УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Константинов С.И. Правовые основы чинопроизводства офицерского корпуса армии А.В. Колчака

/ Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического института МВД России, 2002.

 

В годы гражданской войны Поволжье, Урал и Сибирь явились одним из основных плацдармов антибольшевистского движения в России. Здесь сфор-мировались крупные вооруженные силы, насчитывающие в своих рядах сот-ни тысяч рядовых и десятки тысяч офицеров и генералов. Можно по-разному относиться к их политическим убеждениям, миропониманию, целям участия в гражданской войне. Но чтобы делать какие-либо выводы, нужно, по край-ней мере, знать, что из себя представляли эти люди, каков был их жизненный путь, основные вехи биографии. Именно эти вопросы, особенно касающиеся офицерского корпуса белых армий, наша историческая литература обходила вниманием.
Ошибочно мнение, что основу вооруженных сил антисоветских правительств на востоке страны составляло офицерство. По данным бывшего командующего 5-й Красной армии Восточного фронта Г.Х. Эйхе в армии адмирала А.В. Колчака, насчитывающей к лету 1919 г. до 450 тыс. человек, числилось всего около 17 тыс. офицеров и генералов1. При этом дивизиями и корпусами в 1919 г. не командовал ни один из генералов старой русской армии. Это были офицеры, ставшие в ряды "белых" в чинах не выше полковника и произведенные в генералы приказами Комитета членов Учредительного собрания (Самарского Комуча), Главкома Уфимской директории В.Г. Болдырева и Верховного Правителя и Верховного Главнокомандующего А.В. Колчака.
Наиболее ценную и подготовленную часть офицерского корпуса старой армии составляли офицеры Генерального штаба: успешно окончившие полный курс Академии Генерального штаба (с 1909 г. она стала именоваться Императорской Николаевской военной академией, далее – Военная академия); "причисленные" к Генеральному штабу или "переведенные" в него2. Перед названием чина этих офицеров добавлялись слова "Генерального штаба".
Всего в корпусе Генерального штаба РККА в 1918–1920 гг. служили 639 "лиц Генштаба". В белых и других армиях служили 750 генштабистов. Из них свыше 700, примерно поровну, – в деникинской и колчаковской армиях. Причем в первой из них служили преимущественно генштабисты, состоявшие в корпусе офицеров Генерального штаба, а в армии А.В. Колчака – семь восьмых составляли офицеры ускоренных выпусков из Военной академии, "переведенные" в Генеральный штаб в 1918–1919 гг.3
Как показывают архивные документы, в вооруженных силах антисоветских правительств на востоке страны основанием для производства и уста-новления старшинства в чинах офицеров служило, как правило, законодательство старой русской армии.
Но гражданская война вносила и свои коррективы. Например, приказом Комуча № 255 от 24 августа 1918 г. В.И. Лебедев, "поручик русской службы со старшинством с 15 февраля 1905 г., и лейтенант французской армии, това-рищ (заместитель. – авт.) Управляющего Военным ведомством, как имеющий 3-летний боевой стаж на Французском фронте на соответствующих должно-стях, переименовываются в подполковники". В тот же день приказом № 256 "за исключительную энергию и деятельность по организации Народной ар-мии подполковник Лебедев производится в чин полковника со старшинством с 6 августа".4
В армии А.В. Колчака, произведенного из вице-адмиралов в адмиралы Указом Совета министров Временного Сибирского правительства 18 ноября 1918 г.5 (в день переворота), производство офицеров основывалось и на Своде военных постановлений 1869 г., и на приказах по Военному ведомству, отданных в 1914–1917 гг. В Омске в 1919 г. был даже издан "Сборник приказов по военному ведомству о преимуществах дарованных за войну 1914–1918 гг. строевым офицерским чинам".6
Февральская и Октябрьская революции 1917 г., естественно, породили много правовых проблем, требовавших разрешения. В марте 1919 г. между-ведомственной комиссией при Юрисконсультской части Управления делами Верховного Правителя и Совета министров был разработан законопроект "О правах и обязанностях состоявших на службе Временного Правительства к моменту большевистского бунта"7. Согласно ему "все офицеры, находящиеся на действительной службе (в армии А.В. Колчака. – авт.), считаются и ныне состоящими на службе, если они не были уволены законной властью". При этом за офицерами не сохранялась, конечно, должность. Находящиеся "вне территории, подвластной Российскому правительству, должны явиться в 2-месячный срок".
Интересны "Правила о производстве в чины и о награждении генералов, штаб- и обер-офицеров, военных врачей и чиновников"8. В соответствии с ними "все производства в чины, совершенные различными правительствами, существовавшими до образования Единого Российского Правительства, должны быть представлены... на утверждение Верховному Правителю... За участие в тайных организациях никаких преимуществ на ускоренное произ-водство не устанавливать.
Офицеры, принимавшие активное участие в свержении большевиков, мо-гут быть представлены к наградам, но как за боевые отличия, с описанием подвига... Так как армия должна быть вне политики (приказ по Военному ведомству сего года № 68), то и приказ по Военному ведомству 1917 г. за № 369, изданный Министерством Керенского, о принятии вновь на службу и о производстве в чины в сравнение со сверстниками офицеров, уволенных из армии за свои политические убеждения, отменяется... Распространить льгот-ные правила о производстве в чины и о даровании старшинства, установлен-ные в минувшую войну с Австро-Германией, и на период настоящей кампа-нии, но со строгим соблюдением правил, объявленных в соответствующих приказах…"
Тем не менее, на практике отдавались и новые, дополнительные приказы. Так, приказом по Сибирской армии № 45 от 14 августа 1918 г. предписыва-лось "повышение в званиях временно производить властью начальников ди-визий, а производство в первый офицерский чин – приказом по армии"9. "В дополнение приказа от 28 мая 1919 г., – говорится в приказе А.В. Колчака от 13 июля 1919 г. № 159, – предоставляю командующим армий и отдельных корпусов право производить обер-офицеров в следующие чины, до капитанов включительно, не только за боевые отличия, но и за выслугу лет (только на театре военных действий)"10.
По мере поражений, в попытке поддержать моральный дух войск, правила чинопроизводства не ужесточались, а наоборот. Так, после перехода по льду Байкала, который генерал К.В. Сахаров со свойственной ему склонностью к идеализации назвал апофеозом Сибирского Ледяного похода11, по войскам Восточного фронта "белых" в г. Мысовске (ныне г. Бабушкин) 12 февраля 1920 г. был издан приказ № 12. В нем говорилось, что все штаб- и обер-офицеры производятся в следующий чин, а солдаты по представлению офицеров производятся в подпрапорщики и прапорщики12 (напомним, что это первый офицерский чин в военное время).
Ускоренное производство, а также хронический некомплект офицеров, достигавший в действующей армии 40 %, привел к тому, что во главе частей и соединений оказались совсем молодые люди, не имевшие ни военного образования, ни боевого опыта. Имея в виду Сибирскую армию, которой командовал генерал-лейтенант Р. Гайда, начавший Первую мировую войну фельдшером, а затем унтер-офицером, военный министр генерал-лейтенант старой армии А. Будберг записал в дневнике 8 мая 1919 г.: "Трудно было ожидать полководческих талантов и приличного понимания широкого военного дела от бывшего австрийского фельдшера и подчиненных ему 28–30-летних генералов, видевших настоящую войну в роли взводных командиров. Пришлось увидеть, что руководство операциями целых армий находится в руках младенцев, очень дерзких и решительных, но смотрящих на дело со ступеньки ротного командира и думающих только о своем приходе и о своих фантазиях"13.
Исход сражений на Восточном фронте подтверждает справедливость слов военного министра.

 

Примечания

 

1 См.: Эйхе Г.Х. Опрокинутый тыл. М.,1966. С. 141; Он же. Уфимская авантюра Колчака. М., 1960. С. 291. Возможно, имеется в виду число офицеров непосредственно на фронте. По другим данным всего было их около 30 тыс. (См.: Кавтаразе А.Г. Военные специалисты на службе Республики Советов 1917–1920 гг. М., 1998. С. 170).
2 Подробнее см.: Кавтарадзе А.Г. Указ. соч. С. 181–183.
3 См.: Там же. С. 196–197.
4 Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 39 551, оп. 1, д. 15, л. 69.
5 См.: Государственный переворот адмирала Колчака в Омске 18 ноября 1918 г.: Сб. док. Париж, 1919. С. 9.
6 См.: РГВА, ф. 39 466, оп. 1, д. 13, л. 31.
7 См.: Там же, д. 3, л. 37.
8 См.: Там же, д. 13, л. 63–64; д. 31.
9 Государственный архив Омской области, ф. 355 с/75: Приказы по войскам Сибирской армии. Приказ № 45.
10 РГВА, ф. 39 483, оп. 1, д. 3, л. 8.
11 См.: Сахаров К.В. Белая Сибирь. Мюнхен, 1923. С. 242.
12 См.: РГВА, ф. 39 483, оп. 1, д. 21, л. 5.
13 См.: Дневник белогвардейца. Новосибирск, 1991. С. 242.



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU