2.2. Уездная полиция Российской империи и изменения в её структуре в конце XIX -
начале ХХ века
За порядком в губернии, во всех уездах следила и была ответственна
уездная полиция, возглавляемая уездным полицейским управлением,
состоявшим из уездного исправника и помощника исправника179.
Во главе полиции каждого уезда стоял уездный исправник. «Уездный
исправник обязан бдительно смотреть за точным исполнением всеми и
каждым в уезде верноподданнического долга, за повсеместным порядком,
тишиною, правильным и скорым производством дел, заведываемых уездной
полицией» - писалось в Законе Российской империи180. Он был
обязан рассматривать жалобы частных лиц, был ответственен за
своевременное обнародование указов правительства и их выполнение;
наблюдал за безопасностью и исправностью почтовых, военных, торговых
и проселочных дорог, принимал меры в целях безопасности жителей
стана, рассматривал просьбы, поступавшие в его управление. Исправник
координировал деятельность своих помощников и канцелярии, наблюдал
за деятельностью становых приставов и подчиненных им лиц, а также
«разрешал представленные приставами дела и просьбы»181. К числу прав
уездного исправника относилось право «устранение от должности
исполнительных чиновников полиции, в случае совершения ими уголовных
преступлений. Исправник мог поручить на время должность одного
станового пристава в случае его болезни другому...»182. Также
исправник имел право представлять губернатору прошение о переводе
становых квартир, изменение числа станов и их границ, налагать
взыскания на старшин, старост и прочих должностных лиц сельского
управления в размере до 5 рублей штрафа или до 7 суток ареста, а
также распоряжаться -79- обращением остатков от штатных сумм на усиление канцелярских
средств и награды чиновникам183.
Исправник просматривал все делопроизводство подчиненных ему
приставов, а также делал «надлежащие внушения и замечания». В случае
каких-либо замеченных нарушений и явной «неблагонадежности пристава»
исправник мог сместить его «немедленно и непосредственно донеся об
этом губернатору»184.
Уездный исправник жил в уездном городе, однако был обязан выезжать
в уезд для производства дознаний или ревизий не реже двух раз в год185. Во время таких поездок исправник вникал во все даже самые
незначительные дела, сопровождал его становой пристав - главное
полицейское лицо в стане.
Сверх прямых полицейских обязанностей на исправника возлагались и
некоторые административные обязанности. Так, он был членом и
принимал участие в деятельности уездного по крестьянским делам
присутствия, в уездном по воинской повинности присутствии, в уездном
распорядительном комитете (в качестве председателя), в уездном
отделении попечительного о тюрьмах комитете.
Помощник исправника заведовал, главным образом, делопроизводством
управления, а также выполнял различные поручения исправника. В
случае отсутствия исправника по каким-либо причинам, помощник
вступал во все его права и обязанности. Но в случае отъезда
исправника по делам в
уезд, помощник должен был исполнять его обязанности лишь по текущим
делам, не делая важных распоряжений186.
Денежное довольство исправника было относительно велико: 1500 руб. в
год, не включая квартирного довольствия, отопления и освещения.
Общая сумма жалованья уездного исправника в зависимости от разряда
(жалованье, -80-
квартирные, разъездные) составляла от 3200 до 4000 руб. в год187.
Жалованье
помощника исправника составляло примерно 1000 руб. в год, не считая
квартирных и иных выплат188.
Свою власть на местах уездный исправник осуществлял через становых
приставов. Обычно уезд делился на 2-3 стана, но такие крупные уезды
как, например, Николаевский или Новоузенский, в Самарской губернии,
даже на 6-7 станов. Становой пристав обычно обслуживал территорию,
на которой проживало до 40 000 человек.
Становым приставом мог стать только дворянин, утверждённый на эту
должность губернатором. Причём губернатор был обязан доводить о
своих распоряжениях в отношении становых приставов до сведения
Министра Внутренних Дел. Число станов определялось в зависимости от
величины уезда и численности его населения. Право изменять число
станов предоставлялось губернатору, с ведома Министра Внутренних
Дел.
Круг прав и обязанностей пристава был чрезвычайно широк. Как писал
известный историк русского права А.Д. Градовский, «на приставе в
действительности лежали все обязанности, возложенные на полицию
вообще»189. Он
лично отвечал за обнародование в стане «Высочайших манифестов и
указов Правительствующего Сената». Он также наблюдал за
безопасностью и исправностью почтовых, военных, торговых и
проселочных дорог, принимал меры в целях безопасности жителей стана,
рассматривал просьбы, поступающие в его управление. Пристав пресекал
все споры, «ведущиеся против догматов Православной веры». Особое
внимание законодательство уделяло обязанностям станового пристава по
наблюдению за отбыванием жителей квартирной и подводной повинности,
то есть то, что было необходимым для -81-
расквартирования в губернии войск, а также создания Уездной
полицейской
стражи190.
К числу основных прав станового пристава принадлежали: право
произведения дознания «о случившихся в стране грабежах, разбоях,
умышленных поджогах, убийствах. Пристав мог произвести арест лица,
заподозренного в каком-либо преступлении или святотатстве»191. В случае, если пристав находил, что тот или иной сотский или
десятский не соответствует занимаемой должности, то становой пристав
имел полное право отстранить такого полицейского со службы. Так,
становой пристав пятого стана Николаевского уезда своим
распоряжением от 16 декабря 1911 г. отстранил десятского Н.В.
Леонтьева, мотивируя свой приказ тем, что «Леонтьев Н.В. При сбирании податей и очищении недоимок требовал себе подношений с
нахальством»192.
Становой пристав как высший полицейский чин стана, обязан был
проживать в нем, никуда не удаляясь, разве что по разрешению
уездного исправника. Над домом пристава выставлялась надпись - «Дом
станового пристава». Закон гласил: «Дом станового пристава доступен
каждому, во всякое время, как прибежище на случай опасности и
нужды»193.
Становые надевали на службу темные длиннополые однобортные мундиры,
штаны-галифе, сапоги и фуражку с козырьком. Они носили погоны,
нередко портупеи.
Становому приставу в зависимости от разряда выделялось в качестве
денежного содержания от 2 тыс. до 2400 руб. в год194.
Проблема нехватки полицейских кадров в российской полиции
традиционно решалась введением новых должностей. В 1878 г. «в помощь
становым приставам, для исполнения полицейских обязанностей, а также
для надзора за действиями сотских и десятских на местах и для их
руководства» -82-
была учреждена специальная должности полицейского урядника195.
Урядник, как видим, должен был занять среднее положение между чином
полиции и полицейским служителем. Он назначался уездным исправником,
а подчинялся непосредственно становому приставу, являясь в свою
очередь, прямым начальником для сотских и десятских. В основном
урядники полагались конные, но от усмотрения Министра Внутренних Дел
зависело часть их назначить пешими.
Урядники распределялись по участкам (волостям), где должны были
практически безотлучно проживать. Покинуть свой участок урядник мог
только с разрешения станового пристава. Территория каждого участка
определялась по числу селений, волостей, количеству населения.
Урядник следил за спокойствием и правопорядком на своём участке,
пресекал и предупреждал преступления, отслеживал санитарное и
эпидемиологическое состояние в волости, заботился о благоустройстве.
Полицейские урядники обязаны были как можно чаще объезжать свой
участок, бывать во всех людных местах и знать все «глухие места»,
где могли бы укрываться преступники. С 1908 г. на урядников был
также возложен уголовный сыск в уезде. Особое внимание при этом
уделялось «бичу Самарской губернии» -конокрадству, а также
противопожарной безопасности, принятию мер в случае наводнения,
защите от вредоносных насекомых, состоянию дорог, мостов,
телеграфных столбов в губернии.
У урядников было право производства дознания и составления актов
дознания. Акты и протоколы предоставлялись ими становому приставу,
который передавал их уездному исправнику.
Обязанности урядников по обеспечению общественного спокойствия и
безопасности, а, следовательно, по пресечению действий и толков,
направленных против правительства, законных властей, общественного
порядка, к подрыву «доброй нравственности и прав собственников»,
соприкасались с -83- кругом обязанностей жандармских офицеров.
Поэтому по делам такого рода урядник был обязан сообщать не только
становому приставу, но и жандармерии196.
Право давать указания урядникам было и у земских начальников. В
Самарской губернии должности земских начальников были учреждены
Положением о них от 1 июля 1891 г. Земские начальники назначались
министром внутренних дел по представлению губернатора из среды
местных потомственных дворян, обладавших определенным земельным,
образовательным или служебным цензом. В своих
административно-судебных действиях и отчетности земские начальники
подчинялись Самарскому губернскому присутствию.
В пределах своих участков (каждый уезд делился на несколько земских
участков) земские начальники обладали широкими административными
полномочиями: осуществляли надзор за всеми учреждениями
крестьянского управления и ревизовали их деятельность, утверждали в
должности волостных старшин и волостных судей, имели право
приостанавливать исполнение приговоров сельского и волостного
сходов, налагать на всех должностных лиц сельского и волостного
управления административные взыскания и т.д. Также земские
начальники были обязаны во время отсутствия исправника или станового
пристава надзирать за действиями городских старшин и старост по
охранению благочиния, безопасности и общественного порядка, по
предупреждению и пресечению преступлений и проступков, а равно
руководить действиями всех нижних чинов полиции.
Число земских участков в Самарской губернии было следующее: в
Самарском уезде - 10, в Ставропольском - 10, в Бугульминском - 9, в
Бугурусланском - 13, в Бузулукском - 13, в Николаевском - 12, в
Новоузенском - 12. В феврале 1917 г. институт земских начальников
был упразднен. -84-
Отношения урядников и волостных старшин были примерно равноправные.
Однако, хотя инструкция урядникам и говорила о том, что они обязаны
содействовать друг другу для исполнения полицейских обязанностей, но
при этом у урядника было право указывать старшинам на «неисправности
в кругу хозяйственных и общественных дел». Урядники не могли
принимать участия в общественных и хозяйственных делах сельских
обществ и волостей, вмешиваться в действия волостного суда, но при
этом в случае злоупотребления со стороны старшин, волостных писарей
и старост, урядники обязаны доводить о том до сведения уездного по
крестьянским делам присутствия через станового пристава.
Полицейские урядники по образованию и по происхождению были из
военных нижних чинов и из духовного звания, окончившие приходские,
сельские и народные школы, полковые и разные низшие военные школы.
Принимались на эту должность и не окончившие учебного заведения, но
умевшие бегло читать и писать197. В начале ХХ в уездах Самарской
губернии попытались ликвидировать должность полицейского урядника,
однако, «Списки населенных мест Самарской губернии за 1910 год»
указывают на эту должность198. По-видимому, эта должность так и не
была ликвидирована: урядник лишь поменял своего непосредственного
начальника - станового пристава на командира уездно-полицейской
стражи.
Согласно статье 2 «Правил о вооружении и содержании полицейских
урядников» от 1906 г. им полагалось жалованье не выше 200 руб. в
год, а также 50 руб. на обмундирование, то с октября 1916 г. на
основании Постановления Совета министров «Об усилении полиции в
50-ти губерниях Империи и об улучшении служебного и материального
положения нижних чинов» оно уже составляло от 650 до 800 руб. в
год199. -85-
Как видно, обязанности и права станового пристава и урядников были
обширны и многогранны, а их число было значительно меньше
необходимого. Проблема нехватки кадров уездной полиции и её
перегруженности обязанностями решалась привлечением местных жителей
к исполнению полицейской службы. Низшими органами полиции являлись
сотские (в участках стана) и десятские (в селениях), избираемые
сельскими обществами, а в пределах сельского общества - сельский
староста. Волостному старшине были подчинены сельские старосты и
десятские. Волостные старшины и сельские старосты находились в
зависимости от уездного полицейского управления, содействовали
распоряжениям становых приставов и исполняли законные требования
полицейских урядников.
Наиболее широкое использование получил институт десятских. Согласно
«Правилам внутренней полиции (волостной и сельской)», высочайше
утверждённым 5 мая 1903 г. в составе Мнения Государственного Совета,
они «не входя в состав чинов уездной полиции, находятся в
заведовании сельского и волостного начальства в качестве низших
служителей внутренней сельской полиции»200. На должность десятских
рекомендовалось назначать
отставных и уволенных в запас солдат и унтер-офицеров, без
образовательного ценза. Эти должности были выборными201.
Штатные расписания уездных полицейских управлений предусматривали
ещё и должности рассыльных. Они также не считались состоящими на
государственной службе, а нанимались для исполнения отдельных
поручений.
Функции уездного полицейского управления были очень широки, это и
наблюдение за исполнением законов, охрана безопасности и
общественного благоустройства; слежение за повиновением местным и
центральным властям; раскрытие мелких уголовных преступлений,
совершенных в губернии; -86-
охрана войск расквартированных в губернии; а также охрана
государственных объектов (мостов, элеваторов и т.д.).
Все обязанности уездной полиции условно можно разделить на 4 больших
блока:
1. Общие обязанности: обнародование указов и постановлений
правительства; рассылка извещений, объявлений, вызовов и повесток по
предписанием губернского начальства; наблюдение за явкой и пропиской
паспортов; разрешение публичных зрелищ и представлений; разрешение
разностной продажи книг, наблюдение и пресечение распространения
запрещённой литературы; принятие первоначальных мер предосторожности
в случае обнаружения заразных болезней и эпидемий, а также
оповещение об этом губернатора; наблюдение за использованием,
хранением и продажей сильнодействующих и ядовитых веществ;
наблюдение за доброкачественностью продуктов, продаваемых на рынках,
за чистотой воды и воздуха; призрение подкинутых и оставленных
младенцев, а также дознания по делам этого рода; помощь людям
«впавшим вне своих жилищ в нечаянную болезнь»; надзор за
исправностью путей сообщения, наблюдение за исполнением дорожной
повинности, надзор за правильностью возведения построек. Особо на
полицию возлагалось предупреждение строительства недозволенных
сооружений вблизи железных дорог; охранение безопасности от пожаров
и наводнений и принятие всех нужных для этого мер; надзор за
иностранными гражданами, проживающими в уезде; составление различных
статистических ведомостей, а также ведомостей о посевах и урожаях
хлеба и трав, ценах на продукты первой необходимости; выдача по
разным поводам свидетельств лицам, в них нуждающимся; ведение
метрических книг о рождении, браке и смерти раскольников;
заведование этапными и другими тюремными помещениями, пересылка и
обеспечение продовольствием арестантов; освидетельствование бродяг,
в годности их к работам в исправительных арестантских заведениях и
др. -87-
2. Обязанности по помощи политической полиции и другим полицейским
ведомствам: охранение общественного спокойствия, порядка и «добрых
нравов»; предупреждение и пресечение преступлений; предупреждение
нищенства и бродяжничества; раскрытие мелких уголовных дел в уезде;
преследование и поимка беглых преступников; наблюдение за лицами,
отданными под надзор полиции; дознания по происшествиям и
предоставление сведений о них губернатору.
3. Обязанности по делам казённого управления и военного ведомства:
взыскание недоимок по налоговым и другим сборам и платежам;
наблюдение за обращением денежной массы; пресечение контрабанды;
надзор за соблюдением правил о питейном сборе; наблюдение за
исполнением правил устава о воинской повинности; содействие полкам и
командирам при их размещении на территории уезда.
4.Обязанности по делам судебного ведомства: извещение судебных
властей о происшествиях, содержащих в себе признаки преступления, и
производство дознания по этим предметам; принятие до прибытия
судебного следователя мер, необходимых для предупреждения сокрытия
следов преступления и пресечения подозреваемому возможности
уклониться от следствия; исполнение различных поручений судебных
ведомств и властей; участие в исполнении судебных приговоров.
При этом подчинённое положение уездной полиции подчёркивалось ещё и
тем, что судебные чиновники могли «делать полицейским чинам
предостережения, а о важных с их стороны упущениях сообщать
прокурору
или его товарищу»202.
Производство дознаний на полицию возлагалось в 2-х случаях:
А) Если признаки преступления сомнительны или полиция узнала о нём
из слухов или из недостоверного источника. В этом случае прежде -88-
сообщения о происшествия судебной власти, полиция через дознание
обязана была удостовериться в совершении преступления.
Б) Если на месте нет ни следователя, ни прокурора, ни его товарища.
Дознание в этом случае имело целью добыть, по горячим следам,
сведения, необходимые для проведения дальнейшего следствия. Но и в
этом случае, деятельность полиции при производстве таких дознаний
ограничивалось розысками, словесными расспросами и негласным
наблюдением, но без права проводить обыски и выемки в домах.
В некоторых случаях, а именно, когда «полицией застигнуто
совершающееся ли только что совершившееся преступление» и также,
когда до прибытия судебного следователя следы преступления могли бы
изгладиться, полиции разрешалось производить и следственные
действия. Сюда относятся осмотры, освидетельствования, обыски и
выемки. Но формальные допросы обвиняемым и свидетелям полиция могла
делать только в случае тяжкой болезни кого-либо из этих лиц,
внушающее опасение, что оно умрёт до прибытия следователя. Причём,
во всех этих действиях полиция заменяет следователя и поэтому должна
руководствоваться всеми правилами, установленными для следователей.
Полиция должна была прекратить свои действия сразу же по прибытии
судебного следователя и передать ему все имеющиеся у неё
производство дела. Но судебный следователь мог поручить чинам
полиции дополнение произведённых ими дознаний, а также производство
новых дознаний и собрание справок.
Пространство действия полиции определяется границами округа, для
которого установлено каждое полицейское управление. Полиция уездная
действует в пределах своего уезда, городская - в границах городской
черты. Но действие этого общего правила ограничивается некоторыми
исключениями. Во-первых, не все местности в городе и уезде подчинены
власти общей полиции (как, например, районы, действия жандармских
управлений железных дорог); во-вторых, в некоторых случаях уездная и
городская полиция -89-
могли действовать за пределами своего района. Это происходило в
случаях наводнения или лесного пожара, когда полицейские обязаны
были продолжать предпринятые ими меры и в соседнем уезде до прибытия
местного полицейского управления и станового пристава. То же самое
могло происходить при поимке воров, беглых и других важных
преступников.
Порядок применения оружия полицейскими служителями определялся
применительно к 2-м случаям:
1. Когда употребление оружия разрешается отдельным полицейским
чинам;
2. Когда полицейские и жандармские команды призываются для
восстановления порядка.
Употребление оружия отдельным чинам полиции разрешалась в следующих
случаях:
1. Для отражения вооружённого нападения на служителя полиции или
нападении, хотя и невооружённого, но совершённого при таких
условиях, когда иное средство защиты невозможно;
2. Для задержания преступника, насильственно тому сопротивляющегося,
или при невозможности достичь преступника убегающего;
3. При преследовании бывшего арестанта, когда он насильственно
сопротивляется его задержанию или когда невозможно настичь его иными
способами;
4. Для обороны лиц, подвергшихся нападению, угрожающему их жизни,
здоровью и неприкосновенности.
Каждый полицейский, употребивший в дело оружие, был обязан донести
своему ближайшему начальству об обстоятельствах, при которых он
прибёг к этой мере и её последствиям.
Употребление оружия командами зависело от усмотрения полицейского
начальства, распоряжающегося на месте беспорядков. Ему
предоставлялось определённое время, кода должно было начаться
действие оружием. Предварительно полицейское начальство должно было
исчерпать все меры -90-
по усмирению беспорядков. Затем, действие оружием могло начаться
только после троекратного и громогласного предупреждения о том
неповинующихся. Из этого правила допускалось исключение в случае,
если нападут на команду или когда оказывалось нужным спасти лиц,
подвергшихся насилию со стороны возмутившихся. Огнестрельное оружие
должно было быть употребляемо только в случаях крайней
необходимости. Таким образом, уездная полиция как таковая была
скорее административным, нежели чем карательным органом.
Уездная полиция в начале ХХ века не успевала справляться с
навалившимися на неё проблемами. Это во многом объяснялось не только
высоким уровнем преступности, но и излишне широким спектром
возложенных на неё обязанностей. Чрезмерная загруженность чинов
полиции деятельностью по обеспечению жёсткой регламентации жизни
местного населения вызывалось не столько обстоятельствами, сколько
несовершенством аппарата власти. Недостаточность полицейских сил
компенсировалось возложением карательных функций на армейские и
казацкие подразделения.
Для охраны крупных землевладельцев можно было использовать и частную
полицию. 6 декабря 1905 г. Николай II подписал Меморию Совета
министров «О разрешении землевладельцам организовывать собственную
охрану имений»203. Административно-хозяйственные и правовые
особенности организации и несения службы таких полицейских были
определены в спешно подготовленных «Правилах об организации во
владельческих имениях собственной охраны имений»204.
Ещё одной попыткой усилить уездную полицию было создание уездной
полицейской стражи (УПС). Указ «Об учреждении в 46 губерниях
Европейской России полицейской стражи» был подписан 1 июля 1903 г.
Блок правоохранительных функций для полицейской стражи был
достаточно объёмным. В его состав входили: -91-
- задачи по обеспечению паспортного режима: проверка документов у
всех пребывающих;
- работа с потенциально криминогенными элементами;
- временное задержание и проверка нищих, кочующих цыган барышников и
прочих подозрительных людей;
- санитарно-эпидемиологический и ветеринарный контроль;
- проверка соблюдения правил торговли (особое внимание уделялось
торговле винно-водочными изделиями, а также иными акцизными
товарами);
- контроль за соблюдения правил охоты и охранения оружия, взрывчатых
веществ и многое другое205.
Также в особую подгруппу выделялись обязанности стражников, которые
следует квалифицировать не только как профилактику уголовных или
административных правонарушений, сколько как жандармские
мероприятия. В их число входила работа по обнаружению прокламации
антиправительственного характера, выявление агитаторов, участников
общественного движения, партий и т.д. В целом соотношение
обязанностей стражи по предупреждению политических преступлений с
общеуголовными соотносились примерно как три к одному206. Это,
безусловно, характеризовало не только стражу, но и сущность
российской государственности в исследуемый период. В руках
губернского и уездного руководства появился новый исполнительный, но
в большей степени силовой орган. Основная новизна подхода в том и
состояла, что в подчинение уездной полиции передавалось
военизированное подразделение. Такие отряды справились со своей
главной задачей - наведение порядка во время революции 1905-1907
гг., однако после 1908 г. сложности их содержания привели к тому,
что хорошо обученных стражников стали посылать в мелкие волости в
помощь урядникам. Таким образом, создание УПС и отмена общественной
сельской полиции позволили впервые в истории России появиться
полицейскому служителю во всех значимых -92-
населённых пунктах. Однако уездная полицейская стража не смогла, да
и не могла в принципе, выполнить свою основную задачу - уберечь
сельские районы от надвигающейся революции. Но в течение 10 лет она
помогала и усиливала состав уездной полиции.
Уездная полиция в начале ХХ века так и осталась самым проблемным
полицейским образованием Российской империи. Здесь
сконцентрировались основные негативные черты всех
контрольно-надзорных органов царской России: перегруженность
обязанностями, малое взаимодействие друг с другом, попытка
установить порядок силовыми методами. Однако и здесь властями
полиции уделялось внимание, но направленность всех преобразований
была связана, прежде всего, с защитой крупных землевладений, а уж
как следствие, было общее развитие полицейских учреждений уездов.
На местах делом политического розыска заведовали губернские или
областные жандармские управления, а также с 1902 по 1913 гг.
охранные отделения и с 1906 г. - жандармские полицейские управления
железных дорог.
Сложность функционирования всей системы политического розыска
Российской империи заключалась в том, что ДП руководил местными
органами сыска, но финансировал, обучал личный состав и определял
расстановку кадров на местах Штаб ОКЖ. Ситуация осложнялась ещё и
тем, что Губернские жандармские управления (ГЖУ) были совершенно
независимы от губернаторов, которые отвечали за безопасность и
спокойствие в губернии, а должность Начальника ГЖУ была настолько
важна, что зачастую в губернии наблюдалось двоевластие.
С 30-х гг. Х1Х века для политического розыска на местах создавались
специальные летучие отряды - жандармские команды, действовавшие
Примечания
179 Общее учреждение губернское // ПСЗРИ. Кн. 1 Т. 2. С. 507.
180 Там же. 510.
181 Там же. С. 512.
182 Там же. С. 511.
183 Градовский А.Д. Указ соч. 253
184 Общее учреждение губернское // ПСЗРИ. Кн. 1. Т. 2. С. 511.
185 Там же. С. 511.
186 Там же. С. 524.
187 ГАРФ. Ф. 110. Оп. 11. Д. 1015. Л. 51.
188 Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Указ. соч. С. 329.
189 Градовский А.Д. Указ. соч. С. 255.
190 Общее учреждение губернское // ПСЗРИ. Кн. 1. Т. 2. С. 512.
191 Там же. С. 512.
192 ЦГАСО. Ф. 465. Оп. 1. Д. 115. Л. 8.
193 Общее учреждение губернское // ПСЗРИ. Кн. 1. Т. 2. С. 512.
194 ГАРФ. Ф. 110. Оп. 11. Д. 1015. Л. 49.
195 Градовский А.Д. Указ. соч. С. 255.
196 Градовский А.Д. Указ. соч. С. 256.
197 ГАРФ. Ф. 110. Оп. 11. Д. 1015. Л. 52.
198 Списки населенных мест Самарской губернии. Самара,1910. С. 15.
199 ГАРФ. Ф. 110. Оп. 11. Д. 1015. Л. 49.
200 Реент Ю.А. Указ. соч. С. 98.
201 Волков Н.Т. Полицейский стражник. Полтава, 1903. С. 25-26.
202 Градовский А.Д. Указ соч. С. 249.
203 Реент Ю.А. Указ. соч. С. 104.
204 Там же. С. 104.
205 Волков Т.Н. Указ. соч. С. 36-43.
206 Реент Ю.А. Указ. соч. С. 130.
Главная