УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Сотавов Халид Надирпашаевич


Дагестан в кавказской политике России, Ирана и Турции в первой половине 18 века


Специальности: 07.00.03 - Всеобщая история, 07.00.02 - Отечественная история


Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук


Махачкала 2002
 

Диссертация выполнена на кафедре истории стран Азии и Африки исторического факультета Дагестанского государственного университета
 

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Дагестанского университета (ул. Батырая. 1).
 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
 

Актуальность исследования. Кавказ и его отдельные территории играют активную роль в интеграционных процессах и международных отношениях с древнейших времён до наших дней. Неслучайно этот регион поныне привлекает внимание не только традиционно соперничающих в этой зоне России, Ирана и Турции, но и западных держав, в частности США, объявившей Кавказ и Прикаспийские области сферой своих жизненных интересов.1
Естественно, поэтому, что как прежние, так и новые претенденты на Кавказ учитывают геополитическое положение входящих в регион территорий, особенно Северного Кавказа и составляющего его сердцевину Дагестана, расположенных на стыке Европы и Азии, между Чёрным морем и Каспием, на главных коммуникациях, ведущих в Закавказье, на Ближний и Средний Восток. Исследователи неслучайно отмечают, что «Дагестан был одним из первых путей всех древних и новейших народов, проходивших через Кавказские горы в Европу и обратно».
Особую роль в Северо-Кавказском регионе играет новое геополитическое положение Дагестана, как южного форпоста Рос-. сии, имеющей общую границу с пятью зарубежными странами -Азербайджаном, Грузией, Казахстаном, Туркменистаном и Ираном. Геополитическое положение Дагестана представляет интерес для России и с точки зрения определения её кавказской политики в регионе, который может быть одним из главных нефтяных резервуаров XXI века.
Сказанное означает, что тема диссертации имеет актуальное значение, особенно в свете того, что современные аспекты кавказской политики соперничающих сторон, берущие начало в XVIII в.. вплетаются в систему нынешних международных отношений, крайне осложнённых стремлением внутренних и внешних антироссийских сил вытеснить Россию из этого важного геополитического региона.
Хронологические рамки диссертации обусловлены тем, что в длительной борьбе за овладение Кавказом между Ираном. Турцией и Россией первая половина XVIII в. стала важным этапом на пути формирования и приложения активных усилий для реали-
Бэежинский 3. Великая шахматная доска. М., 1999. С. 62-63, 146, 240 -241.
~ Шихалиев Д.М. Рассказ кумыка о кумыках. Махачкала, 1993. С. 21
Раджабов О.Р., Стальмакова В.П. Геополитические положения Северного Кавказа- некоторые аспекты // Северный Кавказ: геополитика, история, культура. Материалы Всероссийской конференции. Ставрополь, 2001. С. 50.
3
зации целей и задач их кавказской политики. Впервые наглядно проявились ведущее место и роль Дагестана в стратегических действиях противоборствовавших сторон, развернувшихся вокруг таких масштабных событий как Каспийский поход Петра I, нашествия османских и крымских феодалов, завоевательные походы Надир-шаха, ставших для Дагестана этапными событиями своего времени.
Цели и задачи исследования. Основной целью диссертационного исследования является глубокое раскрытие места и роли Дагестана в выработке и реализации кавказской политики России, Ирана и Турции, выявление средств и методов достижения стратегических замыслов, оценка участия Дагестана в развитии региональных и международных событий.
В рамках поставленной цели намечены следующие задачи:
- определение места и роли Дагестана в кавказской политике России, Ирана и Турции, влияние его геополитического положения на формирование и реализацию этой политики;
- освещение стратегических целей России, Ирана и Турции в регионе, методов и средств их достижения;
- оценка влияния освободительной борьбы народов Дагестана на кавказскую политику соперничавших держав, изменение форм и методов этой политики в зависимости От соотношения сил в регионе;
- выявление предпосылок и причин, определивших качественный сдвиг во внешнеполитической ориентации народов Дагестана в сторону России, форм и методов их взаимного сотрудничества и поддержки;
- характеристика антироссийской политики западных держав, поддерживавших Иран и Турцию против народов Кавказа, особенно Дагестана;
- критика фальсификаторских измышлений зарубежных авторов о сущности кавказской политики России, характере российско-кавказских и российско-дагестанских отношений.
Методологической и теоретической основой изучения источников и литературы, особенно написания самой диссертации, послужили основополагающие принципы и методы исторического исследования, взаимно дополняющие друг друга. Главный из них -метод историзма, предполагающий изучение исторических фактов и явлений в конкретных условиях, в их строгой взаимосвязи и взаимообусловленности, неразрывной связи с прошлым и перспективности в будущем. Важное место занял и метод ретроспекции, без применения которого затруднительно воссоздание сложной
картины международных отношении в их диалектической взаимосвязи и хронологической последовательности. Комплексное использование преимущественных сторон этих методов дало возможность глубже осветить изучаемую проблему.
Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что в ней впервые предпринята попытка комплексного изучения и освещения роли Дагестана в кавказской политике России, Ирана и Турции в указанный период. Узловые проблемы диссертации исследуются на базе выявленных автором и другими исследователями отечественных и зарубежных источников и других материалов. События рассматриваются на широком фоне международных отношений с охватом прилегающего к Кавказско-Прикаспийскому региону евразийского пространства. Новыми являются и результаты самого исследования, выводы и обобщения автора, полученные в итоге разностороннего и объективного исследования проблемы.
Источниковая база и историография проблемы.
Историографию проблемы составляют неидентичные по форме и различные по содержанию источники архивного и нарративного характера, а также историческая литература на русском, турецком, персидском и западноевропейских языках.
В качестве документальных источников в диссертации использованы материалы следующих архивов:
1. Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ. Ф.77: «Сношения России с Персией; Ф.89 «Сношения России с Турцией»; Ф.103 «Азиатские дела »);
2. Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА - Ф. «Военно-учёный архив - ВУА», Ф.20 «Воинская экспедиция военной коллегии»);
3. Российского государственного архива древних актов (РГАДА - Ф.15 «Госархив - дипломатический отдел».. Ф.23 «Кавказские дела»);
4. Центрального государственного архива республики Дагестан (1ДГАРД- Ф. 379 «Киздярская комендантская канцелярия»);
5. Центрального государственного исторического архива республики Грузия (ЦГИАРГ - Ф. 1452 «Коллекция персидских документов», Ф.1453 «Коллекция турецких документов»):
Выявленные в указанных фондах названных архивов документы дают возможность судить о месте и роли Дагестана в кавказской политике России. Ирана и Турции, об отношении к событиям в регионе Англии, Франции и других держав.
Среди опубликованных документов конкретный материал по теме содержат донесения английских и французских послов в
Петербурге и Стамбуле (К.Рондо, де ля Шетарди. де Маньяк и др,)своим правительствам о стратегических замыслах России, Ирана и Турции на Кавказе, о мерах по ослаблению влияния России в регионе и усилении позиций Лондона и Парижа.
В числе опубликованных материалов оказались также тексты русско-иранских и ирано-турецких договоров, определявших территориальные разграничения между Россией, Ираном и Турцией на Кавказе,3 документы о взаимоотношениях горских владетелей с противоборствующими державами.
Ценные материалы о политике иранских шахов и турецких султанов в Дагестане и Закавказье опубликованы в оригиналах и копиях с переводом текстов на грузинский язык. Более подробно кабардино-русские и русско-дагестанские отношения освещены в специальных документальных сборниках, содержащих многочисленные источники экономического, политического, дипломатического и военного характера.
Конкретные сведения по теме диссертации содержатся в отечественных и зарубежных источниках, составленных участниками, очевидцами и современниками событий. Среди русских источников такого рода - «Журналы» русского посла в Иране в 1715-1718 г.г. А.П. Волынского и члена того же посольства А.И. Лопухина, дающие подробный анализ политической ситуации в Дагестане, Прикаспийских областях и Иране, ценные сведения о вооружённых силах, сухопутных и водных коммуникациях, внешнеполитической ориентации владетелей и старшин, крайнем упадке влияния власти Сефевидов.
4
Сборник императорского российского исторического общества. (Сб. РИО). СПб., 1891. Т. 76, 1897. Т. 97.
Договоры России с Востоком - политические и торговые, /Сост. ТДЮзефович. СПб., 1869.
Акты, собранные Кавказской археографической комиссией (АКАК). Тифлис, 186Э. Т. 2.
Персидские исторические документы в книгохранилищах Грузии. Тбилиси, 1974. Вып. 4. Кн. 1.
j)
Кабардино-русские отношения в XVI - XVlfl вв. Док. и мат. В 2-х т. Сост. В.М. Букалова. М., 1957. Т.2. - XVIII в.; Русско-дагестанские отношения XVII - первой четверти XVIII вв./Сост. Р.Г. Маршаев. Махачкала, 1958; Русско-дагестанские отношения в XVIII- начале XIX вв. Сборн. док./Под ред. В.Г. Гад-жиева. Махачкала, 1988. и др.
9 См. Бушев П.П. Посольство Артемия Волынского в Иран 1715-1718 гг.
(по русским архивам). М., 1978; Лопухин А,И. Журнал путешествия через Дагестан 1718 г. // История, география и этнография Дагестана XVSH-XIX вв. (далее -ИГЭД). Архивные материалы под ред. М.О. Косвена и Х-М.О. Хашаева. М., 1958.
Часть русских источников в виде «Описаний», «Известий» и извлечений из «Путешествий» отразили широкий круг вопросов, связанных с подготовкой и проведением похода Петра I, разграничениями между противоборствующими державами в Дагестане и Прикаспийских областях, провалом завоевательных походов Надир-шаха. Среди них -сочинения непосредственных участников и очевидцев событий - Ф.И. Соймонова, И.Г. Гербера, И.Я, Лерха и
ДР.10 - ,- ' ,,.:..
Часть материалов по теме содержатся в анонимной хронике современника - джарца, повествующей о неоднократных поражениях иранских завоевателей в Джаро - Белоканах, вмешательстве Турции и Крыма, в кавказские дела,: сношениях местных старшин с сопредельными странами, ,
Из русскоязычных источников XIX в. представляют интерес труды В.В. Комарова, П.Л. Юдина, П.Г. Буткова и С.М. Броневско-го. Работа Комарова содержит сведения о заняшии русскими войсками побережья Каспия, русско-иранских и русско-турецких пере^-говорах и договорах, ирано-турецких войнах 1723-1725 г.г. •"
Работа Юдина повествует; о героической борьбе народов Кавказа против.Надиртшаха, оказавшей решающее влияние на их сближение с Россией. Написанный на базе многочисленных архивных и других,материалов -трёхтомный труд .академика Буткова насыщен ценнейшими сведениями дипломатического и.военно-политического характера по истории Кавказа. Сочинение С. Бро-
Соймон.рв Ф-И. Описание Каспийского моря и чиненых на оном российских завоеваний, яко часть истории'Государя императора Петра Великого // Ежемесячные счзчйнения об ученых'ДёлаХ. СПб., 1763, январь; Гербер И:Г. Известия о накодяи^йхсй^ западной стороны Каспийского морй-Между7Астраханью и рекой Курою народах и землях и о&их состоянии.в 1728 г. //"Сочинения и переводы к пользе и увеселению служацие. СПб., ,1790 г, (Сокращённый вариант этого труда «Описание стран и народов вдоль западного берега Каспийского моря в 1728 г.» опубликован в сб. «ИГЭД». С. 60-120); Лерх И.Я. Выписка из путешествия Иоанна Лерха, продолжавшегося от 1733 по 1735 год из Москвы до Астрахани, а оттуда по странам, лежащим на западном берегу Каспийского моря // Новые ежемесячные сочинения об учёных делах. СПб., 1790. Ч. 43, 44, 45- его же. Известие о втором путешествии доктора и коллежского советника Перха в Персию с 1745 по 1747 год // Там же Ч. 50, 52, 53, 55, 58, 61, 62.
Хроника войн Джара в XVII! столетии. Баку, 1931.
" Комаров В.В. Персидская война 1722-1725 гг. (Материалы для истории царствования Петра Великого) // Русский вестник. М., 1867. Кн. 4 Т.68.
Юдин П.Л. Россия и Персия в конце 1742 г. (Из писем переводчика В. Братищева к канцлеру А. Черкасскому) // Русский архив. М., 1864. Кн. 1. Ч. 3,
Бутков П.Г Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год. СПб., 1869. Ч. 1-Ш,
невского, составленное на основе документов Министерства иностранных дел, содержит сведения о взаимоотношениях России с народами Кавказа, Ираном и Грузией от Ивана Грозного до начала XIX в.15
Значительный материал по теме содержат источники, составленные иранскими, турецкими и западноевропейскими авторами. Наиболее ранний из них - совместная работа турецких летописцев Сами, Шакира. Субхи и Иззи, содержащая сведения о кав-казской политике Турции, Ирана и России, крахе завоевательной политики Надир-шаха. Необходимый материал по теме имеется в работе Ф.Р. Уната, представляющей анализ посольских дел. составленных представителями Порты в Англии, Франции, России и Швеции с оценкой реакции придворных кругов этих стран к событиям на Кавказе.1
Из персидских источников XVIII в. представляют интерес сочинения участников и очевидцев событий Мирзы Мехди-хана и Мухаммеда-Казима, подробно описавших многочисленные походы Надир-шаха на Кавказе и в других краях, особенно подготовку и проведение Дагестанской кампании, пытаясь оправдать её позорный провал суровыми холодами и «варварскими» способами ведения военных действий горцами, представляя отдельные успехи завоевателей в виде панегирика полководческому таланту Надира.
Непосредственное отношение к теме имеют материалы европейских источников, написанных на опыте личных наблюдений. «История» польского миссионера Т.Я, Крусинского содержит сведения о тяжёлых последствиях иранского гнёта на Кавказе, стремлении населения побережья Каспия избавиться от этого гнёта при поддержке России.19 «Письма» личного врача Надир-шаха Ф. Базе-на отразили наиболее кризисную фазу кавказской политики Ирана в 40-х гг. XVIII в., свидетельствующую о многочисленных сражениях и поражениях иранских войск на Кавказе, численность кото-
Броневсшй С.М. Исторические записки о сношениях России с Персией, Грузией и вообще с горскими народами, в Кавказе обитающими со времён Ивана Васильевича доныне (1810 г.). СПб. , 1996.
Сами, Шакир, Субхи ве Иззитарихи. Стамбул, 1198/1783. Unat F.R, Osmanli seferleri ve seferetnameleri. Ankara, 1968.
Мирза Мехди-хан Астрабади. Джахонгоша-е Надири Техран, 1134/1962; Мухаммад-Казим. Намэ-йи аламара йи Надири. /Изд. текста и пре-дисл. Миклухо-Маклая. М., 1960-1963. Т. МП.
19
Крусинский Я.Т. Тарих-и сеййах. Хужум-и афханийан ве инхидат-и би-
найидовлет-и шахан-и Сефевийзн. Пер. М. Мутефферика. Стамбул, 1142/1729. 8
рых, по его наблюдениям, достигала 150 тыс. человек."1 В работе английского купца Джонса Ханвея повествуется о событиях в Дагестане и Прикаспийских областях в 1743-1744 г.г., о поддержке Англией завоевательных устремлений Надир-шаха на Кавказе, попытках Порты ослабить позиции Ирана выдвижением самозванных претендентов на иранский престол под видом защиты прав наследников Сефевидов.'
Следует отметить, что в отечественной историографии XIX в. наличием фактического материала выделяются труды Д.П. Бутурлина, И.И. Голикова, В.И. Лебедева, С.М. Соловьёва, Г.В. Мельгунова, Н.Ф. Дубровина, В.А. Ульяницкого, В А. Потто, А.-К.-А. Бакихано-ва, Г.Э. Алкадари^" и др., содержащие богатую информацию по интересующим нас вопросам. При работе с этими исследованиями учитывалось, что оценки и выводы самих авторов не лишены субъективизма, попыток идеализации кавказской политики царизма, пренебрегавшего правом горских народов на самостоятельное национально-историческое развитие.
В работах отечественных учёных последующего периода Е.С. Зевакина и М.А. Полиевктова рассмотрены вопросы экономической политики российского правительства в Прикаспийских областях. В отличие от них. В.Н. Левиатов и И.П. Петрушевский уделили внимание военно-политической истории Азербайджана и Армении, налоговой политике Надир-шаха в завоёванных странах, стремлениям иран-
20
Базен Ф. Намеха-йе табиб-е Надершах. Техран, 1340/1961. С. 13, 16-18, 25-26. См. также. Новая история Ирана. Хрестоматия. М., 1988. С. 37.
21
Hanway J. A Historical account of the British Trade over the Caspian Sea.
London, 1762. Fol. 1-2.
i2
Бутурлин И. И, Военная история походов россиян в XVIII столетии. СПб., 1826. Ч. 1. Т. 2. Ч. 2. Т. 3-4; Голиков И. И. Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранные из достоверных источников, расположенных по годам. М., 1838. Т. 4; Лебедев В. И. Западный берег Каспийского моря при Петре Великом. СПб., 1841; Соловьёв С.М. Пётр I на Каспийском море // Вестник Европы, СПб., 1868. Кн. 3 - его же. История России с древнейших времён. М., 1963 г. Кн. 9. Т. 18. Кн. 10. Т. 19-20. Кн. 11. Т. 22; Мельгунов Г.В. Поход Петра Великого в Персию // Русский вестник. М., 1874. Т. 110; Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. СПб., 1886. Т. 2; Ульяницкий В. А. Русские консульства за границею в XVIII в. М., 1981. Ч. 1; Потто 8.А. Два века терского казачества: 1557-1801. Владикавказ, 1912; Бакиханов А.-К.-А. Гюлистан и-Ирам, Баку, 1991; Алкадари Г.Э, Асари Дагестан. Махачкала, 1994

См. Историография истории СССР. М., 1961. С. 27.
Зевакин Е.С. Прикаспийские области в эпоху русской оккупации. Баку, 1929; Полиевктов М.А. Проект хозяйственной эксплуатации оккупированных Россией в XVIII в. Прикаспийских областей. Материалы по истории Грузии и Кавказа. Тифлис, 1935. Вып. V.
ских завоевателей превратить Джаро-Белоканы в военный плацдарм для наступления на Дагестан.25
Появившиеся во второй половине XX - начале XXI вв. труды наших учёных охватили широкий круг вопросов истории России, Ирана и Турции, Кавказа и его отдельных частей. Среди них сведениями о Кавказе в целом и Дагестане в частности, взаимоотношениях России с Ираном и Турцией, Каспийском походе Петра I. нашествиях османских и крымских феодалов, завоевательной политике Надир-шаха, русофобской позиции западных держав выделяются труды В.П. Лысцова. Н.А. Смирнова, А.И. Тамая, ВТ. Гад-жиева, О.П. Марковой, М-С.К. Умаханова, Т.Д. Боцвадзе, А.Н. Козловой, B.C. Бобылева, Н.А. Сотавова, М.Р. Гасанова, К.С. Гад-жиева, Е.И. Иноземцевой26 и др., а также коллективные работы по истории внешней политики России и образования многонационального Российского государства.28
В диссертации использованы и конкретные сведения, содержащиеся в специальных исследованиях по истории Дагестана, Чеч-
25
Левиатов В.И. Очерки из истории Азербайджана в XVIII в. Баку, 1948; Петрушевский И.ГЬ Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI - начале XIX в. Л., 1949.
")fi
Лысцов В.П. Персидский поход Петра I. 1722-1723 гг. М., 1951; Смирнов Н.А, Политика России на Кавказе в XVI-XIX вв. М., 1958; Тамай А.И. К вопросу о провале Дагестанской кампании шаха Надира // Уч. зап. ИИЯЛ ДФАН СССР, 1958. Т. 5; Гаджиев В.Г.Роль России в истории Дагестана. М., 1965 - его же. Разгром Надир-шаха в Дагестане. Махачкала, 1996; Маркова О.П. Россия, Закавказье и международные отношения в XVIII в. М., 1966; Умаханов М-С.К. Взаимоотношения феодальных владений и освободительная борьба народов Дагестана в XVII в. Махачкала, 1973; Боцвадзе Т.Д. Народы Северного Кавказа в грузино-русских политических отношениях XVI-XVIII вв. Тбилиси, 1974; Козлова А.Н. Страница освободительной борьбы народов Дагестана // Страны и народы Востока: М., 1976. Вып. 18 - её же. «Намэ-йи Аламара-йи Надири» Мухаммад-Казима о первом этапе похода Надир-шаха на Табасаран // Освободительная борьба народов Дагестана в эпоху средневековья. Махачкала, 1976; Бобылев B.C. Внешняя политика России эпохи Петра I. М., 1990; Сотавов Н.А. Северный Кавказ в русско-иранских и русско-турецких отношениях XVIII в. М., 1991 - его же. Крах «Грозы Вселенной». Махачкала, 2000; Гасанов М,Р. Каспийский поход Петра I - важный этап в развитии русско-дагестанских отношений // Научная мысль Кавказа. Ростов-на-Дону, 1995. № 2; Гаджиев К.С. Геополитика Кавказа. М., 2001; Иноземцева Е.И. Дагестан и Россия в XVIII -первой половине XIX в. проблемы торгово-экономических взаимоотношений. Махачкала, 2001.
27
История внешней политики России. XVIII век. М., 1988.
Документальная история образования многонационального государства Российского. Кн 1. Россия и Северный Кавказ в XVI-XIX вв. М., 1988.
10
ни, Северного Кавказа и Ирана. Среди них - двухтомная работа Б.Г.Алиева и М-С.К. Умаханова, представляющая первое научное исследование в области исторической географии Дагестана.
В диссертации использованы также труды, освещающие русско-турецкие и русско-иранские отношения по теме в более широком плане - различных аспектах европейской и восточной политики соперничавших держав. Русско-турецкие отношения первой трети XVIII в., отношения Порты с европейскими державами рассматриваются в исследованиях С.Ф. Орешковой, Т.К. Крыловой, А.В. Витола31 20-х - 30-х г.г. - Г.А. Некрасова, Ж.А, Ананяна, Е.Б. Шульмана,32 середины столетия - С.А. Тверетиновой и Р.А. Михневой. Русско-иранские отношения XVIII в. в том же плане изучены в работах Г.М.Петрова, М.Р. Аруновой и К.З. Ашрафян, Н.Г. Кукановой. Англо-русское соперничество в бассейне Каспия в русле кавказской политики противоборствующих сторон нашло
29
Магомедов P.M. Общественно-экономический и политический строи Дагестана в XVIH-начале XIX вв. Махачкала, 1957-его же. Даргинцы в дагестанском историческом процессе. Махачкала, 1999; Пигулевская Н.В. и др. История Ирана с древнейших времён до конца XVIII в. Л., 1958; Рамаэанов Х.Х., Шихсаи-дов АР. Очерки истории Южного Дагестана. Махачкала, 1964; История народов Северного Кавказа с древнейших времён до конца XVIII в. М., 1988; Мейер М.С. Османская империя в XVIII в. М., 1991; Ахмадов Я.З. История Чечни с древнейших времён до конца XVIII в. М., 2001.
Алиев Б.Г, Умаханов М-С.К. Историческая география Дагестана XVIII—начала Х!Х вв. Кн. 1-2. Махачкала, 1999,2001.
Орешкова С.Ф. Русско-турецкие отношения в начале XVIII в. М., 1971; Крылова Т.К. Русско-турецкие отношения во время Северной войны // Исторические записки, 1941. Т. 10; Витал А.В. Османская империя (начало XVIH в.). М., 1987 - его же. Османская империя и международные отношения в 1718-1735 гг. // Османская империя; государство, власть и социально-политическая структура. М., 1990.
"2 Некрасов Г.А. Восточная проблема в 1725-1735 гг. // Очерки истории СССР. Россия во второй четверти XVIII в. М., 1957-его же. Роль России в европейской международной политике 1725-1735 гг. М., 1976; Ананян Ж.А. Ближневосточная политика России в 20-х гг. XVIII в. // Россия, Польша и Причерноморье в XVI-XVIII вв. М,, 1979; Шульман Е.Б. О позиции России в конфликте с Турцией в 1735-1736 гг. // Балканский исторический сборник, 1973. Т. 3.
Тверетинова С.А. К истории русско-турецких отношений в Елизаветинское время // Советское востоковедение, 1946. Т. 6; Михнева Р.А. Россия и Османская империя в середине XVIИ в. 1739-1756 гг.. М., 1985.
34
Петров Г.М. Краткий очерк развития русско-иранских экономических отношений в XVIII в. // Советское востоковедение, 1949. Т. 6; Арунова М.Р.. Ашрафян К.З. Государство Надир-шаха Афшара. М., 1958; Куканойа Н.Г. Очерки истории русско-иранских торговых отношений в XVIII - первой половине XIX а. Саранск, 1977.
11
отражение в исследованиях Л.И. Юнусовой и Р.Ф. Бадербейли."3 Смежные вопросы, касающиеся политики соперничавших держав в Дагестане и Закавказье., освободительной борьбы против Ирана и Турции, отношения России к этому важному фактору изучены в работах А.А. Абдурахманова, Г.Г. Пайчадзе, Ф.М. Алиева, СА. Тер-Авакимовой, Г.Г. Мустаф-задэ36 и др.
Существенное значение для освещения отдельных вопросов темы нашего исследования имеют кандидатские диссертации А.И. Тамая, Р.К. Киласова, С.М. Соловьёва, P.M. Касумова, А.Г. Темир-хановой, Н.В. Барышниковой, ОТ. Абакарова, А.Д. Осмаева, P.M. Умаханова, М.И. Мамаева и др.37
Более значимыми в этом же плане с тягой на комплексный анализ отдельных вопросов темы диссертации выступают докторские диссертации ВТ. Чочиева, ТТ. Мустаф-задэ, М-С. К. Умаханова. Принципиальная критика антинаучных фальсификаций от-
Юнусова Л.И. Торговая экспансия Англии в бассейне Каспия в первой половине XVIII а. Баку, 1988-её же. Политика Англии в бассейне Каспийского моря в 30-х - 40-х гг. .XVtll в. в английской историографии // Историография Ирана нового и новейшего времени. М., 1989; Бадербейли Р.Ф. Отношение западноевропейских дипломатов к Персидскому походу Петру I // Иээ. АН Азерб. ССР. Сер. ист., филос. и права. Баку, 1974. № 4.
Абдурахманов А.А. Азербайджан во взаимоотношениях России, Турции и Ирана в первой половине XVIII в. Баку, 1964; Пайчадзе Г.Г. Русско-грузинские отношения в первой половине XVIII в. Тбилиси, 1970; Алиев Ф.М. Антииранские выступления и борьба против турецкой оккупации в Азербайджане в первой половине XVIII. в. Баку, 1975; Тер-Авакимова С.А. Армяно-русские взаимоотношения в период подготовки Персидского похода. Ереван, 1980; Мустаф-задэ Г.Г. Азербайджан и русско-турецкие отношения в первой трети XVIII в. Баку, 1993.
Тамэй А.И. Провал захватнических планов шаха Надира в Дагестане. М., 1951; Киласов Р.К. Русско-дагестанские экономические отношения в последней трети XVII - первой половине XVIII вв. М., 1971; Соловьёв С.М. Критика современной англо-американской историографии истории России эпохи Петра I. М., 1982; Касумов P.M. Каспийский поход Петра I и русско-дагестанские отношения в первой трети XVIII в. Махачкала, 1999; Темирханова А.Г. Политические и духовные руководители дагестанцев в борьбе с нашествием Надир-шаха. Махачкала, 1999; Барышникова Н.В. Кавказская политика Петра I. Махачкала, 1999; Абакаров ОТ. Казикумухское ханство в первой половине XVIII в. в русско-иранских и русско-турецких отношениях. Махачкала, 2000; Осмаев А.Д. Северный Кавказ и Османская империя в первой четверти XVIII в. Грозный, 2000; Ума-ханов P.M. Мехтулинское ханство в XVIII-начале XIX вв.: социально-экономическое развитие и политическое положение. Махачкала, 2001; Мамаев М.И. Отношения политических образований Нагорного Дагестана с Россией в
XVIII - начале XIX вв. Махачкала, 2001. чя
Чочиев В.Г. Международные отношения Ближнего Востока в XVI-XVIII
вв. в свете ирано-турецких мирных договоров. Автореферат докт. дисс. Тбилиси, 12
дельных вопросов темы диссертации в зарубежной историографии., особенно кавказской политики России, дана вваботах АП Новосельцева, X -М Ибрагимбейли, Н.А. Сотавова3 и др. С другой стороны, не остались без внимания и отдельные попытки наших историков субъективно интерпретировать кавказскую политику царизма, отрицая ее экспансионистскую, колониальную сущность. Примеры тому - статьи М,М Блиева, В Б, Виноградова и С Ц Умарова, подвергшиеся принципиальной, аргументированной научной критике специалистов
Военно-политические события на Кавказе, касающиеся темы диссертации, нашли отражение и в работах зарубежных авторов, частично использованных нами с критикой ошибочных концептуальных положений. В турецкой историографии XIX в к их числу относятся сочинения Ахмеда Джбвдета и Ахмеда Расима, акцентирующие внимание на «большей» агрессивности кавказской политики России, в сравнении р политикой Турции и западных держав,42 Более интересным представляется работа их современника Хам ме-ра, в которой нашествия османских, крымских и иранских феодалов в Прикасшшеко-Кавказский регион чередуются с описанием русско-турецких и ирано*турецких войн на Кавказе, Ближнем и Среднем Востоке
1972; Мустаф-задэ Т Г Азербайджан в 1722-1735 гг и русско-турецкие отношения в Прикаспийским регионе. Автореферат докт. дисс. Баку, 1992, Умаханов М-С К взаимосвязи народов Дагестана в XVtl-начапе XIX вв. Исследование экономической, политической и культурной интеграции народов Автореферат док дис Махачкала, 1994
39
Новосельцев А П Русско-иранские отношения в XVII- первой половине XVIII века в зарубежной историографии // История СССР, 1960 Nfl 2, Ибрагимбейли X-М Россия И Северный Кавказ в XVI - первой половине Х!Хв в освещении современной буржуазной историографии // История СССР, 1982 № 3, Сота-вов НА Кавказская - проблема в русско-иранских, русско-турецких и ирано-турецких отношениях XVIfl в (Зарубежная историография) // Научная мысль Кавказа Ростов-на-ДонуЛ998 №2
40
Блиев М М Кавказская война' социальные истоки и сущность // История СССР, 1983 № 2 С 57-59, 61, 74; Виноградов В Б , Умаров С Ц Вместе - к великой целу (о пропаганде некоторых вопросов истории Чечено-Ингушетии в связи с последствиями добровольного вхождения в состав России) Грозный,
1983 С 10,17
41
рртобаев Б X , Тотовв Ф,В. Еще раз о кавказской войне о её социальных истоках и сущности //История СССР, 1988 №4 С 80,97,98
•42
Ахмед Расим Расимли харитали османли тарихи Стамбул 1333-1335/ 1914-1916 С 335-337, Ahmet Cevdet - Pasa Tanhi Cevdet Istanbul, 1960 Cilt 1 Bol 9 S 3376
Hammer von Joseph Geschtchte des Gsmanischen Reiches Pest 1831 Bd 7 S 447, 450, 453
13
Более подробно русско-турецкие и ирано-турецкие отношения в плане нашей диссертации затронуты в работах иранских и турецких историков 30-х - 40-х г.г. XX в.: Мухаммеда Хекмата. Реза Сардари, Неджера Моэззи, Аббаса Экбаля, Кадиржана Каф-лы и др. Среди них конкретный материал по теме с анализом русско-иранских, русско-турецких и ирано-турецких договоров с 1722 по 1747 г.г. содержит работа М.А. Хекмата. Концептуальные суждения этих авторов, отличающиеся антироссийской направленно-стью, ярче выражены в работе К Кафлы.
Из трудов иранских авторов послевоенного периода материалами по истории Ирана, Турции и России, об их кавказской политике, особенно завоевательных походах Надир-шаха в Дагестан отличаются работы Али Акбара Бина, Гулам Хусейна Мухтадара, Мухаммеда Хусейна Годдуси, Исмаила Доулетшахи, Абутораба Сардадвара.47 Среди них более подробно интересующие нас вопросы представлены в работах Г.Х.Мухтадара и А.Д. Сардадвара, которые признают, что освободительная борьба народов Кавказа, особенно Дагестана, ставшая одной из главных причин крушения военной мощи Ирана, находила поддержку со стороны России, старавшейся воспользоваться этим для решения кавказской проблемы в своих интересах.4
Среди работ турецких историков послевоенного периода по истории Турции. Кавказа и кавказской проблемы в целом, выделяются исследования Энвера Зйя Карала, Исмаила Хаккы Узунчар-шылы, Исмаила Беркока, Шерефеддина Зрела, Джемала Гекдже.49
44
Hekmat М.А Essay sur LHistoire des relations politiques irano-ottomanes de 1722 a 1747. Pans, 1937; Sardan R. Un Chapitre de I'histoire diplomatique Iran Les Traites entre Iran et la Russia depuis le XVI-е siesle jusqua 191"7, Pans, 1941, Моэззи H.X. Тарих-е раввабат-е сийаси - йе Иран ва донья Техран, 1365/1946, Экбаль А. Тарих-е мофессол-е Иран аз эстила -йе могул та энгераэ-е Каджарийе. Тегеран, 1360/1941, Kafli К ?imali Kafkasya. Istanbul, 1942
45 Хекмат М.А Указ, соч С 39, 83, 97
46
Кафлы К. Указ. соч. С 74, 75, 79, 84-90.
47
Бина А А Тарих-е сийаси ва дипломаси-йе Иран Аз Голнабад та Торк-манчай 1722-1829 Техран, 1327/1954; Мохтодар ГХ Набардхое бозорг-е Надер-шах Техран, 1337/1960; Годдуси MX Надер-наме Техран, 1338/1961 Доулетшахи И Лешкаркаши-е Петер-е Кабир ва Иран // Сохан Техран, 1964 № 8-9, Сардадвар А Т Тарих-е незами ва сийиси-йе довране Надершах-е Афшар Техран, 1354/1975
48
Мохтодар ГХ Указ соч Изд. 1-е С 1, 2, 5, 8 22 33, 34, 105-110, 137
Сардадвар А Т Указ соч С 346, 736, 740, 748-760
49
Kara! EZ Qsmanli tanhi Анкара, 1954 Gilt 6, Uzuncarsili IH Osmanli
tanhi Анкара, 1956 Gilt 4 Berkok I Tarihte Kafkasya Istanbul, 1958, Ere! § Dagis-14
Из них попытку' критического осмысления влияния западных держав на кавказскую политику Турции предприняли Карал и Узун-чаршылы, которые, однако, ограничились осуждением политики России в отношении Турции и Крыма. В целом исследования упомянутых авторов написаны с националистических позиций, наиболее характерных для Беркока и Гёкдже.
Определённый интерес в западной иранистике вызывают работы английского историка Лоуренса Локкарта, в которых дан анализ русско-иранских, русско-турецких и ирано-турецких отношений от Каспийского похода Петра I до краха завоевательной политики Надир-шаха на Кавказе. Однако и Лаккарт, написавший свои труды на базе многочисленных источников, не избежал тенденциозности в оценке политики России в отношении Ирана, определявшейся взаимовыгодными договорами 1723 и 1735 г.г.
Следует отметить, что большинство исследований современной зарубежной историографии, касающихся кавказской проблемы в исследуемый период, проникнуто мыслью о стремлении России «поглотить» не только Кавказ, но и Турцию, Иран, Индию и др. Написанные с аналогичных позиций работы Шей Люссиль, Лавен-дер Касселс. Роухоллаха Рамазани, Фируза Касем-задэ, Аллена Ле-тина, Роберта Олсона и др. исходят из предпосылки^ что наступление Турции на Кавказе и политика западных держав были вызваны «русской интервенцией», угрозой существованию Османской
tan ve dagistanlilar. Istanbul, 1961; G6k$e C. Kafkasya ve Osmanli Imperatorlugunun Kafkasya siyaseti. Istanbul, 1979.
" Карал Э.З. Указ. соч. С. 15, 16; Узунчаршылы И.Х. Указ. соч. С. 187, 190,461,469.
51 Беркок И. Указ. соч. С. 353, 355, 361; Гёкдже Дж. Указ. соч. С. 30, 31, 32, 33.
Lockhart L. Nadir Shah. A critical study based mainly upon contemporary sources. London, 1938 - его же. The Fall of the Safavi Dynasty and afghan occupation of Persia. Cambridge, 1958.
53 Lockhart L. The Fall of the Safavi Dynasty. P. 248.
54 Luchile Shay. The Ottoman Empire from 1720 to 1734. Illinois, 1944; Cas-sels L. The struggle for the Ottoman Empire 1717-1740. London, 1966; Ramazani R.K. The Foreign Policy of Iran. A. Developing nation in Word Affairs 1500-1941. Charlottesvile, 1966; Kasemzadeh F. Russian Penetration of the Caucasus // Russian Imperialism from Iwan the Great to the Rewolution. New Jersey, 1974; Letin A. Russia in the Eingteenth Century. From Peter the Creat to Catherine the Great. London, 1973; Robert O.W. The Siege Mosul and Ottoman-Persian Relations 1718-1743. Blockmington, 1960.
15
империи Среди них более последовательно такие идеи проводятся в работах Л* Каеселе, А. Летина, Ф Касем-задэ5
Однако, коренные перемены постсоветского периода, сближение российского руководства с Западом сказываются на оценке зарубеяены&ш авторами предшествумщих исторических событий, в частности, кавказской политики России С тенденцией «уравновешиваний» роли западных держав с Россией Примеры тому - появившиеся на^Западе отдельные работы, в которых содержатся аналогичные сюжеты.6 Но зарубежная историография в целом в оценке этих вопросов остается субъективной, представляя Россию в качестве «извечного» врага народов Кавказа, что обуславливает не-обходимость критического подхода к материалам и суждениям ее представители^,
Практическая значимость исследования состоит в том, что приводимый в работе фаэстический материал, основные положения и вывода- м»гуф быть использованы при подготовке спецкурсов для исторических ^а(^льтетов вузов Дагестана, для написания обобща^Ьп^^^абот^гю истории Дагестана и Кавказа, кавказской политике. России, Ирана и Турции
Научная апробация исследования.
Диссертация обсуждена, одобрена и рекомендована к защите на кафедре истории стран Азии к Африки Дагестанского государственного университета. Основные её положения отражены в опубликованных научных статьях и тезисах докладов
Структура диссертации. Она состоит из введения, двух глав и заключения К работе прилагается список использованных источников и литературы


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Во введении обоснованы актуальность, научная новизна, хронологические рамКи и практическая значимость диссертационного исследования, определены ее цели и задачи, методологические принципы, характеризуется степень изученности проблемы и её историографическая база
I глава: «Дагестан во взаимоотношениях России, Ирана и Турции в первой четверти XVIH в.» посвящена анализу геополитического положения Дагестана как определяющего фактора кав-
5 КассеЛс Л Указ соч С 78, 79, 48, Летин А Указ соч С 93-98 Касем-задэ Ф Указ соч. G 243, 246, 253
56 The Frontier т Russian Histon Fol 19 № 1-4 California 1992, Imperial Russian Foreign Policy Cambridge N-V Melbourne, 1993
16
казской политики противоборствующих держав, выявлению места и роли Дагестана в этой политике в период упадка Сефевидского государства, освещению Каспийского похода Петра I и его итогов, уточнению сфер влияния в Дагестане и Прикаспийских областях сначала между Ираном и Россией, затем между Россией и Турцией.
Приведённый в главе материал свидетельствует, что Дагестан, занимая ведущее положение на стратегических коммуникациях, связывавших Юго-Восточную Европу с Передней Азией, Ближним и Средним Востоком, представлял наиболее важную часть Кавказа, овладение которым могло обеспечить господство над этим регионом. Главную роль связующего звена между Европой и Азией осуществлял Дербентский проход - «Прикаспийский путь», названный античными авторами «Каспийские или Албанские ворота». 7
Для полноты определения потенциала Дагестана, привлекавшего внимание соперничавших держав, приведены данные о территории и границах Дагестана, феодальных владениях и союзах сельских общин, численности населения и вооружённых сил, экономических ресурсах и трудовой деятельности в различных зонах края, внутриполитическом состоянии и взаимоотношениях политических образований, внешнеполитической ориентации владетелей -58- и старшин.
Определены территории, которыми владели соперничавшие стороны в начале XVIII в. для выработки и проведения кавказской политики: Дагестан, Азербайджан, Восточная Грузия и Восточная Армения находились под властью Ирана, Западная Грузия, Абхазия, Западная Армения и адыги, жившие в Причерноморье и в районе Кубанского бассейна, попали под власть Турции. Позиции России на Кавказе были слабее, замыкая небольшой Прикаспийский район с укреплённым городом Терки. 9
Значительное влияние на ситуацию в Дагестане оказали антииранские восстания 1707-1721 г.г., в корне подорвавшие власть Се-февидов. обратившие внимание как правителей России, так и Турции и Крыма. Неслучайно по времени с этими восстаниями совпадали
Гаджиев К.С. Геополитика Кавказа. М., 2001, С. 12. Магомедов P.M. Общественно-экономический и политический строй Дагестана в XV!!! - начале XIX вв. Махачкала, 1957. С. 182, 336; История Дагестана. М.. 1967. Т. 1. С. 305, 308; Умаханов М-С.К. Взаимосвязи народов Дагестана в XVII-начале XIX веков. Автореф. дис д-ра ист. наук. Махачкала, 1994. С. 13, 17. 19-20.
История внешней политики России. XVH! в. М., 1988. С. 48; Сотавов Н.А. Северный Кавказ в русско-иранских и русско-турецких отношениях XVIII в. М., 1991. С. 38.
17
нашествия крымских ханов Девлет-Гирея II и Саадат-Гирея III, пытавшихся склонить на свою сторону непокорных кабардинских князей и кумыкских владетелей-шамхала Адиль-Гирея и аксаевского князя Султан-Махмуда.60 В качестве ответных мер для ограждения своих позиций Россия организовала миссию советника царя во восточным вопросам А.Б. Черкасского в Кабарду и экспедицию астраханского губернатора А.П Волынского на Терек.
Кульминацией антииранских восстаний стало взятие 7 августа 1721 г. дагестанскими повстанцами во главе с Сурхай - ханом Казикумухским и Дауд-беком Мюшкюрским центра иранского владычества Шемахи, сопровождавшееся убийством 700 членов иранской администрации и 300 русских купцов, потерпевших убытки, по разным данным, на сумму от 500 тыс. до 2 млн. руб.62
«Шемахинское побоище», поставив Сурхай-хана и Дауд-бека во враждебные отношения с Россией и толкнув их на сторону Турции, ускорило начало похода Петра I на юг. Главной целью этого похода являлось обеспечение экономических и политических потребностей России, безопасности южных границ и выхода к южным морям для поворота потока восточных товаров с Левантийского направления в российское русло и через Каспийско-Волжско-Балтийскую магистраль в Западную Европу. Пользуясь благоприятной обстановкой (завершение Северной войны, усиление пророс-сийской ориентации в Прикаспийском регионе), Пётр I решил опередить Турцию, чтобы не допустить её на побережье Каспия.
18 июля 1722 г, 100-тысячная русская армия выступила из Астрахани, а через 10 дней разбила лагерь на берегу Аграхани. Территория от устья Сулака до р. Милюкент за Дербентом была занята к концу августа. Столь быстрое продвижение русской армии объяснялось не только её многочисленностью, но и стремлением
Сб. РИО. СПб., 1885. Т. 50. С. 12; Кабардино-русские отношения в XVI-XVlllBB. М„ 1957. Т. 2-XVMIB. С. 11.
Русско-дагестанские отношения в XVII- первой четверти XVIII вв. Махачкала, 1958. С. 223; История Кабардино-Балкарской АССР с древнейших времён до наших дней. М., 1967. Т- 1. С. 16.
2 АВПРИ, Ф. 89; Сношения России с Турцией. On. 89/1, 1721. Д. 7. Л. 114 об.; Соловьёв С.М, История России с древнейших времён. М., 1963. кн. 9. Т. 18. С. 373; Бина А.А. Тарих-е сийа-си ве дипломэси-йе Иран. Техран. 1374/1954. Т. 1. С. 16.
Бобылев Е.С Внешняя политика России эпохи Петра I. M., 1990. С
153.
64
Сб. РИО. СПб., 1885. Т. 49. С. 93; Касумов P.M. Каспийский поход Петра I и русско-дагестанские отношения в первой трети XVIti в. Автореф. дис. канд ист, наук. Махачкала, 1999. С. 17.
18
местного населения, особенно сельских жителей, городских торговцев и ремесленников освободиться с помощью России «от произвола коррумпированной шахской администрации, от феодального разбоя и политических неурядиц».
Однако дальнейшее продвижение русской армии было приостановлено как из-за потерь в людских силах, перевозочных и тягловых средствах, так и из-за угрозы войны со стороны Турции. Прибывший в русский лагерь на р. Милюкент султанский посланник прямо заявил, что дальнейшее продвижение русской армии на Кавказе будет рассматриваться Турцией, как причина для объявления войны России.
Оставив гарнизоны в Дербенте, БуЙнаке, на Сулаке и Рубасе, назначив командующим над всеми войсками генерала Ф.М. Ма-тюшкина, 29 сентября с основными силами Пётр I отплыл в Астрахань. В результате Петровского похода 1722 г. к России отошли Аграханский полуостров., развилка рек Сулака и Аграхани и весь Приморский Дагестан, включая г. Дербент.67
Реализация части стратегического замысла Петра I вызвала острое недовольство в Стамбуле, активно поддержанное выступавшими с ангироссийских позиций Англией и Францией. Опираясь на их поддержку, Порта усилила политику реванша, используя подкуп дагестанских владетелей и создавшуюся после падения Сефевидов в 1722 г. «благоприятную ситуацию для удовлетворения агрессивных замыслов ... правящей османской верхушки». В сентябре и декабре 1722 г. подданство Турции приняли Али Султан Цахурскии и Дауд-бек Мюшкюрский - первый в качестве владетеля Элису и Ареша, второй - верховного правителя Дагестана и Ширвана.69
Дагестан обретал исключительное значение в кавказской политике Порты. Перед Дауд-беком и Али Султаном ставилась масштабная задача: опираясь на поддержку подготавливаемого в Эрзе-руме 30-тысячного турецкого корпуса, вытеснить русские войска из Дагестана и принудить царя отказаться от своих планов в отно-
Алиев Ф.М. Антииранские выступления и борьба против турецкой оккупации в Азербайджане в первой половине XVIII в. Баку, 1975. С. 45.
Маркова О.П. Россия, Закавказье и международные отношения XVIH в. М., 1966. С. 27; Cok^e С. Kafkasya ve Osmanli Imperatorlugunun Kafkasya siyaseti. Istanbul, 1979. S.30.
Гасанов М,Р. История Дагестана с древности до конца XVIII в. Махачкала. 1997. С. 136,
68МейерМ.С. Османская империя в XVII! в. М., 1998. С. 188. ь9 АВПРИ. Ф. 89 Сношения России с Турцией. Оп. 89/1, 1722. Д. 5. Ч 1. Л. 100.
19
шении Кавказа. Настаивая на праве владеть Дагестаном как суннитским краем, османы перешли к прямым военным захватам. В июне 1723 г. турецкие войска заняли Тифлис. В ответ на это русские войска заняли Энзели, Решт и Баку. Стремясь не допустить турок на побережье Каспия, русское правительство стало добиваться от шаха Тахмаспа добровольной уступки Прикаспийских областей, обещая взамен помощь в борьбе с Турцией и афганскими завоевателями. На этой основе 12 октября 1723 г. был подписан Петербургский договор, предусматривающий, что «его шахово величество уступает его императорскому величеству всероссийскому в вечное владение г. Дербент, Баку со всеми к ним принадлежащими и по Каспийскому морю лежащими землями и местами, також де и провинции Гилянь, Мазандрань (Мазандеран - Х.С.) и Астрабат». '
Петербургский договор, закрепивший переход к России Северо-восточного Кавказа и Прикаспийских областей, означавший явный успех кавказской политики России, вызвал активность султанского правительства. Осенью 1723 г. военные действия османов в Закавказье возобновились с новой силой. В октябре 1723 г. многочисленная турецкая армия выступила из Тифлиса к Гяндже, чтобы соединиться с- Дауд-беком, но была разбита объединёнными силами армян, грузин и дагестанских ополченцев.
В такой обстановке русско-турецкие переговоры о разграничении на Кавказе и других областях из-за вмешательства Англии и Франции с антироссийских позиций продвигались с трудом, но завершились мирным исходом, благодаря твёрдой позиции России. 12 июня 1724 г. был подписан Константинопольский договор, признававший за Россией территории, полученные ею же по Петербургскому договору 1723 г. с Ираном, а также 2/3 приморской полосы Ширвана и часть земель по Самуру, считавшихся под протекцией Сурхая. К Турции переходили бывшие иранские владения в Азербайджане (кроме Ардебиля), Грузии, Армении и часть западных областей Ирана. На территории Ширвана с охватом 1/3 части в сторону моря от Шемахи учреждалось отдельное Шемахинское ханство во главе с Дауд-беком под покровительством Порты. В Дагестане под её властью признавались Ахты. Рутул, Цах>р и часть
Там же. Д, 16. п. 37 об. Ф. 77: Сношения России с Персией Оп. 77/1. 1723. Д. 5. Ч. 1.Л. 11 с. об.
Русско-дагестанские отношения XVII- первой четверти XVIII вв (Документы и материалы). Махачкала, 1958. С. 286.
Абрамян Г. Документы из истории совместной борьбы народов Закавказья против турецких захватчиков в первой четверти XVH1 в. // Историко-филологический журнал. Ереван, 1964. № 2. (25) С. 252.
20
лезгинских земель, оказавшихся под покровительством Сурхая. Остальная территория Ирана признавалась за шахом Тахмаспом, но фактически оставалась под властью завоевателя Ирана Мир-Махмуда.73
Константинопольский договор 1724 г. явился следствием завоевания Ирана афганцами, Каспийского похода Петра I, османской агрессии в Закавказье и подготовки к оккупации Северного Ирана. На Кавказской арене временно остались две силы - Россия и Турция, приступившие к реализации статей этого договора вопреки интересам народов региона.
II глава: «Дагестан в политике Ирана, Турции и России во второй четверти XVIII в.» - определяет роль Дагестана в системе кавказской политики Турции и России во второй половине 20-х - начале 30-х г.г., показывает возвращение Ирана на кавказскую арену, освещает особенности проявления политики трёх держав на кануне и в годы русско-турецкой войны 1735-1739 гг., вскрывает причины краха завоевательных устремлений Надир-шаха в Дагестане и влияние этого фактора на корректировку политики России и Турции в регионе.
Как свидетельствуют архивные и литературные источники, главной проблемой в русско-турецких отношениях второй половины 20-х - начала 30-х г.г. стало разграничение на Кавказе и в Прикаспийских областях, обоюдное стремление к укреплению позиций в Дагестане в связи с усилением и постепенным возвращением Ирана на кавказскую арену. Разрабатываемые и осуществляемые противоборствовавшими сторонами меры определялись соотношением сил в регионе, отношением к их политике коренного населения, изменением внутренней ситуации и международного положения соперничавших держав, политикой западных стран, оказывавших поддержку противоборству Турции против России.
Для реализации этих намерений предпринимались меры как военно-политического, так и дипломатического характера, хотя российская сторона, учитывая настроения местного населения, шире пользовалась политикой экономического, политического и военного покровительства над местными владетелями и старшинами, не пренебрегая, однако, крутыми мерами в экстремальных ситуациях.
Левиатов В.Н, Очерки из истории Азербайджана в XVIII в. Баку, 1948. С. 86, Сб РИО СПб., 1886. Т. 52. С. XiX-ХХ; Сотавов Н.А. Указ. соч. С. 67-68.
74 АВПРИ. Ф. 89. Оп. 89/1, 1727. Д. 6. Т. 2. Л. 506 с об,, 507, 604. 1728. Д. 4. Л. 375-376; История народов Северного Кавказа с древнейших времён до конца XVIII в М., 1988. С. 414.
21
Подтверждение тому с российской стороны - низложение Адиль-Гирея и упразднения звания шамхала в 1725 г, с турецкой стороны - смещение Дауд-бека с шемахинского «трона» в 1728 г и принятие на тех же правах в подданство Сурхая, ставшего орудием осуществления антироссййских акций, выступая одновременно против «поглощения» Портой зависимых от него кюринских джа-маатов. Корректировка российской политики в создавшихся условиях - подписание Рештского договора 21 января 1732 г с Надиром о возвращении Ирану оккупированных российскими войсками территорий до места слияния Аракса и Куры
Для подрыва намечавшегося российско-иранского альянса в июне 1733г султан Махмуд I направил крымского калгу Фетхи-Гирея с задачей пробиться с 25*-тыеячным корпусом через Кабарду и Дагестан в Закавказье, «привлекая к Порте горцев Кавказа от устья Кубани до русских границ в Дербенте» 7б Но этот корпус был разбит русскими войсками под горой Гюрзели в Чечне и в Дагестане под Дербентом Терпящие поражение в Закавказье от иранцев турецкие войска остались >без поддержки
Ситуация на ирано-турецких фронтах продолжала складываться в пользу Ирана:. Разгромив османов под Багдадом в декабре 1733 г , Надир потребовала от Порты возвращения территорий, принадлежавших Ирану со времени Касре-Ширинокого договора 1639г, что непосредственно кабалосъ Дагестана и Ширвана, которыми от имени турецкого-султана, в качестве верховного правителя с резиденцией в Шемахе управлял бурхай-хан. Однако предъявление Надиром такого требования^ привело к столкновению между ними в 1734 г, закончившемуся поражением Сурхая и отступлени-ем сначала в Казикумух, а затем в Аварию. 8
Но Россия осталась фактически безучастной к этой акции Надира Международное положение лослепетровской империи, ослабленной дворцовыми переворотами, продолжало ухудшаться Желая избавиться от забот на Кавказе, превратить Иран из потен-циального противника в своего союзника, русское правительство
75
Юзефович Т Д Договоры России с Востоком политические и торговые СПб,1869 С 194-200
Mohammad Ail Hekmat Essaj sur i'htstoire des relations politiques irano ottomanes del 722 £1747 Pans, 1937 P 206
Бутурлин ДП Военная история походов россиян в XVIII столетии СПб 1826 Ч 2 Т 4 С 162-166
'ТО
Мирза Мехди-хаи Астрабади Джахонгоша-е Надири Техран 134/1962 С 238, Мохаммад-Казим Наме-йи Апамара-йи Надири М,1961 Ч 2 С 280-280 **• Lockhart L Nadir Shah London, 1938 P 75-76
22
подписало с ним 10 марта 1735 г. Гянджинский договор о возвращении Ирану Прикаспийских областей и Дагестана с отводом русских войск за р. Сулак. но с условием, что эти земли не будут переданы в дальнейшем Турции.
Выполнение условий Гянджинского договора заметно ухудшило внешнеполитическое положение Дагестана и Прикаспийских областей. По мере перемещения русских войск на Сулак и Терек борьба между Ираном и Турцией достигла кульминации. Стремление России предотвратить наступление 80-тысячного корпуса крымского хана Каплан-Гирея через Северный Кавказ в Закавказье стало поводом для русско-турецкой войны 1735-1739 г.г.3 вынудившей хана отступить обратно. Вторая «шемахинская экспедиция» Надира 1735 г., завершившаяся повторным изгнанием Сурхая в Казикумух и Аварию, заметно ослабила влияние Порты на Кавказе.
Но Петербург не смог воспользоваться изменением ситуации на Кавказе и одержанной победой над Турцией в ходе войны в 1735-1739 г.г. Подписанный под влиянием французской дипломатии 18 сентября 1739 г. русско-турецкий Белградский договор фактически узаконил принцип «нейтрализации» Кабарды, давно вынашиваемый Османской империей, серьёзно ослабивший позиции России для противодействия экспансии Турции и Крыма. Кроме того, «Белградский трактат 1739 г. был опасен для Петербурга и тем. что осложнил наладившиеся экономические и политические связи с Северным Кавказом и Закавказьем», обострил ситуацию в регионе накануне Дагестанской кампании шаха Надира.
40-е гг. XVII в. ознаменовались новыми событиями, внесшими определённые коррективы в кавказскую политику России. Ирана и Турции. Главным из них стала Дагестанская кампания шаха Надира, закончившаяся сокрушительным поражением 100-тысячной иранской армии. Неслучайно оно вызвало живой инте-
Юзефович Т.Д. Договоры России с Востоком. С. 203-207.
Шульман Е.Б. О позиции России в конфликте с Турцией 1735-1736 гг. // Балканский исторический сборник. Кишинёв, 1973. Ч. 3. С. 65; Смирнов Н.А. Политика России на Кавказе в XVI-XIX вв. М., 1958. С. 76. 81
Касумов P.M. Указ, автореф. С. 19-20.
81
Документальная история образования многонационального государства Российского. Кн. 1: Россия и Северный Кавказ в XVI-XIX вв. М., 1998. С. 36.
£ ?
Тамай А И. К вопросу о провале Дагестанской кампании шаха Надира (1741-1743 гг.) // Уч. зап. ИИЯЛ Даг. ФАН СССР, 1958. Т. 5. С. 131 Сардадвар А.Т. Тарих-е незами ва сийаси-йе довран-е Надершах-е Афшар. Техран,
1395,1975 С. 740
23
pec как в Стамбуле и Петербурге, так и в Лондоне и Париже, заинтересованно следивших за событиями в Дагестане.
Разгром объединёнными силами дагестанских народов отборных военных сил Ирана, объективно совпавший со стратегическими целями политики России на Кавказе, стал важным фактором российско-кавказского сближения. В то время как Англия и Фран-ция оказывали активную в оснно-дипломатическую поддержку Надир-шаху, российское правительство, укрепляя Кизлярско-Сулакскую линию, поощряло освободительную борьбу горцев, принимая в подданство владетелей и старшин Дагестана, награждая их деньгами, чинами, званиями и титулами, выделяя военные силы для отражения внезапной агрессии.
В результате последнее нашествие Надир-шаха на Дагестан в конце 1744 - начале 1745 г.г. завершилось очередным провалом. Попытки Порты укрепить свои позиции поддержкой самозванных претендентов на иранский престол оказались несостоятельными. Кавказская политика России особенно активизировалась после убийства Надир-шаха в 1747 г., возвращаясь к активным традициям петровской дипломатии.
В заключении подведены итоги исследования, содержатся основные выводы. В нём подчёркивается, что анализ восточной политики России, Турции и Ирана в первой половине XVIII в. показывает, что Дагестан, обладающий важными стратегическими позициями, обрёл доминирующую роль в их кавказской политике. Сложившаяся здесь ситуация определила основные направления и пути реализации политического курса этих государств в Прикас-пийско-кавказском регионе. Первые итоги их противоборства; вызванного разделом кавказских земель, обозначились в 20-х - первой половине 30-х г.г.. характерных обострением русско-турецких противоречий и стабилизацией русско-иранских отношений
Однако, ослабление международных позиций России в период правления «немецкой партии» во главе с Э.И. Бироном (1730 -1740гг.) и изменение соотношения сил в регионе сначала в пользу Т>рции, а затем Ирана внесло существенные коррективы в выработку и осуществление их замыслов на Кавказе. Конкретным проявлением «нового курса» петербургского двора явилось возвращение Ирану Прикаспийских областей и Дагестана по Рештском} (1732 г.) и Гянджинскому (1735 г.) трактатам, что облегчило осу-ществление завоевательных походов османских, крымских и иранских феодалов в Дагестан и Закавказье,
Но эти договоры, подписанные под угрозой возникновения враждебной коалиции европейских держав на западе и антнроссий-
24
ского ирано-турецкого альянса на востоке, не означали отказа России от покровительства народам Кавказа и достижения стратегических целей в регионе: продолжая открыто выступать против агрессивных устремлений Турции и Крыма, она стала негласно поддерживать освободительную борьбу кавказских народов против Надир - шаха и попыток османской и крымской элиты возвратить их под свое управление. Это борьба, наносившая серьезный урон военному могуществу геополитических соперников России в регионе, стала важным компонентом ее кавказской политики. В этом про-явилось совпадение тогдашних целей кавказской политики России с освободительной борьбой народов Дагестана, обусловившее качественный сдвиг в развитии российско-дагестанских отношений.
Основные положения и выводы диссертационного исследования отряжены в следующих публикациях:
1. Северный Кавказ в русско-иранских и русско-турецких отношениях от Гянджинского трактата до Белградского договора (1735-1739 гг.)./ Тезисы XI Всесоюзной конференции: «Славяне и их соседи: Османская империя и народы Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы и Кавказа в XVI-XVHI вв.» М.„ ИСиБ, 1992. С. 78-80.
2. Нашествия крымских феодалов на Северный Кавказ в 1733-1735 гг. и их последствия для Дагестана // Сборник статей студентов, аспирантов и преподавателей университета. Махачкала. ИПЦДГУ, 1993. С. 92-94.
3. Дагестан в кавказской политике Османской империи в период завоевательных походов Надир-шаха Афшара // Сборник статей студентов и аспирантов. Гуманитарные науки. Махачкала, ИПЦДГУ, 1995. С. 119-123.
4. К вопросу освещения политики Порты на Северном Кавказе во второй четверти XVIII века в отечественной историографии // Материалы VII Всероссийской научной конференции: «Актуальные проблемы отечественной историографии». СПб.: «Нестор». 1997.
5. Дагестан в кавказской политике Порты в 20-х годах XVIII века. Сборник научных трудов II Болгария. Дагестан. Турция. Выл. V. Махачкала, ИПЦДГУ. 2000. С. 58-61.
25



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU