УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Российская академия наук
Дальневосточное отделение
Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока

Галлямова Людмила Ивановна


Дальневосточные рабочие России во второй половине XIX - начале XX в.
 

Специальность 07.00.02 -Отечественная история
 

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук


Работа выполнена в Институте истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН.
 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
 

Научная значимость темы исследования. Изучению истории российского рабочего класса отечественная историческая наука уделяла повышенное внимание на протяжении всех десятилетий советской власти. Однако, несмотря на традиционно устойчивый интерес и многочисленные усилия по разработке этой темы, ее исследование нельзя считать завершенным. И прежде всего потому, что современное глубокое изменение общественно-политического и экономического устройства, отказ от прежних целей и идеалов потребовали от ученых обоснования новых концептуальных подходов к изучению прошлого, комплексного переосмысления многих страниц истории страны, а также места и роли пролетариата в важнейших событиях XX в.
Среди наиболее острых и сложных по-прежнему остаются проблемы социальной структуры российского общества ни том или ином отрезке его истории, причем для исследователя актуальным является не просто конкретный анализ социальной реальности, но и изучение процесса возникновения и развития различных социальных слоев и раскрытие исторической самоценности того или иного социального образования1.
В свете сказанного, переосмысление истории российского рабочего класса должно продвигаться в' первую очередь по линии отказа от марксистско-ленинского методологического принципа об исключительной миссия рабочего класса, призванного ликвидировать все виды социального угнетения и якобы Достигшего этой цели в условиях советского государства2. Только признание самоценности каждой из составляющих социального пространства позволяет воссоздать объективную историю от-дельных социальных образований, сохраняя при этом взгляд на общество как на целостно-противоречивую систему.
Значимость дальнейшего изучения истории российского пролетариата обусловлена не только'необходимостью преодоления упрощенного подхода к изучению места я роли рабочих в обществе, но и поиском новых ракурсов при освещении прошлого, постановкой новых ранее не обсуждавшихся проблем и трудных вопросов. Актуальность исследованию темы придает и то обстоятельство, что в наше время, когда российское общество проходит через одно из крупнейших переломных состояний своего развития, наблюдается мощный всплеск рабочего движения, обостряя необходимость исследования этого феномена.
С. 26.
1 Современные концепции аграрного развития // Отеч. история. 1993. №2
2 Рабочий класс России от зарождения до начала XX в. М., 1989. С. 5-6.
О важности продолжения разработки темы свидетельствует и ряд международных научных конференций последнего десятилетия, материалы которых показывают, что за рубежом исследования по истории российских рабочих ведутся довольно активно. "Иностранные ученые пытаются понять феномен российских рабочих, сыгравших решающую роль не только в развитии собственной страны, но и своим примером способ-ствовавших радикализации рабочего движения далеко за ее пределами"3.
Наконец следует особо отметить, что на выбор темы настоящего диссертационного исследования повлияло и то обстоятельство, что в отечественной исторической литературе заметен чрезмерный крен в сторону изучения истории столичного пролетариата, в связи с чем специалисты констатируют явную недостаточность региональных разработок, посвященных периферийным группам рабочих4. Убедительным подтверждением этого наблюдения могут служить опубликованные обобщающие монографии по истории российского рабочего класса5. Являясь итоговым результатом многолетних исследовательских усилий крупного авторского коллектива и бесспорным достижением отечественной историографии, они, однако, явно недостаточно отразили своеобразие формирования региональных отрядов пролетариата и в первую очередь дальневосточного, по истории которого нашли эпизодическое отражение лишь отдельные факты.
Таким образом, обращение к исследованию дальневосточного рабочего класса представляется не потерявшим интереса для историков и достаточно актуальным. Постановка данной проблемы, вытекая из потребностей развития самой исторической науки, позволяет продвинуть вперед изучение рабочего класса в направлении выявления региональных отличий его формирования, положения, участия в массовом демократическом движении и пр., ибо объективная картина исторического процесса может быть воссоздана путем глубокого изучения не только центра, но и окраин страны.
Историография темы. В истории изучения дальневосточного пролетариата можно выделить три больших периода: дооктябрьский, советский и современный (постсоветский). В дооктябрьское время интерес исследователей к проблеме рабочего класса Дальнего Востока проявлялся
3Отсч. история. 1996. № 3. С. 185.
4 Волобуев П.В., Булдаков В.П. Октябрьская революция: новые подходы к ичу-чению /' Вопр. истории. 1996. № 6. С. 32.
' Рабочий класс России от зарождения до начала XX и. М., 1983: Рабочий класс и Первой российской революции 1905-1907 гг. М., 1981; Рабочий класс России. 1907 - февраль 1 Ч17 г. М., 1982; Рабочий класс России от зарождения до начала XX и. / 2-е ш:т. иснр. и доп. М.. 1989.
эпизодически и не имел целенаправленного научного характера. Среди авторов преобладали официальные лица — чиновники, горные инженеры, а также геологи, географы, экономисты, путешественники, врачи и т.д., выполнявшие свою работу не столько в научных, сколько в служебных целях, и рабочие попадали в поле их зрения лишь как фактор экономической жизни края, а "рабочий вопрос" понимался как совокупность проблем, относящихся к использованию рабочей силы.
Во второй половине XIX в. основные суждения по этой проблеме сводились к констатации повсеместного дефицита свободных рабочих рук и их чрезмерной дороговизны, тормозивших всякое хозяйственное начинание. Подобные взгляды нашли отражение в публикациях М.И. Ве-нюкова, Г. Алябьева, Н.М. Пржевальского, И.П. Надарова, Л.Ф. Бацевича, И.С. Боголюбского, Г.Е. Грум-Гржимайло, Н.А. Крюкова, М. Бережнико-ва, Н.В. Слюнина, А.П.Сильницкого, Ф. Шперка, Е.Т. Смирнова, П.Ф. Унтербергера и многих других6. Распространенное мнение о том, что на Дальнем Востоке "рабочего вопроса в европейском и американском смысле... не существует, потому что нет рабочего пролетариата", "... нет отдельного класса рабочих", снимало вопрос о необходимости изучения этой проблемы. Исключением стало исследование В.И. Семевского, единственного профессионального историка, посвятившего свою фунда-ментальную работу золотопромышленным рабочим Сибири (включая Приамурье) и осветившего проблему с народнических позиций7.
В начале XX в. круг работ, посвященных Дальнему Востоку, заметно расширился, особенно после русско-японской войны, поражение в которой заставило и царское правительство, и российскую общественность обратить на нужды региона самое серьезное внимание. В вышедших в свет книгах А.А. Березовского, Д.И. Богданова, В.Е. Глуздовского, В.К. Арсеньева, П.М. Головачева, В.В. Граве, А.Н. Митинского, Д.В. Мурзае-ва, А.А. Панова, В.А. Саханского, Н.В. Слюнина, П.Ф. Унтербергера и других авторов8 нашли отражение многие вопросы экономического и со-
6 Алябьев Г. Далекая окраина: Уссурийский край. СПб., 1872; Пржевальский Н.М. Путешествие в Уссурийском крае. 1866-1869 гг. СПб., 1870; Грум-Гржимайло Г.Е. Описание Амурской области. СПб.. 1894; Крюков Н.А. Промышленность и торговля Приамурского края. Нижний Новгород. 1896; Слюнин Н.В. Охотско-Камчатский край. СПб., 1900 Т. 1-2.; Шперк Ф. Россия Дальнего Востока // Зам. ИРГО. СПб.. 1885 Т. 14: Унтербергер П.Ф. Приморская область. 1856-1898. СПб., 1900 и т.д.
1 Семевский В.И. Рабочие на сибирских золотых промыслах. СПб.. 1898. Т. 1-2. Березовский А.А. Таможенное обложение и порто-франко в Приамурском крае: Опыт всестороннего исследования. Владивосток. 1907; Деписои В.II Россия па Дальнем Востоке. СПб.. 1913: Слюнин Н.В. Современное положение нашего Дальнею Востока. СПб.. 1908: Саханский В.А. Очерк Амурской области в связи с грузооборотом проектируемой Средне-Амурской железной доро!и. СПб., 190'': С\бО>отчч Д.И.
циально-демографического развития дальневосточной окраины, а вспыхнувшая в печати полемика о роли "желтой расы" в колонизации края пролила неожиданный свет на малознакомые аспекты "рабочего вопроса", обнаруживая в то же время хозяйственно-прагматический подход к этой теме.
8 целом продолжала бытовать концепция, согласно которой на Дальнем Востоке промышленность развита очень слабо (а по мнению некоторых, например, Д.И. Субботича, — еще только-только зарождается), а пролетариат отсутствует, так как он представлен случайными местными и российскими крестьянами, ссыльными бродягами, китайскими и корейскими отходниками. Отрицание сколько-нибудь значимого отряда рабочих на Дальнем Востоке не могло не сказаться самым негативным образом на разработке его истории так же, как и отсутствие специалистов-историков и особых научных центров, занимавшихся социальной историей края. Тем не менее большой заслугой дореволюционной историографии явилось накопление разнообразного фактического материала, иногда добротно обработанного и систематизированного, по многим важным аспектам жизни пролетариата: источникам формирования, численности, территориальному и отраслевому распределению и составу, экономическому положению рабочих, особенностям их поведения и борьбы за улучшение условий труда и быта и т.д., создав тем самым совершенно незаменимый источниковый фундамент для более поздних исследований.
После победы Октября и установления советской власти исследование истории рабочего класса становится одним из главных направлений научной деятельности отечественных историков. Одновременно шел процесс освоения марксистско-ленинского методологического наследия, ленинской концепции истории рабочего класса, значительное внимание обращено на определение понятия "пролетариат", на выделение основных предпосылок, этапов, факторов и источников формирования российского рабочего класса, на освещение его положения и классовой борьбы и т.д. (труды A.M. Панкратовой, Б.Б. Граве, В.Ю. Гессена, В.И. Невского, MB. Нечкиной, Б.Л. Маркуса и др.)9 Была создана первая обобщающая
Амурская железная дорога и наша политика на Дальнем Востоке. СПб., 1908; Унтер-бергер П.Ф. Приамурский край. 1906-1910. СПб., 1912; Шмидт П.Ю. Остров изгнания (Сахалин). СПб., 1905 и др.
9 Панкратова A.M. Рабочий класс и рабочее движение накануне революции 1905 года // 1905. История революционного движения в отдельных очерках. М; Л.. 1926. Она же. Маркс и Энгельс об исторической роли пролетариата // История пролетариата СССР. М., 1933. С. 13-14; Граве Ь.Б. К истории классовой борьбы в России в годы им-периалистической войны. Июнь 1914 г. - февраль 1917 г.: Пролетариат и буржуазия. М.; Л., 1926; Нечкпна М.В. Рабочие волнения в связи с реформой 1861 г. // История пролетариата СССР. М.. 1930. СО 1 и др.
6
работа "Очерки истории пролетариата СССР. Пролетариат царской России" (М., 1931), в которой в научно-популярной форме освещалось становление пролетариата как класса и превращение его в ведущую силу освободительного движения. На начальном этапе советской исторической науки история рабочего класса исследовалась в основном на материалах центральных регионов.
На Дальнем Востоке главное внимание ученых-обществоведов в этот период было сосредоточено на изучении революционного прошлого: к юбилеям первой русской революции были приурочены публикации документов и воспоминаний, составляются хроники революционных событий (в 1925 г. — Н.А. Аникиевым, в 1930 г. — А.П. Станкевичем) и библиографические указатели, а усилия авторов первых исследовательских публикаций — Г.А. Мучника, Н.А. Аникиева, В.П. Голионко, Н. Карго-полова, С. Цыпкина, А. Шурыгина, З.Г. Карпенко, М.К. Ветошкина и др. — направлены на осмысление и показ роли и места пролетариата в революции10. Многие из авторов (Г.А. Мучник, М.К. Ветошкин, В.П. Голионко, А. Каргополов и др.), являясь участниками событий, вносили в свои публикации элементы мемуарного жанра, а в целом участие рабочих в революционном движении раскрывалось на основе анализа отдельных явлений (наиболее значительных стачек, крупных профсоюзов и т.д.), тем не менее эта работа помогла конкретизировать знания по истории дальневосточного пролетариата. Этому же способствовали и первые попытки П.Д. Лежнина, З.Г. Карпенко, С. Цыпкина, П. Васенко определить численность рабочих Дальнего Востока в целом или в отдельных отраслях и областях, дать краткую характеристику положения рабочих, их труда и быта, описать наиболее яркие волнения и забастовки и т.д.
Со второй половины 1930-х годов интерес к революционному прошлому и к истории пролетариата заметно снизился. Как отечественная, так и дальневосточная историография переживала огромные трудности, обусловленные влиянием культа личности и тяготами войны. Тем не менее, если историки центра продолжали издавать сборники статей, документов и материалов, монографии, то на Дальнем Востоке произошла
10 Отдельные моменты борьбы пролетариата Дальнего Востока в 1905-1906 гг. по воспоминаниям участников и документам // Рабочий путь. Хабаровск, 1925. №42; Апикиев Н.А. Хроника революционных событий на Дальнем Востоке R 1905-1907 гг.//1905. Революционное движение па Дальнем Востоке. Владивосток, 1925; Станкевич А.П- Первая революция на Дальнем Востоке: (Хроника революционных событий 1903-1908 п.). Хабаровск. 1930: Лсжшш П.Д. Богатства Приамурья и Забайкалья. Чита. 1922; Карпенко '1. Гражданская война в Длльнсвосточном крас (1918-1922). Хабаровск, 1934; Цынкин С. Большевики Дальнею Востока на путях к Октябрю. Хабаровск. 1934: Васенко П. Рабочие на постройке Уссурийской и Амурской железных дорог и участие каторжан и работах / Архив истории труда в России. 1923. Кн.6-7 и др.
7
приостановка исследовательских работ и новых изданий: целое двадцатилетие отмечено появлением в свет лишь одной монографии В.П. Голи-онко, посвященной истории революционного движения в Приморье11. Это способствовало усиливавшемуся отставанию дальневосточной историографии от общероссийского уровня.
Оживление исследовательской деятельности наметилось лишь в середине 1950-х годов и связано было с празднованием юбилея первой русской революции. В организационном плане для дальневосточной историографии значительным событием стало создание в 1954 г. в составе Дальневосточного филиала СО АН СССР Отдела истории и археологии (реорганизованного в 1971 г. в институт), что положило начало целенаправленной систематической работе по изучению истории дальневосточного региона и смежных территорий. В ходе празднования юбилея появились публикации М.К. Ветошкина, В.П. Голионко, Н.И. Рябова и М.Г. Штейна, В.П. Малышева, И.А. Сенченко, В.М. Вишневского, А.И. Кру-шанова, В.И. Чернышевой и др., посвященные революционному прошлому региона, роли и места в нем пролетариата12. Начавшаяся в эти годы активная работа по изучению истории местных партийных организаций также благотворным образом отразилась на освещении истории дальневосточного пролетариата (поскольку последний традиционно рассматривался в качестве основной социальной базы РСДРП): историки партии (А.С. Черных, Н.Г. Ефименко, В.П. Малышев, А.И. Крушанов, И.П. Трофимов и др.) уделяли особое внимание общей характеристике местных рабочих, отдельным аспектам их материального положения и борьбы за свои права и т.д.
В конце 1950-х годов вышли из печати первые книги, посвященные истории региона: Н.И. Рябова и М.Г. Штейна — по истории Дальнего Востока, И.А. Сенченко — по истории Сахалина, Ф.Г. Сафронова - по истории Северо-Востока, причем освещая наиболее важные сюжеты, ав-
" Рашин Л.Г. Формирование промышленного пролетариата в России. М., 1940; Шелымагин И.И. Фабрично-трудовое,законодательство в России, вторая половина XIX века. М. 1947; Он же. Законодательство о фабрично-заводском груде в России, 1900-1917 гг. М.. 1952; Рабочее движение в России в XIX веке: Сб. док. и материалов. 1.1. М., 1951: Т.2. М., 1950; Т.З. М., 1952; Голионко В.П. Очерки революционного движения в Приморье (1900-1916 гг.). Хабаровск, 1940.
1 Ветошкин М. К.Революция 1905-1907 гг. в Сибири и на Дальнем Востоке. Чита, 1955: Он же. Большевики Дальнего Востока в первой р)сской революции. М, 19М>: Рябов Н.И.. Штейн М.Г. Народная революция 1905-1907 .т. на Дальнем Востоке // Дальний Восток. Хабаровск, 1955. № 3; Малышев В.П. Революционное движение в Приамурье и 1900-1907 гг. // Приамурье. Благовещенск, 1952. NVJ; Чернышева В.П. Hi истории революционного движения на Дальнем Востоке в 1905-1907 гг Хабаровск, 1955 и др.
торы сочли необходимым акцентировать внимание на таких вопросах, как возникновение местного пролетариата и его численность, на отдельных страницах рабочего движения и пр.13 В 1958 г. появилась статья Е.П. Сычевского, который первым попытался выделить и охарактеризовать, проиллюстрировав фактическим материалом, основные особенности процесса складывания пролетариата в Приамурье (Амурской области) и его участие в классовой борьбе14. Все это способствовало накоплению фактического материала, выявлению новых документов и источников и т.д.
Однако подлинный поворот в разработке истории рабочего класса в целом и истории дальневосточного пролетариата, в частности, начался в 1960-е годы. Это произошло под влиянием двух факторов: прошедший в 1956 г. XX съезд КПСС стимулировал разоблачение культа личности и более свободное развитие общественных наук, а в 1959 г. состоялась сессия Научного совета по проблеме "Исторические предпосылки Великой Октябрьской социалистической революции", на которой сформулированы задачи исследовательской работы, затем создана группа по изучению пролетариата России.
Активизация исследовательских усилий способствовала более целенаправленному и систематическому изучению истории российского пролетариата и его региональных отрядов. В ходе широко развернувшейся работы в научных центрах Москвы, Ленинграда, Украины, Урала, Белоруссии и т.д. исследование российского рабочего класса стало быстро продвигаться вперед. Появилось большое число публикаций по истории рабочих отдельных отраслей и регионов (работы Ю.И. Кирьянова, Ю.И. Серого, З.Е. Абезгауза, И.М. Пушкаревой, Д.В. Гаврилова и др.); углубленному изучению подверглись узловые проблемы — такие, как развитие промышленного производства и его социальные последствия (П.Г. Рынд-зюнский, А.Л. Сидоров, Б.В. Тихонов, A.M. Соловьева, К.Ф. Шацилло и др.), формирование, численность и состав российского рабочего класса (П.В. Волобуев, Л.С. Гапоненко, А.С. Трофимов, Н.А. Иванова и др.), положение пролетариата (Э.Э. Крузе, В.Я. Лаверычев, Ю.И. Кирьянов и др.) и его классовая борьба (Г.А. Арутюнов, П.И. Кабанов, Л.В. Ушаков, С.В. Тютюкин, Ю/И. Кирьянов, И.М. Пушкарева, В.П. Булдаков, А.П. Коре-
" Рябов Н.И.. Штейн М.Г. Очерки истории русского Дальнего Востока. XVII -начало XX в. Хабаровск. 1958; Сенченко И.А. Очерки истории Сахалина (вторая по-ловина XIX - начало XX в.). Южно-Сахалинск, 1957; Сафронов Ф.Г. Охотско-Камчатский край. Якутск. 1958.
Сычевский П.П. К вопросу о формировании рабочего класса в Приамурье '/ Сборник статей по истории Дальнего Востока. М., 1958.
лин, A.M. Уткин и др.)15. Итогом многолетней всесторонней разработки темы стал выход в свет фундаментальных обобщающих монографий: Рабочий класс России от зарождения до начала XX в." (М., 1989), "Рабочий класс в первой российской революции 1905-1907 гг." (М., 1981), "Рабочий класс России. 1907 - февраль 1917 г." (М., 1982), в которых сложная и многогранная история российского пролетариата получила глубокое освещение, основанное на мощнейшей источниковой базе. Однако материалы по дальневосточному пролетариату в вышеперечисленных трудах почти не нашли отражения, за исключением отдельных фактов и эпизодов. (Более подробно анализ общероссийской литературы содержится в ряде специальных историографических работ)16.
В целом Сибирь и Дальний Восток оказались в числе тех регионов, где разработка многих аспектов местной истории шла довольно успешно и оживленно. Этому способствовала мобилизация научных сил сибирского и дальневосточного регионов на создание большого комплексного коллективного труда "История Сибири", подготовка которого заметно расширила спектр исследуемых проблем, и среди них видное место заняли вопросы промышленного и транспортного развития, формирования пролетариата, классовой борьбы и т.д. Итогом этих усилий стал выход в свет 5-томной "Истории Сибири", 3-й том (Л., 1968) которой отразил уровень знаний по перечисленным выше проблемам относительно эпохи капитализма.
В 1960-1980-е годы в разработку проблем социально-экономического развития Дальнего Востока большой вклад внесли А.И. Крушанов, А.И. Алексеев, Б.Н. Морозов, предпринявшие комплексное
1 s Кирьянов Ю.И. Рабочие Юга России. 1914-февраль 1917 гг. М., 1971;Онже. Жизненный уровень рабочих России. Конец XIX - начало XX в. М., 1979; Серый Ю.И. Рабочие Юга России в период империализма. 1900-1913 гг. Ростов-на-Дону, 1971; Пушкарева И.М. Железнодорожники России в буржуазно-демократических революциях. М., 1975; Рындзюнский П.Г. Утверждение капитализма в России. 1850-1880 гг. М., 1978; Соловьева A.M. Промышленная революция в России в XIX в. М., 1990; Волобу-ев П.В. Пролетариат и буржуазия России в 1917 г. М.. 1964; Гапоненко Л.С. Рабочий класс России в 1917 году. М., 1970; Иванова Н.А. Структура рабочего класса в России. 1900-1914. М., 1987; Крузе Э.Э. Положение рабочего класса России в 1900-1914 гг. Л., 1976; Арутюнов Г.А. Рабочее движение в России в период нового революционного подъема. 1910-1914 гг. М.. 1975 и др.
" Лаверычев В.Я., Пушкарева И.М. Некоторые проблемы изучения рабочею класса России периода капитализма // Вопр. истории. 1981. № 1: Иванова Н.А., Полевой Ю.З., Шелохаев В.В. Проблемы формирования пролетариата капиталистической России в современной историографии за последние двадцать лет // Рабочий класс России в период империализма. М.. 1981; Шевырин В.М. Новая советская литература по истории российского пролетариата периода империализма: проблемы историографии 1960-1980 гг. М., 1982 и др.
10
изучение истории региона и уделившие определенное внимание проблеме формирования местного пролетариата17. Важное значение для более объективного освещения условий и факторов, влиявших на процесс формирования дальневосточного пролетариата, имело углубленное исследование отдельных отраслей дальневосточной экономики. Продвинулось впе-ред за эти годы изучение истории горнодобывающей промышленности (В.М. Ступников, С.Ф. Хроленок, М.Н. Орлов, Н.А. Навиндовский и др.), рыбодобычи и морских промыслов (И.П. Трофимов, И.Л. Бешта, А.Т. Мандрик, А.И. Алексеев и Б.Н. Морозов, Н.Г. Егоров и др.), лесной и обрабатывающей промышленности (И.П. Трофимов, Г.Х. Рабинович, Л.Л. Ларина, М.С. Сергейко и др.), транспорта (В.Ф. Борзунов, А.И. Кру-шанов, Г.Х. Рабинович, Б.С. Жигалов, В.П. Бянкин, Д.В. Залужная, Б.Б. Пак, В.Н. Казимиров и др.), связи (М.С. Высокое), роли иностранного капитала и иностранного отходничества (И.И. Глущенко, P.M. Бродский, В.Ф. Борзунов, С.С. Григорцевич, И.А. Бешта, Е. Корсаков, В.М. Ступников, Б.Н. Морозов, Н.В. Свердлов, Ф.В.Соловьев, О.Н. Разумов и др.), особенностей хозяйственного освоения как региона в целом, так и его отдельных территорий (И.А. Сенченко, В.М. Кабузан, И.И. Огрызко, М.С. Сергейко, Л.Л. Ларина, А.И. Костанов и др.), а также процесса формирования дальневосточной буржуазии и развития предпринимательства (И.Л. Бешта, Н.А. Троицкая и др.)18. Работы вышеперечисленных авторов
17 Крушанов А.И. Октябрь на Дальнем Востоке. Владивосток, 1968. 4.1. Русский Дальний Восток в эпоху империализма (1908 - март 1917 г.); Он же. Победа Советской власти на Дальнем Востоке и в Забайкалье (1917 - апрель 1918 г.). Владивосток, 1983; Алексеев А.И., Морозов Б.Н. Освоение русского Дальнего Востока. Конец XIX в. - 1917 г. М., 1989; Алексеев А.И. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки. М., 1982 и др.
18 Ступников В.М. Горнодобывающая промышленность Приамурья. Благовещенск, 1975; Хроленок С.Ф. Развитие золотодобывающей промышленности Восточной Сибири и Дальнего Востока (1830-1917 гг.). Автореф. дис. ...докт.ист.наук. Новосибирск, 1974; Орлов М.Н. Развитие горнодобывающей и горнозаводской промышленности Восточной Сибири и Дальнего Востока в эпоху империализма (1898-1917). Автореф. дис. ...канд.ист.наук. Иркутск, 1984; Трофимов И.П. Морской зверобойный промысел на Дальнем Востоке в эпоху капитализма // Учен. зап. ДВГУ. Сер. ист. Т.55. Владивосток, 1971; Мандрик А.Т. Формирование и развитие рыбной промышленности на Дальнем Востоке России (XVII-X1X вв.) // Хозяйственное освоение русского Даль-пего Востока в эпоху капитализма. Владивосток, 1989; Егоров Н.Г. Рыбная промышленность Дальнего Востока России в эпоху капитализма. Автореф. дис....канд. ист. паук. Владивосток. 1990: Рабинович Г.Х. Обрабатывающая промышленность Сибири и Дальнего Востока накануне проведения Транссибирской железнодорожной магистрали //Труды ТГУ. Т.206. Сер.ист. Вып.5. Вопросы истории Сибири. Томск,1970; Бянкин В.П. Русское торговое мореплавание на Дальнем Востоке (1860-1925 гг.). Владивосток, 1979, Залужная Д.В. Транссибирская магистраль (ее прошлое и настоящее):
11
позволили существенно углубить и детализировать научные представления об основных направлениях, особенностях и темпах развития дальневосточной экономики в дооктябрьский период, охарактеризовать структуру местного хозяйства, процесс технического переворота на транспорте и в некоторых отраслях промышленности (золотодобывающей, обрабатывающей), рост масштабов применения наемного труда и динамику численности рабочих в отдельных сферах и местностях, влияние на этот процесс азиатских миграций, источники формирования пролетариата, его численность и территориально-отраслевое размещение и т.д.
В 60-80-е годы важнейшим направлением дальневосточной историографии по-прежнему оставалась история революционного движения, которая наиболее широкое отражение нашла в историко-партийной литературе: выходят коллективные монографии по истории дальневосточных партийных организаций, индивидуальные статьи и книги Н.Г. Ефименко, Н.А. Глущенко, Т.Ф. Колыхаловой, М.И. Старкова, С.В. Макарчука, И.Г. Стрюченко, И.П. Малик и др., а также работы, посвященные проблемам первой русской и Октябрьской революций, установления советской власти, — В.П. Малышева, Л.И. Беликовой, Г.С. Куцего, П.Ф. Сы-чевского, А.И. Крушанова, Н.А. Шиндялова, Б.И.Мухачева, И.П. Малик и др. Появилось в печати несколько хроник истории революционного движения, из которых наиболее полная была составлена Т.Ф. Колыхаловой19. Дальневосточный пролетариат как одна из движущих сил революционно-го процесса в регионе и как опорная социальная база РСДРП неизменно находился в поле зрения вышеуказанных авторов, которые, несмотря на неизбежную в то время тенденциозность при освещении событий и их
Ист. очерк. М., 1980; Дальневосточное морское пароходство. 1880-1980. Владивосток, 1980; Высокое М.С. Очерки истории связи на Дальнем Востоке (30-е гг. XVIII - начало XX вв.). Южно-Сахалинск, 1985; Глущенко И.И. Экономическая экспансия иностранного капитала на Дальнем Востоке в конце XIX - начале XX в. // Об особенностях империализма в России. М., 1963; Соловьев Ф.В. Китайское отходничество на Дальнем Востоке России в эпоху капитализма (1861-1917 гг.). М.,1989; Троицкая Н.А. Формирование и деятельность крупной буржуазии на русском Дальнем Востоке (1861-1904 гг.). Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Владивосток, 1989 и др.
" Беликова Л.И.. Черных А.С. История Дальневосточной партийной организации (1903-1922). Хабаровск, 1970; Малышев В.П. Борьба за власть Советов на Амуре. Благовещенск, 1961; Шиндялов Н.А.Октябрь на Амуре: Установление Советской власти в Амурской области. Март 1917-апрель 1918 г. Благовещенск, 1973; Мухачеп Б.И. Становление Советской власти и борьба с иностранной экспансией на Северо-Востокс СССР (1917-1920 гг.). Новосибирск, 1975; Колыхалова Т.Ф. Хроника социал-демократического и революционного движения на Дальнем Востоке накануне и в голы первой русской революции (1903-1907 гг.) // Колыхалова Т.Ф. Социал-демократические организации Дальнего Востока накануне и и годы первой русской революции (1903-1907). Томск. 1982 и др.
12
трактовки, немало сделали в плане накопления фактического материала по стачечному движению, возникновению профсоюзов и других рабочих организаций, по проблемам взаимоотношений партийцев с рабочей массой и т.д.
Рабочее движение в качестве темы самостоятельного исследования привлекло внимание историков В.М. Ступникова, И.П. Трофимова, А.А. Ромаса, Н.Г. Ефименко, Т.Ф. Колыхаловой, Н.Г. Егорова и др.20, чьими усилиями была расширена источниковая база проблемы и получены более глубокие знания о предпосылках и особенностях стачечного движения, его темпах, массовости и организованности, локальных и от-раслевых особенностях, формах и методах борьбы, о рядовых участниках и руководителях и т.д. Однако целенаправленная систематическая и углубленная разработка этой проблемы не велась, публикации имели эпизодический характер, ограничивались узкими тематическими или хронологическими рамками, не появилось ни одной обстоятельной монографической работы. Наиболее основательно оказался исследован период начала XX в., наименее слабо — 2-я половина XIX в.
В 1960-е годы история дальневосточного пролетариата становится самостоятельным направлением исследований: И.П. Трофимов попытался обозначить основные аспекты проблемы, в сжатом виде конкретизировав их на материалах золотодобывающей промышленности; одновременно темой формирования золотопромышленного пролетариата заинтересовался С.Ф. Хроленок, который привлек более широкий круг источников по восточно-сибирскому и дальневосточному регионам, глубже и обстоятельнее исследовав проблему; И.И. Глущенко и А.И. Крушанов предпри-няли усилия по определению численности дальневосточного рабочего класса накануне Октября, дав краткую характеристику его социально-экономического положения; положению дальневосточных рабочих уделил также внимание А.А. Ромас, а их морально-политическому облику — И.А. Сенченко21. Исследование процесса формирования кадров рабочего
20 Ступников В.М. К вопросу о рабочем движении на амурских приисках (1870-1914 гг.)//Вопросы истории и социологии Дальнего Востока. Благовещенск, 1972; Ромас А.А. Рабочее движение на Дальнем Востоке между двумя буржуазно-демократическими революциями (1907-1917 гг.) // Рабочие России в эпоху капитализма: (Сравнительный анализ). Ростов-на-Дону, 1972 и др.
~' Трофимов И.П. Рабочие золотодобывающей промышленности Дальнего Востока в 1860-1917 гг. //Пароды советского Дальнего Востока в дооктябрьский период истории СССР. Владивосток, 1468; Хроленок С.Ф. Формирование пролетариата в зо-лотодобывающей промышленности Дальнего Востока (1871-1917 гг.) // Общественно-политическое движение п Сибири в 1861-1917 гг. Новосибирск, 1967: Глушенко И.И К вопросу о численном составе рабочего класса на Дальнем Востоке и положение тр\ дящнхся накануне и в годы неркой мировой войны//Учен. зап. ДВГУ. Владивосток.
класса на строительстве железных дорог Сибири и Дальнего Востока в 1891-1904 гг. осуществил В.Ф. Борзунов, который завершил свою работу монографией, ставшей заметным фактом историографии дальневосточного пролетариата22.
Большой вклад в разрабичку истории пролетариата Сибири и Дальнего Востока внес А.А. Мухин, создавший первую в историографии обобщающую монографию о рабочих Сибири и Дальнего Востока в эпоху капитализма23. Автор привлек очень широкий круг источников и много сделал для изучения таких основных аспектов проблемы, как развитие местной промышленности и транспорта, формирование пролетариата и его положение, динамика и формы рабочего движения. Однако следует отметить, что книги В.Ф. Борзунова и А.А. Мухина более основаны на сибирских материалах и источниках, тогда как данные по дальневосточному региону представлены в них значительно скромнее.
С начала 1970-х годов изучение истории сибирского и дальневосточного пролетариата разделилось на два самостоятельных региональных направления. Итогом коллективной научной деятельности сибирских историков становится публикация множества статей, создание ряда крупных монографий (среди наиболее значительных - работы Д.М. Зольнико-ва, Н.В. Блинова, Л.М. Горюшкина, Н.А. Миненко, Г.Х. Рабиновича, В.А. Скубневского и др.), один за другим выходят 3 тома "Хроники" рабочего движения, защищены десятки кандидатских и докторских диссертаций, достигнутый уровень исследования нашел отражение в фундаментальном труде по истории рабочего класса Сибири дооктябрьского периода24.
Аналогичная сибирской программа по комплексному изучению истории пролетариата была разработана и на Дальнем Востоке. Однако уже
1961. Вып.З; Крушанов А.И. О численности пролетариата Дальнего Востока накануне Великой Октябрьской социалистической революции // Тр. ДВФ СО АН СССР. Сер. ист. Владивосток, 1963. Т.5 и др.
г2 Борзунов В.Ф. Пролетариат Сибири и Дальнего Востока накануне первой рус-ской революции: (По материалам строительства Транссибирской магистрали, 1891-1904гг.). М., 1965 и др.
23 Мухин А.А. Рабочие Сибири в'эпоху капитализма. М., 1972.
24 Блинов Н.В. Очерки дореволюционной историографии и источниковедения рабочего класса Сибири. Томск, 1974; Зольников Д.М. Рабочее днижение в Сибири в 1917 г. Новосибирск, 1969; Горюшкин Л.М., Миненко Н.А. Историография Сибири дооктябрьского периода (конец XVI - начало XX в.). Новосибирск, 1984; Рабинович Г.Х. Крупная буржуазия и монополистический капитал в экономике Сибири конца XIX - начала XX в. Томск, 1975; Стачечная борьба рабочих С'ибири в период империализма: Хроника, статистика, историография. Томск, 1978: Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период. Новосибирск, 1982; Рабочее движение в Сибири: Историография, источники, хроника, статистика. Т.1-3. Томск. 1988-1991 и др.
14
с первых шагов ее выполнение затормозилось: сказывалось явно недостаточное кадровое обеспечение и отсутствие на месте крупных архивохранилищ и научных библиотек. В связи с этим процесс накопления информации по проблеме заметно растягивался во времени, требуя больших усилий и затрат.
Кроме того, многие дальневосточные историки были ориентированы на выполнение другой важной задачи — создание 4-томной "Истории Дальнего Востока СССР" (в течение 70-х годов было издано 11 книг-макетов). В результате разработка истории дальневосточного рабочего класса продвигалась крайне медленно. За 1970-1980-е годы по проблемам дореволюционного пролетариата Дальнего Востока появилось в печати всего несколько статей: Г.С. Куцего, продолжившего попытки определить численность рабочих накануне Октября; Н.Г. Егорова, охарактеризовавшего процесс складывания рабочего класса в рыбной промышленности и автором настоящей диссертации, проанализировавшим дискуссию по проблеме численности рабочих накануне Октября и осветившим такие вопросы, как источники формирования дальневосточного пролетариата и особенности этого процесса в целом25. В 1984 г. по рассматриваемой теме нами опубликована единственная пока монография, в которой складывание дальневосточного рабочего класса исследовано на материалах железнодорожного транспорта, горнодобывающей и обрабатывающей промышленности и впервые рассмотрен вопрос об уровне сфор-мированности пролетариата в этих отраслях экономики. Кроме тематической ограниченности недостатком книги является тенденциозность некоторых оценок и выводов, особенно при характеристике рабочего движения.
Важным событием в истории изучения Дальнего Востока явился выход в свет в 1991 г. большой монографии "История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма", ставшей итогом многолетних усилий крупного исследовательского коллектива26. К сожалению, книге присущи традиционные для своего времени схематизм в подходе к освещению социальных проблем (одна из них — "желтые" рабочие на Даль-нем Востоке), классово-ограниченные оценочные суждения и выводы (особенно при характеристике революционного движения и роли
ь Куцый Г.С. Динамика численности рабочего класса Дальнего Востока в годы Октябрьской революции и гражданской войны (1917-1922) //История, археология и этнография народов Дальнего Востока. Владивосток. 1973. Вып.1.; Егоров Н.Г. Рабочий класс рыбной промышленности Дальнего Востока России в эпоху капитализма (1861 - февраль 1917г.). Владивосток. 1984. - Деп. в ИНИОН АН СССР 30.11.84. № 18864 и др.
!1' История Дальнего Востока СССР в нюху феодализма и капитализма (XVII в. февраль 1917г.). М., 1991.
15
РСДРП), в ней нет ответов на все имеющиеся в историографии вопросы, что признают и сами авторы, рассматривая свой труд как "один из первых опытов, предназначенный для обсуждения широкой научной общественностью"27. Тем не менее авторскому коллективу удалось обобщить огромный накопленный материал и внести много нового в освещение целого ряда проблем истории Дальнего Востока. Наряду с прочими в книге нашли отражение и фактическое обоснование основные аспекты истории дальневосточного пролетариата, в том числе развитие дальневосточной экономики, создававшей предпосылки для роста армии труда, источники формирования рабочего класса, динамика его численности, состав и размещение, положение рабочих, их борьба за свои права и т.д.
1990-е годы можно считать началом нового этапа в исследовании истории Отечества в целом и дальневосточного региона в частности. Крупное преобразование общественно-политического устройства страны, ликвидировавшее господство однопартийной системы и идеологическую цензуру, способствовало раскрепощению исторического мышления, формируя благоприятные условия для более свободного научного творчества. Значительную роль в оживлении этого процесса играют семинары, симпозиумы, конференции, "круглые столы", создающие благоприятную среду для дискуссий, борьбы мнений, развития свободы мысли.
Крупномасштабным явлением последних лет в историографии пролетариата России стала напряженная работа многих архивистов и историков по составлению региональных и общероссийской хроник рабочего движения. Пока публикация общероссийской хроники идет замедленно: вышли в свет только первые выпуски, охватывающие 1895-1896 годы. Томскими учеными В.П. Зиновьевым и Л.В. Попелковой составлены хроники стачечного движения-рабочих Дальнего Востока за 1872-1917 гг.28, которые позволяют вести исследование рабочего движения, опираясь на фундамент объективных и достоверных данных; к сожалению, из-за недостаточного знания региональной истории и историографии авторам не удалось избежать ошибок, неточностей и искажений, а также более полно учесть уже известные факты рабочих выступлений в дальневосточном регионе.
Появились публикации, авторы которых стремятся отойти от прежних стереотипов, реализовать новые подходы к освещению истории
21 Там же. С.428.
}s Рабочее движение в Сибири. Томск, 1988. Т.1. Прил.2: Хроника стачек и вол-нений на Дальнем Востоке России. 1872-1904 гг.; Зиновьев В.П., Попелкова Л.В. Ста-чечное рабочее движение на Дальнем Востоке России. Хроника. 1905-1916 гг. //Материалы и хроника общественного движения в Сибири в 1895-1917 гг. Томск. 1995.
16
дальневосточного региона, более глубоко и объективно показать процесс его хозяйственного освоения и особенности экономического развития (А.Т. Мандрик, Л.Н.Долгов, О.И. Сергеев, Б.Н.Морозов, А.П. Деревянко, В.П. Штыкова, М.Н. Орлов и др.), развитие предпринимательства (Н.А Троицкая. А.Т. Мандрик, З.Ф. Моргун, М.Ф. Буршюза и др.), особенности формирования социальной структуры и влияние на нее миграций (Н.А. Троицкая, А.В. Алепко, Т.З. Позняк, В.М. Ступников и др.), роль азиатского отходничества в дальневосточной экономике (С.Ф. Хро-ленок, А.В. Алепко, В.П. Зиновьев, Н.А. Троицкая и др.), тенденции в общественно политической жизни дальневосточного населения и уровень активности различных его слоев (И.С. Кочеткова, Т.Я. Иконникова)29 и т.д. Пока, однако, в многоплановой и сложной истории дальневосточного рабочего класса предметом интереса большинства историков являются лишь отдельные аспекты темы — приток азиатских (китайских и корейских) отходников в горнопромышленность и положение рабочих в этой отрасли, а в монографии А.Т. Мандрика дан сжатый очерк формирования рыбопромышленных рабочих в начале XX в. Все это в целом не дает оснований говорить о коренном изменении в историографии изучаемой проблемы.
Таким образом, анализ литературы показывает, что уровень изученности истории дальневосточного пролетариата периода 1860-1917 гг. еще явно недостаточен и значительно отстает от общероссийского и сибирского. До сих пор эта проблема освещается на локально или тематически ограниченном материале, и пока не создано обобщающего труда по истории дальневосточных рабочих в дооктябрьский период. Неравномерно исследованы условия формирования пролетариата и факторы, влиявшие на этот процесс. Если состояние дальневосточной экономики в предоктябрьские годы характеризуют многие исследователи, то картина станов-
29 Мандрик А.Т. История рыбной промышленности российского Дальнего Востока (50-е годы XVII в. - 20-е годы XX в.). Владивосток, 1994; Орлов М.Н. Золотодобывающая промышленность Восточной Сибири и Дальнего Востока (1914-1917 гг.) ,/ Взаимоотношения народов России, Сибири и стран Востока: история и современность. Доклады межд. науч. конф. М.; Иркутск, 1995; Морозов Б.Н. История развития горнодобывающей промышленности Дальнего Востока. Нижний Новгород, 1994; Де-ревянко А.П. История угольной промышленности в Приморье // Угольная промыш-ленность Приморья. Владивосток, 1997; Троицкая Н.А. Русские предприниматели на Амуре (вторая половина XIX - начало XX в.) // Экономическая жизнь Дальнего Востока. Хабаровск, 1993. №1-2; Хроленок С.Ф. Китайские и корейские рабочие на золотых приисках Дальнего Востока в конце XIX - начале XX в. // Исторический опыт освоения восточных районов России. Ч.З: Зиновьев В.П. Китайские и корейские рабочие на горных промыслах Сибири и Дальнего Востока в конце XIX - начале XX в. // Вопросы жопомической истории России. XVIH-XX вв. Томск, 1996 и др.
17
ления и развития большинства отраслей хозяйства во второй половине XIX в. во многом не ясна; лишь в общих чертах освещены динамика их развития, особенности промышленного переворота и т.д. Нуждаются в более детальном освещении многие вопросы, касающиеся процесса формирования дальневосточного пролетариата, в частности, дискуссионным является до сих пор вопрос о его численности в предоктябрьский период. В связи с этим требуют углубленного изучения возникновение и рост профессиональных отрядов рабочих (особенно таких, как водники, строители, лесозаготовители, торгово-коммунальные и сельскохозяйственные рабочие), что позволило бы более объективно показать картину формирования пролетариата, его численность, состав, размещение и пр. Крайне слабо изучены основные аспекты жизненного уровня рабочих, по этой теме практически нет специальных исследований, она, как правило, освещается попутно с другими вопросами истории пролетариата. Разра-ботку истории рабочего движения необходимо осуществить на основе хроники, представляющей наиболее надежный фундамент для характеристики направленности и размаха рабочих выступлений, уровня массовости и организованности рабочего движения, степени политизированности его участников и т.д. К числу почти неизученных относится и такой аспект проблемы как социально-психологический и культурный облик пролетариата, для воссоздания которого необходимо привлечение новых источников (в том числе этнографических, литературных) и применение специальных научных методик (в частности, социологических).
В связи с вышеизложенным основной целью диссертационной работы является выяснение факторов, обусловивших появление на Дальнем Востоке рабочих и их количественный рост, анализ процесса формирования этого социального слоя, характеристика основных параметров жизненного уровня пролетариата и освещение его борьбы за улучшение условий своего существования. Исходя из этой целевой установки, были поставлены следующие задачи:
1. Выявить особенности заселения Дальнего Востока, роль миграций, изменения в административном управлении.
2. Выяснить основные направления развития дальневосточной промышленности и транспорта, изменения в их структуре и технической оснащенности.
3. Установить источники формирования регионального пролетариата, динамику его численности и территориально-отраслевого размещения.
4. Исследовать состав рабочих (по возможности, в динамике) - половозрастной, национальный, профессиональный и пр.
5. Проанализировать положение рабочих, акцентируя внимание на таких аспектах их жизненного уровня, как правовое положение, динамика
18
заработной платы, бюджеты и продолжительность рабочего времени, условия труда и быта, уровень заболеваемости и степень социальной защищенности и т.д.
6. Используя собираемые в течение многих лет карточные данные, составить хронику стачечного движения и на ее основе, привлекая также широкий круг различных источников, рассмотреть борьбу дальневосточных рабочих за улучшение своего положения, ее основные этапы, формы и особенности, а также уровень организованности пролетариата и его вовлеченности в общероссийское демократическое движение. Хронологические рамки диссертации охватывают период с 1860 по февраль 1917 г., что позволяет рассмотреть развитие процесса формирования дальневосточного пролетариата на протяжении эпохи российского капитализма с учетом времени включения Уссурийского края в состав России, что завершило в основном процесс территориального формирования Дальнего Востока. Пространственное поле рассматриваемой проблемы соответствует территории, обозначаемой ныне в исторической литературе понятием "Дальний Восток" (в административных границах современных Приморского и Хабаровского краев, Еврейской автономной, Амурской, Камчатской, Магаданской и Сахалинской областей).
Объектом исследования стали главным образом рабочие таких сфер экономики, как промышленность и транспорт, испытывавших растущую потребность в привлечении постоянных профессиональных кадров. Однако в целях выявления социальных границ пролетариата, уточнения динамики его общей численности привлечены материалы и по другим отраслям - таким, как сельское хозяйство, торговля, связь, коммунальное хозяйство и бытовое обслуживание и т.п.
Методологической основой диссертации стали наиболее общие методологические принципы историзма, объективности и научности. Кроме того, для расширения эвристических возможностей использованы методологические подходы различных теоретических концепций социальной истории. Ценнейшим методологическим принципом формацион-ной (марксистской) теории является признание объективной обусловленности сущностных характеристик и связей предмета исследования. Исходя из главной посылки, что основу социальной структуры общества составляет его деление на классы, марксизм выделил и обосновал основные признаки, по которым можно судить о месте каждого класса в механизме функционирования общества: отношение к средствам производства, место в системе производства и доля получаемого дохода. В связи с этим рабочий класс характеризуется как общность людей, лишенных собственности на средства производства, живущих за счет продажи своей рабочей силы и создающих прибавочную стоимость в сфере материального
19
производства. Процесс формирования пролетариата связан с основными стадиями развития промышленности, которая проходит три главные ступени организации производства, - ремесло, мануфактуру, фабрику. С утверждением фабричной индустрии завершается конституирование пролетариата в класс. В силу неравномерности развития производства как в различных районах, так и в отдельных отраслях и благодаря постоянному включению в ряды рабочих выходцев из других социальных групп, про-летариат не является однородным в социальном отношении, имея сложную внутриклассовую структуру, ядро которой составляет "чистый" (в основном фабрично-заводской) пролетариат, совершенно лишенный собственности на средства производства и живущий только продажей своей рабочей силы. Другие же слои пролетариата имеют собственность, но в недостаточном размере, что влечет за собой продажу рабочей силы в течение какого-то времени - года или части его и т.д. В процессе формирования рабочего класса его количественный рост, повышение уровня квалификации и роли в общественном производстве происходили быстрее, чем улучшалось правовое, экономическое и социально-политическое положение рабочих. Добиваясь социальной эмансипации, пролетариат вынужден проявлять высокую социальную активность (что выражается в различных формах рабочего движения), в конечном счете совершенствуя социальные отношения.
Марксизм, став крупным достижением науки, мощно обогатил историческое знание об обществе и, в частности, об условиях и особенностях генезиса и развития пролетариата. Однако слабость формационной концепции кроется в слишком жестком "увязывании" истории общества с законами материального производства, которому придается решающее значение в социальном развитии. Так, утверждение о том, что фабричная индустрия стала высшей стадией общественного производства, опровергнуто новыми волнами научно-технической революции. Не выдержал проверки временем и тезис о том, что пролетариат является особым классом, захват которым политической власти ведет к созданию бесклассового общества и полной ликвидации социальной дискриминации и эксплуатации.
Принципиально новые и продуктивные методологические принципы познания истории общества сформулированы и обоснованы сторонниками цивилизационного подхода. Опыт стратификационной школы привнес понимание постоянной сути социальной стратификации, много-мерности социального пространства и исторического равноправия каждой из его составляющих, осознание двуединства процесса дифферен-циации и интеграции как одного из основных законов жизни общества. Заслуга "анналистов" — в последовательном отстаивании принципа гуманизации исторического знания, в обосновании тезиса, что социальное
20
поведение людей лишь отчасти диктуется их материальными интересами и в огромной степени детерминировано другими факторами: религиозным, этническим менталитетом, образованием (или его отсутствием), половозрастной принадлежностью и т.д. Синтез различных методологических принципов в совокупности с признанием общечеловеческих ценностей в качестве основного критерия, расширяя познавательный инструментарий, позволяет более глубоко понять и осветить многогранную ис-торическую реальность.
Совокупность частных методов, примененных в процессе исследования, вытекает из основ фундаментального принципа историзма: это сравнительно-исторический, статистический, хронологический, системный и некоторые другие. В частности, широко использован карточный метод, на основе которого составлены хроника рабочего движения и картотека промышленных предприятий. Стремясь к преодолению устояв-шихся в советской историографии фундаментальных понятий классовости и партийности, автор старался придерживаться принципа научной нейтральности.
Источниковая база. Комплексная разработка и освещение процесса становления и развития дальневосточного пролетариата требует очень большой поисковой работы. При проведении настоящего диссертационного исследования были привлечены самые разнотипные и разнородные источники, поскольку для решения основных конкретных задач необходимо было выявить сопоставимые данные за очень обширный хроноло-гический период. Большим препятствием служило отсутствие текущей статистики как общей, так и ведомственной за весь изучаемый отрезок времени. В целом в орнову исследования положены массовые источники, наиболее емкие и ценные по количеству и качеству содержащейся информации. Это отчеты различных должностных лиц и ведомств, регулярные статистические издания и материалы различных переписей и обследований.
Важное место занимают отчеты генерал-губернаторов и губернаторов, которые, к сожалению, пока недостаточно оценены и введены в научный оборот. Между тем, по истории Дальнего Востока они являются незаменимым источником: в них детально фиксировались все более или менее значительные факты и события социальной и хозяйственной жизни края (демографические изменения, динамика основных отраслей экономики, дорожное дело и т.д.), причем многие из приводимых в них сведений в общероссийские и отраслевые ежегодники и отчеты просто не попадали. Губернаторские отчеты составлялись ежегодно, и благодаря регулярности этот источник, имевший к тому же комплексный характер,
21
позволяет проследить динамику многих процессов за большой период времени.
Наиболее полно губернаторские отчеты представлены в фондах Российского государственного исторического архива (ф. 1263 — Комитет Министров, ф. 1276 — Совет Министров, ф. 1282 — Канцелярия министра внутренних дел, ф. 1284 — Департамент общих дел при МВД), а часть из них опубликована.
Не менее ценный источник представляют собой "Обзоры" областей, основанные на сведениях, собранных и обобщенных местными статистическими комитетами. Они являлись однотипными изданиями, данные которых использовались для составления ежегодных отчетов губернаторов, справочников (общего и ведомственного характера) и других статистических изданий. Правда, этот источник не лишен и ряда недостатков (у составителей отсутствовало общее понимание единицы учета, проявлялись различия в методах сбора и обработки сведений о фабриках и заводах и др.), тем не менее в них в основном присутствует пригодный для сравнения по годам материал о количестве рабочих и их распределении по отраслям производства, областям, уездам и городам, содержатся справочные сведения о ценах на труд, продукты питания и товары широкого потребления и пр. Большинство "Обзоров" и подготовительных к ним материалов сохранилось в перечисленных выше фондах, а так как с конца 1880-х годов "Обзоры" стали постоянно публиковать, то многие из них можно обнаружить в крупных библиотеках.
По истории промышленности и транспорта Дальнего Востока емкую информацию содержит ведомственная отчетность. Прежде всего это отчеты по горнодобывающей отрасли, основная масса которых отложилась в фондах РГИА (ф. 37 — Горный департамент, описи 44 и 74), Государственного архива Иркутской области (ф. 712 — Горное отделение Главного управления Восточной Сибири, ф. 135 — Иркутское горное управление) и Российского государственного исторического архива Дальнего Востока (более десятка фондов), а часть таких отчетов была опубликована (к ним примыкают статистические ежегодники по горнозаводской промышленности); в них регулярно сообщались сведения о количестве действовавших предприятий, их технической оснащенности, объемах добычи, численности рабочих и т.д.
Разнообразные сведения о работе железнодорожного транспорта и железнодорожных рабочих имеются в статистических ежегодниках Министерства путей сообщения, информационных выпусках железнодорожных пенсионных касс и других изданиях железнодорожного ведомства. Уник>;1ьные данные о динамике заболеваемости железнодорожников храня! ежегодные врачебно-санитарные отчеты, отложившиеся в цен-
тральных архивах (РГИА, ф. 273 — Управление железных дорог; РГИ-АДВ, ф. 31 — Управление Уссурийской железной дороги, ф. 385 — Владивостокские временные вагоносборочные мастерские и др.).
С организацией в 1898 г. в Приамурском генерал-губернаторстве Управления i осударственных имуществ, осуществлявшего надзор за лесными и водными богатствами края, стали составляться ежегодные отчеты о лесном хозяйстве и рыболовных и морских промыслах, многие из них сохранились в архивах (РГИАДВ, ф. 1193 — Управление государственных имуществ и др.), а после русско-японской войны их стали регулярно публиковать. Эти отчеты содержат сведения о количестве действующих предприятий с подробной характеристикой наиболее крупных из них, о численности отечественных и иностранных рабочих, их составе, условиях труда, заработках и пр.
С конца XIX в. стали выходить из печати справочники, содержавшие карточные сведения о промышленных предприятиях, функционировавших во всех регионах России. Первое такое издание, включавшее сведения по Дальнему Востоку, было составлено В.П. Орловым, оно вышло в свет в 1895г. В 1902г. промышленная перепись была осуществлена А.В. Погожевым, позднее опубликован еще ряд указателей фабрично-заводских предприятий Российской империи. Ценность этого вида источников — в наличии конкретных сведений о каждом предприятии с указанием имени и сословной принадлежности владельца, суммы производства, его энерговооруженности, численности рабочих и пр. Однако представленная в общероссийских справочниках и указателях информация по дальневосточному региону не отличалась полнотой, в частности, в них нет сведений по казенным предприятиям, даже таким крупным, как Владивостокский судоремонтный и судостроительный завод, Хабаровский арсенал, Сучанские каменноугольные копи и пр. Источниковой основой для их анализа стала обнаруженная в архивах отчетная документация указанных предприятий, а по фабрично-заводской промышленности в целом (в предоктябрьский период) — отчеты фабричных инспекторов, также хранящиеся в архивах (РГИА, ф. 23 — Министерство торговли и про-мышленности, ф. 98 — Пароходное общество "Добровольный флот"; РГА ВМФ, ф. 967 — Владивостокский морской порт; РГИАДВ, ф. 702 — Канцелярия Приамурского генерал-губернатора; Госархив Амурской области, ф. 15 - Канцелярия военного губернатора Амурской области и т.д.).
Важную группу источников составляют материалы местных промышленных переписей и обследований, которые стали проводиться с 90-х годов XIX в. Общий недостаток этих источников - в отсутствии ретроспективных сведений, несопоставимости данных по ряду позиций и пр., так как обследования и переписи проводились с разными целями и по
23
разным программам. Однако их ценность обусловлена тем, что они являют собой своеобразный "моментальный снимок" различных сфер экономики региона за разные годы, что дает возможность проследить динамику некоторых процессов. Кроме того, они содержат богатую и разнообразную информацию о предприятиях, их оборудовании, численности и составе рабочих, о заработной плате, условиях труда и т.д. В 1892-1893 гг. по поручению Министерства земледелия и государственных имуществ специальное изучение морских промыслов провел Н.В. Слюнин. В 1895 г. осуществлено статистико-экономическое исследование золотопромышленности Сибири, в том числе Амурско-Приморского района, собранные материалы были изданы, а также сохранились в архиве (РГИА, ф. 1273 — Комитет Сибирской железной дороги); в 1896 г. инженером М. Бережни-ковым было проведено обследование фабрично-заводской промышленности Амурской и Приморской областей. Ценные материалы о сахалинских морских промыслах были собраны Корейско-Сахалинской экспедицией, снаряженной Императорским Русским географическим обществом, которая вела исследования в 1900-1901 гг. под руководством зоолога П.Ю. Шмидта.
В 1911-1916 гг. был осуществлен целый ряд локальных переписей и исследований: торгово-промышленных предприятий Владивостока и его пригородов, мукомольной промышленности г. Благовещенска, кустарной промышленности Приморской области и кустарных промыслов Нижнего Амура и пр. В 1916 г. экспедиция во главе с Н.С. Зефировым начала обследование золотопромышленности, успев объездить в течение лета около трети амурских приисков. Дальнейшие политические события помешали завершить эту работу, однако собранные и обработанные материалы, содержащие разнообразную информацию о рабочих, их составе, условиях труда и быта, заработной плате и пр., сохранились (РГИА, ф. 391 — Переселенческое управление) и впервые были введены в научный оборот С.Ф. Хроленком. Богатейшие сведения по экономике Дальнего Востока собраны группой сотрудников общеземской организации во главе с кн. Г. Львовым, членами Амурской экспедиции и комиссией по изучению Приамурского края, возглавляемой генерал-губернатором Н.Л. Гондатти, и т.д.
Универсальным источником, отразившим демографическую ситуацию в регионе и касающимся всех профессиональных отрядов рабочих, являются материалы Всероссийской переписи 1897 г., которые содержат полные, точные и единообразные сведения о численности и размещении рабочих, их составе по возрасту, полу, национальности, грамотности, сословной принадлежности, месту рождения и пр. Уникальная и разнообразная информация о дальневосточных рабочих, их профессиональном,
24
половозрастном, семейном, национальном составе, заработках, бюджетах, продолжительности рабочего дня и пр. содержится в материалах переписей и анкетных обследований отдельных групп рабочих и местного рынка труда. В 1901 г. проведена перепись служащих на речных судах; в 1903 г. Ф.Л. Вильчинский впервые провел анкетирование приморских рабочих; в 1911 г. осуществлено масштабное обследование регионального рынка труда, проведенное повторно по сокращенной схеме в 1913 г.; в 1914 г. подвергся анкетированию рабочий рынок Приморской области, в 1915 г. — Амурской, материалы сохранились в архиве (РГИА, ф. 391). Проводились и частичные обследования: в 1910г. — речников Амурского бассейна, в 1911-1912 гг. — рабочих лесных и торговых предприятий Приморской области (РГИА, ф. 391), в 1914-1915 гг. — рабочего рынка Благовещенска, в 1915 г. — опрос рабочих Хабаровска о потреблении спиртных напитков (РГИАДВ, ф. 702).
Ценным источником, содержащим разнообразные сведения о рабочих, следовавших на Дальний Восток, являются материалы Иркутской регистрации, а также отчеты местных справочных бюро по рабочему вопросу, хранящиеся в архивных фондах (РГИА, ф. 391; РГИАДВ, ф. 73' — Приморское справочное бюро по рабочему вопросу и др.) и частично изданные. К сожалению, такие наблюдения стали осуществляться лишь с 1911 г., поэтому хронологически их значение ограничено. Источником разнообразной информации являются труды III и IV Хабаровских съездов, а также материалы выставок.
Особую группу составляют документы юридического характера: законодательные акты правительства, опубликованные в Полном собрании законов Российский империи, или в виде отдельных изданий (например, Горный устав, Устав о промышленности и пр.), а также всевозможные подзаконные акты, указы, правила, циркуляры и другие регламентирующие документы и, кроме того, — административно-распорядительные материалы местного происхождения, определявшие правовое положение дальневосточных рабочих.
Значительные комплексы документов и материалов привлечены при изучении рабочего движения. Источниковой базой при составлении Хроники стачечного движения стали различного рода информационные материалы (в основном архивного происхождения): телеграммы, донесения, агентурные сведения, рапорты, доклады, ведомости происшествий, протоколы расследований, в которых имеются сведения о конкретных конфликтах, столкновениях и забастовках и пр. Важное значение имеют так-же документы, вышедшие непосредственно из среды рабочих: жалобы, прошения, контракты, рабочие книжки, уставы рабочих организаций, протоколы собраний, листовки, воззвания и пр., извлеченные из фондов -25- многих архивов. Использованы также мемуары, эпистолярные источники и периодическая печать второй половины XIX — начала XX в.
В целом комплекс привлеченных источников как опубликованных, так и архивных (извлеченных из 110 фондов 11 архивов) дает возможность в основном решить поставленные в ходе исследования задачи, относящиеся к социально-экономической истории дальневосточного пролетариата второй половины XIX — начала XX в.
Научная новизна диссертации обусловлена прежде всего постановкой цели и задач исследования: впервые на материалах обширного дальневосточного региона всесторонне рассмотрены основные аспекты процесса формирования и жизнедеятельности широкого социального слоя рабочих на протяжении большого хронологического периода. При этом ряд аспектов темы подвергся специальному изучению: определены масштабы и динамика применения индустриального труда на Дальнем Востоке, выявлены темпы количественного роста пролетариата, изменения в его размещении, составе, правовом и материальном положении. На основе применения общепринятой в отечественной историографии методики составлена Хроника стачечного движения в регионе, проанализирована его динамика, основные формы и методы борьбы рабочих с приведением сравнительных данных по стране.
Научно-практическое значение работы заключается в том, что воссоздание социального портрета дальневосточного пролетариата позволяет глубже понять многие особенности общественно-политического, демографического, экономического развития региона, конкретную ситуацию, сложившуюся в крае на том или ином этапе изучаемого периода. В связи с этим материалы диссертации использовались при написании со-ответствующих разделов -монографий "История Дальнего Востока" и "Крестьянство Дальнего Востока", учебного пособия по истории Приморья, а также они могут быть применены при создании лекционных курсов, статей, специальных работ по истории социально-экономического развития Дальнего Востока и т.д.
Фактические данные, содержащиеся в диссертации, будут полезны при написании книг и статей по истории отдельных населенных пунктов, промышленных предприятий, транспорта, а также при подготовке общероссийской хроники рабочего движения. Материалы исследования имеют значение для практической работы преподавателей истории, студентов и аспирантов, для разработки и создания музейных экспозиций, они представляют интерес для лиц, самостоятельно занимающихся историей родного края.
Апробация результатов исследования. Основные положения, выводы и отдельные сюжеты диссертации были обнародованы в моногра-
26
фии, в соответствующих разделах коллективных трудов "История Дальнего Востока", "Крестьянство Дальнего Востока" и учебного пособия по истории Приморья, в многочисленных статьях, а также в докладах, сообщениях и материалах различных научных конференций: региональных (Владиьосток - ноябрь 1993 г., октябрь 1986 г., апрель 1993 г., март 1994 г., октябрь 1996 г., декабрь 1996 г.; Ярославль - май 1990 г.; Хабаровск -май 1994 г.; Уссурийск - октябрь 1994 г.), всероссийских (Новосибирск -ноябрь 1988 г., ноябрь 1992 г., июнь 1993 г.; Иркутск - май 1989 г.; Владивосток - октябрь 1996 г.) и международных (Осака - октябрь 1992 г.; Владивосток - октябрь 1992 г., сентябрь 1993 г., сентябрь 1994 г., июнь 1996 г., сентябрь 1997 г., октябрь 1997 г.; Монреаль - август-сентябрь 1995 г.; Новосибирск — март 1996 г.).
Реферируемая диссертация была обсуждена и одобрена на расширенном заседании ученого совета Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН.
Структура диссертации. Особенности объекта и предмета научного анализа, постановка широкого круга исследовательских задач обусловили проблемно-хронологический принцип построения диссертации с выделением всех важнейших проблем и аспектов в самостоятельные разделы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и приложений.
Основное содержание работы.
Во Введении обоснованы актуальность, научная и практическая значимость, новизна исследования. Определены его цели и задачи, хронологические и территориальные рамки. Содержится историографический анализ и характеристика источниковой базы по теме. Раскрыты методология и методы исследования. Показан характер ознакомления научной общественности с ее результатами.
В первой главе диссертации "Условия и факторы формирования дальневосточного пролетариата" рассмотрены основные особенности исторического, демографического и экономического развития Дальнего Востока, под влиянием которых происходил процесс складывания контингента рабочих. Первый раздел посвящен анализу демографической ситуации, характеристике административного устройства Дальнего Востока и управления. Акцентируется внимание на слабой заселенности дальневосточной окраины, обусловившей ведущую роль миграционных движений в ее заселении и развитии производительных сил. Дан анализ основных миграционных потоков, устремлявшихся на Дальний Восток как из внутрироссийских губерний, так и из-за рубежа, показана их динамика. Констатируется, что под влиянием этих факторов в конце XIX — начале XX в. темпы роста дальневосточного населения заметно ускорились:
если в 1870-е годы среднегодовой прирост составлял 5,8 тыс. чел., то в 1890-е - 26,7 тыс., а в 1900-1913 гг. - 40,5 тыс. Однако из-за обширности региона плотность населения на Дальнем Востоке продолжала оставаться одной из самых низких в России, в связи с чем сильнейшая зависимость дальневосточного рынка труда от внешних источников трудовых ресурсов сократилась.
Выделены и охарактеризованы такие особенности, как более активный рост городского населения, обусловивший высокий уровень урбанизации: в 1897 г. — 22,5%, в 1913 г. - 28,9% (тогда как в среднем по России - соответственно 13,4% и 17,9%), отмечено своеобразие в соотношении полов и в этническом составе населения. Акцентировано внимание на эволюции административного устройства и управления, сделан вывод о наличии у дальневосточников меньшего объема прав на самоуправление и гражданских свобод, чем у населения центральных регионов, что особенно неблагоприятно отражалось на положении низких социальных слоев, порождая в них недовольство и оппозиционность, заметно возраставших в периоды общественно-политических кризисов.
Во втором разделе рассматриваются основные направления и темпы транспортного освоения Дальнего Востока, что имело огромное значение для функционирования всего хозяйственного организма региона. Дан анализ развития речного и морского судоходства, особенностью которого была доминирующая роль парового флота уже на раннем этапе освоения края, выделены этапы интенсивного роста (1891-1900 гг., 1908-1913 гг.), когда быстро увеличивалось количество судов (как паровых, так и непаровых), повышалась энерговооруженность водного транспорта, росла грузоподъемность, улучшались технические условия его функционирования и т.д. Показан процесс- эволюции наземного транспорта, на котором технический переворот произошел позднее, чем на водном, - в конце XIX в. и был связан с постройкой Уссурийской, а позднее - Амурской железных дорог. Подчеркивается, что железные дороги, являвшиеся крупнейшим промышленно-транспортным предприятием, стали материальной основой для формирования многочисленного отряда рабочих-железнодорожников, акцентировано внимание на революционном значении железнодорожного транспорта для заселения Дальнего Востока, его экономического подъема и вовлечения в общероссийский народнохозяйственный оборот. В целом в ходе освоения Дальнего Востока в рамках изучаемого периода сформировались основные звенья транспортной системы, во многом соответствовавшие современному (по тому времени) уровню развития. В этой сфере росло применение наемного труда, а с осуществлением технического переворота складывались благоприятные условия для формирования постоянного контингента кадровых рабочих.
28
В третьем разделе проведено исследование обрабатывающей промышленности Дальнего Востока, отмечается, что во 2-й половине XIX в. она развивалась главным образом за счет отраслей, занятых переработкой сельскохозяйственной продукции (что было типичным для колонизуемых окраин): на их долю в середине 1890-х годов приходилось почти 89,5% всей суммы производства. Экономический подъем, вызванный железнодорожным строительством, заметно повлиял на развитие обрабатывающей промышленности: во второй половине 90-х годов среднегодовой количественный прирост предприятий более чем удвоился, а темпы роста суммы производства увеличились вчетверо, усложнялась структура обрабатывающей промышленности за счет появления новых отраслей. Следующим этапом ускоренного развития обрабатывающей промышленности стал предвоенный период: с 1906 по 1913 г. общий количественный рост составил 32,2%, а суммы производства — 235%. Наряду с этим происходили организационная перестройка в обрабатывающей промышленности, концентрация и централизация капиталов. Особое внимание уделено анализу технического переворота в ведущих отраслях (мукомольной, винокуренной, металле- и деревообрабатывающей и др.), который показал, что уже к концу XIX в. фабрично-заводское производство в об-рабатывающей промышленности заняло доминирующие позиции и с этого времени развивалось опережающими темпами, в связи с чем росла концентрация производства и энерговооруженность труда, которая достигла к 1914г. 1,14 л.с. в расчете на одного рабочего, лишь немногим отставая от среднероссийского уровня — 1,5 л.с. Однако к 1914г. в количественном отношении удельный вес фабрично-заводских предприятий ос-тавался низким, всего 7,1%, но при этом они давали 72,9% суммы годового производства обрабатывающей отрасли, занимая 67,4% ее рабочих.
В четвертом разделе внимание сосредоточено на добывающей промышленности, раскрываются особенности становления и развития основных ее отраслей (зверобойной, рыболовной, лесной, золодобывающей, угольной, металлорудной и пр.), характеризуется их специфика, роль в экономике края и т.д. Отмечено, что несмотря на возраставшее значение добывающей промышленности для экономики региона, ускорение темпов ее развития, особенно в начале XX в., техническая ее основа менялась медленно, применение машин стабильно усиливалось лишь в угледобыче, в других отраслях, в том числе в такой ведущей сфере, как золотодобыча, оно имело очень неустойчивый характер или только начиналось. Столь же низкая техническая оснащенность была характерна для строительной отрасли. Отсюда — сезонность функционирования и господство мус-кульного труда на предприятиях, что обуславливало быстрый рост численности наемных рабочих вообще, но низкие темпы формирования про-
29
мышленного пролетариата в частности, прослойка которых оставалась минимальной вплоть до конца рассматриваемого периода.
Во второй главе "Процесс складывания контингента рабочих на Дальнем Востоке России" первый раздел посвящен рассмотрению особенностей формирования регионального пролетариата и анализу источников, за счет которых рос контингент рабочих в крае. Констатируется, что ввиду малочисленности населения рабочая сила для местной промышленности рекрутировалась за счет выходцев из других регионов; рас-смотрены основные формы трудовых миграций, их динамика, сделано наблюдение об усилении в конце XIX — начале XX в. роли рабочего отходничества из губерний Европейской России (если по переписи 1897 г. его доля составляла около трети отечественных рабочих, то, по данным анкеты 1911 г., — 57,1%). Своеобразием дальневосточного рынка труда был массовый приток иностранных рабочих, составивших в 1897 г. 50,2% наемной рабочей силы в регионе, но постепенно вытесняемых (в 1911 г.
— 38%); обращено внимание на процесс вовлечения местного населения в сферу наемного труда. Дан анализ социальных источников формирования пролетариата, подчеркнуто, что при всем их разнообразии ведущей была роль крестьянства, доля которого достигала 80% и более (что характерно для процесса формирования российского пролетариата в целом).
Во втором разделе дан анализ количественного роста, изменений в территориально-отраслевом размещении и уровне концентрации пролетариата. Констатируется, что в 1870-1880 гг. численность рабочих росла примерно такими же темпами, как и население в целом, увеличившись соответственно в 2,3 и 2,6 раза. Особенно быстро увеличивалась доля рабочих в промышленности (обрабатывающей — в 7,7 раза, добывающей
— в 2,3 раза) и на водном транспорте (почти в 3 раза), к началу 1890-х годов самым многочисленным был приисковый пролетариат (26% всех рабочих) и рабочие-водники (16,7%). В 1890-е годы темпы роста пролетариата резко возросли — в 6,6 раза, опередив темпы роста населения; особенно интенсивно росла численность строительных рабочих, транспортников, приисковых рабочих и шахтеров. Опережающими темпами продолжался рост численности рабочих и в начале XX в.; увеличившись с 1901-1902 гг. по 1913 г. в 2,3 раза (тогда как население в целом — в 2 раза). К 1914 г. численность дальневосточных рабочих составила примерно 246,1 тыс., из них наибольшую долю аккумулировали добывающие отрасли промышленности — 34,4%, строительство — 14,9%, сельское хозяйство — 18,3% и водный транспорт — 9,9%, что предопределило особенности в территориальном распределении пролетариата, большинство которого размещалось вдали от городов, трудилось в глухих отдаленных уголках края. Проанализированы изменения в уровне концентрации ра-
30
бочих, выявлена тенденция к его повышению на транспорте и в промышленности.
В третьем разделе рассматривается половозрастной, национальный, профессиональный состав дальневосточного пролетариата и их изменение у различных групп рабочих. Отмечено слабое применение женского и детского труда (много ниже, чем в экономике Центральной России), но выявлена тенденция к росту вовлеченности женщин и детей в сферу промышленного производства; в целом констатируется подавляющее преобладание среди рабочих мужчин наиболее трудоспособного возраста от 18 до 40 лет. Анализ национального состава пролетариата выявляет его этническую пестроту, высокий удельный вес русских среди отечественных рабочих, китайцев и корейцев — среди иностранных. Особое внимание акцентировано на освещении таких показателей, как профессиональный состав, уровень квалификации, стаж и грамотность, констатируются позитивные тенденции в их изменении у отдельных слоев пролетариата, однако на всех этапах формирования доля малоквалифицированных и не-квалифицированных рабочих, не имевших опыта и стажа, оставалась слишком высокой. Это позволяет сделать вывод, что большинство дальневосточных рабочих относились к социально-переходной категории, а процесс формирования пролетариата в регионе в рамках изучаемого периода не получил своего завершения.
Третья глава "Правовое и экономическое положение дальневосточного пролетариата" рассматривает широкий круг вопросов, характеризующих жизненные условия рабочих. Анализируются перемены в правовом положении рабочих, констатируется недостаточный уровень их защищенности. С помощью обширной сравнительной таблицы прослеживается динамика заработной платы, констатируется ее рост у всех категорий рабочих, особенно в годы экономических подъемов — в конце XIX в. и накануне первой мировой войны. Рассмотрена структура заработной платы, отмечено вытеснение натуральных форм "довольствия" денежными, проведено сравнение бюджетов и заработков, позволившее констатировать недостаточный уровень последних у широких категорий пролетариата. Рассмотрены продолжительность рабочего дня и бюджет рабочего времени, особенности их изменения. Уделено внимание анализу произ-водственных и бытовых условий, прослежены уровень заболеваемости и травматизма у разных категорий пролетариата, организация медицинской помощи и системы социальной защиты. Анализ этих аспектов положения пролетариата выявил наличие позитивных изменений, которые, однако, происходили слишком медленно. Поэтому можно констатировать высокую зависимость многих рабочих от неблагоприятных условий рыночной конъюнктуры и их слабую защищенность от социально-политических по-
трясений. Все это, безусловно, влияло на характер социальной активности пролетариата, побуждая его бороться за улучшение своего положения.
В главе четвертой "Рабочее движение на Дальнем Востоке во второй половине XIX — начале XX в." характеризуются основные этапы, особенности и формы борьбы дальневосточного пролетариата. В первом разделе исследуется зарождение рабочего движения и его развитие во 2-й половине XIX в. до 1904 г., рассмотрены формы рабочих протестов, особое внимание уделено освещению стачечного движения. Анализ состав-ленной автором хроники показывает, что к концу века шел заметный подъем стачечной волны, усиление ее массовости: если за 1870-1889 гг. зафиксировано 24 стачки и волнения с 1,7 тыс. участников, то в 1890-1899 гг. — 49 и 6,08 тыс. стачечников; за 1900-1904 гг. отмечено 27 выступлений с 4,3 тыс. участников. На раннем этапе все стачки проведены приисковыми рабочими, в 1890-1904 гг. в стачечную борьбу включились строители, шахтеры, рабочие обрабатывающей промышленности и др. В целом движение имело экономический характер: из 100 зарегистрированных выступлений в 79 бастовавшие выдвинули экономические требования (повышение заработной платы, протест против обмеров, правильность расчетов, улучшение питания и т.д.); мотивом 6 .стачек была солидарность с товарищами, причины 15 — неизвестны. Результативность борьбы была низкой: лишь в 10 стачках рабочие добились победы, в 15 — достигнут компромисс, 50 закончились поражением, результат 25 не известен. Более подробно рассмотрены наиболее яркие конфликты и выступления, отмечено появление на рубеже XIX-XX вв. в борьбе дальневосточного пролетариата новых черт и тенденций, обусловленных влиянием общероссийского рабочего движения.
Во втором разделе освещается борьба рабочих Дальнего Востока в годы первой русской революции, констатируется решающее влияние российских революционных событий на общественно-политическую жизнь региона, на развитие дальневосточного рабочего движения, которое впервые приобрело политический характер и более значительную массовость и интенсивность: за два с небольшим года (1905 — начало июня 1907 г.) в крае произошло 84 стачки и волнения с участием 25,9 тыс. чел., причем в 33 выступлениях звучали политические требования и лозунги. Как видно из "Краткой хроники...", пик активности приходился на октябрь-декабрь 1905 г. (48 стачек и волнений, 14,6 тыс. участников), в 1906 г. в стачечной борьбе заметен спад (21 выступление с участием 5,47 тыс. чел.), а в первом полугодии 1907 г. — тенденция к подъему стачечной борьбы (13 выступлений и 5,8 тыс. стачечников). Акцентируется внимание на разнообразии форм и методов борьбы, отмечено повышение уровня ее организованности, освещаются профсоюзное строительство, уча-
32
стие рабочих в политических акциях и кампаниях, вопрос о влиянии партий на рабочую массу. Особое место отведено освещению самых значительных стачек и событий.
В третьем разделе исследуется рабочее движение на Дальнем Востоке в период между буржуазно-демократическими революциями в России. Отмечается, что на Дальнем Востоке медленнее, чем в Центральной России, происходило стихание революционного движения, последней вспышкой которого стало восстание во Владивостоке в октябре 1907 г.; разгром его и последовавшие затем репрессии резко притушили всякую общественно-политическую, а тем более революционную активность. Анализируя "хронику", можно видеть, что стачечное движение имело неустойчивый характер, спады сменялись подъемами и наоборот.
В 1910 г. отмечена наиболее высокая стачечная волна (22 выступления, 10,08 тыс. участников), связанная с массовым притоком рабочих на строительство Амурской железной дороги, затем произошел спад, в 1912-1913 гг. — новый стачечный подъем, прерванный начавшейся войной (за 1914-1915 гг. зафиксировано всего 6 выступлений с участием 0,86 тыс. чел.), а в 1916 г. стачечная борьба опять активизировалась (17 стачек'и волнений, 5,3 тыс. участников). Всего учтено в период между революциями по меньшей мере 124 выступления с участием 30 138 рабочих, охарактеризованы наиболее значительные и упорные забастовки; констатируется, что борьба рабочих носила почти исключительно экономический характер (с июля 1907 по май 1909 г. зафиксировано 5 политических стачек, позднее — ни одной, а в целом из 124 выступлений 101 произошло по экономическим причинам), эффективность борьбы росла медленно (60 поражений, 16 побед, 17 компромиссов, результат 31 выступления не известен). Уделено внимание развитию кооперативного и профсоюзного движений, констатируется их активизация в годы войны; война стимулировала также и усиление недовольства и рост революционных настроений в среде дальневосточного пролетариата.
В Заключении подведены основные итоги проведенного исследования. Отмечается, что развитие Дальнего Востока России в изучаемый период (1860-1917 гг.) отличалось исключительным своеобразием, накладывавшим существенный отпечаток на все социально-экономические процессы в регионе,-в том числе и на процесс формирования дальневосточного пролетариата. В середине XIX в.. к моменту падения крепостного права в России, территория региона только-только обретала определенные российские очертания, а большая часть его огромных пространств была совершенно пустой и неосвоенной. Рост производительных сил Дальнего Востока, его хозяйственное развитие целиком и полностью зависели от того, насколько быстро и успешно могла быть решена проблема увеличения народонаселения в крае.
В этом плане политика российского правительства не отличалась глубокой последовательностью: предоставив льготы всем желавшим поселиться в Приамурье, оно долгое время делало упор на административные методы (передвижение солдат и казаков, контролируемое переселение крестьянства, использование уголовной ссылки и каторги), не оказывая широкой поддержки вольной колонизации. Однако отмена крепостного права, ускорившая процесс "раскрестьянивания" в России, способствовала росту крупных социальных и территориальных перемещений российского населения, часть которого выталкивалась на окраины, в том числе и на Дальний Восток. В связи с этим все более возрастал приток добровольных колонистов: крестьян-переселенцев, ремесленников, рабочих, торговцев и т.д. С другой стороны, являясь пограничным краем, Дальний Восток к концу XIX в. становится ареной крупных иностранных миграций, особенно из соседних стран Азии - Китая, Кореи, Японии Хотя пребывание иностранных подданных на Дальнем Востоке имело преимущественно кратковременных характер, но они заметно влияли на хозяйственное освоение дальневосточной окраины, придавая также своеоб-разие этническим и социальным процессам в регионе.
В целом на протяжении всего изучаемого периода миграции оказывали огромное влияние на заселение Дальнего Востока, на рост его производительных сил, придавая ускорение всем процессам хозяйственной жизни, стимулируя "втягивание" региона в общероссийский и мировой капиталистический рынок. Однако накануне Октября Дальний Восток все еще продолжал оставаться в числе слабозаселенных окраин России с низкой плотностью населения, -которое распределялось по территории региона очень неравномерно: наиболее заселенными были Южно-Уссурийский край и Амурская область, в то время как северные территории (Охотский, Анадырский, Гижигинский, Чукотский и другие уезды) отличались чрезвычайной малолюдностью. Другой особенностью заселения Дальнего Востока являлась большая численность неземледельческого населения и высокий уровень урбанизации, превышавший среднероссийские показатели. Последнее обстоятельство обусловило ведущую роль городов и промышленных центров в экономической и общественно-политической жизни региона.
На хозяйственном развитии Дальнего Востока отрицательно сказывались не только его слабая заселенность и окраинное положение, но и полное бездорожье. Развитие транспортных коммуникаций во второй половине XIX в. происходило в первую очередь за счет речного и морского судоходства при крупном участии государства. Мощным ускорителем -34- экономического прогресса стало, строительство на средства казны в 1890-е годы. Уссурийской железной дороги, а после русско-японской войны — Амурской железной дороги. Железнодорожный транспорт, прочно связав Дальний Восток с центральными, более заселенными и более экономически развитыми регионами России, способствовал притоку капиталов, переселенцев, рабочих, оживлению предпринимательской деятельности, активизации судоходства, росту промышленности, влиял на развитие технической революции во всех отраслях экономики. Кроме того, железнодорожные транспортные артерии, становясь районами притяжения хозяйственно-активного населения, создавали новые очаги промышленной колонизации. Водный транспорт, уступавший железнодорожному транспорту по грузообороту, тем не менее играл важную роль во внутреннем обращении, а также связывал Дальний Восток с мировой экономической системой. Особенностью дальневосточного судоходства являлась высокая роль паровых судов, которые с начала освоения края стали основным типом судов на речных и морских коммуникациях. В осуществлении местных сухопутных перевозок важное значение имел гужевой транспорт, в сфере которого росли специализация и применение наемного труда.
Развитие дальневосточной промышленности во второй половине XIX в. было крайне осложнено нехваткой рабочих рук и капиталов. Казенным ведомствам приходилось брать на себя заботу об основании различных предприятий: судоремонтных и судостроительных, мукомольных, оружейных, лесопильных, угледобывающих и т.д. Частная промышленность росла в первую очередь за счет разработки богатейших природ-ных ресурсов: добычи золота, угля, леса, рыбы, дикоросов, морских и пушных животных и т.д. Зарождавшаяся обрабатывающая промышленность была направлена на удовлетворение самых насущных потребностей населения, большая часть ее предприятий занималась переработкой сельскохозяйственного сырья, изготовлением кирпичей, простейшей обработкой металла (кузницы). Большинство промышленных предприятий имели крайне низкую техническую оснащенность, характеризовались сезонностью функционирования, что негативно сказывалось на формировании прослойки постоянных рабочих.
К концу XIX в. (во многом под влиянием железнодорожного строительства) не только повысились темпы роста промышленного производства, но и усложнилась его структура, усилилась техническая оснащенность предприятий. Этому способствовала и открытость дальневосточной экономики: режим порто-франко, просуществовавший до 1909 г., беспошлинный ввоз техники, машин, оборудования. В обрабатывающей про-мышленности к началу XX в. фабрика заняла доминирующие позиции. -35-
Новый импульс развитию дальневосточной экономики был дан после русско-японской войны, когда резко увеличились государственные инвестиции в железнодорожное строительство, угледобычу, речное и морское пароходство, возведение оборонных объектов, что способствовало повышению темпов развития добывающей и обрабатывающей промышленности, ускорению технического прогресса. Усилилась организационная перестройка дальневосточной экономики, начавшаяся в конце 1890-х годов и проходившая в форме акционерного учредительства.
В целом в начале XX в. промышленно-транспортное развитие Дальнего Востока отличалось более высокими темпами, чем общероссийские. Показательно также, что удельный вес промышленной продукции в валовой продукции народного хозяйства накануне первой мировой войны на Дальнем Востоке был выше, чем в целом по России, что свидетельствовало о том, что хозяйственное освоение Дальнего Востока имело не только аграрный характер, но и ярко выраженную промышленную направленность, создавая возраставший спрос на наемную рабочую силу.
Негативное влияние на дальневосточную экономику оказала первая мировая война, которая затормозила темпы развития промышленности, внесла дисбаланс в промышленное производство, нарушила нормальное функционирование транспорта, дестабилизировала ситуацию на потребительском рынке, способствуя нарастанию на Дальнем Востоке кризисных явлений, ставших характерными для всей экономики России.
Таким образом, условия формирования дальневосточного пролетариата и факторы, влиявшие на этот процесс, отличались сложностью и своеобразием. Поскольку складывание пролетарского контингента на Дальнем Востоке происходило в ходе заселения и освоения этого региона, миграции имели решающее значение для удовлетворения экономической потребности в рабочей силе. Но несмотря на разнообразие миграционных потоков, питавших армию наемных рабочих, их количество увеличивалось недостаточно быстро, и острый дефицит свободных рабочих рук был характерен для всей второй половины XIX в. Резко ускорились темпы роста численности дальневосточного пролетариата в конце XIX — начале XX в., заметно опередив общероссийские показатели.
Накануне первой мировой войны численность дальневосточных рабочих достигла примерно 246,1 тыс., составив около четверти (24,9%) всего населения региона, что более чем в 2 раза превышало удельный вес пролетариата в составе российского населения в целом (и отражало уровень интенсивности промышленно-транспортного освоения дальневосточной окраины). Распределение дальневосточных рабочих по отраслям также имело особенности: более низким, чем в среднем по России, был удельный вес фабрично-заводского пролетариата и сельскохозяйствен-
36
ных рабочих, но зато более высокой была доля занятых в таких отраслях, как лесное хозяйство, морские промыслы, рыболовство, строительство, отличавшихся сезонностью и высокой текучестью рабочей силы.
В конце XIX — начале XX в. огромная масса сезонников прибывала из Китая, Кореи, Японии, обусловив высокий удельный вес иностранных подданных в составе дальневосточного пролетариата. В целом "пришлые" рабочие составляли в крае громадное большинство, удельный вес местных жителей не превышал 15-17%. Поскольку основная масса отечественных отходников прибывала из великорусских губерний, в национальном составе российско-подданных рабочих русские значительно преобладали (так же, как и православные по вероисповеданию), но были и украинцы, и белорусы, и татары, поляки, армяне, корейцы и т.д.
По сословной принадлежности подавляющее большинство рабочих (в том числе и иностранных) являлись крестьянами, многие из них сохраняли связь с землей. В этом отношении формирование дальневосточного пролетариата принципиально не отличалось от происходившего в стране аналогичного процесса. Доля других сословий — мещан, казаков, купцов, ремесленников и пр. — не достигала более 15%. Профессиональная подготовка, опыт работы в промышленной сфере у большинства рабочих были минимальными или совсем отсутствовали, многие свою работу по найму считали занятием временным, так же, как и свое пребывание в крае. Квалифицированные кадры рекрутировались в экономику Дальнего Востока из более развитых в промышленном и транспортном отношении губерний Европейской России, однако закрепляемость этих специалистов была невысокой, постоянно происходила их обратная миграция. Некоторая часть профессионалов приобретала квалификацию на месте путем длительного практического опыта (изредка где-либо обучаясь, например, во Владивостокской портовой школе), но численность таких кадров росла очень медленно. В результате накануне первой мировой войны профессиональный состав дальневосточных рабочих характеризовался значительным преобладанием неквалифицированного и малоква-лифицированного труда: чернорабочих, землекопов, каменщиков, плотников, печатников, маляров и пр., тогда как удельный вес квалифицированных рабочих (машинистов, их помощников, станочников, модельщиков, литейщиков, электромонтеров и др.) оставался очень низким. Хотя по уровню 1рамотности — около 35% — дальневосточный пролетариат заметно превышал средний уровень грамотности населения края — около 25%, и населения Европейской России — 22,5% (по данным переписи 1897 г.). Профессиональный состав рабочих наглядно отражал особенности развивавшейся экономики Дальнего Востока с ее немногочисленным фабрично-заводским сектором и высоким спросом на простой и грубый
физический труд. Это сказывалось и на половозрастном составе рабочих, подавляющее большинство которых составляли мужчины самого трудоспособного возраста — от 17 до 40 лет (84-85%), с невысокой долей женщин (4-6%), стариков, подростков и детей. Особенности отличали и семейное положение дальневосточных рабочих: большинство из них составляли холостые или одиночно проживавшие (до 80%); даже на крупных фабрично-заводских предприятиях, на железнодорожном и речном транспорте, где сравнительно высокой была доля местных рабочих, семейные не превышали половины всех работавших
В целом основные характеристики рисуют дальневосточный пролетариат как категорию социально-переходную, не обретшую еще нового общественного статуса и ощущавшую свое положение как временное, преходящее. Это состояние временности пропитывало все существование рабочих, проявляясь во всем: в правовом, политическом, экономическом, социально-бытовом и др. положении пролетариата. Рабочее законода-тельство в России, отстававшее от потребностей общества, с большой задержкой распространялось на окраины; слабая регламентированность взаимоотношений между рабочими и работодателями провоцировала произвол и постоянные конфликты; социальные гарантии для рабочих (в частности, пенсии для потерявших трудоспособность и т.д.) стали вводиться только после первой русской революции. Надзор за соблюдением действовавших законов не был достаточно эффективным, что снижало правовую защищенность трудящихся. Политические права рабочие и крестьяне получили в России в ходе революции 1905-1907 гг., но в очень урезанном виде.
Экономическое положение рабочих не отличалось стабильностью на протяжении всего изучаемого периода. В целом изменение заработной платы имело положительную динамику практически у всех категорий рабочих, но одновременно происходил и роет расходов на жилье, продукты питания, предметы первой необходимости. Данные о бюджетах дальневосточных рабочих, полученные в 1911-1915 гг., показали, что характер-ная для края дороговизна "съедала" львиную долю заработков, тем более, что у многих рабочих они не были регулярными из-за отсутствия постоянной работы: лишь треть рабочих были обеспечены работой круглый год, примерно 60% были заняты от 5 до 8 мес., остальные — 4-3 и менее месяцев в год.
Временный (сезонный) характер большинства работ не располагал к благоустройству жилья и быта, санитарные нормы проживания и питания не соблюдались, так же, как и техника безопасности труда, это вызывало повышенную заболеваемость и травматизм. Рабочий день длился 11-12 час. и долее у подавляющего большинства трудящихся, не давая им воз-
38
можности за оставшееся время суток полностью восстановить свои силы, заняться благоустройством жизни и т.д. Все это способствовало накоплению нервной и физической усталости, росту озлобленности и агрессивности, превращая пролетариат в самый конфликтный слой общества. На положении пролетариата тяжело отражались экономические потрясения (кризис начала XX в., вызвавший рост безработицы) и социально-политические катаклизмы — русско-японская и первая мировая войны, повлекшие заметное понижение жизненного уровня трудящихся, вызывая в них рост недовольства и возмущения.
Неудовлетворенность многих рабочих своим положением выражалась в различных формах: жалобах, побегах, пьянстве, "буйстве", в стихийных волнениях и стачках, а со временем — в организации осознанных коллективных действий. Рабочее движение на Дальнем Востоке зародились позднее, чем во многих других регионах России, и прошло через несколько этапов, постепенно распространяясь на новые отраслевые и территориальные отряды рабочих, приобретая массовость и размах. До кон-ца 1880-х годов основными его участниками были приисковые рабочие, в 1890г. — начале 1900-х годов в борьбу включились строители, транспортники, рабочие обрабатывающей промышленности, территориально рабочее движение распространилось на Сахалин.
Как и пролетариат России, дальневосточные рабочие стали социальным объектом воздействия политических партий крайне левого крыла — РСДРП и ПСР, представители которых начали свою пропаганду и агитацию на Дальнем Востоке в конце XIX — начале XX в. Перманентное недовольство своим положением делало из рабочих благоприятную для восприятия революционных идей среду, что нашло особенно яркое проявление в период первой русской революции. В эти годы рабочее движение на Дальнем Востоке достигло наибольшего за весь предоктябрьский период размаха: количество участников только стачечной борьбы составило более 16% всех дальневосточных рабочих; дальневосточный пролетариат впервые принял участие в таких общероссийских акциях, как всеобщая железнодорожная забастовка, всероссийская почтово-телеграфная стачка, январские и первомайские политические выступления. Все это свидетельствовало о приобретении дальневосточным рабочим движением многих черт, характерных для борьбы пролетариата России. Показателем этой же тенденции было появление новых форм рабочего движения на Дальнем Востоке — таких, как профсоюзы, стачкомы, кооперативы, культурно-просветительные общества и т.д., свидетельствовавшие о повышении уровня организованности дальневосточников. Как и пролетариат России, дальневосточные рабочие стали активными участниками политической борьбы и в своих политических симпатиях в значительной степс-
39
ни тяготели к партиям революционного крыла — РСДРП и ПСР. Однако в условиях политических свобод высокий авторитет в массах, в том числе и пролетарских, быстро завоевывали и беспартийные ораторы, и либерально настроенные лидеры, умевшие владеть словом и убеждать аудиторию.
После подавления революции в стране революционная борьба на Дальнем Востоке стихала медленно, и местные рабочие являлись ее активными участниками, став действующими лицами таких крупных политических выступлений, как Владивостокское восстание 16-17 октября 1907 г., январские и первомайские стачки и демонстрации 1908 г. Но последовавшее затем подавление революционных сил в регионе глубоко повлияло на характер рабочего движения: оно быстро утратило политическую окраску, в дальнейшем развиваясь в рамках тредъюнионизма, так как в отличие от российского рабочего движения на Дальнем Востоке участники стачек и других выступлений открыто не выдвигали политических требований и лозунгов. Кроме того, дальневосточное рабочее движение отличалось от общероссийского более низким уровнем организо-ванности, здесь преобладали стихийные выступления, а организованные действия были редкостью, охватывая незначительную часть пролетариата. Массовость забастовочного движения также стала снижаться, лишь в 1910г. наблюдался крупный всплеск, в целом же за 1908-1913 гг. количество участников стачек и волнений составило около 10% численности дальневосточного пролетариата. Определенное развитие получили такие формы рабочего движения, как кооперативное, профсоюзное, культурно-просветительское, хотя жесткий надзор полиции, контроль и вмешательство властей заметно тормозили любую коллективную деятельность.
Скрытая оппозиционность и недовольство существующим порядком вещей и своим положением в рабочих массах продолжали сохраняться, на что обращали внимание авторы официальных политических отчетов. Первая мировая война усилила рост таких настроений, огромные тяготы, принесенные войной трудящимся, постепенно истощили первоначальный энтузиазм и патриотический подъем, овладевшие массами (в том числе и дальневосточным пролетариатом) в первые месяцы военных действий. Быстрое нарастание в '1916 г. стачечного движения на Дальнем Востоке, организация и деятельность революционных подпольных групп, усиление поддержки рабочих в адрес РСДРП и ПСР — все эти факты свидетельствовали, что дальневосточный пролетариат, как и весь пролетариат России, все более превращался во взрывоопасный социальный слой, который можно было вдохновить на разрушение существующего строя и заставить поверить в легкость построения нового, более справедливого мира. -40-
Завершая работу, необходимо отметить, что настоящую диссертацию нельзя рассматривать как исчерпывающий результат исследования поставленной темы. Довольно широкий круг вопросов остался за рамками работы или освещен с недостаточной глубиной. В числе очевидных задач дальнейшего изучения многогранной истории дальневосточных рабочих следует назвать более подробное освещение источников формирования пролетариата, его структуры, роли отечественного и иностранного отходничества; специальные целенаправленные усилия необходимо по-святить изучению такой комплексной проблемы, как положение рабочих; наконец, остаются пока совершенно неисследованным социально-психологический облик пролетариата, основные черты его менталитета, определявшие его поведенческие особенности, отношения с предпринимателями, другими социальными группами, с властными структурами и т.д. Новые исследования позволят не только точнее представить облик дальневосточного пролетариата и его историческую роль, но и расширят наши представления о важнейших чертах и особенностях развития общества в одном из обширнейших регионов России.
Приложения содержат таблицы, три "Краткие хроники стачечного движения" (за 1870-1904 гг., 1905 — июнь 1907 г., июнь 1907 — февраль 1917 г.), список использованных источников и литературы.
Список опубликованных работ по теме диссертации
1. История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма (XVII в. — февр. 1917 г.). М.: Наука, 1991. В соавторстве написаны разделы:
Изучение истории Дальнего Востока России (период капитализма). — 0,7 п.л.
Исторические условия развития Дальнего Востока в период капитализма. — 0,5 п.л.
Территория, население, административное устройство Дальнего Востока. — 1,4 п.л.
Развитие капитализма на русском Дальнем Востоке в пореформенный период. — 2,5 п.л.
Социальные отношения на Дальнем Востоке во второй половине XIX в. - 1,6 п.л.
Народное хозяйство русскою Дальнего Востока в начале XX в. — 2,2 п.л.
Первая российская революция на Дальнем Востоке. — 1,5 п.л. -41-
Общественные отношения и классовая борьба на русском Дальнем Востоке (ноябрь 1907 — март 1917 г.). — 2 п.л.
Культура Дальнего Востока (вторая половина XIX — начало XX в.). — 2,6 п.л.
2. Очерки истории формирования рабочего класса на Дальнем Востоке России (1860 — февраль 1917 г.). Владивосток, 1984. - 176 с. — Деп. в ИНИОН АН СССР 15.05.84, № 16711. — 11 п.л.
3. Крестьянство Дальнего Востока СССР. XIX-XX вв. Владивосток, 1991:
Глава 1. Исторические условия развития восточных областей России в эпоху капитализма. — 1,7 п.л. (соавт. А.И. Крушанов, О.И.Сергеев).
4. Крестьянство как источник формирования дальневосточного рабочего класса (1860-1917 гг.) // Социально-экономическое развитие дальневосточной деревни (дореволюционный период). Владивосток, 1982. — 0,4 п.л.
5. Дальневосточная историческая литература о проблеме численности и размещения рабочего класса Дальнего Востока накануне Октября 1917 г. // Проблемы истории Дальнего Востока СССР (XVI1-XX вв.) в отечественной литературе. Владивосток, 1986. — 0,4 п.л.
6. Рабочий класс Дальнего Востока России в эпоху капитализма (проблемы формирования и классовой борьбы) // XV Дальневост. науч. конф. "XXVII съезд КПСС и проблемы развития Дальнего Востока СССР и зарубежных государств Азии": Тез. докл. и сообщ. Владивосток, 1986. Вып. 3. — 0,2 п.л.
7. "Отчеты Приморского справочного бюро по рабочему вопросу" как источник по хозяйственному освоению Дальнего Востока // Историография и источники изучения исторического опыта освоения Сибири: Тез. докл. и сообщ. Всесонм. науч. конф. (15-17 нояб. 1988 г.). Новосибирск, 1988. Вып. 1: Досов. период. — 0,2 п.л.
8. Особенности процесса формирования дальневосточного рабочего класса // Социально-экономическое развитие Дальнего Востока во второй половине XIX — начале XX века. Владивосток, 1988. — Деп. в ИНИОН АН СССР 12.04.89. — 0,9 п.л.
9. Рабочее движение на Дальнем Востоке во второй половине XIX
— начале XX в. // Классовая борьба и революционные выступления на Дальнем Востоке во второй половине XIX — иачаче XX в. Владивосток, 1988.— 1,3 п.л.
10. Промышленное освоение юга Дальнего Востока во второй половине XIX в. // Хозяйственное освоение русского Дальнего Востока в чпо-ху капитализма. Владивосток, 1989.— 1 п.л. -42-
11. Транспортное освоение Дальнего Востока во второй половине XIX — начале XX в. // Хозяйственное освоение русского Дальнего Востока в эпоху капитализма. Владивосток, 1989. — 0,9 п.л. (соавт. М.А. Ко-вальчук).
12. Участие трудящихся ЦПР в промышленном освоении Дальнего Востока (обзор литературы и источников) // Проблемы историографии и источниковедения истории пролетариата Центрального промышленного района России: Тез. выступлений участников XVIII зон. межвуз. науч. конф. М., 1990. — 0,2 п.л.
13. Изучение истории Дальнего Востока России эпохи феодализма и капитализма // Вопросы истории Дальнего Востока России в отечественной и зарубежной историографии. Владивосток, 1992. — 1,2 п.л. (соавт. А.И. Крушанов, О.И. Сергеев, В.Н. Чернавская).
14. К вопросу о предпосылках Февральской и Октябрьской революций на Дальнем Востоке // Гражданская война на Дальнем Востоке России: Итоги и уроки. Междунар. науч. конф.: Тез докл. и сообщ. Владивосток, 1992. — 0,3 п.л.
15. О роли Общества изучения Амурского края в освоении Дальнего Востока (1884-1917 гг.) // Роль науки в освоении восточных районов страны: Тез. докл. и сообщ. Всерос. науч. конф. Новосибирск, 1992. — 0,2 п.л.
16. Рабочее движение на Дальнем Востоке периода первой русской революции в освещении советской историографии // Вопросы истории Дальнего Востока России в отечественной и зарубежной историографии. Владивосток, 1992. — 0,7 п.л.
17. Японские предприниматели во Владивостоке (1900-1913 гг.) // Россия и АТР. Владивосток, 1992. № 2. — 0,4 п.л.
18. Мукомольная промышленность Дальнего Востока в конце XIX — начале XX в. // Исторический опыт открытия, заселения и освоения Приамурья и Приморья в XVII-XX вв. (К 350-летию начала похода В.Д. Пояркова на Амур): Тез. докл. и сообщ. междунар. науч. конф. Владивосток, 1993. Кн. 1. — 0,2 п.л.
19. Промышленное освоение Приамурья во второй половине XIX — начале XX в. // Исторический опыт освоения восточных районов России: Тез докл. и сообщ. междунар. научной конф. Владивосток, 1993. Кн. 3. — 0,2 п.л.
20. Железнодорожные школы в системе народного образования на Дальнем Востоке в конце XIX — начале XX в. // Краевед, вести. Владивосток, 1994. Вып. 3. — 0,2 п.л.
21. О поли миграций в формировании дальневосточного рынка труда (вторая половина XIX -- начало XX в.) / Миграционные процессы в -43- Восточной Азии: Междунар. науч. конф. : Тез. докл. и сообщ. Владивосток, 1994. —0,2 п.л.
22. Одна из страниц биографии Н.П. Матвеева // Культура Дальнего Востока России и стран АТР: Восток-Запад. Владивосток, 1994. Вып. 1: Науч. понф., март 1994. — 0,2 п.л.
23. Приморский пролетариат во второй половине XIX — начале XX в. // VII Арсеньевские чтения: Тез. докл. регион, науч. конф. Уссурийск, 1994.— 0,2 п.л.
24. Развитие судоходства в Амурском речном бассейне во второй половине XIX — начале XX в. // Съезд сведущих людей Дальнего Востока: Материалы науч.-практ. ист.-краевед. конф. Хабаровск, 1994. — 0,2 п.л.
25. Рыболовный [японский] промысел на тихоокеанском побережье (1907-1914 гг.)//Россия и АТР. Владивосток, 1994. № 1. — 0,5 п.л.
26. Сорэн сякайсюги сита но Россия кёкуто [Дальний Восток советской России] // Тохоку Адзиаси но сайхаккэн [Второе открытие истории Северо-Восточной Азии]. Токио: Арино будо Кобунся, 1994. —Яп. яз. — 1,2п.л.
27. Modern History of Far Eastern Russia // The Japan-Sea Rim Studies Annual Report / Niigata University. Japan, 1994. № 1. (March). — 1,2 п.л.
28. Японские рабочие на рынке труда российского Дальнего Востока (конец XIX — начало XX в.) // История российско-японских отношений: прошлое и настоящее: Симпоз. "История отношений между г. Хакодатэ и Дальним Востоком России". Отчет. Хакодатэ, 1995. Рус. и яп. яз. — 0,5 п.л.
29. Роль миграций в заселении дальневосточного региона России (1860-1914 гг.) // Народонаселенческие процессы в региональной структуре России. XVIII-XX вв. Материалы междунар. науч. конф. 19-21 марта 1996 г. Новосибирск, 1996. — 0,3 п.л.
30. Российское рабочее отходничество на Дальний Восток (1860-1917 гг.) // Дальний Восток России в контексте мировой истории: от прошлого к будущему: Тез. докл. и сообщ. междунар. науч. конф. Владивосток, 1996. — 0,1 п.л.
31. Владивостокский морской порт: формирование рабочих кадров (1860-1916 гг.) // Российский флот на Тихом океане: история и современность: Материалы Тихооксан. конф., посвящ. 300-летию Российскою флота. Владивосток. 1996. Вып. 3. — 0,4 п.л.
32. Казачество на дальневосточном рынке труда /7 Казачество Дальнего Востока: проблемы современности и перспективы развития: Материалы науч.-практ. конф. Владивосток, 1996. — 0,2 п.л. -44-
33. Источники по истории социально-экономического развития Южного Сахалина и Курильских островов (2-я половина XIX в. — начало XX в.) // Исторические чтения /Тр. гос. архива Сахалин, обл. Южно-Сахалинск, 1996-1997. № 2. — 1,3 п.л.
34. Жилищно-бытовые условия дальневосточных рабочих в конце XIX — начале XX в. // Семья и семейный быт в восточных регионах России. Владивосток, 1997. — 0,65 п.л.
35. Российское рабочее отходничество на Дальний Восток (1860-1917 гг.) // Дальний Восток в контексте мировой истории: от прошлого к будущему: Материалы междунар. науч. конф. Владивосток, 1997. — 0,3 п.л.
36. Рабочее движение на Дальнем Востоке России накануне 1917 г. // Эволюция и революция: опыт и уроки мировой и российской истории: Материалы междунар. науч. конф. Хабаровск, 1997. — 0,2 п.л.
37. Организация системы врачебно-медицинской помощи на КВЖД // КВЖД и ее влияние на развитие политических, социально-экономических и культурных процессов в Северо-Восточной Азии: Тез. докл. и сообщ. междунар. науч. конф. Владивосток, 1997. — 0,13 п.л.
38. Migrations to the Far East of Russia in the Second Part of the 19 th-the Beginning of the 20th Centuries (1860-1914) // Las Relaciones internacionales en el Pasifico (Siglos XVIH-XX): Colonizacion, descolonizacion у Encuentro Cultural. Madrid, 1997. — 0,5 п.л. -45-



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU