УправлениеСоединенияГвардияПехотаКавалерияАртиллерияИнженерыВУЗыПрочие части


 

 

Главная

Библиотека

Музыка

Биографии

ОКПС

МВД и ОКЖ

Разведка

Карты

Документы

Карта сайта

Контакты

Ссылки


Яндекс цитирования


Рейтинг@Mail.ru


Каталог-Молдова - Ranker, Statistics


лучший хостинг от HostExpress – лучший хостинг за 1$, хостинг сайта


Яндекс.Метрика




Захаров Виктор Николаевич
 

Западноевропейские купцы во внешней и внутренней торговле России XVIII века


Специальность 07.00.02 — Отечественная история
 

Автореферат диссертации на соискание ученой степени, доктора исторических наук
 

Москва 2001
 

Работа выполнена в Московском педагогическом университете
 

Актуальность и научная значимость темы. Актуальность темы предпринимаемого исследования обусловлена целым рядом ее аспектов. В настоящее время в связи с возвращением страны на рельсы рыночной экономики особую значимость приобретает история предпринимательства в России и в мире. При этом важны не только истоки и обстоятельства деятельности отечественных предпринимателей, но и их внешние контакты, взаимодействие с проникавшими в Россию представителями зарубежного капиталистического мира. Это позволяет раскрыть условия и последствия воздействия иностранного капитала на развитие российской экономики, выявить исторически возникшие формы его проникновения и привлечения в Россию, обобщить соответствующий опыт, что также представляет более чем актуальную проблему отечественной истории.
Исследование посвящено иностранным купцам в России в XVIII веке, который может быть с полным основанием назван "веком реформ". Он открылся преобразованиями Петра I, вторая его половина прошла в условиях реформаторской деятельности Екатерины П. Перемены в стране происходили на фоне постоянно расширявшихся контактов России со странами Западной Европы. В связи с этим весьма актуальной представляется проблема сочетания реформ в России с "европеизацией" страны, ее модернизацией, возникают важные вопросы о степени, силе, векторах иностранного воздействия на развитие страны в периоды ее реформирования.
Большое значение имеет обобщение и оценка существующего исторического опыта привлечения в Россию иностранного капитала, обеспечения при этом условий для развития отечественной экономики, сохранения ее самостоятельности.
Деятельность иностранцев в России в этом случае предстает как один из важных каналов непосредственного воздействия на развитие страны извне. Изучая ее, исследователь не может не поставить ряд крайне важных для современной науки и практики проблем "цивилизационного контакта", взаимовлияния различных типов и форм предпринимательской, торговой, кредитной деятельности, возникших в Западной Европе и России, в неодинаковых и даже неоднородных природно-гео графических и культурно-исторических условиях. Поскольку речь идет главным образом об иностранцах, постоянно или длительное время находившихся в России, возникает еще одна актуальная проблема ассимиляции иноземных предпринимателей, слияния их с массой собственно русских купцов, сохранении ими при этом особенностей жизненного уклада, определенной специфики торговой деятельности.
Предметные, географические и хронологические рамки исследования. Предметом исследования является главным образом торговая и связанная с ней кредитная деятельность западноевропейских купцов в России в течение XVIII в. Под купцами мы понимаем самостоятельных коммерсантов, владельцев капиталов и товаров. Они могли объединяться, создавать торговые фирмы в компании, которые в этом случае становились субъектами коммерческой деятельности. Следовательно, в диссертации рассматривается деятельность как иностранных коммерсантов, торговавших отдельно, так и созданных ими или с их участием торговых фирм- Специально не рассматриваются и не учитываются лица, занимавшиеся торговлей, но не являвшиеся самостоятельными коммерсантами, например, приказчики, другие служащие торговых фирм и отдельных купцов. С другой стороны, учитывается торговая деятельность иностранных дипломатов (консулов), ремесленников-иноземцев, фабрикантов, других лиц иностранного происхождения, которые вели операции в значительных масштабах от своего имени и с целью извлечения коммерческой прибыли.
Под западноевропейскими купцами мы понимаем выходцев не только из стран, находившихся на крайнем западе Европы (Англии, Нидерландов, Франции), но и представителей всего западноевропейского торгового мира, сложившегося в рамках так называемой "западной цивилизации". К ним относятся оказавшиеся в России английские, голландские, французские, итальянские (представители всех областей и торговых городов Италии - Генуи, Венеции, Тосканы, Неаполитанского королевства и др.), испанские, португальские, датские, норвежские, шведские купцы, а также коммерсанты, происходившие из городов и земель Германии, причем не только из ганзейских1 центров на Северном море и Балтике (Гамбург, Любек, Бремен. Росток и др.), но из Пруссии, Саксонии, Баварии, Гессена, других княжеств, расположенных во внутренних регионах страны. Восточная граница "западноевропейского'1 торгового мира, по нашему мнению совпадает со старинным рубежом, отделявшим собственно русские земли от владений Ливонского ордена, впоследствии шведских и польских территорий в Прибалтике. Следовательно, выходцев из лифляндских и эстляндских городов, вошедших в XVIII в. в состав России, также можно рассматривать в качестве представителей западноевропейского торгового мира. Тем более,
'Как известно, Ганзейский союз прекратил свое существование еще в XVII в. Слово "ганзейский" здесь и далее употребляется как традиционное наименование в отношении торговых городов на севере Германии, активных членов Ганзы в прошлом
что в большинстве своем они сами или их предки прибыли из ганзейских и других немецких городов, имелись среди них и выходцы из Англии, Голландии, Дании. Поэтому в данном исследовании уделяется внимание деятельности остзейских купцов в собственно русских городах. Несмотря на различия в торговой деятельности каждого из национальных отрядов западноевропейского купечества все вместе они представляли определенную общность, противостоявшую в России собственно русским купцам.
Географические рамки исследования включают весь русский рынок, фактически - те города и регионы, где действовали западноевропейские купцы в течение всего XVIII в. Прежде всего, это будут портовые города -на Севере (Архангельск), на Северо-западе (главным образом, Петербург), по берегам Черного и Азовского морей (по мере включения этих территорий в состав России, появления там иностранных купцов). Из торговых центров внутреннего рынка основное внимание уделяется Москве, где купцы иностранного происхождения активно действовали еще с допетровских времен, были весьма многочисленны и в XVIII в., некоторым другим городам, куда они проникали (Вологда и др.), В исследовании не рассматривается торговля через сухопутную границу на :заладе России, поскольку купцы из западноевропейских стран здесь непосредственно не торговали, а осуществляли свои внешнеторговые связи по морю. Также не рассматривается деятельность западноевропейских купцов в Лифляндии и Эстляддии, несмотря на то, что эти территории вошли в состав России уже в начале XVIII в. Хинтерданд портов этого региона лишь частично был связан с собственно русским рынком, Рига, крупнейший порт данного региона имела обширные контакты с прилегающими районами остзейских провинции, а также с Белоруссией, Украиной, Литвой, в течение почти всего XVIII в входивших в состав Речи Посполитой. Кроме того, купцы из Западной Европы оказывались в остзейских городах в принципиально иной обстановке, нежели в собственно русских городах, поскольку, как уже отмечалось города и купечество этих провинций в известной мере принадлежали к западноевропейскому торговому миру. За рамками исследования остается и вопрос о транзитной торговле западноевропейских купцов с Ираном через территорию России, которая могла проходить через Астрахань. Реально в XVIII в. имела место единственная попытка английских купцов организовать эту торговлю в начале 40-х гг., что уже всесторонне рассмотрено в литературе.
Определял хронологические рамки, нет смысла жестко ограничивать исследование 1701-1800 гг. (эти формальные границы
целесообразны только при составлении таблиц, графиков и т.п.). Чтобы не нарушалось единство каких-либо событий или процессов, целесообразно привлечь материал за последние годы XVII в., и начало XIX вв.
Историография темы. По истории внешней торговли России, которая была основной сферой деятельности иностранных купцов, как и по истории европейской торговли XVIII в. написаны сотни книг и статей. Однако среди них лишь немногие специально посвящены деятельности купцов той или иной страны в России. Тем не менее исследования по общим проблемам истории внешней и международной торговли, а также внутренней торговли России важны и для изучения деятельности иностранных купцов. В них приводятся сведения о товарообороте России со странами Западной Европы, ассортименте экспортных и импортных товаров, мерах правительства по развитию торговли и защите российского рынка, и что весьма важно - нередко даются оценки деятельности иноземных купцов, их взаимоотношений с купцами российскими.
В отечественной историографии такие исследования стали создаваться уже в XVIII в. Среди них наибольшее значение имеют многотомный труд М.Д.Чулкова "Историческое описание российской коммерции...", где собраны законодательные и иные материалы о торговле на всех направлениях, нередко упоминаются и иноземные купцы, а также труды первого историка Архангельска В.В.Крестинина, работы находившихся в России авторов немецкого происхождения Г.Шторха, В.Х.Фрибе, И.Г.Георги, А.Ф.Бюшинга, заложивших основы отечественной статистики торговли, сообщивших весьма обстоятельные сведения о товарообороте России и иностранных купцов, об использовании ими кредита.
Новый этап в изучении истории внешней торговли начинается только в конце XIX в. в связи с повышением интереса к социальной и экономической истории в целом. В это время появляются и первые монографические исследования по отдельным аспектам истории торговли и торговой политики XVIII в. Их авторы обращаются к архивам, правда, сплошного исследования массовых материалов еще не ведется. Архивные материалы используются главным образом выборочно, преобладают дела, посвященные рассмотрению того или иного вопроса торговой политики в государственных учреждениях или дела по конкретным случаям, связанным с неудачами, банкротствами, судебными разбирательствами. С использованием этих материалов, а также сведений, известных еще историкам XVIII в., даются оценки роли иностранных купцов в российской торговле в сопоставлении с торговой активностью купцов отечественных Таковы труды Н.Н.Фирсова, С.Ф.Огородникова, В.А.Уляницкого, где
говорится о доминирующей роли иностранцев во внешней торговле России, небезуспешных попытках их проникновения на внутренний рынок, слабости отечественного торгового капитала, носители которого не могли противостоять засилью иноземцев.
В начале XX в. в отечественной историографии появляются первые исследования деятельности западноевропейских купцов в России -обстоятельные статьи И.Н.Любименко об английских и голландских купцах, посвященные в основном допетровскому времени, а также небольшая книга П.А.Остроухова об англо-русском договоре 1734 г. Их авторы пытаются не столько оценить значение деятельности иноземцев в их противостоянии с русскими купцами, сколько дать объективную оценку путям и методам их проникновения на внутренний рынок, конкуренции купцов разных стран. В 20-х гг. В.И.Пичета обратил внимание на деятельность французских дипломатов в России, безуспешно пытавшихся помочь своим соотечественникам, торговавшим в России, преодолеть конкуренцию англичан.
Одновременно возрастает интерес к истории внешнеторговых связей России со стороны зарубежных авторов. Заслуживают внимания труды С.ван Бракела о торговом судоходстве между Россией и Нидерландами, Д.Герхарда и Д.Ридинга о русско-английских экономических и дипломатических связях, в которых отмечается обоюдно важная роль внешнеторговых контактов западноевропейских стран с Россией.
В последующие десятилетия, особенно с середины 30-х до начала 60-х гг. XX в., изучение внешнеторговых связей России со странами Западной Европы, деятельности западноевропейских купцов на русском рынке существенно замедлилось. В отечественной литературе подчеркивалось их негативное влияние на внешнеторговую активную активность русского купечества, зачастую замалчивалась деятельность иностранцев не только в торговле, но и во многих других сферах жизни страны; в зарубежной историографии преувеличивались трудности, которые испытывали иноземцы, торговавшие в России, (произвол властей, засилье казны и государства во внешней торговле и т.п.), мало говорилось о привилегиях и льготах, предоставленных иностранным купцам. Одновременно в отечественной и зарубежной науке на базе концепций, в которых большое внимание уделялось социальной и экономической истории, развернулось активное исследование архивных фондов, на основе чего появились обстоятельные труды по проблемам истории торговли.
Начиная с 60-х гг, на основе широкого изучения массовых источников активизируется и изучение внешней и международной
торговли. Р.И.Козинцева одной из первых обстоятельно изучила внешнеторговый оборот архангелогородской ярмарки в начале XVIII в., в которой активное участие принимали западноевропейские купцы: впоследствии Н.Н.Репин в серии статей, монографии, диссертационных исследованиях выявил структуру внешнеторгового оборота Архангельска и Петербурга, его эволюцию с начала XVIII в. и до 60-х гг.; Г.А.Некрасов специальную монографию посвятил внешней торговле Ревеля в середине XVIII в., в серии статей А.И.Комиссаренко и И.С.Шарковой рассмотрена торговля России со странами Средиземноморья, прежде всего с Италией Изучению торговли России со странами Востока посвящены монография и статьи А.И.Юхта, в которых говорится и о продвижении восточных товаров в Западную Европу и обратно по территории России.
В зарубежной историографии следует отметить труды Э.Хардер-Герсдорфф, посвященные товарообороту России и Любека, а также ряду конкретных проблем международной торговли в бассейне Балтики и на Севере Европы, работы А.Атгмана и С.Э.Острема о торговле Англии со Швецией и Россией, товарооборот между Россией и Британией обстоятельно изучен также Х.Капланом и АКаганом.
Многие зарубежные историки строили свои исследования о международной торговле на основе массовых источников о движении торговых судов, продолжая традицию заложенную в начале XX в. еще С. ван Бракелом, и Н.Банг и К.Корстом, разработавшими статистические таблицы о движении судов через Зунд. В 70-х гг. Д.Кнопперс создал обстоятельное исследование о российско-голландских торговых связях в XVIII - начале ХТХ в. на основе данных о судоходстве из архивов Нидерландов, Х.Х.Йохансен завершил разработку таблиц о проходе судов через Зунд, сопроводив эти материалы обстоятельным анализом, А.Раш изучил на УГОН основе контакты портов Балтийского моря (в том числе российских) с Северной Америкой. В любом случае во всех упомянутых работах и во многих других исследованиях, вышедших в 60-х - начале 80-х гг., основное внимание уделяется изучению товаропотоков и товарооборота, динамики развития товарообмена в рамках европейского рынка и между отдельными странами. Это имеет большое значение для характеристики торговли купцов разных стран, однако специальных работ, посвященных деятельности отдельных коммерсантов или каких-либо их групп, выходило в то время сравнительно немного.
Со второй половины 80-х гг. резко активизируется интерес как отечественных, так и зарубежных исследователей к торговой деятельности купечества в целом в той или иной стране, отдельных его групп, фирм, семей и т.д. В России это связано с повышением внимания к истории
предпринимательства в целом, с переходом к рыночной экономике, а также с тем, что отечественные историки все больше внимания стали уделять не только изучению объективных процессов и тенденций, но и деятельности людей. Изучая историю предпринимательства XVII-XVII1 вв., отечественные авторы основное внимание уделяют сословному и социальному статусу купцов, преемственности капиталов (работы Н.Б.Голиковой, А.И.Аксенова), экономическим и сословным интересам купцов, политике правительства по отношению к ним, чему посвящена обстоятельная монография Н-В.Козловой. В 80-х гг. изживается и известный нигилизм по отношению к теме "Иностранцы в России", характерный для отечественной историографии предыдущих десятилетий. В связи с этим появляются специальные работы об иностранных купцах в России. Кроме работ автора данной диссертации, к их числу относятся монографические исследования А.В.Демкина о западноевропейских купцах в России в XVII в., о британском купечестве в XVIII в., где основное внимание уделяется численности и составу фирм, ассортименту их товарооборота, связям с казной, промышленной деятельности. В упомянутой выше монографии Н.В.Козлова рассмотрела важный вопрос об экономических интересах русских купцов в связи с деятельностью в стране иностранных коммерсантов, политике правительства в этой связи. (Вопрос о роли русских и иностранных купцов во внешней торговле поднимался и ранее, но только в рамках небольших статей: в середине 50-х гг. Н.Л.Рубинштейн высказал мнение, что русские купцы в XVIII в. уже играли активную роль во внешней торговле страны, ему аргументирование возразил Б.Н.Миронов в начале 70-х гг.) Из немногих отечественных авторов, занимающихся изучением деятельности иноземцев в России в целом, наибольшего внимания заслуживают работы В.А.Ковригиной, где рассматривается и деятельность иностранных коммерсантов в Москве в конце XVII - начале XVIII в.
Зарубежные исследователи, изучая деятельность купечества, основное внимание уделяют ее организации, деловым связям в рамках внутреннего и международного рынков, стараются выявить пути и методы проникновения торгового капитала западноевропейских стран в отдаленные регионы мирового рынка, большую популярность приобрел вопрос о существовании сетей (network), включавших торговые фирмы, банки, отдельных коммерсантов, связанных родственными и деловыми узами, действовавших в различных странах. Все это акгуально и для изучения деятельности западноевропейских купцов в России. В последние годы в зарубежной историографии появились исследования, посвященные и торговле иностранцев определенной национальности на русском рынке.
Среди их авторов в первую очередь следует отметить Я.В.Велувенкамла, раскрывшего многие аспекты в деятельности голландских купцов в России в XVI - первой половине XVIII в. Большое внимание автор уделяет деловым контактам находившихся в России голландских купцов друг с другом и с зарубежными партнерами, подчеркивает большое значение при этом родственных связей, торговле при помощи почты (речь идет о пересылке деловой документации), настаивает на специализации торговли большинства известных голландских купцов в России, широко использует как российские, так и нидерландские архивы. О купцах других стран, торговавших в России в XVIII в., столь обстоятельных исследований в зарубежной литературе нет. Следует, однако, обратить внимание на работы А.Мартенс о гамбургских купцах в XVII в., в которых отмечаются особенности их торговли, характерные и для начала XVIII в.
Крайне важны для данного исследования многочисленные статьи и книги Э.Амбургера, посвященные жизни и деятельности в России выходцев из немецких земель (иногда - из других стран)., в том числе и купцов. В них приводится множество сведений биографического характера: о происхождении известных в России торговых иноземцев, их семейной жизни, контактам с казной и с правительством, хотя специально их коммерческая деятельность не изучается.
Наряду с исследованиями по истории внешней торговли, предпринимательства, купечества, историография данной темы включает и многочисленные работы по истории двусторонних контактов России с зарубежными странами. Несмотря на ряд весьма давних работ, появившихся еще в XIX в., наиболее активно эта проблематика стала изучаться с 60-х - 70-х гг. прошлого века. Отношения с разными странами изучены явно не в одинаковой степени, это касается и историй двусторонних торговых контактов. История российско-британских отношений изучается весьма интенсивно, причем после значительных работ Л.А.Никифорова, В.В.Лебедева в дальнейшем наибольший вклад внесли английские и американские исследователи, прежде всего Э.Кросс, а также П.Кленденнинг, Р.Бартлетт, Х.Каплан и др. Лишь в самое последнее время в отечественной историографии появились работы А.В.Демкина. Обширная литература существует и по истории российско-американских контактов, из отечественных авторов наибольший вклад внес Н.Н.Болховитинов, в США над этой темой работали многие ученые, выступившие, как правило, со статьями по конкретным вопросам, из монографий наиболее известна книга Д.Прайса о продаже виргинского табака в России в начале XVIII в.
Обстоятельно изучены и контакты России с итальянскими государствами, в отечественной историографии следует назвать работы Т.К.Крыловой, И.С.Шарковой, А.И.Комиссаренко- Г.А.Сибиревой. В Италии существуют монографические исследования Дж.Берти, МЛ.Кавальканти, статьи Р.Риссалити и др. В меньшей степени изучены ро ее ииско-испанские отношения, хотя и об этом уже имеются монографии, публикации документов, созданные усилиями В.С.Бобылева, О.В.Волосюк, А.М.Шоп-Солер. В сравнении с этим гораздо меньше исследованы контакты России и Франции, особенно в сфере экономических связей, наибольшего внимания заслуживают статьи В.Г.Сироткина, С.Я.Борового, А.Кагана, В.Кирхнера. Практически отсутствуют работы по истории российско-португальских контактов. Что касается российско-немецких связей XVIII в., то их изучение в отечественной литературе активизировалось только в самое последнее время В основном это статьи, опубликованные в сборниках, изданных по материалам конференций, прошедших в 90-е гг. в Москве и Петербурге.
Таким образом, существующая обширная литература по истории внешней торговли и зарубежных связей России представляется существенной предпосылкой исследования, предпринятого в данной диссертации. С другой стороны, обобщающего монографического исследования деятельности западноевропейского купечества в России в XVIII вв. не предпринималось.
Источпиковая база исследования. Источниковая база исследования весьма обширна и вместе с тем сложна. Основу ее составляют обнаруженные в архивах источники массового характера, фиксировавшие сотни и тысячи торговых, кредитных сделок с участием иностранных купцов, рейсы кораблей и т.п. С целью их выявления обследованы архивные фонды большинства центральных учреждений, ведавших торговлей, промышленностью, финансами, местным управлением, государственным хозяйством, торговым судоходством, внепшими сношениями. В РГАДА это фонды Сената, Коммерн-коллегии, Камер-коллегии, Юстиц-коллегии, Главного магистрата и др., в РГВИА -Военной коллегии, РГА ВМФ - Адмиралтейской коллегии, Адмиралтейской канцелярии и др., в архиве СПФ ИРИ РАН -Архангелогородской губернской канцелярии за начало XVIII в., фонд того же учреждения в Государственном архиве Архангельской области, фонды Московского магистрата и губернского правления в ЦИАМ и др Масса документов из делопроизводства Коммерц-коллегии и их копий хранится в фондах Воронцовых в РГАДА и СИФ ИРИ РАН, поскольку А Р.Воронцов был президентом этой коллегии. Всего удалось привлечь материалы из 50 -11- фондов девяти отечественных архивов и рукописных собраний РГБ и РНБ. В результате выявлены и проанализированы более двух тысяч векселей, оформленных с участием иностранных купцов, сотни записей крепостных контор о предоставлении денежного и товарного кредита, десятки контрактов о поставке товаров за разные годы к Петербургу и Архангельску, более ста дел о записи иностранных купцов в российское купечество, а также несколько комплексов таможенной документации (по Архангельску за 1710, 1725, 1741 гг.). Значительная часть этих материалов впервые вводится в научный оборот. При этом приходится констатировать, что таможенные книги с записями партий товаров отдельных купцов сохранились минимально. Но в диссертации широко используются записи о прибытии торговых судов. В них указаны купцы, к которым они прибыли, порт, откуда вышли, названы основные товары (но без точных сведений о количестве и цене). Хотя это не дает возможности точно определить товарооборот каждого из купцов, но позволяет проследить из года в год торговые связи купцов и торговых фирм с зарубежным рынком, сделать наблюдения о степени их активности, времени деятельности. Немаловажно и то, что в РГАДА сохранился обширный комплекс такого рода документации - рапорты Кронштадтской таможни о прибывающих судах с 1742 по 1810 г. (с лакунами за ряд лет), которые почти не использовались исследователями- Всего в них до 1800 г. содержатся записи о 23 тыс. рейсов судов из-за моря, на основании чего можно получить достаточно полную и конкретную картину зарубежных связей торговавших в Петербурге иноземцев. Аналогичное значение имеют и донесения с брандвахтенных судов о прибытии иностранных судов, сохранившиеся за ряд лет в РГА ВМФ и фонде Архангельской губернской канцелярии в Государственном архиве Архангельской области. По Архангельску имеются сведения о более чем тысяче рейсов, Наконец, единственный документ такого рода обнаружен и по Азово-Черноморскому направлению, а именно - ведомость о прибытии и отправлении судов по таганрогскому порту за 1793 г.
Наряду с массовыми, привлекались и статистические источники, в первую очередь это ведомости о товарообороте иностранных купцов по Петербургу, большей частью опубликованные и используемые отечественными и зарубежными исследователями, а также впервые обнаруженные аналогичные ведомости по Архангельску, ведомости о законтрактованных товарах и т.п. Меньшее значение имеют дела из фондов органов центрального и городского управления, посвященные каким-либо конкретным случаям, судебным разбирательствам с участием иноземных купцов, они позволяют сделать определенные наблюдения о -12- правительственной политике, специфике деловых связей тех или иных коммерсантов, подробностях их биографии. Массовые же и статистические источники позволяют получить суммарную, а при желании и детализированную картину деятельности многих иностранных фирм и всех их вместе на протяжении ряда десятилетий.
Однако исследование деятельности западноевропейских купцов существенно затруднено тем, что почти полностью отсутствуют материалы из делопроизводства самих иностранных фирм (бухгалтерские книги, книги записей товаров, расписки, деловая переписка и проч.). Это практически лишает исследователя возможности рассмотреть внутреннюю организацию торговых компаний и торговых домов, характер их связей с партнерами, судить о размерах прибыли, понять механизм ее образования и т.д.
С определенными трудностями связано и использование источников из зарубежных архивов В данной диссертации привлечены материалы Государственного архива Гамбурга и Городского архива Любека, всего из 18 фондов. Среди них имеются комплексы документации торговых фирм и коммерческих банков (например, Беренберга, Нёлтинга, Моллво и др.), но в них весьма редко отмечаются контакты с деловыми партнерами в России. Сохранились также обширные комплексы материалов о движении торговых судов, отправке и прибытии грузов. Но при этом сообщается только имя купца, проживавшего в Гамбурге или Любеке, распоряжавшегося товарами или принимавшего судно, но никогда не указываются его партнеры в России. Однако установить эти контакты можно в том случае, когда за один и тот же год имеются данные о движении судов в российских и зарубежных архивах. Так, выявлены торговые контакты целой группы гамбургских фирм с находившимися в Архангельске немецкими и голландскими купцами за 1769-1771 и 1783 гг. Кроме того, в архивах Гамбурга и Любека обнаружены данные о происхождении находящихся в России купцов, их родственных связях.
Из опубликованных источников, наряду с Полным собранием законов Российской империи, донесениями французских и английских дипломатов, напечатанных в сборниках им л. Русского исторического общества, большой интерес представляют имеющиеся издания массовых и статистических источников по истории торговли и купечества XVIII в., а именно: ведомостей о товарообороте иностранных купцов по Петербургу, обширная публикация материалов ревизий и переписей по г. Москве, капитальных книг московского купечества, осуществленная в конце XIX -начале XX в., где упомянуты и десятки купцов иностранного -13- происхождения, что позволяет судить о вступлении западноевропейских купцов в состав российского купечества, их ассимиляции в России.
Целы и задачи исследования. Основная задача исследования состоит в выявлении роли западноевропейских купцов в развитии внешней и внутренней торговли России в XVIII в. Это позволит сделать выводы о значении деятельности западноевропейских купцов в вовлечении России в мировую торговлю, влиянии иностранного капитала на развитие различных отраслей внутренней торговли и экономики страны в целом. В связи с этим в работе поставлены следующие задачи:
- определить место западноевропейских купцов во внешнеторговых связях России на западном направлении; выяснить, насколько они доминировали в данной сфере, какова была доля участия русских купцов и иностранных в непосредственных торговых контактах с зарубежным рынком, менялась ли она и в какой мере в течение XVIII в.;
- установить связи находившихся в России западноевропейских купцов на зарубежном рынке; выяснить, в руках каких именно национальных групп иностранного купечества сосредоточивались контакты с отдельными странами: Англией, Голландией, Францией, портами Северной Германии, странами Скандинавии и Пиренейского полуострова, итальянскими государствами, Швейцарией, а также выявить роль западноевропейских торговых фирм в установлении непосредственных контактов России с Северной Америкой;
- определить круг коммерсантов, торговых фирм и купеческих фамилий, игравших активную роль в развитии внешнеторговых связей ведущих российских портов - Петербурга, Архангельска, а также в возникновении и развитии торговли через порты Азовского и Черного морей, установить роль каждой из национальной групп иностранного купечества., в т.ч. и в динамике в течение XVIII в.;
- выявить особенности деятельности каждой из национальных групп западноевропейского купечества;
- выяснить глубину, степень и формы проникновения иностранных купцов на внутренний рынок;
- рассмотреть основные виды и формы кредита, применяемого иноземцами в деловых контактах с русскими купцами, представителями других сословий и друг с другом. Выяснить значение этой формы предпринимательской деятельности для развития внешней и внутренней торговли России в целом;
- проследить процесс проникновения коммерсантов иностранного происхождения в среду русского купечества, выявить причины, условия и
последствия такого проникновения для самих иностранцев и внутренней торговли в целом;
- выявить основные тенденции политики правительства по отношению к иностранным купцам;
- выявить основные центры, а также отрасли и сферы российской экономики, наиболее подверженные влиянию деятельности западноевропейских купцов. Установить характер и степень этого влияния и связанного с ним взаимодействия.
Методологические основы и методические принципы исследования. В основе методологии данной работы лежит убеждение об исключительно важной роли экономической сферы в развитии общества в целом, определяющей роли социально-экономических интересов в формировании внешней и внутренней политики. Этот тезис был одним из основополагающих в методологии отечественной исторической науки на протяжении многих десятилетий XX в. Большое значение социального и экономического развития для общества в целом подчеркивалось и в ряде ведущих зарубежных историографических школ в истекшем столетии. Вместе с тем при исследовании данной темы большое значение имеют принципы так называемой "цивилизационной" теории, поскольку деятельность западноевропейских купцов на русском рынке может рассматриваться как "встреча" или взаимодействие разных типов предпринимательской деятельности, различия между которыми обусловлены и цивилизационными особенностями. Признавая вместе с тем изначальное единство исторического развития России и западноевропейского мира, мы можем судить о значении иностранного торгового капитала для развития России и в категориях модернизации.
Данное исследование посвящено истории торговли, но при этом изучается в первую очередь не движение товаропотоков, а деятельность купцов. Подобный подход в настоящее время все более активно используется при изучении истории экономики, особенно истории предпринимательства. Он весьма близок к так называемой "персональной истории". Однако в данной диссертации, где людям как субъектам торговой деятельности уделяется большое внимание, все же на первом плане стоят не отдельные личности, а группы коммерсантов, выделяемые в первую очередь по национальному признаку, происхождению, а также - по времени пребывания в России, сословному и юридическому статусу и т.д. Таким образом, ставится задача дать собирательный портрет западного купечества, одной из наиболее активных предпринимательских групп в России XVIII в.
При этом необходимо установить, как уже отмечалось, роль данной группы коммерсантов в развитии российской торговли, роль ее отдельных национальных отрядов (т.е. "подгрупп"). Для этого используются массовые и статистические источники, которые обрабатываются посредством разнообразных подсчетов. Так, большое значение имеет понятие "доли", т.е. выраженной в процентах части целого. Оно позволяет с математической точностью судить о роли иноземцев в целом или отдельных групп западноевропейского купечества в развитии внутренней и внешней торговли России, изменении этой роли. Например, в этой связи можно говорить о доле иностранцев в товарообороте Петербурга и Архангельска, в контрактации товаров к этим портам, в общей сумме вексельного кредита и т.д. Важно при этом сопоставить полученные данные с "долей" русского купечества. Полученные в результате подобных подсчетов цифры легко сводятся в таблицы, которые сами по себе могут быть объектом дальнейшего анализа.
Научная новизна исследования. В диссертации практически впервые предпринимается попытка специального монографического исследования деятельности западноевропейского купечества в России на протяжении всего XVIII в. Несколько вышедших ранее на эту тему монографий, посвященных голландским и английским купцам, охватывают ее лишь отчасти.
В данном исследовании впервые, в рамках замысла всей работы, рассматривается деятельность весьма многочисленных в России представителей немецкого купечества, а также купцов датских, шведских, швейцарских, испанских, французских, португальских.
Определенные оценки роли западноевропейских купцов высказывались и ранее, однако в настоящем исследовании значение их деятельности практически впервые оценивается на основе изучения обширного комплекса массовых и статистических источников. Большая их часть вводится в научный оборот впервые, что также обуславливает новизну исследования. Это позволяет одни уже существующие оценки подтвердить математически точными данными, другие - скорректировать, в отношении третьих - показать их обоснованность только в ограниченных хронологических рамках, четвертые - рассматривать как определенные историографические стереотипы, не отражавшие ситуацию, действительно имевшую место в XVIII в. Так, впервые на протяжении всего XVIII в. выявляется соотношение роли русских и иностранных купцов во внешней торговле страны на западном направлении.
Впервые рассматривается процесс вступления иноземцев в российское купечество, поднимаются проблемы их роли на кредитном и -16- вексельном рынках, все это в совокупности с выяснением значения их деятельности в основных внешнеторговых портах позволяет заново осмыслить место западноевропейского торгового капитала в развитии российской экономики.
Практическая значимость работы. Основные выводы и положения диссертации, содержащийся в ней конкретный фактический материал может быть использован при разработке общих и специальных курсов в высших учебных заведениях на факультетах исторического, экономического и общегуманитарного профиля. В той или иной мере содержание диссертации представляется актуальным для создания обобщающих и конкретных работ по истории русской торговли, экономики XVIII в., а также по весьма мало изученной теме "Иностранцы в России", важной и в историко-экономическом, и в историко-культурном аспектах. Определенное практическое значение имеет предлагаемая диссертация и для изучения истории многих западноевропейских стран, их международных контактов, деятельности выходцев оттуда в России и Восточной Европе,
Апробация работы. Приводимый в диссертации материал использовался автором в докладах на кафедре отечественной истории средних веков и нового времени и лекционных курсах в Московском педагогическом университете, при подготовке докладов на научных конференциях в России и за рубежом, в работе над международным научным проектом по изучению экономической конъюнктуры в Ганзейском регионе (центр в г.Любеке). Этот материал отражен также в одной монографии, разделах ряда коллективных монографий, а также в серии научных и энциклопедических статей (всего около 30).
Структура работы. Работа состоит из введения, восьми глав, сгруппированных в два раздела, заключения. Кроме того, в диссертации имеется 41 таблица, в которых обобщен и систематизирован необходимый статистический материал, а также несколько приложений, содержащих списки купцов, товаров, образцы документов. Введение посвящено общей характеристике темы, ее актуальности и научной значимости, в нем определяется предмет исследования, его хронологические географические рамки, формулируются цели и задачи. Во введении также рассматриваются историография и источниковая база исследования. Основная часть диссертации представлена в двух разделах. Поскольку деятельность иностранных купцов, подобно двуликому Янусу, была направлена на организацию внешнеторговых связей России и одновременно обращена к контактам с внутренним рынком, то целесообразно посвятить каждой из этих сторон деятельности иноземцев соответствующий раздел. -17-
В первом разделе - Внешняя торговля западноевропейских купцов в российских портами их контакты с зарубежным рынком - речь идет о внешнеторговых связях западноевропейских купцов. Глава первая -Иностранные купцы на главных направлениях внешней,торговли России в первой четверти XVIII в. - в отличие от последующих глав, хронологически ограничена правлением Петра I, в ней речь идет о смене главного направления внешней торговли России с северного (Архангельск), на северо-западное (Петербург) Поскольку многие вопросы торговли западноевропейских купцов в России в первой четверти XVIII в. обстоятельно уже рассмотрены нами в одной из монографий, в данной главе основное внимание уделяется роли купцов агдельных стран во время перемещения главного направления внепгаей торговли из Архангельска в Петербург. Известно, что во второй половине XVII в. голландцы и тесно связанные с ними по происхождению гамбургские купцы доминировали во внешней торговле России. Но в последние годы XVII в. в связи с преобразованием привилегированной английской Русской компании в "открытое общество", резким повышением заинтересованности британских торгово-промышленных кругов в изменившейся международной обстановке происходит существенное расширение активности английских купцов на русском рынке. Уже в первые годы XVIII в. они занимают ведущие позиции в Архангельске. По данным на 1701 г., из 85 кораблей, прибывших в устье Двины до середины июля, 44 были голландскими, 21 -английским, в 1705 г. из 147 судов 72 прибыли к английским купцам и только 39 - к голландцам. То же соотношение зафиксировано и по счетным выписям 1710 г. - на долю английских купцов приходится 43% товарооборота всех иностранных купцов, на долю голландцев - 29%. Следует отметить и большую роль гамбургских купцов, которые почти не уступали голландцам (27%). С перенесением главного направления внешней торговли в Петербург, что Петру I удалось реально осуществить только по окончании Северной войны, роль голландцев в новом порту оказалась еще меньшей. В 1722 г. из голландских портов в Петербург прибыло 22 корабля, из английских - 36. Весьма прочными с самого начала оказались позиции немецких купцов (34 судна), В то же время в Петербурге сформировалась своя группировка западноевропейского купечества, лишь отчасти за счет переезда некоторых иноземцев из Архангельска, а большей частью это были иноземцы, приехавшие на берега Невы непосредственно из западноевропейских стран. Последующие главы посвящены деятельности иностранных купцов на каждом из трех направлений внешней торговли России со странами Западной Европы. -18-
Вторая глава - Внешнеторговые связи западноевропейских купцов через петербургский порт в середине м второй половине ХУ1П в. - одна из самых важных во всем исследовании. Не случайно., она наиболее обширная. Глава посвящена основной сфере деятельности большинства иностранных купцов в России - внешней торговле, причем на главном ее направлении - через столичный порт. В ней удалось собрать и обобщить материал о представителях всех западноевропейских стран, торговавших в России, посвятить каждой из групп специальный параграф. Поскольку Петербургу принадлежала ведущая роль во внешней торговле России, соотношение сил иноземцев и русских купцов, иностранцев разных национальностей отражало ситуацию в данной сфере экономики России в целом.
В петровское время доля русского купечества в экспорте составляла 2-4%. Но к середине XVII! в. она существенно выросла и упала соответственно доля западноевропейских купцов. В 1755 г. русским купцам принадлежало 16% товарооборота, иностранным - 84%. Следовательно, гегемония иноземцев сохранялась, что имело место и в дальнейшем на протяжении всей второй половины века. Хотя доля иностранцев была подвержена колебаниям. В 1768 г. она снижается уже до 82%, а в 1774 г. - до 79,4% (на долю русских купцов тогда приходилось 20,6% товарооборота Петербурга). После этого доля русских купцов начинает снижаться, в 1787 г. она составила только 16,7%, но в 1792 г. поднялась до 22%, а затем вновь резко снизилась - в 1797 г. - 6,7%, в 1799 г. - 5,5%. Соответственно доля западноевропейских купцов к 1787 г. поднялась до 84%, в 1792 г. упала до 78%, в 1799 г. увеличилась до 94,5%, т.е. оказалась почти такой же, что и в начале века2
Таким образом, до середины 70-х гг. XVIII в. доля русского купечества неуклонно росла, а иноземного - снижалась. Этот вполне естественный процесс отражал крайне медленный, но неуклонный рост капиталов русских купцов и доверия к некоторым из них на зарубежных рынках. Дальнейшие колебания вызваны рядом внешних, иногда чрезвычайных, обстоятельств. Спад 70-х - 80-х г. вызван расширением прибытия в Россию коммерсантов из-за рубежа, которым благодаря многочисленности, связям на зарубежном рынке, знанию языков и коммерческой практики Запада удалось потеснить отечественных коммерсантов. Большую роль сыграла и массовая запись иноземцев в российское купечество, существенным стимулом которой стало издание
Здесь и в аналогичных подсчетах далее не учитываются товары шкиперов, матросов, пассажиров. -19-
Городового положения 1785 г. К началу 90-х гг. значение этих факторов ослабело, определенный упадок переживала торговля англичан по внешнеполитическим причинам, что вновь привело к падению доли иноземцев и возрастанию доли русских купцов. В конце 90-х гг. западноевропейский рынок, особенно на континенте, был в значительной мере дестабилизирован в связи с революцией во Франции и последовавшими за ней войнами. Одновременно с сокращением доли русских купцов во внешней торговле Петербурга существенно упала и доля купцов многих других стран, На подъеме оказалась лишь торговля британских купцов, которые в 1799 г. сосредоточили в своих руках 64% товарооборота Петербурга, а по экспорту - даже 76%.
Имеющиеся сведения о товарообороте купцов отдельных стран и о движении торговых судов позволили выявить вклад купцов каждой из стран в развитие внешней торговли Петербурга. Так, английские купцы всегда занимали ведущее место, но и для них характерны определенные колебания, обусловленные главным образом внешнеполитическими факторами. В 50-х гг. на долю англичан приходилось более половины всего товарооборота столичного порта (в 1755 г. - 53%; в 1756 г. 2/3 всех судов, прибывших из-за моря, пришли к британским купцам). В период Семилетней войны доля англичан снижается (в 1760 г. - лишь 40,5%). В 1766-1767 г. они вновь имеют более половины товарооборота. Очевидно, благоприятно сказалось подписание договора 1766 г., в целом сохранившего выгодные для англичан положения договора 1734 г. В конце 70-х и в начале 80-х гг. торговля британцев в России переживает, пожалуй, наибольшие трудности в течение всего XVIII в. Уже в 1779 г. доля англичан в товарообороте составила менее 40%, в 1783 г. - 38%, что объясняется осложнениями в русско-английских отношениях в связи с войной в Северной Америке, политикой "вооруженного нейтралитета". В середине 80-х гг., когда ,эти сложности остались позади, доля британцев вновь выросла (до 48%), но в конце 80-х - начале 90-х гг. в связи с истечением срока действия англо-русского торгового договора 1766 г. и активизацией торговли купцов ряда других стран, происходит очередное и весьма значительное снижение доли английских купцов (в 1792 г. - 33,5% товарооборота Петербурга). Только во второй половине 90-х гг. происходит новый подъем торговли британцев в Петербурге.
Для английских купцов характерно создание фирм с долевым участием нескольких коммерсантов, обычно двух или трех, которые зачастую не являются родственниками. Время от времени кто-то из участников предприятия выбывает, вместо него может войти новый компаньон Подобная организация придавала британским фирмам особую -20- устойчивость. Одно и то же предприятие существовало в течение десятилетий, хотя личный состав его участников за 50-70 лет мог измениться полностью. Именно эти, наиболее устойчивые фирмы сосредоточивали в своих руках львиную долю товарооборота британских купцов в Петербурге. С 30-х - 40-х гг. XVIII в. действовали фирмы Томсен и Питерс (в конце века - Томсен, Питере и Бонер), Аткенс, Ригель и Дюсбери (затем - Аткенс и Прескот); Алин и Шарп, (впоследствии Шарп и Мейстер, Шарп, Сваллоу и Мейстер, Шарп, Моут и К°). Еще одна группа влиятельных компаний сформировалась в период Семилетней войны и к началу правления Екатерины II (Рекс и Сафри; Рос и Парис, впоследствии -Рос, Парис и Вар; Риттер, Торнтон и Кейли, в конце века две фирмы -Торнтон, Смайл, Бейли и К° и Г.Торнтон, Кейли младший и К°). В 70-х г. в состав ведущих английских компаний влились Вилиам Глен, Эдвард Джеймс Смит и др. В 90-х гг. в Петербурге обосновалось еще около двадцати значительных английских фирм.
Из купцов прочих стран выделяются выходцы из немецких земель. В 60-х - 70-х гг. их доля » товарообороте Петербурга составляла пятую. часть, затем поднялась до четверти и даже выше (в 1792 г. - 28%, в 1797 г. -31%.), на рубеже веков снизилась вновь до 22%. Более значительной была их роль в импортных операциях, во второй половине XVIII в. они доставляли, в среднем, треть всех товаров из-за моря в российскую столицу. Однако Германия не была тогда единым государством, немецкие купцы представляли в Петербурге разные города и земли. На протяжении почти всего столетия ведущую роль играли выходцы из ганзейских городов, в конце века все большую активность проявляют коммерсанты, прибывшие из внутренних районов страны. В 60-х гг. купцы из ганзейских городов сосредоточивали три четверти и более товарооборота немецких коммерсантов (в 1764 г. 15,6 млн.руб. товарооборота из 20,5 млн.руб.): В 1792 г. немецкие купцы привезли и отправили товаров на общую сумму 12,5 млн. руб., более половины из них (7,2 млн.руб.) принадлежало теперь выходцам из внутренних районов страны. Среди них выделялись коммерсанты, известные и в дальнейшем, - братья Амбургер, Александр Франц Ралль, фирма Киммелъ и Блессиг и др.
Что касается ганзейских купцов, то до начала 60-х гг. XVIII в. среди них ведущую роль попеременно играли то гамбуржцы, то любекцы. В 20-х гг. преимущество имели любекские купцы, поскольку гамбуржцы издавна ориентировались на Архангельск, но вскоре последние постепенно переориентировались на Петербург и до конца 40-х гг. опережали любекцев в столичном порту. При этом многие гамбуржцы поддерживали контакты со своими партнерами на Западе через Любек, так как путь туда
из Петербурга был намного короче и удобнее, чем в Гамбург. Видимо, это предопределило в дальнейшем преобладание выходцев из Любека среди немецкого купечества в Петербурге. В 60-х гг. гамбуржцам удалось преодолеть кризис, они почти сравнялись с любекцами (в 1764 г. 6% и 8% в товарообороте Петербурга, соответственно), но в последующие годы преимущество любекцев вновь увеличивается. В 1787 г. они имели 9% товарооборота Петербурга, гамбуржцы - около 4%.
В торговле ганзейских купцов большое значение имела семейная организация дела. Среди любекских купцов выделялись коммерсанты из семейств Моллво, Грот, Бетлинг, из гамбургских во второй половине XVIII в. - Мае, Тебель, Шредер, Северин.
Кроме выходцев из Гамбурга и Любека, принадлежавших к числу ведущих ганзейских торговых центров, заметную роль в Петербурге играли купцы из Ростока, еще одного старинного ганзейского порта. Так, в 1765 г. к ним прибыл из-за моря 41 корабль (к гамбуржцам - 20, любекцам - 38), в 1782 г. - 62 судна. Однако по товарообороту ростокские купцы существенно уступали представителям ведущих ганзейских городов, обычно их доля в товарообороте Петербурга составляла 1-2%. Ростокские корабли отличались незначительной грузоподъемностью, кроме того, многие доставленные на них товары предназначалась купцам из других городов и стран, либо же зачастую они приходили без груза, только для вывоза российских товаров. Активность ростокских купцов в Петербурге заключалась в организации морских перевозок для других коммерсантов и в сделках по экспорту российских товаров. При этом ростоксках купцов в Петербурге всегда было немного, обычно это единственная крупная фирма, сосредоточившая до 80% их товарооборота (в 40-х - 50-х гг. это фирма Кремгага и Эшенбах, в 60-х - 80-х гг. - Рихтер и Мае) и еще два-три коммерсанта.
Доля голландских купцов в торговле Петербурга в течение XVIII в. неуклонно снижается, что отражает общий упадок международной торговли Нидерландов. Но вплоть до 50-х гг. голландцы удерживали вторую позицию вслед за англичанами, (в 1755 г. до 10% товарооборота во внешней торговле Петербурга), стремительное падение доли голландцев происходит в 70-80-х тт. (до 2% в начале 90-х гг.). Хотя в XVII в. и в начале XVIII в. для голландцев также характерны семейные торговые предприятия, в Петербурге в середине и второй половине XVIII в. они почти не прослеживаются (исключение составляют представители фамилии Бахерахт). Наибольшей устойчивостью отличаются фирмы Лимбурга и его вдовы (с 20-х гг. и до начала 70-х гг.), с 50-х гг. на первые роли среди голландцев выходит фирма Броувер и Багге (в 90-х г. Багге и -22- ван Эйсел), в 70-80-х гг. значительных масштабов достигают внешнеторговые операции фирмы Блом и фон Зантен.
Из купцов прочих стран выделяются заметны французы. Наибольшего размаха их деятельность достигает в 70-х гг. XVHI в. (до 3% внешнеторгового оборота Петербурга), примерно на том же уровне она держится и в 80-х гт.(2,5%). В 1786 г. был заключен русско-франиузский торговый договор, но начавшаяся вскоре революция во Франции помешала его реализации в течение длительного периода. Особенностью деятельности французов была их относительная многочисленность. В этом отношении они уступали только англичанам и немцам, если иметь в виду купцов всех германских земель, но превосходили в численном отношении гамбуржцев, любекцев. Однако подавляющее большинство французских купцов вели торговлю в незначительных масштабах, товарооборот их редко превышал 10 или 20 тыс.руб. в год. Выделялись только две-три значительные фирмы - в течение нескольких десятилетий действовали Ж.Мишель, Йозеф и Франсуа Раймберт. В 70-х гг. выдвинулись также фирмы Барраль, Шенони и К°; Ноэль, Грелинг и К°, которые, впрочем, действовали на русском рынке недолго.
Доля датских купцов в середине XVIII в. не превышала 2%, в 70-х гг упала многократно до 0,1%, однако торговый договор с Данией 1782 г., осложнения в англо-русских отношениях, возрастание роли Копенгагена в торговле на Севере Европы способствовали оживлению торговли датских купцов в России, их доля в начале 90-х г. превысила 2,5%. Датских купцов в Петербурге всегда было немного. С 40-х до конца 70-х гг. в Петербурге действовала практически единственная датская фирма, основанная копенгагенским купцом Стефаном Линдеманом, в 80 - 90-х гг. Данию в купеческом мире Петербурге представляли Иоганн Маттиас Аргузейн, Асмус Симонсен.
Несмотря на давние и весьма регулярные российско-шведские торговые контакты на Балтике, купцов из Швеции в Петербурге было мало, причем деятельность постоянно действовавших фирм прослеживается не раньше середины XVIII в. (Отто Каспар Дельфин, Захариас Гулътен, в конце века - Л.Гире и Кок). Доля шведских купцов в товарообороте Петербурга колебалась на уровне 0,3%-0,4%. В значительной степени российско-шведские торговые связи обеспечивали немецкие торговые фирмы, весьма активны были на этом направлении и русские купцы.
Торговля швейцарцев в Петербурге была достаточно стабильной, хотя большими масштабами деятельность коммерсантов этой небольшой страны не отличалась. Впервые они появляются на берегах Невы в середине 20-х гг, XVIII в. В середине 40-х гг. в Петербурге действовали до -23- десяти швейцарцев. Дольше всех из них находился в Петербурге Христиан Мейер, оказавшийся в российской столице еще в 20-х г. Остальные швейцарцы не отличались длительными сроками пребывания в России К ним почти не прибывали зафрахтованные ими суда, товары поступали к швейцарским купцам, как правило, на кораблях, адресованных к другим купцам, чаще всего - к любекским или голландским. Во второй половине XVIII в. количество швейцарских купцов в Петербурге сократилось, но масштабы деятельности тех, кто здесь остался, расширились, наиболее известны швейцарские фирмы Росад, Девейс и К"; семейство Чуди и др.
Испанские купцы появляются в Петербурге не ранее начала 70-х гг, XVIII в. Известно, по крайней мере, три их компании, занятые исключительно в сфере внешней торговли: Шоне и Зотто; Антонио Коломби; Франсиско де Милане и К°. В обшей сложности они имели более \% товарооборота Петербурга, затем в 80-х - 90-х гг., видимо, в связи с внешнеполитическими обстоятельствами, торговля испанцев в Петербурге сокращается, остается одна постоянная фирма Антонио Коломби, в конце 90-х гг. к ней присоединяется компания Сера и Риба.
В конце XVIII в, в Петербурге впервые появляются и купцы из Португалии. Этому также способствовал российско-португальский торговый договор, заключенный в 1787 г. Но ихторговля не получила большого размаха, фактически в российской столице действовала единственная португальская фирма Велио, Араужо, Северин, товарооборот которой достигал, максимум, 1 % товарооборота Петербурга.
Из купцов стран Южной и Юго-Западной Европы в течение всего XVIII в. действовали итальянцы. Но в отличие от испанцев и португальцев среди них практически не было коммерсантов, имевших стабильные непосредственные связи с собственной страной. Находившиеся в Петербурге итальянские купцы имели контакты главным образом с Амстердамом, ганзейскими городами (в 20-х гт, XVIII в. И.Мариотти, в 40-х -50-х - А. и Ф.Бранко, во второй половине XVTII в. - братья Ливио). Только в 90-х гг. в Петербурге появился коммерсант из Милана Г.Виаццоли, регулярно принимавший суда из Генуи и Мессины. В любом случае доля итальянцев во внешней торговле Петербурга колебалась в пределах 0,8%-1,8%.
Имеющиеся материалы позволили проследить и спектр зарубежных контактов иностранных купцов в Петербурге. Их непосредственные связи охватывали практически весь западноевропейский рынок, имели место и трансокеанские контакты. Причем, далеко не всегда эти связи зависели от происхождения или национальной принадлежности того или иного коммерсанта Торговые контакты с Англией, естественно, были -24- сосредоточены в руках английских купцов. При этом находившиеся в Петербурге британские коммерсанты поддерживали связи с самыми разными портами Великобритании, но среди них выделялся Лондон, откуда прибывало немногим более половины всех кораблей, отправившихся от берегов туманного Альбиона, большинство других судов также шли из портов восточного побережья, среди которых резко выделялись Гулль и Ньюкасл, шли также суда с южного (Портсмут, Плимут), даже западного (Бристоль, Ливерпуль) побережий, наконец из Шотландии (Лейт, Данди, Глазго, Киркалди), Ирландии (Дублин, Корк, Белфаст). Однако в конце века все более активное участие в развитии контактов с Лондоном, другими британскими портами принимают немецкие купцы, прежде всего гамбургские.
В то же время выглядит преувеличением неоднократно высказывавшееся в литературе положение о большой роли англичан в обеспечении контактов России с Францией, другими странами Южной и Юго-Западной Европы. Как показало исследование, значительную роль в обеспечении непосредственных контактов Петербурга с этими портами играли гамбургские, любекские, голландские и датские купцы, которые регулярно принимали суда и товары из Генуи, Марселя, Барселоны, Бордо, Кадиса, Ливорно. В то же время ряд итальянских и французских купцов, появившихся в Петербурге в первой половине и середине XVIII в., поддерживали непосредственные контакты не столько со своими странами, сколько с Амстердамом, Гамбургом, Любеком. То же можно сказать и о швейцарских купцах, а также о некоторых испанских фирмах. Только португальцы и шведы, как и англичане, имели непосредственные контакты преимущественно со своей страной.
Что касается голландцев, датчан и многочисленных немецких коммерсантов, то спектр их связей был наиболее широким, включал практически весь европейский рынок. Причем, находившиеся в Петербурге голландцы имели связи не только с Амстердамом, но и с ганзейскими портами. Для купцов Гамбурга и Любека, других немецких городов были вполне обычны контакты с Амстердамом. Гамбургские купцы имели постоянные связи с Любеком, а любекские - с Гамбургом. Некоторым своеобразием отличалась сфера контактов многих ростокских, датских, прусских коммерсантов - она ограничивалась в основном бассейном Балтики, а если и выходила за его пределы, это касалось шведских портов на Северном море (Гетеборг), а также норвежских гаваней (Берген, Христианзунд).
В XVIII в. находившиеся в Петербурге иноземные купцы установили непосредственные связи с Северной Америкой. Удалось
выяснить, что первые такие контакты имели место в середине 50-х гг. Но до 80-х гг. корабли из Северной Америки приходили крайне редко и были адресованы только к английским купцам. В конце XVIII в. в связи с возникновением независимых Соединенных Штатов в Петербург прибывало оттуда до двадцати и более судов в год. Но поскольку американских купцов в России почти не было, эти контакты проходили при участия лондонских, гамбургских, копенгагенских торговых фирм, которые адресовали грузы из Америки своим партнерам в Петербурге, среди которых выделялись ряд британских (Булклей и Рассел, причем Д.М.Рассел происходил из Бостона; Томсен, Питер и Бонер, Э.Д.Смит; Парис, Вар, Гарвей и К° и др.), немецких (братья Бландоу; Маса Сыновья), датских (И.М.Аргузейн) коммерсантов.
В третьей главе - Участие западноевропейских купцов во внешней торговле через порты Русского Севера в 20-х - 90-х гг- XVIII в. - речь идет прежде всего о деятельности иноземных коммерсантов в Архангельске После ограничения внешней торговли Архангельска в начале 20-г. XVIII в. многие иноземцы покинули северный порт. В несколько раз сократилась численность английских купцов, исчезли датчане, однако остались большинство голландских и гамбургских купцов, занимавших ведущие позиции в торговле города еще в допетровские времена. Во второй четверти XVIII в. в период наибольшего упадка внешней торговли Архангельска здесь действовали до тридцати иностранных купцов. Это говорит о том, что несмотря на ограничение торговли Архангельска в пользу Петербурга, северный порт по-прежнему привлекал внимание зарубежных торговых фирм. Через Архангельск они могли получать ряд ценных товаров русского экспорта: юфть, сало, свечи, смолу, шкуры и жир морских зверей, а также зерно, поступавшее в северный порт из Среднего Поволжья и Вятки.
До 50-х гг. ведущую роль в торговле Архангельска удерживали голландские купцы, сосредоточив в своих руках от 75% до 90% внешнеторгового оборота северного порта. Расцвет торговли голландцев на Севере России произошел тогда на фоне упадка их роли в европейской и международной торговле в целом В Архангельске продолжают действовать представители голландских купеческих фамилий, обосновавшихся в Россия еще в XVII в. (С.де Юнг, А.Кинсиус, Ю.Гарлант, А.ван Гевер, П.Тамес), кроме того, появляются и новые лица, прибывшие в конце 20-х - 30-х гг. (К.Бокман, С.Хагедорн, Кр.Бахман, А.Традел и др,).
Во второй половине XVIII в. торговля Архангельска переживает новый подъем. Это связано, как с полной отменой ограничений торговли города в 1762 г., так и с дальнейшим ростом заинтересованности -26- зарубежных фирм в товарах Русского Севера. В тот же период происходят существенные изменения в составе западноевропейского купечества в Архангельске, роли каждой из национальных групп. Активность голландцев идет на убыль, прекращается деятельность ряда известных семейств, представители новых фамилий практически не появляются, если не считать Антона Менсендейка, сына пастора реформатской церкви в Архангельске Томаса Менсендейка. Ведущая роль во внешней торговле на Севере переходит к немецким купцам, среди которых преобладают выходцы из Гамбурга. К ним можно отнести и семейство Фанбриных. Оно имело нидерландских предков, но основатель предприятия в России Родион Фанбрин прибыл в Россию из Гамбурга, почему в источниках именуется обычно гамбургским купцом. Активно действуют также представители семейства Родде, любекцев по происхождению, Беккеров. Уже в 1773 г. на долю немецких купцов приходится 41% товарооборота Архангельска, голландцев - лишь 21%. С 60-х гг. активизируется торговля англичан, но они никогда не достигают здесь преобладания, как в Петербурге, их доля в товарообороте достигает, максимум, 9%. Не считая некоторых кратковременно торговавших коммерсантов, англичане представлены здесь единственной стабильно действовавшей фирмой во главе с Артуром Кейли. В то же время большего развития, чем в Петербурге, достигает непосредственная внешняя торговля русских купцов. В том же 1773 г, ряд архангельских, вологодских, устюжских купцов сосредоточили в своих руках четверть товарооборота северного порта, а в начале 80-х гг. их доля выросла до 44%.
Особенностью торговли иноземцев в Архангельске становится их относительная малочисленность. В отличие от Петербурга, где одновременно действовали сотни иностранных коммерсантов, на Севере в конце XVIH в. внешнюю торговлю вели не более десяти иноземных фирм. В них, как правило, объединялось по несколько коммерсантов, часто совместно действовали купцы разных национальностей. Например, компании гамбуржцев Ф.Кордеса и И.Классена и голландца А.Кинсиуса (начало 80-х гг.), немцев П.Овермана и К.Дорбекера с вдовой голландского купца ТЛейтелинга (конец 80-х гг.), англичан А.Кейли и Э.Бличендона с голландцем А.Менсендейком (начало 90-х гг.) и др. Многие иностранные купцы переходят в российское подданство, как например, тот же А.Менсендейк, а также Фанбрины, X.Родде.
В любом случае, до конца века в руках сравнительно небольшой, интернациональной по составу группы иноземцев остается до две третей внешнеторгового оборота в Архангельске. Эти несколько фирм ведут торговлю со всей Европой, при этом национальность имеет еще меньшее -27- значение, чем в Петербурге. В адрес Фанбриных приходят корабли не только из Гамбурга, но и из Бремена, Амстердама, Лондона, Абердина, Глазго. А.Менсендейк поддерживал связи с Францией. Все находившиеся в разных странах Европы торговые дома и фирмы, заинтересованные в товарах Русского Севера, должны были обращаться к какому-либо из немногих внешнеторговых предприятий, находившихся в Архангельске. Те же Фанбрины только в Гамбурге имели около пятнадцати постоянных партнеров (в их числе знаменитые купцы-меннониты Розены из Альтоны), которые в свою очередь, поддерживали контакты со многими регионами мира. Это обуславливало многообразие зарубежных связей иностранных фирм, находившихся в России.
Что касается других портов Русского Севера, то иноземцы появлялись там эпизодически, хотя особых препятствий для их посещения не имелось. Так, в 20-х гг. известно о нескольких рейсах кораблей голландцев С.Элеута и М.Барца в Пустозерск, о торговле гамбуржцев К.Мейера и Н.Сандерса в 20-30-х гг. XVIII в. в Коле, где они скупали продукты поморских промыслов, а также о визитах иностранных судов за лесоматериалами в Онежский порт во второй половине XVIII в. Однако ни один из этих портов не имел развитых контактов с внутренним рынком, не сосредоточивал изобилия товаров, не представлял собой entrepot или Stapelmarkt, в отличие от Архангельска, куда стекались товары с обширнейшего региона Русского Севера, Вятки, отчасти центральной России и Поволжья, где издавна существовала необходимая инфраструктура, действовали русские купцы, что и привлекало иностранцев.
В четвертой главе диссертацив - Западноевропейские купцы и начало внешней торговли России через Азово-Черноморский бассейн .в XVIII в. - рассматривается роль иностранных купцов в освоении нового важного направления внешней торговли России. Как известно, Османская империя долгое время держала Черное море закрытым для иностранных торговых судов. В 1739 г. Турция согласилась допустить русских купцов к торговле в своих портах данного бассейна, но только при использовании турецких судов. Тем не менее, и в этих условиях российское правительство, заинтересованное в развитии торговли на данном направлении, предпринимало усилия по установлению внешнеторговых связей через Азовское и Черное моря, создавало привилегированные компании. Льготы и привилегии обещали и иностранным купцам, но дальше переговоров с некоторыми итальянскими коммерсантами в 40-х гг. (с торговым домом Магриния, с компанией Ф Сарацено) дело не пошло. С одной стороны, иноземцы добивались слишком обширных привилегий,
вплоть до права свободно торговать оптом и в розницу во внутренних русских городах, с другой стороны, торговля на незнакомом для них рынке, да еще с использованием недостаточно надежных турецких судов без должного страхового обеспечения казалась им слишком рискованной.
Реальные возможности для участия западноевропейских купцов в развитии внешней торговли России на южном направлении возникли только в последней четверти XVIII в. в результате успешных войн России против Османской империи. По Кучук-Кайнарджийскому миру 1774 г. Черное море стало открытым для судов любых стран. Не довольствуясь уже существующими в регионе морскими гаванями, Россия строит новые порты, среди которых ведущая роль должна была принадлежать Херсону. Уже в начале 80-х гг. здесь формируется группа иностранных купцов, состоявшая из коммерсантов разных национальностей: австрийца Виллесхофена, француза Антуана, голландца Нихельмана, рижанина Шахта. Однако внешняя торговля в Херсоне переживала те же трудности, что и в начале века в Петербурге: отсутствие налаженных связей с внутренним русским рынком, военная обстановка, конкуренция российских портов, возникших ранее. Но в отличие от Петербурга, в Херсоне почти не было покупателей импортных товаров. Поэтому несмотря на некоторые ограничения торговли Таганрога в пользу Херсона, деятельность иностранцев в новом порту так и не получила должного развития. Только после окончания очередной войны с Турцией в 1791 г. начинается неуклонный рост внешней торговли России на Юге, причем в 90-х гг. ведущую роль здесь играет Таганрог - порт, существовавший ранее, имевший налаженные контакты с внутренним рынком.
В торговле Таганрога в 1792 г. приняли участие 90 купцов, больше половины из них (48 человек) были российскими подданными, но собственно русских купцов среди них было всего пять человек, остальные -проживавшие в Таганроге греки и армяне. Иностранцев насчитывалось 42 человека, в том числе: около двадцати подданных Османской империи (также греки и армяне), 18 венецианцев, (среди них, судя по именам, преобладали греки и славяне из Далмации, но имелось два-три итальянца), два француза (Иван Андреев и Луи Албрант), два "цесарских подданных". Таким образом, во внешней торговле через порты Азово-Черноморского бассейна в конце XVIII в. ведущее положение занимали греки, в большинстве ставшие российскими подданными. Доля французских купцов в товарообороте Таганрога в 1793 г составила 5%, подданных Австрийской империи - 6%, венецианцев - 11%. На Юге России тогда практически отсутствовали англичане и голландцы, которые достаточно активно действовали в Восточном Средиземноморье. -29-

Непосредственные торговые контакты иностранных купцов, обосновавшихся в Таганроге в конце XVIII в., в том числе французов и итальянцев, не простирались далее Константинополя, Смирны, островов Архипелага. Возможно, там имелись их торговые партнеры, которые часть товаров, полученных из Таганрога, отправляли далее на Запад. Лишь в 80-х гг. XVIII в. имели место попытки наладить прямые рейсы торговых судов во французские или итальянские порты из Херсона. В целом же регулярное торговое судоходство между Южной Россией и портами Юго-Западной Европы еще не было налажено. Требовалось изучить фарватеры, составить лоции, а главное - определиться со страховыми и фрахтовыми расходами, экономической целесообразностью подобных рейсов. А пока, в 90-х гг. XVIII в., корабли из Барселоны, Ливорно, Мессины, Марселя чаще направлялись в Петербург.
Основная задача второго раздела диссертации - Торговая и кредитная деятельность западноевропейских купцов на внутреннем рынке, переход в_состав российского купечества - выяснить роль и место иностранцев в развитии российского внутреннего рынка. Оказывать свое влияние они могли, либо непосредственно торгуя во внутренних городах, либо предоставляя кредит русским купцам. Из четырех глав данного раздела две посвящены деятельности иноземцев на внутреннем рынке, две - их кредитным операциям.
В пятой главе - Торговая деятельность иностранных купцов на внутреннем рынке - рассматриваются основные пути проникновения иноземцев во внутренние города страны, политика правительства а этой области. Несмотря на то, что внешняя торговля оставалась ведущей сферой деятельности западноевропейских купцов в России, многие из них так или иначе старались включиться в операции на внутреннем рынке. Цены на импортные товары во внутренних городах были существенно выше, чем в портах, на экспортные - ниже. На этом основывалась прибыль крупных русских купцов, торговавших с иноземцами в портах. Иностранцы, проникавшие на внутренний рынок, оказывались в жесткой конкуренции с ними. Но уже с середины XVII в. правительство старалось в соответствии с интересами крупного русского купечества максимально ограничить торговлю иностранцев на внутреннем рынке. Так, английские купцы были высланы из внутренних городов, Новоторговый устав 1667 г. вводил высокие проезжие пошлины для иноземцев, желавших отправить товары во внутренние города.
Однако в правление Петра I, особенно в конце 90-х гг. и в первые пять-десять лет XVIII в., имеет место послабление правительственной политики в этой области. Целый ряд крупных иностранных купцов -30- получают право доступа на внутренний рынок страны ради сбыта некоторых импортных товаров (табака, привилегия на сбыт которого была дана английской Табачной компании в 1698 г., книг и карт - голландцам Тессингам), еще чаще - на закупку российских экспортных товаров: щетины (голландцы И.Любе и Х.Брант), мачтового леса (голландец Д.Артман), конских грив и хвостов (голландцы Л.Гарлант и Е.Клкж), ревеня (гамбуржец М.Поппе). Голландцы Гутманы получили право торговать разными товарами повсеместно. Предоставляя подобные привилегии, казна получала от иноземцев соответствующие откупные платежи. Кроме того, упомянутые иноземцы доставляли в Россию по заказам правительства оружие, военное снаряжение, денежный металл, книги, различные механизмы и т.п. Следовательно, эти привилегии иностранцам были обусловлены фискальными нуждами, потребностями правительства в импортных товарах в связи с войной и проводимыми преобразованиями. Но они были распространены в наиболее напряженный период Северной войны. Во втором десятилетии XVIII в. эти привилегии уже не существуют.
В дальнейшем, несмотря на то, что некоторые потребности казны в поставках из-за рубежа сохранялись (сукна до 40-х гг., денежный металл), предоставление льгот отдельным иноземцам для скупки или продажи определенных товаров резко сокращается. Имеющиеся случаи обусловлены во основном связями тех или иных коммерсантов при дворе (закупка смолы Е.Мейером и И.Любсом -младшим на Севере) или их деятельностью в качестве агентов русских вельмож или правительства (руководство С.Вернизобром казенной конторой по продаже поморских товаров в Архангельске, деятельность англичанина В.Гома по. заготовке лесоматериалов в бассейне реки Онеги по договору с графом П.И.Шуваловым). С 60-х гг. XVIII в. подобные привилегии уже вовсе не имеют места.
В принципе, иностранные подданные могли проехать на внутренний рынок с товарами и без специальных привилегий. Но им разрешалась только оптовая торговля. Кроме того, в XVIII в. сохраняли свое значение нормы Новоторгового устава о проезжих пошлинах. Поэтому уже в первой четверти XVIII в. такие операции иноземцев сократились до минимума. В 1710 г. из 94 иноземцев, торговавших в Архангельске, только 12 отправили товары во внутренние города. По стоимости они составили лишь 3% того, что они продали русским купцам в северном порту. Правда, в 1731 г. правительство решило было отменить проезжую пошлину. Вместо нее с иноземцев следовало, как и с русских купцов, взимать 5%-ю пошлину с продажи товаров во внутренних городах. По эту пошлину иноземцы
должны были платить иностранными серебряными монетами (ефимками) по принудительному курсу. В результате новые пошлины для иноземцев были выше, чем для русских. Но они оставались все же ниже прежней проезжей пошлины, что несколько облегчало бы иностранцам проникновение на внутренний рынок, и вскоре правительство вернулось к прежнему порядку. Так или иначе, к середине XVIII в. уже практически не отмечается сделок по купле и продаже товаров на внутреннем рынке непосредственно иностранными подданными.
Однако при условии принятия российского подданства иноземцы могли вести торговлю на внутреннем рынке на тех же основаниях, что и русские купцы. Тогда иноземцы получали право не только оптовой, но и розничной торговли. Связанные с этим вопросы рассмотрены в шестой главе диссертации - Переход торговых иноземцев в российское подданство, вступление их в состав местного купечества. Своеобразная группа иностранных купцов, ставших фактически российскими подданными, сформировалась еще в XVII в. Это так называемые "московские торговые иноземцы". В начале XVIII в. из них продолжали активную деятельность на русском рынке представители семейства Келдерманов и особенно - Вестовых. Как и русские купцы, они повсеместно закупали и продавали разнообразные товары, доставляли их в порты. Но, в отличие от собственно русских купцов, они имели контакты на зарубежном рынке, являлись активными участниками внешней торговли в архангельском порту. Однако они испытали все трудности развития торговли в петровскую эпоху и в конце концов разорились. Так же прекратилась и торговая деятельность на русском рынке иноземцев, обосновавшихся в России при Петре I, вошедших в окружение царя, чей статус был аналогичен "московским торговым иноземцам". Это Елизарий Избрант, Андрей Минтер, заводовладельцы Петр и Вернер Меллеры и др.
В послепетровскую эпоху вопрос о доступе иноземцев к неограниченной деятельности на внутреннем рынке решается только в связи с принятием ими российского подданства и вступлением в состав русского купечества. Несколько десятилетий идет выработка соответствующего законодательства и порядка. В итоге в Торговом уставе 1755 г. говорится о вступлении иноземцев в российское подданство и в купечество "временно" и "вечно". Только во втором случае они получают все права русских купцов. В первом случае иноземцы могут вести торговлю в розницу, но пошлины платят наравне с иностранными подданными, а по возвращении на родину обязаны оставить в России 10% своего капитала. В изданном в 1785 г. Городовом положении говорится о так называемых "иностранных гостях" как об одном из городских
сословий, но это касшюсь тех, кто занимался внешней торговлей в портах. Иноземцы, заинтересованные заниматься всеми видами торговли, входили в состав одной из гильдий местного купечества Хотя в Положении ничего не говорится о временной записи иноземцев, фактически, как показывают материалы московского магистрата, она имела место и после 1785 г.
Сотни иноземцев воспользовались возможностью войти в состав купечества российских городов, тем более, что в России, в отличие от многих других стран Европы, для этого не существовало серьезных ограничений, связанных со сроками пребывания в стране, вероисповеданием и т.п. Состояние источников позволило наиболее подробно рассмотреть вступление иноземцев в московское купечество. В середине XVIII в. такие факты были относительно редкими. Всего за период между второй и третьей ревизиями (40-е - начало 60-х гг.) известно о вступлении в московское купечество 16 иноземцев (Фактически их могло быть несколько больше.) Большинство из них были немцами, происходившими как из остзейских провинций, так и из собственно германских земель. В 60-х - 70-х гг. количество иноземцев, вступавших в московское купечество, существенно возрастает - до четвертой ревизии (начало 80-х гг.) известно о записи почти 30 человек, а в 80-х - первой половине 90-х гг. (до пятой ревизии) в составе московского купечества побывало около 150 иноземцев. В какой-то мере такие показатели обусловлены и состоянием источников - за последние десятилетия XVIII в. они сохранились лучше. Но в любом случае очевидно, что за 15-20 лет численность иноземцев в составе московского купечества, как минимум, удваивалась. С другой стороны, с увеличением числа иностранцев, вступивших в российское купечество, возрастала и текучесть среди них. По пятой ревизии их значится только 92 человека, 53 купца, записавшись после четвертой ревизии, выбыли до очередной переписи. Большинство иностранцев записывались временно и не оставались в Москве навсегда. Лишь около тридцати иноземдев, отмеченных в пятой ревизии, записались "вечно", т.е. только они составили постоянное пополнение московского купечества за счет иностранцев.
Несмотря на .то, что во второй половине XVIII в. среди записавшихся иностранцев резко возрастает количество французских купцов, выходцы из немецких земель, тем не менее, преобладают среди вступивших в московское купечество до 90-х гг. в соотношении, примерно, 2:1. Лишь в последние годы XVIII в. французы по численности сравниваются с немцами, особенно среди купцов 3 гильдии, занятых по преимуществу розничной торговлей. Кроме того, в составе московского -33- купечества на каждый определенный момент имелось по несколько выходцев из других стран: голландцев, англичан, швейцарцев, итальянцев.
Часть осевших в Москве иноземцев занимались крупной оптовой торговлей, имели торговых партнеров в Москве и за рубежом. Это вошедшие в первую гильдию немецкие купцы К.Л.Амбургер, К.Г Науш, Г.Рейнсдорп, Г.Ф.Кригер, И.Капобус, К.Мелли, швейцарцы И И. Бол ар д, Л.Вебер, Н.Крок, К.Мессоньер, англичане В.Смит, Р.Девич, А Грант и др Большинство, особенно в последние десятилетия XVIII в., занимались розничной торговлей. Среди них выделялись владельцы модных лавок и магазинов, а также иноземцы, специализировавшиеся на продаже товаров определенного вида: вина (трактирщики М.Мораст, отец и сын Гитреи, М.Штарк, П.Альберс, К.А.Раутель), книг (Я.Гай, Я.Бибер, Ф.Куртенер: ИГ.Л.Уттоф), математических инструментов (англичанин Т.Пристлей) и т.п.
То же характерно и для деятельности торговых иноземцев, вступивших в купечество Санкт-Петербурга. Многие из них содержали модные лавки на Невском проспекте, Большой Морской и Миллионной улицах, занимались виноторговлей. Треть трактиров в Петербурге в середине XVIII в. принадлежала иноземцам. Несмотря на то, что десятки иностранцев принимали российское подданство, они составляли по численности сравнительно небольшую прослойку в общей массе купечества обеих столиц. Но они играли заметную роль в ряде отраслей столичной торговли.
В седьмой главе - Денежный кредит иностранных купцов по закупке российских экспортных товаров - рассматривается одно из важнейших направлений контактов иноземцев с русскими торговыми людьми. Кредитование своих партнеров в России позволяло иноземцам достаточно глубоко проникать на внутренний рынок, преодолевая тем самым установленные правительством ограничения их непосредственной торговли во внутренних городах. Подобная деятельность получила большое распространение уже в первой четверти XVIII в. Сохранившиеся московские и петербургские крепостные книги свидетельствуют, что основная масса денежного кредита (особенно выданного в Москве - до 70% всей суммы) доставалась русским провинциальным купцам из уездов. где производились основные экспортные товары, прежде всего пенька, а также юфть, сало, лен.
С 1720 г. такого рода сделки оформляются уж не как заемные кабалы, а в виде специальных контрактов, которые поначалу разрешались только для поставки товаров к Петербургу русскими купцами иностранцам В 40-х гг. русские купцы также получили право заключать контракты с -34- поставщиками, в 60-х гг. была разрешена контрактация товаров и к архангельскому порту. При заключении контрактов иноземцы, как правило, выдавали русским партнерам деньги на поставку - или всю сумму (чаще всего), или большую ее часть, т.е. кредитовали их.
Представление о масштабе подобной деятельности иноземцев можно получить на основе сохранившихся сводных ведомостей о контрактации товаров к Петербургу за ряд лет в 40-х, 60-х - 70-х гг. XVIII в. и по Архангельску (70-80-е гг.). Оказывается, что уже в 1744 г. стоимость законтрактованных товаров составила лишь четвертую часть стоимости всего экспорта через петербургский порт в том году (915,6 тыс. руб. и 3717,5 тыс. руб., соответственно). В дальнейшем доля законтрактованных товаров становится еще меньшей, в 1773 г. - 9,1%, в 1777 г. - 4,4% В Архангельске доля законтрактованных товаров была существенно выше, хотя также снижалась к концу века (в 70-х гг. 46%, в 80-х гг. -16%). Но основная масса товаров проходила через петербургский порт. В любом случае очевидно, что при всей важности иностранного кредита для торговли русских купцов, с течением времени иноземцы все большую часть товаров предпочитали закупать у русских купцов непосредственно в порту без предварительных контрактов. Это свидетельствует об укреплении доверия между ними, а также - о возрастании роли крупного русского купечества в качестве посредника между внутренним рынком и иностранными фирмами во внешнеторговых портах.
Контрактации подлежали лишь несколько основных видов экспортных товаров: пенька (в 60-х гг. контрактовалось 25-40% этого товара), лен, железо, сало, щетина, с конца 60-х гг. заключаются предварительные сделки на поставку зерна (до 30%). Контракты с русскими поставщиками заключали только наиболее крупные иноземные фирмы, стабильно торговавшие в России на протяжении многих лет. Например, в 1774 г. такие сделки имелись в практике только 27 фирм, всего в Петербурге тогда торговали 260 иноземных компаний и отдельных купцов. В литературе иногда отмечается, что поставщиков кредитовали по преимуществу английские купцы, чем и объясняется их преобладание во внешней торговле. Приведенные в диссертации данные свидетельствуют, что эта форма деятельности не в меньшей степени характерна и для купцов многих других стран: голландцев, датчан, гамбуржцев, любекцев, французов, испанцев. Англичане больше всех давали в кредит под поставку товаров, поскольку по масштабу экспорта они превосходили прочих иноземцев. Наряду с англичанами, подряжавшими в больших -35- количествах пеньку; гамбургские и любекские купцы давали кредит под поставку конопляного масла, сала; французы - пшеницы и воска.
В число русских поставщиков, пользовавшихся кредитом иноземцев, кроме некоторых столичных купцов, входили преимущественно представители ведущих купеческих фамилий не более, чем 20 городов России. В основном это были города на юго-западе, западе и северо-западе Центрального региона, которые находились либо в районах производства пеньки, льна, вблизи хлебных рынков, либо - расположенные на водных путях, связывающих центр страны с Петербургом, или вблизи этих путей. В 40-х гг. - это купцы из Калуги (Торубаевы, Шемякины, Панины, Черные, Лобовы, Коробовы, Долговы), Гжатска (Маркеловы, Чеблоковы, Сивохины), Твери (Глутаковы), Белева (Сушниковы, Ворохобины), Тулы (Лугинины, Пастуховы), Ржева (Зетиловы, Немиловы, Сазоновы), Мосальска (Яншины), Дорогобужа (Хлебниковы). В 70-х гг. состав партнеров по кредиту существенно меняется - среди калужан остаются представители только четырех фамилий, известных ранее, из купцов других городов значатся только новые лица. Это говорит о нестабильности капиталов русских купцов, лишь некоторые из упомянутых семей имели определенную устойчивость и преемственность, вошли в состав столичного купечества, как туляки Пастуховы, калужане Долговы и др.
Прибыль иноземцев по такого рода кредиту возникала в результате разницы цен на товары, поставляемые по контрактам и продававшиеся в портах. В начале XVIII в. под влиянием ростовщичества иноземцы исходили из прибыли в 10-12% в год, а иногда - и более. В середине и второй половине XVIII в. влияние ростовщичества ослабло, прибыль иностранцев по кредиту стала в большей степени зависеть от рыночной конъюнктуры, колебалась в пределах 1-15% в год. Русские же поставщики при отсутствии развитых кредитных институтов, сохранении монопольного положения иноземцев в сфере кредита по-прежнему могли рассчитывать на крайне низкую прибыль для себя. (От 0,1 до 1%, иногда более, в зависимости от накладных расходов.)
Иной форме кредита, выдаче в долг товаров с последующей оплатой, посвящена восьмая глава диссертации - Товарный и коммерческий кредит западноевропейских, купцов. Их участие в вексельном обращении. В начале XVIII в. выдача в долг товаров, как и денежные ссуды, регистрировались в крепостных конторах в качестве заемных кабал Но одновременно под влиянием соответствующей практики иностранных купцов, в сфере товарного кредита все шире применяются векселя, что и было официально узаконено с изданием Вексельного устава 1729 г. Об участии иноземцев в вексельных сделках на русском кредитном рынке
можно судить на основании судебных дел по неоплате векселей, а также по материалам регистрации протестов векселей, которые сохранились, в частности за 70-е гг. по Москве и Петербургу.
В вексельных операциях принимали участие представители практически всех национальных групп западноевропейского купечества. В книге протестов векселей за 1773 г. по Петербургу упомянуты 218 иноземцев, а всего в том году в столичном порту торговали 245 иностранных купцов. Однако из общей суммы стоимости векселей в 1,7 млн.руб. на долю векселей, выданных с участием иноземцев, приходится только на 505 тыс.руб. Так, уже более двух третей вексельного кредита обращалось в столице без участия иноземцев. С другой стороны, в вексельных сделках, где иноземцы фигурировали, они в большинстве случае являлись кредиторами по отношению к своим русским партнерам. Лишь в 62 случаях из 926 иностранные купцы являются должниками русских торговых людей.
Круг клиентов иноземных коммерсантов по вексельному кредиту был довольно разнообразен, но может быть сведен к трем основным группам: русские купцы, иностранные купцы, дворяне. Основная масса иностранного кредита под вексель предоставлялась купцам, среди которых, в отличие от денежного кредита под контракты, преобладали не провинциальные купцы, а столичные коммерсанты. На долю купцов Петербурга приходится 27% стоимости всех векселей, полученных иноземцами, на долю провинциальных торговых людей -15,5%. Более 20% векселей выданы иностранными купцами. Определенные различия существовали в направленности кредитной деятельности разных национальных групп западноевропейского купечества. Англичане больше всех имели векселей провинциальных купцов. Немецкие купцы также активно кредитовали русских купцов, но среди их партнеров чаще всего встречаются купцы Санкт-Петербурга. Французские купцы не имели подобных контактов с провинциальными купцами, довольно редко - с петербургскими. Львиная доля предоставленного ими кредита под вексель досталась иностранным коммерсантам, а также иностранцам разных профессий и дворянам. Среди иностранцев, бравших в кредит товары под векселя чаще всех встречаются трактирщики, продавцы "модных" товаров, а также портные, ювелиры и т.п. Тем самым формировался довольно замкнутый круг обращения капталов и товаров, включавший только иноземцев.
Те же основные направления характерны для вексельных операций иностранных купцов и на московском рынке. В Москве постоянно находились иноземные купцы, имевшие торговых партнеров в Петербурге, -37- чьи интересы они представляли на московском кредитном рынке, хотя сами они могли и не вести собственных торговых операций, не вступали в связи с этим в московское гильдейское купечество. Это англичане Ф.Гарднер, И.Томсен, голландцы М.ван Иттер, П.Элин и др. С их помощью и посредством выдачи товаров под векселя находившиеся в Петербурге иноземцы устанавливали контакты с московскими купцами, торговыми людьми других городов центрального региона и тем самым оказывали влияние на развитие внутреннего рынка.
Значительная часть иностранных вексельных кредитов, особенно в Москве, доставалась дворянам. В книге протестов векселей по Москве за 1768 г. 44% векселей выданы дворянами. Целый ряд иноземцев постепенно отходили от коммерческих занятий и сосредоточивались на чисто ростовщической деятельности, выдаче ссуд представителям знати, офицерам и т.д. Среди них уроженец Мемеля П.Никлас, И.Цырольд и др. Наряду с ними, выделяется ряд иностранных коммерсантов, специализировавшихся на операциях с самыми разными векселями, в большинстве своем выданными купцами разных городов, включая выписанные за границей. Они могут принимать эти векселя по передаточной надписи, предъявлять к оплате, передавать далее и т.п. Подобная деятельность уже напоминает банкирскую, ведет к возникновению некоторой структуры, напоминающей в зародыше подобие коммерческого банка. На московском кредитном рынке такие операции характерны для англичан И.Томсена и Д.Рованда, Ф.Гарднера, выходца из Ревеля Х.Г.Геппенера, голландца И.Э.Пеля и др.
В Заключении подводятся общие итоги исследования. При всем многообразии западноевропейского купечества с точки зрения национальной принадлежности, подданства, масштабов и видов деятельности в его составе можно выделить две основные группы: 1) купцы и фирмы, занимавшиеся по преимуществу внешнеторговой деятельностью; 2) розничные торговцы, владельцы лавок и магазинов. При перемене масштабов торговли и социального статуса, иноземцы, как правило, оставались в рамках каждой из групп, не переходя из одной в другую.
Если говорить об особенностях торговли каждой из национальных групп купечества, то здесь выделялись прежде всего английские купцы. Большинство из них вели внешнюю торговлю в крупных масштабах со значительным преобладанием экспорта над импортом. В торговле голландских и немецких купцов импорт и экспорт были примерно равны Среди них были как крупные коммерсанты, так и множество мелких. В течение всего XVI11 в. происходило постепенное сближение выходцев из
немецких земель и Нидерландов в довольно однородную группу купечества, представители которой имели контакты во многих странах Европы, независимо от национальности. К этой же группе примыкали и датские купцы, а также крупные итальянские и французские коммерсанты, попавшие в Россию через Амстердам или ганзейские города.
Приведенный в диссертации материал свидетельствует, что не стоит преувеличивать гегемонию английских купцов во внешней торговле России, несмотря на их превосходство над коммерсантами прочих стран по масштабам товарооборота. В начале XVIII в. достаточно прочные позиции удерживали голландские купцы, которые в качестве поставщиков различных товаров в наибольшей степени содействовали преобразованиям Петра I. Впоследствии неуклонно растут масштабы деятельности немецких купцов, которые к концу века занимают весьма прочные позиции по импорту иностранных товаров, посредничеству в торговле между Россией и многими зарубежными странами, вплоть до Северной Америки. В Архангельске англичане не преобладают уже с 20-х гг. XVIII в. Не были они и в числе пионеров освоения внешней торговли России на Юге, где уже проявили себя венецианские, французские купцы, австрийские подданные, но все они уже тогда уступали грекам. Материалы диссертации свидетельствуют, что представители различных национальных отрядов европейского купечества имели на русском рынке свою "нишу", развивали наиболее свойственный для них род деятельности. Здесь и швейцарцы с их торговлей импортом в небольших масштабах через ганзейские города, и датчане, специализировавшиеся на посредничестве в торговле между Россией, с одной стороны, и землями в западном секторе Балтики, с другой, и в то же время старавшихся сбыть имевшиеся у них "колониальные товары", используя преимущества своего нейтралитета в период больших европейских войн, и португальцы, сумевшие наладить прямые контакты между Россией и своей страной и сосредоточившиеся только на этом.
Как показано в диссертации, крупные русские купцы в течение XVIII в. все более прочно овладевали посредничеством между внутренним рынком и иностранными фирмами, торговавшими в портах. Это проявилось в практически полном прекращении торговли иностранных подданных на внутреннем рынке, сокращении масштабов сделок по контрактации иноземцами русских экспортных товаров, возрастании роли крупных столичных купцов среди партнеров иностранных фирм в портах. С другой стороны, западноевропейские купцы сохранили гегемонию во внешней торговле России на западном направлении, несмотря на некоторые успехи русских купцов в этой сфере, особенно в 60-х - 70-х и -39- и начале 90-х гг. XVIII в. Это обусловлено не только нехваткой капиталов у русских купцов, недостаточным знанием ими зарубежных рынков, но и тем, что русские и западноевропейские коммерсанты представляли различные "цивилизационные" типы торговли. Для западноевропейских купцов также весьма непривычной была организация торговых операций на огромных пространствах внутри континента, как и для русских торговых людей непривычной была морская торговля с дальними странами. Так, русские и иностранные купцы закрепили за собой наиболее свойственные для них сферы деятельности в российской экономике.
В то же время удалось выявить наличие в экономике страны определенного сектора, в наибольшей степени подверженного влиянию западноевропейского торгового капитала. Он включал экспорт ряда товаров, важных для экономики западноевропейских стран, продажу импортных изделий, охватывал прежде всего обе столицы, Архангельск, Северо-запад страны., в центральном регионе - уезды к западу и юго-западу от Москвы, на Севере - бассейны Северной Двины и Вятки. В этих рамках существовали стабильные связи, между иностранным купечеством и торговыми людьми данных регионов, а также довольно замкнутые системы взаимоотношений, куда входили только коммерсанты иностранного происхождения.
Влияние иноземного капитала в основном сводилось к стимулированию и активизации торгового оборота и простого товарного воспроизводства в упомянутом секторе экономики. Основная масса капитала, обращавшегося в сфере внешней торговли, принадлежала зарубежным торгово-промышленным корпорациям, им же доставалась и львиная доля прибыли. Иностранные купцы, находившиеся в России, тем более их русские партнеры, выступали, чаще всего, как их комиссионеры или клиенты по кредиту. Воздействие иноземцев на развитие капитализма в России проявлялось в тот период главным образом в распространении современных форм и методов предпринимательской деятельности, вексельного обращения, контрактных и иных предварительных сделок, организации доставки товаров из России по поручениям зарубежных торговых фирм непосредственно их партнерам в третьих странах, составлении соответствующей документации, создании внешнеторговых компаний, в том числе с долевым участием нескольких купцов.
Таким образом, развивая целый ряд важных для российской экономики отраслей, "осовременивая" их, сотрудничая с правительством в начале XVIII в. в деле реформ, западноевропейские купцы внесли свой вклад в "европеизацию" России.
По теме диссертации опубликованы следующие работы:
Монография 1.Западноевропейские купцы в России. Эпоха Петра I. М.51996. 14 п.л.
Разделы (главы в коллективных монографиях:
1.Предпринимательство и предприниматели России от истоков до начала XX века. М.Д997. 2,5 п.л.
2.Предгфиниматели-иностра1Щы в России в XVIII веке //История предпринимательства в России. Кн.1, От Средневековья ло середины XIX века. М.,2000. 2,5 п.л.
Статьи в научных журналахисборниках:
] .Поставки западноевропейскими купцами в Россию оружия и военного снаряжения в начале XVIII в. //Проблемы истории СССР. М.,1982. Вып.12 1 п.л.
2.Товарно-кредитные операции западноевропейских купцов на русском рынке в начале XVIII в. //Русский город. М.,1984. С.127-149. Вьш.7. 1,5 п.л.
3.Торговля западноевропейских купцов в России в конце XVII -первой четверти XVIII в. //Исторические записки. М.,1985. Т.112. 3 п.л.
4.Денежный кредит западноевропейских купцов в России в первой четверти XVIII в. и его роль в развитии русской торговли. //Русский город. М.,1990. Вып.9. 1 п.л.
5.Таможенное управление в России в XVII в. //Государственные учреждения России XVI-XVII вв. М.Д991. 2 п.л.
6.Участие западноевропейских купцов в операциях российской казны с иностранной валютой при Петре I. //. "Когда Россия молодая мужала с гением Петра": Тр. всерос. науч. конф. Переславль-Залесский, 1992. Вып.1. С.84-92. 0,5 п.л.
7.Предпринимательская деятельность английского купца Вшшма Гома в России во второй половине XVIII в. //Торговля и предпринимательство в феодальной России. М.,1994. 1 п.л.
S.Der Aussenhandel St.Petersburgs zu Beginn der 20er Jahre des IS.Jahrhunderts im Spiegel der Registrienmg von Handelsschiffen. //Zwischen Lttbeck undNowgorod. Luneburg,1996. 0,5 п.л.
9.Westliche Unternehmer und auslandisches Kapital in Russland (bis 1917) //Russlands unteraehmerische Vergangenheit: Ein Wegweiser in die -41- Zukunft? Vortrage eines gemeinsamen Seminars mit der Hessischen Landeszentrale fur politische Bildung. Berlm,1996. 1 п.л.
10.Гамбургское общество купцов, торгующих с Архангельском, в XVII! в. //М.В.Ломоносов: история и культура Европейского Севера России: Тез. докл. междунар. научи, конф., посвящ. 285-летию со дня рождения великого российского ученого М.В.Ломоносова. Архангельск,
1996. 4.4. 0,5 п.л.
11.Иностранные купцы в Архангельске при Петре I. //Архангельск в XVIII веке. СПб.,1997. 1,5 п.л.
12.Jan Lups - Der Handelsagent Peters I. //Around Peter the Great. Three Centuries of Russian-Dutch Relations. Groningen,1997. 0,7 п.л.
13.Der Anteil west- und mitteleuropaischer Kaufleute am Aufienhandei RuBlands im iS.Jahrhundert //Berliner Jahrbuch fur osteuropaische Geschiclue
1997. (Unternehmertum m RuBland). Berlin,199S. 1,3 п.л.
14.Немецкие купцы и промышленники в Москве XVII-XVIII вв. //Немцы Москвы: исторический вклад в культуру столицы: Сб.докл. Междунар. научи, конф., посвящ. 850-летию Москвы. М.,1997. 1,5 п.л.
15.Иностранные купцы во внешней и внутренней торговле России в XVIII в. //Российское предпринимательство XVI - начала XX в.: Обсуждение проблемы //Отечественная история. 1998. №6. 0,5 п.л.
16.Иностранные купцы в Архангельске во второй половине XVIII в. //Русский Север и Западная Европа. СПб.,1999. 1,5 п.л.
17.Вступление немецких купцов в московское купечество в 40-х -70-х гг. XVIII в. //Немецкие предприниматели в Москве. М.,1999. 1 п.л.
18.Иностранные купцы и их дворы в Вологде в XVII - первой четверти XVIII века //Вологда. Краеведческий альманах. Вологда,2000. Вып.З. (В соавторстве). 1 п.л.
19.Von Novgorod nach Sankt-Petersburg. Deutsche Kaufleute ш RuBland von den Zeiten der Haiise bis zum Anfang des 19Jahrhunderts. //"Erne grosse Zukunft". Deutsche in Russlands Wirtschaft = "Большое будущее". Немцы в экономической жизни России. Moskau,2000. 07 п.л.
Статьи для энциклопедий^
1.Вексельные уставы //Отечественная история: Энциклопедия. М.,1994. ТТ. 0,3 п.л.
2.Амбургеры //Немцы России: Энциклопедия. М.,1999. Т.1. С.50-52. (В соавторстве) 0,3 п.л.
3.Беккеры //Немцы России; Энциклопедия.М.Л999. ТТ. 0,3 п.л.
4.Бринены//Немцы России: Энциклопедия. М.,1999. ТТ. 0,2 п.л.
З.Избрант Идее //Немцы России: Энциклопедия. М.,1999. Г.]. (В соавторстве). 0,1 п.л.
6.Коренная ярмарка //Отечественная история: Энциклопедия М.,2000, Т.З. С.44. 0,2 п.л.
7.Макарьевская ярмарка //Отечественная история: Энциклопедия. М.,2000. Т.З. 0,3 п.л.
Тезисы докладов на научных конференциях:
1.Торговля иностранных купцов в Архангельске в первые десятилетия XVIII в. //Роль Архангельска в освоении Севера: Тез докл. Всесоюз. науч. конф. Архангельск, 1984. 0,1 п.л.
2.М.В.Ломоносов и экономические теории XVIII в. //М.В.Ломоносов и Север: Тез. докл. Всесоюз. науч. конф. АрхангельскД986. 0,1 п.л.
3.Торговля датских и норвежских купцов в России в первой четверти XVIII в. //XI Всес. конф. но изучению истории... Скандинавских стран и Финляндии: Тез. докл. М.,1989. ОД п.л.
4.Западноевропейские купцы на русском аграрном рынке в начале XVIII века //Аграрный рынок в его историческом развитии. XXIII Сессия Всесоюз. симпоз. по изучению проблем аграрной истории: Тез. докл. N1,1991.0,1 п.л.
5.Западноевропейские купцы в Архангельске в 20-х гг. XVIII в. //Россия. Север. Море. V Соловецкий форум: Тез. докл. междунар. науч. конф. Архангельск,1993. 4.1. 0,1 п.л.
6.Иностранный кредит в торговой деятельности русских купцов в начале XVIII в. // Российское купечество от средних веков к новому времени: Тез. докл. науч. конф. М.,1993. ОД п.л.
7.Голландские купцы в России в правление Петра I. //Россия и Голландия: 300 лет сотрудничества: Тез. междунар. науч.-практ. конф. М.Д995.0Д п.л.
8.Материалы о регистрации торговых судов как источник по истории внешней торговли Петербурга в начале XVIII в. //Воронеж -колыбель Российского Военно-морского флота: Тез. докл. и сообщ. респ. науч. конф., посвящ. 300-летию русского военно-морского флота. ВоронежД996. 0,2 п.л.
9-Dutch Merchant Jan Lups - a Trade Agent of Peter the Great. //Around Peter the Great: A conf. of three centuries of political... ties between Russia and the Netherlands. Groningens1996. ОД п.л.
10 .Голландские купцы в России в XVIII веке (после Петра I) //Великое посольство - путь в Европу. История и перспективы российско-
43
европейского сотрудничества: Тез. докл. междунар. науч. конф. М.,1997. 0,2 п.л.
П.Немецкие купцы и промышленники в Москве в XVII-XVIII вв. //Немцы Москвы: исторический вклад в культуру столицы: Тез. междунар науч.-ист, конф., носвящ. 850-летию Москвы. Тез. докл. М.,1997. 0,2 п.л.
12.Немцы в составе московского купечества в середине и второй половине XVIII в. //Немецкие предприниматели в Москве до 1917 года. Междунар.науч.конф: Тез. докл. М.,1998. 0,1 п.л.
13,Великое посольство и перемены во внешней торговле России на рубеже XVII-XVIII веков // Петр Великий - реформатор России. К 300-летию Великого посольства Петра I в Западную Европу: Тез. докл. междунар. науч. конф. М.,1998. 0,2 п.л.
14.Голландские купцы в Архангельске и торговые связи Русского Севера и Нидерландов во второй половине XVIII века //Нидерланды и Русский Север в XVI-XX вв.: Сб.тез. и докл. междунар. науч. конф. Архангельск,1999. 0,2 п.л.
15.Russian Trade Policy in 18th Century //Entrepreneurship and Institutions in a comparative perspective. Conference on Business History Europe and Asia, 16th-20th Centuries: Conference Book. Rotterdam,2000. 0,2 п.л.
16.Торговые связи подмосковных городов XVIII в. в исследованиях Ю.П.Балашовой //История городов Московского края: Тез. докл. II регион, конф. по истории Московской области... М.,2000. 0,1 п.л.
Рецензии:
1."Немцы в Петербурге и в Москве с XVIII в. до начала первой мировой войны". //Отечественная история. 1996. № 1. 0,8 п.л.
2.300-летие "Великого посольства Петра I". Международные научные конференции. //Вестник Московского педагогического университета Сер.История. 1998. Вып.1. 0,1 п.л.
3. Международная научная конференция "Немцы Москвы: Исторический вклад в культуру столицы" //Отечественная история. 1998 №1:0,2.п.л.
4.В.А.Ковригина "Немецкая слобода Москвы и ее жители в конце XVII - первой четверти XVIII вв." //Научно-информационный бюллетень. Международная ассоциация исследователей истории и культуры российских немцев. 1999,№2. 0,2 п.л.
5.Книга о Петре Великом на землях Южных Нидерландов //Отечественная история. 2000. №6. 0,4 п.л.



return_links();?>
 

2004-2016 ©РегиментЪ.RU