909 г. К 1920-м годам все благотворительные тюремные учреждения и организации прекратили свое существование. См.: Крайнова Н.А. История правового регулирования процесса ресоциализации неоднократно судимых лиц в России // Следователь. 2002. N 1. С. 62.
<8> См.: Зубков А.И., Калинин Ю.И., Сысоев В.Д. Пенитенциарные учреждения в системе Министерства юстиции России. История и современность / Под ред. С.В. Степашина, П.В. Крашенинникова. М., 1998. С. 26.

В конце концов все это привело к тому, что циркулярным письмом Главного управления местами заключения от 5 сентября 1917 г. N 72 меры по изоляции были существенно усилены. Завершились многочисленные либеральные эксперименты Временного правительства в пенитенциарной сфере изданием Циркуляра Главного управления местами заключения от 8 сентября 1917 г., которым полностью отменялись все вольности первых революционных месяцев и объявлялось о следовании положениям Общей тюремной инструкции 1915 г. <9>.
--------------------------------
<9> В данном отношении представляется верным замечание о том, что "свою лепту в ужесточение режима внесла неадекватная реакция наиболее криминальной части тюремного контингента на элементы гуманизма в исполнении наказания, воспринявшая их как слабость пенитенциарной системы, как вседозволенность". См.: Петренко Н.И. Становление и развитие управления уголовно-исполнительной системой России: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Рязань, 2002. С. 47.

Таким образом, Временное правительство как высший орган управления государством в чрезвычайных условиях революционной стихии с его непостоянством членства (за восемь месяцев сменилось четыре состава), неопределенной программой, бесконечным бросанием от либерализма до откровенной диктатуры было совершенно оторвано от общества. На глазах у всех оно предало забвению свои же демократические обещания, объявленные в Декларации от 3 марта 1917 г. <10>. После попытки корниловского мятежа вся власть фактически перешла в единоличные руки А.Ф. Керенского, а в начале октября и в центре, и на местах стала стремительно разваливаться. Появляющиеся пустоты тут же заполнялись представителями Советов. Разрушив в результате своих экспериментов основы государственного механизма и не создав взамен ничего нового, Временное правительство постепенно растеряло и самые элементарные из них. Тем самым именно Временное правительство создало самые благоприятные условия для событий Октября 1917 г.
--------------------------------
<10> Хрестоматия по истории отечественного государства и права (X в. - 1917 г.) / Составит. д-р юрид. наук В.А. Томсинов. М., 2003. С. 331 - 333.



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU